Спасая мир

      Оглушительный свист, сопровождаемый скрежетом метала, заставил окончательно выйти из небытия. Подняв туловище руками, она села и попыталась что-нибудь рассмотреть. Красное освещение не давало полноценно это сделать. Судя по тому, что летит девушка в верх, логично прийти к тому, что это был лифт. Что за…?              Поднявшись на ноги, не без помощи стоящих рядом коробок, Эмилия потихоньку начала обходить комнатку. Сам лифт был из металической сетки. Создалось ощущение, что ты скот, которого держат в вольере. Коробка, еще одна, и еще одна, и еще. Сколько же их тут? Некоторые были маленькими, некоторые побольше, а всего несколько штук - просто огромными. Посчитать их количество не было ни желания, ни нормального освещения, ни времени. Мало ли, сколько ей здесь еще находиться. Нужно найти то, что поможет остановить сумасшедшую скорость.              Шорох слева заставил выкинуть все мысли из головы. Всё, о чем она думала, в миг позабылось, сердце замерло, а дыхание участилось от страха. Эмилия здесь точно не одна. Клетку качнуло и коленки подкосились, заставляя ту упасть на них. Девушка вовремя подставила ладони вперед, чтобы не вляпаться в сетку лицом.              Шорохи звучали откуда-то спереди, что-то было под покрывалом, которое закрывало кого-то в ручной клетке. Дело оставалось за малым: протянуть руку, ухватиться за ткань и сдернуть, проявляя того, кто создает шум и пугает девушку. И стоило только ей поддаться вперед, как скорость увеличилась ещё больше. Сердце стало отбивать бешенную чечетку. И вдруг...движение остановилось. Всё? Освещение изменилось на зеленый. Что никак не улучшало ситуацию. Всё стало еще непонятнее.              Шум откуда-то сверху заставил вскинуть голову и напрячь слух. И минута не прошла, как открылись дверцы, впуская солнечный свет. Глаза стало резать от попавшего в ее «клетку» яркого свечения, поэтому Эмилия зажмурилась.              Испуганные восклики, тихие перешептывания, гвалт вопросов и неприкрытая агрессия звучала сверху. Люди. А если точнее - парни. Именно они были комментаторами. Интерес переполнял её всю, куда больше предостережения и страха. Эмилия расплющила очи и сузила их, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь, хоть кого-нибудь.              Сетка открылась, и тогда она смогла увидеть толпу парней, окружившую яму. На их лицах был спектр эмоций. Она не могла понять ни одну из них, ведь все они прокручивались с умопомрачительной скоростью. Хотя нет, ей удалось прочитать на нескольких парнях разные взгляды: непонимание, осторожность, удивление и злость. К чему было последнее, она не понимала. Да и на раздумья не было времени. Её прервал спрыгнувший к ней юноша. Он что-то говорил ей, но она не слышала, шум от поднимающегося лифта засел в ушах и не хотел рассеиваться.              Закрыв глаза и грубо игнорируя парня, она надеялась, что он не воспримет её за умалишенную, она попыталась выровнять участившееся дыхание. Пару глубоких вздохов и таких же выдохов воспроизвели нужный эффект. Слух начал появляться, и девушка смогла уловить отдельные слова из его речи. Ты, порядке, помочь. Не слывя глупой, она связала их и поняла, что тот волнуется и предлагает свою помощь.              И все, что она смогла, это кивнуть ему. В любом случае, ответ послужит на любой из его вопросов.              Подняв на него взор, она заметила, как складка на переносице разглаживается, а выдох послужил объяснением, что он успокоил своё разбушевавшееся воображение. Ей не было до этого никакого дела.        Протянув руку, он ждал от неё дальнейших действий. Ухватится ли она за предложенную помощь? Да. И вложив в его ладонь свою, она только сейчас поняла, что всё время была на четвереньках. Слишком унизительная поза. Дернув девушку на себя, он с легкостью поставил её на ноги. Щеки Эмилии в миг окрасились в розовый. Казалось, его это нисколько не смущает. Данный факт помог немного расслабиться.               – Эй, Галли, ну что там? – Слух вернулся, ведь она связно услышала чей-то обеспокоенный голос.               – Всё в порядке. – Ответом он оповестил всех глазеющих. Некоторые шумно выдохнули, как бы успокаиваясь, что девушка безопасна для общества и никакой угрозы не несет.              Галли - имя юноши, который слез к ней, развернулся от неё и, подойдя к коробкам, забрался по ним и, ухватившись за бортик, подтянулся на руках и вылез, возвращаясь на прежднее место. Он встал рядом с темнокожим парнем.               – Лезь по коробкам, как я. А затем мы вытащим тебя. – Серьезный тон разбавила его улыбка, и, ухватившись за нее как утопающий за соломинку, она последовала к коробкам.              Всего три коробки и девушка будет стоять на ровной почве, а не на прогибающейся сетке. Ступая по ним, как по ступенькам, Эмилия добралась до самой верхней, ожидая, что ей скажут делать.               – Подними руки. – Приказал уже темнокожий, и она не смогла не подчиниться. Желание быть на свободе превышало все возможные чувства.              Вскинув обе руки, парни ухватились за них и, подняв её, поставили перед собой.              И вот оно что, вот где она. Место, которое одновременно завораживает и навевает ужас. Такой, что пробирает до костей. Бешенно вращая головой, она стала оглядываться и осматриваться. Огромная территория, в несколько тысяч ярдов, которую окружают высоченные стены, вероятно, в несколько сотен фунтов, местами укрытые плющом и мхом. В центре каждой каменной ограды зиял огромный проход во всю стену. Но только куда он вёл? И смотря на них, она всё больше утверждалась, что ответ её не обрадует. Всё это было похоже на запертую комнату, что-то похожее на камеру сизо. Точно такая же как в лифте, только больше и громаднее. Все они - провинившиеся стражники, охраняемые самыми натренированными блюдителями. Но ни там, ни в другом месте, она не сможет набрать воздух во все легкие. Да так, чтобы закашляться. Так, чтобы легкие обожгло. Так, чтобы голова стала кружиться от «запаха» свободы. Так, чтобы согнуло пополам и хорошенечко вывернуло. Так, чтобы забыться…              Рядом с ней прозвучал громкий приказ, но она даже не обратила внимания, всё казалось слишком нереальным:               – Никогда новеньких не видели? За работу, шанки. – Эмилия не знала, кто это сказал, но была благодарна ему. Даже если его "изгнание" любопытных глаз прозвучало как-то недоверчиво, с ноткой настороженности. От неизвестного ею слова она захотела смеяться, но получился лишь всхлип. В миг перестав всё рассматривать, девушка почувствовала как сердце учащенно забилось, ладошки начали потеть, а воздуха стало не хватать. Паника. Закрыв глаза, она постаралась выровнять дыхание. Глубоко вздохнуть и выдохнуть. И так несколько раз. Помимо этого, она стала отвлекаться на что-то другое. Но…но не могла ничего вспомнить. С усердием, Эмилия стала копошиться в своей голове, но не могла ничего найти там. Голова слишком пуста. Даже через чур. Она стала ломать барьеры памяти, но получила лишь нарастающую головную боль. Виски начали пульсировать и девушка решила отвлечься на это. Унимая одно, она получает следующее. Но второе можно скрыть, а вот первое – нет.               – Ты в порядке? – Голос справа заставляет обратить внимание девушки на говорящего. Вопрос прозвучал тихо и осторожно. Будто она пороховая бочка, и неверное движение заставит ту подорваться, уничтожая всё и всех вокруг.              Перед ней стоит тот самый темнокожий, который вытянул её. Если он стоит сейчас с ней, один и не пошел работать, то не сложно сложить два и два. Он здесь за главного.               – Да. – Хрипло произносит девушка и кашляет в подставленный ею кулак, стараясь избавиться от хрипотцы в голосе. Неуверенно переводит на него взор, но видит лишь дружелюбие на его лице, не как у других. Она не успела разглядеть всех, но их настрой был виден невооруженным взглядом. Их шепотом, который те даже не старались делать таковым. Их скользящие рассматривания. Всё это заставляло съеживаться. Вот бы скинуть с себя все направленные на нее эмоции. Но кто-то сделал это за неё.               – Я – Алби. – Произносит он и протягивает ей руку в знак закрепления знакомства. Его лицо украшает широкая белоснежная улыбка. И она невольно засматривается. Как в таких условиях, девушка была уверена, что их тут даже и нет, можно поддерживать такую приветливость.              Улыбка заменяется ухмылкой, девушка переводит взор вверх и видит поднятую бровь, безмолвно спрашивая ту: «Что не так?». Она крутит головой из стороны в сторону, опускает глаза в пол и замечает так и вытянутую к ней ладонь. Зардевшись от стыда, что она так грубо проигнорировала его, отдавая предпочтение рассматриванию.              Девушка протягивает свою ладошку навстречу и парень жмёт её. Легко, еле ощутимо. Первое знакомство прошло хорошо. И на лице девушки образуется улыбка. Это не так уж и сложно.               – Ты помнишь свое имя? – Осторожно. Без лишних слов. И появляется непонимание, к чему задавать такие вопросы. Ведь она помнит своё имя.              Девушка кивает и как ни в чем не бывало произносит:              – Эмилия. – Только и говорит она. А затем вопрос соскакивает самим собой. – Почему я должна не помнить? – И ей действительно интересно.              Вместо ответа Алби отводит взгляд куда-то за её спину и думает. Думает, что ответить. Думает, как правильнее, чтобы не больно. И она ждёт. Стоит напротив и смиренно ждёт. Она...не спешит?              Уловив мгновение, чтобы рассмотреть парня и не остаться замеченной, Эмилия пользуется этой возможностью. На вид ему было лет девятнадцать. Густые черные брови сливаются с тоном его кожи. Как ни странно, ему это даже к лицу. Гладко выбритые волосы, оставалось только небольшое «озерцо» на его макушке. Темно карие, почти черные глаза излучают серьезность в своих мыслях и действиях. Видно, что он прежде думает, а потом говорит. Взгляд его теряется между «строгим начальником, с которым шутки плохи» и «доброжелательным парнем». И кажется ей, что второй он дарит только «своим». Если быть честной с собой, она предпочла бы что-то между этим. Ведь стать частью «своих» будет сложно. Но она подумает над этим. Как-нибудь.              Его белая футболка, на пуговицах вверху, была измазана в пыли и саже. Было видно, что он не пользовался своим здешним статусом и тоже работал. Кулон с двумя плоскими камешками гармонично вписывался в картину. Синие брюки были так же испачканы. Черные кеды, носок на правой ноге которого был сбит.              Кажется, Эмилия достаточно его изучила, и, поэтому завершив осмотр, она опустила взгляд себе в ноги и уперлась в камешек между её ногами. Правой ступней девушка подбила его в сторону. Чтобы не мешал. На светло серой ткани её кед остался мазок от пыли. Сколько потребуется времени, чтобы они приобрели грязный вид? Она не поленится проверить это.              – Рассказ будет долгим. – Вымученно предупреждает её парень. Резко вскинув голову, девушка излучает полную готовность слушать его повесть. Но у него были другие планы. – Пройдемся? – Вопрос скорее был риторический. И ответ был всего один: утвердительный и только. Поэтому так Эмилия и отвечает.              Двинувшись с места вперёд, парень начал рассказывать. Вводить в курс дела:              – Тебе очень повезло, что ты помнишь, как тебя зовут. Я имею в виду, что сразу, как прибыла. Каждый из нас, здешних, через какое-то время, рано или поздно, но вспоминал свое имя. Не знаю как это работает, но у каждого свое время для того, чтобы освежить память . – Эмилия знает, почему это так работает, и от очевидности она перебивает парня:              – Это из-за того, что мозг человека уникален, и каждый воспринимает по-разному. Пороки человека различны, но нет ещё тех, у кого они совпадают. – Запричитала та, как будто прочитала отрывок из книги. Вызубрено. Но доступно к пониманию. Звучит хмыканье после её слов, и Эмилия понимает, что перебила Алби. – Прости, это само вырвалось. – Искренне извинилась она и, замолчав, продолжила слушать.              – Ничего страшного. Так вот, каждый из нас помнит только свое имя и ничего больше. Все мы думаем, что это специально было сделано, но вот для чего - это останется загадкой. – Обречённо произносит он, без какой-либо надежды. В его голосе можно было ощущать отчаяние.              – Почему ты так думаешь? Разве это не выход? – Девушка тычет пальцем в проход меж стенами. Эмилия не понимает. Ей кажется все завуалированным. Истина спрятана слишком хорошо. Она видит ещё один камешек на своем пути и пинает тот уже левой ступней в правую сторону.              Горький смешок вырывается со рта Алби, и его горечь буквально заставляет её опустить руку с вытянутым пальцем.              – Это не так-то и просто. Чтобы найти выход, нужно сначала пройти через лабиринт. Вот за этими стенами он и находится. – Он останавливается на этих словах, даёт ей время переварить услышанное. И девушка уже было готова озвучить появившийся вопрос, как им помешали. Отложит в дальний ящик, который она откроет, как подготовит все интересующие её вопросы. На встречу к ним идёт мальчик, совсем юный. До пятнадцати лет. Он был упитанный, что было к лицу. Кучерявые волосы подрагивали на каждом шагу. Не смотря на эту обстановку, он вышагивает, а его губы шевелятся, напевая какую-то мелодию. Сам он светиться и улыбается во все зубы. Эта картина настолько притягательная и умилительная, что сердце начинает щемить. Преодолев расстояние, он поравнялся с ними. Все трое остановились.              – Привет, Алби. – Вежливо здоровается тот, и на его щечках появляются ямочки. Переводит взгляд на девушку, стоящую рядом с главным. – Привет… – Он делает паузу и только тогда понимает, что поспешил. Вдруг она ещё не помнит своего имени. Улыбка стирается с лица, а глаза бегают от девушки к парню.               – Эмилия. – Она вытягивает свои губы в миловидную улыбку и протягивает руку для пожатия.              – Чак. – На его лицо возвращается свечение. И они скрепляют знакомство рукопожатием.              – Уже половина седьмого, – Замечает Алби, который стоял не мешая новому, зарождающемся знакомству. Он смотрит на свои часы, Эмилия их и не заметила прежде. – Чаки, покажи Эмилии нашу «Берлогу». А через полчаса жду вас на плантации. – Он подмигивает мальцу и, переведя взгляд на девушку, кивает ей в жест прощания. – До встречи. – И уходит обратно, откуда они пришли.              – У тебя кстати, если так подумать, сегодня день рождение. – Задорно произносит мальчик.              – В смысле? – Девушка смотрит на него и видит лишь смущение с весельем.              – Ну, никто же из нас не помнит настоящего дня рождения. А в Глэйде мы появляемся под другими датами. Получается что-то типо второго дня рождения. Но мы просто празднуем появление новичка. Думаю, это даже похоже на вечеринку. Сегодня увидишь. – И губы Чака растягиваются еще больше, казалось бы, куда ещё больше. Он был воодушевлен. И ей тоже стало интересно.              – Что такое «Глэйд»? – Попадая в новый круг, ты узнаешь новые выражения и лексикон. Прежде она не слышала таких слов, ну или просто не могла их вспомнить.              – Точно. Ты же не знаешь, прости. – Смутившись, хотя ни в чем не был виноват, он пояснил. – Глэйд – это место в которое мы попадаем. Сюда. Наш мини городок.              – А «шанки»? - Кажется, каждое новое слово будет вызывать у неё все больше непонимания.              – На самом деле никто так и не может точно сказать формулировку. Но это похоже на «чувак». К тебе это будет смотреться не этично. Будем звать тебя – Эмилией. Просто и со вкусом. – И он подмигнул ей. Это выглядело довольно мило и смешно. Не выдержав, у неё вырвался смешок, но Чака это нисколько не задело, он сам подхватил её веселье.              – Тебе не кажется, что Эмилия –слишком официально? – Девушке действительно так казалось. И она нашла выход. – Просто Эми будет даже больше, чем отлично.              – Хорошо, - Парень остановился в своих словах и, подумав, добавил. – Эми.              Чак погрузился в свои мысленные терзания, а девушка стала осматриваться. Множество построек. Недавно они прошли огромное дерево, на котором была установлена вышка. Эмилия была уверена, что закаты и рассветы от туда были бы просто ошеломляюще красивы. Как-нибудь она проверит это. И насладится. Компания парней слева строили какое-то помещение. Опора выглядела надёжной. Видимо, за такое количество времени, что они провели здесь, строительство стало для них далеко не важной проблемой. Парень, который вытянул её, Галли, стоял около балки и прибивал гвозди. Он командовал процессом. Девушка заметила, что каждая группа, отведенная для какого-то дела, была под командованием главного человека, руководящего работой.              – Мы пришли. – И это было..сносно. Множество гамаков были подвязаны за небольшие деревья, которые выглядели вполне уверенно. Всё это было под навесом. Девушка увидела, что между деревьями пустовало четыре места. Видимо в какое-то из этих мест, она и поселится. – Выбирай. – И он обводит ладонью все их «кровати». Ей бы хотелось лечь рядом с кем-то знакомым. Галли, Алби или Чаком. Больше хотелось бы с последним.              – А можно рядом с тобой? – Неуверенно произносит она.              – Конечно, но я буду через гамак от тебя. – И он повел её к месту, где мальчик будет вязать её гамак. – Рядом с тобой будет спать Ньют, а после него иду я. – И он улыбается ей. Видно, что Чаку приятен её выбор. Новое имя ей ни о чем не говорило, но она надеялась, что они найдут общий язык. – Нам нужно справиться до восьми. – Предупреждает её мальчик. – Алби до девяти должен показать тебе где что находится и рассказать правила Глэйда.              – А что будет в девять? – И только после озвучивания вопроса, она вспомнила о вечеринке в честь появившегося новенького. В честь неё. И пока он не ответил, она быстро добавила. – Я забыла, вечеринка. – Кивок следует после её слов. Было видно как он ждёт эту посиделку. – Давай я помогу тебе? – Предлагает она ему свою помощь, так будет быстрее.              – Давай. – И они стали работать.              Он притащил из тумбочки, которая была через несколько коек прямо по середине «Берлоги», мешок с гамаком. Достав, они стали выравнивать его.              – Тут красиво, если не считать того, что нас сюда вынужденно отправили. Так ещё и память стёрли. – Возмутилась Эмилия. Она могла бы и попытаться выкинуть тот факт, что это их «клетка» для провинившихся. Может это камера для подростков?              – А ещё тут надо работать. – Чак пробубнил это тихо, но девушка услышала его замечание.              – Если бы никто здесь не работал, то жили бы мы в гадюшнике. – Тонко заметила та, и мальчик лишь горько усмехнулся.              – Прямо там, где я и работаю. Тебе не тяжело? – Спрашивает тот обеспокоенно. Они стали подымать гамак на уровень её бедер. Так, чтобы она смогла залезть в него. – Не велика потеря. – Продолжает он высказываться ей.              – Нет. – Отвечает на его вопрос. – Расскажи мне про ваши профессии. – Просит она. Ей интересно на какую должность может подойти.              – Начну со своей. – Закатывает он глаза. Видно, насколько «любит» Чак свою работу. – Слоперы – выполняют грязную работу. Мы чистим помещения, в частности туалеты и души. По началу я блевал, это продолжалось недели две, позже стал привыкать. – Былая расстроенность испарилась, являя собой лишь веселье. Может это защитная реакция? – Как ты поняла, эта работа «самая», - он выделил это слово интонацией, и если бы его руки не связывали веревкой край гамака со стволом дерева, он бы изобразил кавычки пальцами. – Лучшая. Кстати, если ты ни в чем не сможешь себя проявить, то будешь в моей команде «неудачников». – Девушка мысленно откидывает эту работу. И не то, чтобы она брезгует. Просто навряд ли она будет привыкать спустя две недели работы, как Чаки.              Тот, отвлекшись, вынул с дерева топор кинжалообразной формы и передал в свободную руку Эмилии. Слишком увлеченный отматыванием веревки, которую достал с мешка, он и не сразу увидел немой вопрос девушки для чего ей орудие.              – Я сейчас заберу, погоди. – Отмотав нужное ему количество, Чак вытянул руку для возвращения оружия обратно. Топор был вложен, а веревка обрублена. – Так вот, - опомнившись, он продолжил прежний разговор. – Я просто перечислю. – Отвечает он, но его внимание занимает только веревка, которой он обвязывает закрепленный конец гамака, чтобы опора была более надёжней. – Строители, - Оторвав взгляд от своей работы, мальчик окидывает её взглядом и произносит вердикт. – что не для тебя; повара, ну может быть; – все так же подбирает он девушке работу, – забойщики или, проще говоря, мясники; копачи, работают на плантации. По секрету говоря, там очень вкусные яблоки. – Заговорщически наклонившись к ней, он усмехнулся. – Ну и медаки, кстати, тоже может подойти.              Переваривать полученную информацию ей не потребовалась, оставалось только найти то, в чем Эмилия будет хороша.              – Вроде туго. – Чак довязывает последний узел и переходит на сторону девушки. – Давай мне. – И она отдает ему второй край, чтобы он мог обвязать эту часть края вокруг ствола дерева. – Подай мне, пожалуйста, топор. Он в дереве. – Она обхватывает ручку одной рукой и дёргает. Ничего. Видимо в этом мальце было больше силы, нежели Эмилия думала. Приходится справляться двумя.              – Держи. – Справившись с поставленной задачей, она передает ему увесистое орудие.              Он только «мг»-кает и продолжает заниматься своим делом. Так же отматывает нужное количество веревки, обвязывает. Но у него ещё остаётся немного, обмотать ещё в несколько слоев было бы лишним. Может, этот лоскуток будет ещё нужным.              Замахнувшись, топор выскальзывает с его зажатой ладони и, вылетая, разрезает кожу на предплечье Чака. Эмилия стояла завороженная, но громкое «Ауч», вывело её и та кинулась помогать мальчику.              Преодолев пару шагов, она становится перед ним: – Покажи. – Требует девушка, а он и не сопротивляется. Эмилия осматривает порез, тот не глубокий и зашивание не нужно. Если правильно его обработать и перевязать предплечье, то через недельку-вторую всё пройдет. Без следов и шрамов. – Где аптечка? – Сказала, словно отрезала. Все эмоции в миг улетучились, оставляя лишь сосредоточенность на деле.              - В тум…бочке. – Замедленно отвечает он. И переведя взгляд на юношу, она замечает бледность на его лице. Видимо от вида крови, ему становится плохо.              – Черт. – Ругательство срывается с её уст, и не долго думая она сажает его на только повешенный ими гамак, а сама ретируется к тумбочке.              Достав увесистую сумочку с нужным ей содержимым, Эмилия ловко лавирует между лежаками и, оказываясь около Чака, выворачивает всё рядом с ним. Она в спешке разгребает кучу из всяких таблеток, колбочек и пузырьков, пока юноша придерживает руку в локте. Кровь течет не только по всей руке, но и капает на ноги. Пару мгновений и она находит всё нужное.              Откручивает крышку от спирта и кидает куда-то, она позже найдет, отрывает ваты, не заботясь, что кусок слишком большой. Промакивает её и даёт Чаку, чтобы тот не рухнул в обморок. Вместе с этим девушка обрабатывает и руки. Спирт отправляется на пол. Перейдя на перекись она запшикивает им рану, под его шипение.              – Потерпи, ещё немного. Осталось чуток. – Успокаивающе произносит Эмилия. Она смягчает голос, дабы не пугать его своей серьёзностью. – Сейчас будет печь, но я подую. – Предупреждает девушка, и открыв крышечку зеленки, начинает мазать порез кисточкой.              Громкое шипение доносится до её слуха, и она начинает дуть, чтобы немного унять боль.              Справившись с обеззараживанием, она выдыхает. Кровь все ещё идёт, но еле-еле. Рука в крови и её нужно вытереть. Как и с ноги. Благо, она никуда больше не вытекла. Выпрямившись с согнутой позы, девушка посмотрела на Чака. Бледность ещё была, но вид был уже посвежее прежнего.              – Ты как? – Она снова становится серьезной и, наклоняясь, проверяет его зрачки. Убедившись, что все в норме, и малец отделался лёгким испугом, она забирает из его пальцев мокрую вату, которую тот нюхал. Начиная с локтя, девушка стала убирать кровяные потёки.              – В норме. – Четко ответил он. Потихоньку приходит в сознание. – Спасибо, Эми. – Искренне благодарит и она на секунду застывает, прежде чем снова вернуться за вытирание ноги.              – Не за что. – Всё было чисто, и, выпрямившись, она подарила ему не менее искреннюю и успокаивающую улыбку. – Найди мне «стрептоцид», - Просит девушка и добавляет, чтобы облегчить ему поиски. – он в таблетках. – Взяв бинт, девушка стала обматывать им рану. После нескольких слоев, Эмилия отгрызла зубами остаток и разделив лоскут на пополам, обвязала предплечье и завязала на узелок. – Не туго? – И получая отрицательный кивок, осматривает повязку. – Ну вот и всё, скоро будешь как новенький. – Подмигнув ему, она забирает пластинку с нужным ей лекарством, кладя их в карман своих шорт.              – Зачем они тебе? – Кивает на таблетки. Видимо, никто так не лечил их.              – Позже я растолчу одну и засыплю рану, так будет быстрее заживать. – Объяснила она и вспомнив важное, добавила. – Если почувствуешь какое-то недомогание, типа голова кружится или болит, может ещё рана пульсировать, то подойди ко мне, и я найду тебе обезболивающее. – И снова «надев» собранную маску, она предупреждает его, пытаясь этим подчеркнуть всю серьезность ситуации. – Только не молчи, а то хуже может быть.              – Хорошо. – Уверяет девушку и растягивает губы в прежнюю улыбку с ямочками на щеках. – Спасибо тебе ещё раз. И, кажется, мы нашли тебе работу. – Веселье потихоньку начинает возвращаться. Все таки Чак прав, осталось только с Алби обсудить это.              – Если можешь, то собери, пожалуйста, все эти пузырьки и таблетки в сумочку. – Просит она, и, получив в ответ кивок, девушка наклоняется за спиртом, который оставила на земле. Тот практически не вылился. Осталось найти крышку. Она не помнила куда дела ее. Поэтому стала осматривать пол. Рядом с местом, где лежал пузырек, ничего не оказалось. Уже собираясь опускаться на четвереньки, чтобы заглянуть под гамак, Эмилию окликнул голос Чаки:              – Не это ищешь? – И повернув голову, она увидела на его раскрытой ладони заветный красный колпак.              – Это. Спасибо. – Видимо, в спешке она кинула его на гамак.              Закрутив крышку, она отправила пузырек ко всем остальным медикаментам. Убедившись, что они ничего не забыли, Эмилия отнесла аптечку на место.              – Ой, я же совсем забыл. Нам нужно на плантации, тебя перехватит Алби. Надеюсь, мы не опоздали. Пойдем. – Зовёт он её, и девушка помогает встать мальцу.               – После того, как доведёшь меня, сходи к вашему повару и попроси шоколада. Тебе нужна глюкоза. – Включив тетю-доктора, она наказывает ему.              – Это мне нравится. – Он даже и не против полакомиться. Совсем ещё ребенок.              Обойдя все гамаки, они вышли с «Берлоги» и отправились к копачам. Каждый думал о своем. Эмилия даже была бы и не против работать медиком. Если их не предостаточно, то она готова помогать ребятам хоть чем-нибудь. Готова лечить и способствовать нахождению выхода. Вот только смотря на эти величественные стены и даже не представляя, что находится в лабиринте, её пробирал озноб. Заходить туда она не будет уж точно.              Переведя взгляд на Чаки, идущего по левую от неё руку, она заметила, что тот держал своё забинтованное предплечье и смотрел невидящим взглядом вперёд. Что-то занимало его мысли. И девушка хотела бы, чтобы он с ней поделился терзаниями. Лишь бы ему стало легче. Он был слишком невинен для этого испытания.              На что-то наступив, она опустила глаза и снова нашла мешающий камень. Отфутболив его подальше, они так же продолжили вышагивать молча.               – Сейчас все пошли принимать душ, поэтому мы застанем на плантациях только Алби. – И его слова будто отлегают от души. Ей вроде и хочется познакомиться со всеми, но тревога не даёт ей расслабиться. – У тебя красивый кулон. – Смущённо заметил парниша. Эмилия и не заметила как перекатывала украшение.              Опустив взгляд на шею, она увидела переливающееся на солнце сердце. Действительно, красиво. Приглядевшись, она заметила выгравированную букву «Э» на середине, первая буква её имени. Эмилия. И чутье её говорило, что это подарок от близкого. Пусть будет так.              – Да. – Согласилась она на выдохе.              – Отпустите меня, ублюдки. – До них дошло чье-то грубое веление. Как только девушка повернула голову в сторону, где двое крупных парней вели под руки кого-то, Чак поспешил объяснить.              – О, это Эш. Раньше он был крутой. Мы с ним ели конфеты и разговаривали о книгах. – Девушка чувствовала, что сейчас прозвучит то самое «но», после которого идёт что-то ужасное. Что-то меняющее жизнь с ног на голову. – Но потом ему стало сниться что-то, сократил общение на минимум, был одиноким и мало говорил. Честно, лучше бы так и продолжалось. – Она ошиблась, страшное прозвучит сейчас. – Пока не стал бредить наяву. Что-то мерещилось ему, это выглядело крипово. Разговаривал сам с собой. Бывало, что просыпался ночью и орал во всё горло. Бормотал, что всех нас скоро постигнет смерть. Ну, и всё в этом роде. Если он будет обзываться, то не обращай внимания. Он просто стал сумасшедшим. – По окончанию слов, его голос становился все печальнее, как-будто этот Эш умер. Но по сути, так оно и есть. Как бы прискорбно и грубо это не звучало.              – Мне его жаль. В такой обстановке не только с ума сойти можно. – И по не изменившемуся взгляду Чака, Эмилия поняла, что попала в «яблочко». – А куда вы его на ночь сажаете? – Говорить о юноше, как об здравомыслящем и самостоятельном человеке, было поздно. За него всё решали.              – Смотря, как он себя вёл в течение дня. – Разговор, как о собаке. Но не по себе от этого только Чаку. Эмилия не чувствовала скованность или аккуратность в сказанных ею словах. – Если буйно, то ночью он будет тихим, ибо все силы он использовал, тогда в госпитале. На всякий случай, мы привязываем его к койке. Там стоят кровати. – Объяснил он. – А если наоборот, то ночь в кутузке. Это наша подземная комнатка. Типо тюрьмы. Она находится за «Берлогой». – Увидев как нахмурилась девушка, полагая, что опасно было располагать тюрьму для провинившихся туда, где отдыхают люди, Чак поспешил ей разъяснить всё. – Не переживай! – Бодро заявил он. – Там охраняют ребята, и тем более есть щеколды. Никто ещё не выбирался оттуда.              Его слова подействовали успокаивающе, и она расслабилась. Не так уж всё и плохо. Ребята хорошо продумали условия, чтобы жить здесь. Однако, Эмилия надеялась, что находиться здесь долго не придется, и они смогут выбраться.              – Кажется, Алби ещё нет. Значит, мы не опоздали. – Замечание выдернуло из размышлений, и девушка обратила внимание на плантацию. Ничего нового и интересного не было. Обычное поле с посаженными овощами, ягодами и фруктами. – Как я и говорил, здесь никого. – Они все ближе побирались к месту назначения. – А нет, я вижу Ньюта. – Вот она и познакомится со своим соседом по ночлегу. Вроде ничего такого страшного не произойдет, но начало сосать под ложечкой.              С каждым шагом, Эмилия всё больше ощущала запах табака. И с каждым шагом тот всё больше и больше заполнял её нос и лёгкие, хоть и курила не она. Значит каждый вечер её будет преследовать эта вонь.              Ньют, стоял в самом начале грядок. Взгляд устремился на громоздкую стену. Его поза излучала полное спокойствие. Но голова была его чем-то занята. Что-то не давало ему покоя, ведь стопа отбивала ритм какой-то мелодии. Вот он подносит ко рту пальцы с зажатой в них сигаретой, делает затяжку и выдыхает едкий дым тонкой струёй. Это выглядело…красиво.              – Привет, Ньют. – Улыбается Чак.              – Привет, Чаки. – Он всё так же продолжает смотреть на каменную преграду. И кажется у этих ребят теплые отношения, ведь Ньют улыбнулся их приветствию.              Эмилия чувствует толчок в бок и не понимающе смотрит на Чака. Тот в свою очередь кивает головой в сторону курящего парня, чтобы девушка поздоровалась. И та неуверенно мямлит:              – Привет.              Удивление быстро накрыло его лицо, и после резкого поворота улыбка сошла. Эмилия опешила от такой реакции. Меж бровей вырисовалась морщинка. А глаза были готовы залезть на лоб. Что его так смутило? Но все таки он кивнул в знак приветствия. Вот невежа. Удивление сменилось на настороженность.              Кажется, Чак ничего не заметил и стал заводить тему.              – Ты не видел Алби?              – Нет. – Взгляд всё так же устремлен на девушку. Только теперь все эмоции испарились, оставляя лишь полное отрешение. Он не стеснялся разглядывать ту. Ей стало не по себе, хотелось скинуть назойливый взгляд и укрыться. Но Эмилия стойко стояла впереди него и не подавала виду, что чувствует себя не в своей тарелке. – Прости, шанк. – Сделав тягу и выпустив из лёгких дым, он закончил оценивание повернувшись к мальцу, будто потерял интерес к девушке. Хотя так оно и было. Что за нахал?              – Всё в порядке. – Кивнул он в подтверждение своих слов. И открыв рот, чтобы что-то сказать, как Ньют его перебивает.              – Что с твоей рукой? – В голосе беспокойство.              – А, - Беспечно произносит тот и переводит сначала взгляд на свое ранение, потом на Эмилию, а уже в конце на парня. – Все нормально. Немного поранился.              Смешок срывается с уст курящего, и он, будто затыкает себе рот, подносит сигарету, чтобы впустить едкий дым в лёгкие.              – Немного? – Недоверчиво переспрашивает он.              – Да, ничего серьезного. Эми быстро сориентировалась и помогла мне. – Чак благодарно смотрит на неё. И та дарит ему улыбку.              – Эми? – Словно не услышав, спрашивает Ньют.              Малец уже было хотел ответить, но девушка не дала.              – Да. Эмилия. – Четко сказала она не так, как чувствовала. – Имеешь что-то против? – Дерзко спросила девушка и подняла подбородок кверху.              – Потише. – С усмешкой произносит, будто насмехаясь. – Просто спросил, Эмилия. – Её имя с его уст слышится как оскорбление. Хочется крикнуть, чтобы он перестал к ней обращаться по имени. Но она молчит, а он снова затягивается. Она невольно засматривается на его руку и господиблять, она была идеальной. С виднеющимися венами, которые перекатывались от движений. Притягательно. Щеки залило румянцем.              Заметив, что девушка разглядывает его часть тела, что льстило ему, он хмыкнул. Казалось, тот целую жизнь не получал внимание от противоположного пола. Услышав насмешку, она отвела взгляд под ноги, пытаясь скрыть пунцовость, и ей захотелось задеть его. Так, чтобы согнуло пополам и хорошенечко вывернуло.              Почуяв что-то не то, Чак решает перевести тему. Ей захотелось сказать ему спасибо.               – А сколько время? – Видимо он не может дождаться вечеринки.              Парень поднимает запястье и второй ладонью с зажатой сигарой стирает грязь с стекла, а затем вглядевшись произносит:              – Пять минут девятого. – Видимо, Алби опаздывает.              – Спасибо. – Эмилия замечает, как Чак мнется и надеется, что это не то, о чем она думает. – Ну ладно. – Нет. Нет-нет-нет-нет. Не оставляй меня с ним. Девушка резко поднимает взор на него. – Я пойду. – Чеееерт. Но виду не падает. – Подожди, пожалуйста, с Эмилией Алби. Он должен показать ей территорию. – Просит малец и, дождавшись, когда Ньют кивнет, ретируется обратно.              Эмилия гулко выдыхает и, засунув руки в карманы, натыкается на пластинку с таблетками. Вспомнив, что не закончила ещё с Чаком, окликает его.              – Что? – Остановившись недалеко от них, он повернул голову и ждал продолжения.              – Не забудь, что я должна засыпать тебе рану. Найди меня позже. – И тот кивает, разворачивается и возобновляет ходьбу. – Промой её. – Вдогонку кричит Эмилия ему. И малец не поворачиваясь, кивает. – И шоколад скушай. – Снова кивок.               – Значит, медсестричка? – Молвит серьезно, но доля смешинки все же просачивается.              «Алби, быстрее.» - Взмывает она, надеясь, что тот спасет её от него.              Чувствуется девушке, что общий язык они найти не смогут.