Иной вариант

Бруно часто чувствовал себя неловко, но никогда настолько. Хотелось просто исчезнуть, провалиться сквозь землю, никогда больше ни с кем не контактировать и никого не видеть. То, что отец, молча выслушавший их короткий рассказ о существовании параллельного мира(никаких подробностей) и о том, как они, кажется, случайно поменялись местами со здешней тройней, постоянно возвращал взгляд к нему, ничуть не помогало. Бруно чувствовал накатывающее волнами отчаяние – о чем он думал, мечтая слышать добрые слова из уст отца? Разве отец одобрит то жалкое подобие мужчины, которым он стал? Он впился ногтями в руку. У Педро есть собственный Бруно, вероятно, способный Бруно, правильный Бруно, зачем ему этот сломанный Бруно, зачем? - Бруно, - встревоженный голос отца прорвался сквозь шум в голове, заставляя вздрогнуть, - пожалуйста, дыши. Бруно вскинул голову, чтобы краем глаза глянуть на отца. Он не злился? - Давай, - мужчина кивнул, когда Бруно сфокусировал взгляд на нем, - вдох… выдох… Он следил за преувеличенно глубоким дыханием отца, выравнивая собственное. Шум в голове тоже улегся, благодарный медитативному успокоению. В конце концов Педро улыбнулся ему и снова посмотрел на Джульетту, которая с теплотой глядела на него, не отрывая взгляда. Бруно снова вздрогнул, когда отец вздохнул. - Мне сложно это понять, - Педро задумчиво разглядывал Джульетту, которая больше всего была похожа на ее здешнюю версию. В ее теле не было страха, как у Бруно, и не было напряжения, как у Пепы, - вы мои дети... Но в то же время не мои, и все равно я ваш отец. Бруно не хотел даже пытаться представить себя на месте Педро. Что бы он делал в такой ситуации? Если бы его сестры внезапно поменялись на других его сестер? Он был бы в полнейшем смятении. - Вам нужно еще отдохнуть, чтобы… привыкнуть? Мне нужно в город, я не буду держать вас рядом насильно, если вы не в состоянии... - Ты скажешь горожанам, что мы не придем? - с надеждой спросила отца Пепа, отчаянно глядя на него, когда в его речи наступила пауза. Бруно бросил на сестру короткий виноватый взгляд. Ей было необходимо вернуться в комнату прямо сейчас, чтобы она могла выпустить весь ураган, тщательно сдерживаемый на протяжении всего разговора. Педро моргнул, переведя взгляд на нее. - ...Если это так важно? Мои... Ваши... Другие версии не особо близки к горожанам, я не думаю, что их смутило бы ваше отсутствие... Взгляд Джульетты приобрел странный окрас недоверия, сбивая его с толку. - Разве что сеньор Морено может поинтересоваться, где Бруно, но... - отец снова замолчал, когда увидел, как напрягся его сын при упоминании мужчины. Пепа вцепилась в волосы, прочесывая пряди руками, и ее до этого внутренняя мантра "солнечно" превратилась в приглушенное бормотание вслух, на которое Педро наконец обратил внимание. - Пепа, доченька, - она вскинула блестящие зеленые глаза на отца, слыша нежность в его голосе, - иди за мной, пожалуйста. Пепа протянула отцу дрожащую ладонь, из последних сил держа облако над головой в спокойном состоянии. Педро осторожно потянул ее на улицу. - Бруно, Бруно, дыши, - Джульетта мягко положила ладонь на плечо брата, который застыл на своем стуле, не двигаясь, когда он перестал сосредотачиваться на дыхании. Он громко постучал по стулу под собой. - Здесь все по-другому, - свистящим шепотом произнес он, уставившись на сестру немигающим взглядом. Оглушительный гром снаружи заставил их обоих подпрыгнуть. Джульетта мгновенно вскочила, чтобы попытаться успокоить сестру и быстро отвести ее в ее комнату, которая, к счастью, блокировала большую часть проявления эмоций Пепы, но Бруно вцепился в ее платье. - Бруно! Что такое! Она попыталась выдернуть ткань из рук брата, но тонкие и на удивление сильные пальцы Бруно впились в нее как клешни. - Подожди! - пробормотал он, уставившись в приоткрытые двери. Снаружи уже бушевала гроза. Взвыл ветер, завихрившись, дождь стучал по черепице Каситы, сверкнула молния - раз, второй... А затем все медленно стало затихать. Джульетта удивлённо моргнула, перестав выворачивать платье из рук Бруно. - Так быстро?.. - Папа, - Бруно тихо усмехнулся. В его голосе можно было услышать отчетливые ноты благоговения. Еще несколько долгих минут ожидания, и буря превратилась в мелкий дождь. Отец вернулся, придерживая Пепу за плечи. Девушка растирала слезы и капли дождя по лицу, испортив весь макияж, но робко улыбалась. - Горожане не будут злиться на тебя за то, что ты позволил мне..? - Пепа, доченька, я клянусь, что здесь никто не скажет тебе ни слова, - Педро взял Пепу за плечи, разворачивая ее к себе. Он чуть наклонился, чтобы вглядеться в лицо девушки, - ты можешь сиять, можешь плакать, злиться, главное, будь собой. - Но горожане! - воскликнула она. Укоренившийся страх перед недовольством людей сжимал ее грудь. Холодный дождь капал на них обоих, и Педро мотнул головой, стряхивая воду с налипшей на лоб челки. - Плевать на горожан, Пепа! Они привыкли к настроению здешней Пепы, поэтому не бойся, чувствуй. Пепа издала громкий всхлип и протянула руки, крепко обнимая отца и прижимаясь к нему словно в поисках защиты. Педро укачивал ее в объятиях, поглаживая по волосам. Им потребовалось ещё несколько минут для того, чтобы Пепа успокоилась. Она отстранилась от отца, всхлипывая и вытирая слезы, но на ее губах была дрожащая улыбка. - Я хочу к себе... Думаю, я слишком устала… - Пойдем, - Джульетта почувствовала, что Бруно выпустил мятую ткань ее платья из рук, и аккуратно обняла Пепу за спину, забирая ее из рук отца, - я помогу тебе лечь. Бруно? - Я в норме, - Бруно растянул губы в широкой улыбке, демонстрируя крупные ровные зубы, и показал два больших пальца, подняв руки к лицу. Джульетта кивнула попытке брата притвориться, что все в порядке, и медленно повела Пепу прочь из кухни. - Так… Ты хочешь пойти со мной? Бруно уставился на отца со странным выражением лица. Это твой шанс доказать, что ты не трус. Что ты можешь быть хорошим сыном. Просто играй. Твой дар – актерство! - Да, - голос Бруно не был слышен, и он кашлянул, чувствуя, как краснеют уши, - да, папа! - Хорошо, - Педро широко искренне улыбнулся, кивнув. Затем он задумчиво осмотрел себя и пожал плечами, - дай мне минутку, я переоденусь? - Конечно, папа, - Бруно спрятал руки под руаной. Пальцы болели от попытки удержать Джульетту на месте, но он был доволен тем, что предчувствие его не подвело. Педро исчез из поля зрения, и Бруно медленно и глубоко вздохнул, невольно вздрогнув, когда почувствовал шевеление в кармане. - Боже, Бьянка! – Бруно вскрикнул, быстро выуживая крысу из-за пазухи. Альбинос сонно поморгала на него красными глазами и попыталась попробовать его ноготь на вкус. Бруно засмеялся, прижимая крысу к щеке в мягком объятии, - я забыл о тебе! Бьянка была единственным детенышем его предыдущей крысы, которая, к сожалению, погибла сразу после рождения пяти крысят, когда попала в ловушку, установленную мамой на кухне. Бруно никак не смог объяснить остальным свою молчаливую истерику, когда он узнал серое тельце, брезгливо выброшенное его матерью за порог, потому что никто из семьи, естественно, не понимал и не разделял его любви к крысам. Тогда он взялся за то, чтобы выкормить детей своей первой и по праву любимой крысы, перед этим устроив достойные тайные похороны питомцу. Увы, ему удалось спасти только одного детеныша, и это была постоянно сонная, вялая и болезненная Бьянка, которая постоянно нуждалась в тепле, поэтому он почти всегда таскал ее в кармане, согревая собой. По крайне мере, если бы она была на нем, она не смогла бы разделить участь своей матери… - Бруно! – счастливый голос отца заставил его подпрыгнуть. Он едва не выронил Бьянку, судорожно запихивая возмущенно заверещавшую крысу обратно в карман. Вероятно, отец услышал крысиный визг, отчего его дальнейшие слова прозвучали недоуменно, - что у тебя там? - Ничего! – голос Бруно повысился на несколько тонов, словно он пытался замаскировать крысиное пищание под себя, - клянусь, ничего! Прости! Он отступил на шаг. На лице Педро отразилось смятение. - Я слышал крысу. - Прости! – краска перетекла на скулы Бруно. Боже, боже, боже, он такой неудачник! – у меня нет никакой крысы! Клянусь! Кто такие крысы? В Касите нет крыс! Откуда? Отец молча продолжал смотреть на него, отчего Бруно с каждым мгновением бормотал все невнятнее и тише. В следующую секунду Бьянка, вероятно, рассерженная грубым обращением, решила заявить о своем присутствии, выглядывая из-за ворота руаны Бруно. Он замер, ожидая реакции Педро. Тот приблизился на несколько шагов, и Бруно зажмурился, крепко стискивая зубы. Что ему будет за обман? Отец накричит? Оставит без обеда или накажет как-то еще? Ударит? Мама была предсказуемой. Бруно знал, чего ждать от матери. Отец был неизведанной территорией. - Это не одна из крыс моего Бруно, - Бруно вздрогнул от голоса отца, который прозвучал необычно близко, и распахнул глаза только для того, чтобы в упор встретиться взглядом с карими смеющимися глазами Педро, который слегка наклонился, чтобы удобно разглядеть заинтересованно шевелящую усами Бьянку. От неожиданности Бруно снова отступил назад. - Как ее зовут? – отец протянул указательный палец, но остановился, с прищуром глядя на сына, - не кусается? - Н-нет, - он почти перестал дышать, когда Педро в ответ приблизил руку к его шее. Он знал, что это только для того, чтобы дать крысе обнюхать себя, но всепоглощающий ужас от того, что он, глупый Бруно, приносящий несчастья, так беззащитно открывает шею перед кем-то другим, заставил его сердце колотиться птицей в клетке. Даже если этот кто-то – его родной отец. - Хорошая девочка, - голос Педро теперь звучал чуть дальше, и Бруно распахнул глаза, не помня, когда успел зажмуриться. Отец выпрямился, уперев руки в бока и с легкой улыбкой глядя на Бьянку, - у моего Бруно сейчас трое, и один, Хуан, искусал меня за посягательство на его территорию. Педро рассмеялся, и Бруно с восхищением, поднимающимся откуда-то из глубины его души, уставился на отца. Тот неожиданно смутился. - Тебя не обижает, что я называю здешнего Бруно «моим»? То есть, вы все мои дети, все шестеро, но… Бруно замахал руками, прерывая отца. - Все хорошо! Так лучше! Понятнее! Главное, чтобы тебе было удобно, папа! Педро снова широко улыбнулся сыну, который с сияющими глазами впитывал каждую положительную эмоцию на лице отца. - Ах, мой Бруно редко носит своих питомцев на себе, поэтому мне кажется, что они остались здесь… - Педро почесал затылок, - надеюсь, ты не против последить за ними? Я, конечно, ничего не имею против, но все-таки это не совсем мое… - Конечно, папа! – губы Бруно расплылись в широкой искренней улыбке, и Педро улыбнулся в ответ, давя в себе ощущение неправильности. Его сын не должен быть так счастлив из-за такой мелочи. - Но с этим разберемся позже, сейчас нужно отправляться в город. Идем? – Педро приглашающе мотнул головой, проходя мимо Бруно. От него не укрылось, как мгновенно изменилось настроение его сына. - Конечно, папа. Педро незаметно нахмурился.