misunderstood

С самого утра Армин не мог найти себе места: сегодня Анна возвращалась в город. Вчера он твердо решил, что придет к городским воротам, чтобы увидеть возвращающихся разведчиков, но сегодня его одолевали сомнения: не будет ли это слишком? Может, лучше встретить возле штаба? Нет, он все равно будет выглядеть как сталкер. Дать ей время передохнуть и подождать, когда она придет сама? Нет, это полный отстой, будет выглядеть так, будто ему все равно. Брождения Армина прервала Микаса, направлявшаяся в казарму. Увидев Армина возле входа, подруга нахмурилась: – Ты опаздываешь. Армин неловко почесал затылок: – Знаешь, я не думаю, что это хорошая идея, я, эм, не хочу навязываться. Микаса одарила его долгим взглядом, после чего приоткрыла дверь в казарму и слегка повысила голос: – Эрен, сегодня возвращается разведкорпус. Из глубины здания послышался восторженный голос друга: – Правда? Уже сегодня? Пошли смотреть! Там же отряд Анны уходил?.. Не слушая, девушка продолжала смотреть на Арлерта: – Теперь навяжемся все вместе. Тебе так проще? Армин был бесконечно благодарен подруге. Ему действительно стало легче: в конце концов, втроем они будут выглядеть не так подозрительно – просто зеваки, каких много. Его мысли прервал Эрен, стремительно выбежавший из казармы: – Кто последний, тот Жан! Благодаря активности Йегера они подоспели вовремя: ворота только что закрылись. Армину не потребовалось ни секунды, чтобы увидеть ту, ради кого он сюда пришел: Анна находилась во главе многочисленной шумной колонны разведчиков, громко разговаривающих и перекидывающихся шутками. Парню даже поначалу показалось, что это не совсем она – девушка с уверенным властным видом восседала на лошади, вызывающе глядя прямо перед собой. По удивленным восклицаниям толпы Армин понял, в чем дело: обратно вернулись почти все, причем солдаты в большинстве своем были без серьезных травм – редкость для разведкорпуса. Парень смотрел на Анну, стараясь сохранить в голове этот ее образ капитана, столь не вязавшийся с той, кого он знал. Так странно, что спустя долгие дни первым, что он увидел, оказалась именно эта незнакомая сторона девушки. Армин увидел, как помогавшая ему в прошлый раз девушка в очках – вроде бы Ханджи Зое – приблизилась к Анне и что-то сказала ей, кивнув в сторону него. Парень нервно сглотнул, а разведчица тут же повернулась в его сторону. Прямо на его глазах лицо девушки преобразилось: от прежнего налета высокомерия не осталось и следа, на первый план вышла уже знакомая радостная Анна. Девушка остановила лошадь и замахала руками, подзывая Армина к себе. Не особо понимая, что он делает, Арлерт на автомате двинулся вперед, услышав позади от Эрена разочарованное: “Она нас вообще заметила?” Анна выбила одну ногу из стремени и протянула руку: – Запрыгивай. Парень залез на лошадь больше благодаря подруге, которая с силой дернула его за руку, подтягивая в седло. Обернувшись через плечо, девушка бросила короткое: “Держись”, – и немного ускорилась, догоняя голову колонны. Армин положил руки ей на талию, стараясь сильно не цепляться, а разведчица, нагнав подругу, обратилась к ней с просящим тоном: – Вы же взрослые дети, сможете без меня добраться? – Конечно, кроха, – в веселым видом отвечала Ханджи. – Как поживаешь, Армин? Анна не дала ему ответить, быстро буркнув: “Потом пообщаетесь”, – и, обернувшись через плечо, похлопала его по руке: – Держись крепче, прокатимся с ветерком. Выбравшись на малолюдную улицу, девушка подстегнула лошадь. Арлерт едва не отцепился. В панике он обхватил подругу за талию, крепко обняв ее сзади. Анна крикнула что-то веселым тоном, и Армин в этот миг вдруг явно осознал, что она наконец вернулась: его руки держали ее тело, в нос проникал ее запах, а уши, хоть и не разбирали слов, слышали родной голос. Радость дрожью пробежала по его телу, и парень не сразу заметил, что у него появилась совершенно неожиданная проблема – то ли от трения, то ли от проклятых гормонов, не дававших ему жизни по утрам, в штанах становилось все теснее. “Черт! Черт-черт-черт…” – Армина захлестнула паника, и он попытался как можно быстрее отодвинуться от девушки. Анна же лишь усугубила ситуацию: почувствовав, что хватка парня ослабла, она тут же перехватила одной рукой его запястья, прижав к своему животу. Девушка замедлила ход, обеспокоенно обернувшись: – Все в порядке? – Д-да, просто-просто слишком быстро, – это была максимально плохая и слабая ложь, подруга явно не могла не знать, что верховой езде кадетов учат еще с первых месяцев курса. Если разведчица и заподозрила что-то, то не подала виду. Она кивнула: – Мы все равно уже близко, спешить некуда. Весь оставшийся небольшой отрезок пути Армин пытался успокоиться, забивая голову самыми неприятными вещами, но постоянно отвлекался на то, как Анна машинально поглаживала и барабанила пальцами по его рукам. Они толком не общались больше месяца, и тело Арлерта успело отвыкнуть от постоянных прикосновений, но зато сейчас оно реагировало так, будто и не знало их никогда, посылая пронзавшие насквозь электрические разряды. Под конец парень был готов уже сдаться: “Это отвратительно, я отвратителен. Почему мое тело такое дурацкое? Я ужасный друг, это мерзко и неуважительно…” – обреченно думал Армин, ссутулившись и опустив голову девушке на спину. Он почувствовал, как ладонь, покинув его запястья, потрепала по голове. – Не спать, мы почти на месте, – бодро объявила Анна. “Ты не будешь со мной так весело общаться, когда поймешь, в чем дело”, – уныло размышлял парень. Однако он воспользовался моментом, чтобы зацепиться руками за седло сзади, теперь практически никак не соприкасаясь с подругой. Это помогло – к концу пути Арлерт уже с облегчением перестал мысленно прощаться с дружбой разведчицы. Он не помнил момента, когда оказался вновь на земле, очнувшись лишь тогда, когда все его пространство оказалось заполнено Анной: девушка прижалась к нему всем телом, обхватив покрытыми плащом руками, словно пытаясь спрятать его в себе – по крайней мере, так Армин это чувствовал. В голове мелькнула паническая мысль о том, что тело его снова может подвести, но ее подавила волна тепла и уюта, исходящая от девушки. – Ну вот я и дома, – Анна озвучила его мысли. Она с неохотой слегка отстранилась, глядя парню в глаза: – Какие планы на сегодня? – Ты, – только и смог проговорить Армин, залипнув на лицо, которое в последнее время мог видеть лишь в воображении. Он было спохватился, что это прозвучало как минимум странно, но тут заметил реакцию Анны: к его удивлению, девушка как будто смутилась, отводя глаза и пытаясь спрятать улыбку. Парень склонил голову к плечу, стараясь разглядеть ее: если она при виде его краснеющего лица испытывает хотя бы половину тех эмоций, что он ощущает сейчас, Армин ее прекрасно понимает и прощает за все те разы, когда разведчица смотрела на него с ехидным видом. Девушка, вероятно, заметила его интерес, поэтому быстро переключилась: – Я страшно хочу есть, так что давай что-нибудь раздобудем, но сперва мне нужно по-быстрому отчитаться перед Эрвином, это буквально на пять минут, подождешь? – она с надеждой посмотрела на него, будто сомневалась в том, что он согласится. Армин рассмеялся от этой мысли – как будто он мог выбрать что-то другое: – Конечно. С пятью минутами Анна явно погорячилась: уже прошло два раза по пять минут, а Армин продолжал подпирать стену штаба. К этому времени к зданию разведкорпуса подтянулись остальные солдаты, и парень совершенно не знал, куда себя деть – ему все казалось, что он только мешался, хотя и стоял поодаль. Вдобавок Арлерт не мог понять, это паранойя или проходившие внутрь солдаты действительно косились на него, о чем-то переговариваясь, поэтому подошедшую Ханджи он воспринял как спасителя, ведь она сразу, как заметила, направилась к кадету, не тратя время на обсуждения. – Наша общая невежественная подруга так и не дала нам времени на культурный разговор. Так как у тебя дела? – с веселым дружелюбием поинтересовалась девушка, прислонившись спиной к стене сбоку от парня. – Прекрасно, – со смущенной улыбкой ответил Армин. Он пока не понимал, как себя вести с этой разведчицей: своей веселостью она напоминала Анну, только у этой солдатки энергия была более безбашенная, но в то же время в ней угадывался крепкий стержень. – А как у вас? – Ой, тоже замечательно, спасибо, что спросил. Здорово, что хотя бы ты приличный молодой человек, поучишь ее манерам, – парень почувствовал, как Зое внезапно наклонилась к нему, заговорщицки понизив голос: – У меня к тебе есть один очень серьезный вопрос, на который мне нужен честный ответ. Ты готов на него ответить? “Вопрос уже прозвучал”, – подумал Армин и едва не озвучил это – он не был уверен, что Ханджи спросит что-то простое. Но любопытство все же переслило: – Какой вопрос? – Армин повернул голову в сторону девушки, но тут заметил движение и шум позади нее. Из штаба степенно вышел капрал Леви, а за ним, повисая у него на плечах, по пятам шла Анна, прижимаясь к мужчине ближе, чтобы что-то прошептать ему на ухо. В сердце Армина поселилась обида: каких-то пару месяцев назад девушка точно так же висла на нем. “Какого черта я вообще считаю, что у меня эксклюзивные права на ее тактильность?” – с досадой подумал парень, заставив себя отвернуться. Однако чувство не утихало, его питало еще и то, что капрал, судя по его холодному выражению лица, был совершенно равнодушен к подобным проявлениям привязанности Анны, тогда как сам Армин буквально жаждал этих прикосновений. Увидев Армина и Ханджи, Анна приподняла брови, а потом в два прыжка оказалась между ними, облокачиваясь на стену между ними. Он не видел ее лица, но тон девушки был самый непринужденный: – О чем болтали? – Ты подошла на самом интересном месте, так что ни о чем, – откликнулась Зое, насмешливо изучая лицо подруги. – Что ж, мне, пожалуй, пора, побеседуем позже, Армин, – девушка заметила Леви и переключилась на него: – Успел хоть по мне соскучиться? Мужчина недовольно посмотрел на Зое: – Поищи пока себе другую жертву, – повернувшись обратно, он кивнул кадету и обратился к Анне: – Воздержись от желания притащить его в свой свинарник – ты едва ли там убиралась, даже когда здесь была, имей совесть. Девушка обиженно протянула: – Спасибо за заботу, дорогой, – не оборачиваясь, она схватила Армина за руку и потащила его прочь. Поначалу они шли молча. В голове парня крутилась одна навязчивая мысль. Все время отсутствия девушки он провел в размышлениях о том, что ему делать со своими чувствами: молчать или признаться и будь что будет? Молчание бы сохранило дружбу, и поначалу Армина устраивал такой вариант: он бы продолжал находиться рядом с Анной и был бы счастлив и этим. Но фантазия Арлерта работала автономно, подкидывая все новые и новые картины их общего возможного будущего – насколько сильно девушка бы проявляла свою привязанность, если ее тактильность и сейчас едва ли имела границы, и что мог бы позволить себе сам Армин, будь он ее парнем. Арлерт проклинал себя за это непостоянство: только что он решил, что ему достаточно быть рядом в качестве кого угодно, как тут же в нем проснулась жадность. Но если – если – его чувства взаимны, тогда что? Парень усердно анализировал все часы и дни, проведенные с подругой, пытаясь найти хотя бы одно подтверждение этой мысли. Судя по тому, что он наблюдал, когда они находились в компании, Анна действительно выделяла Армина среди остальных, предпочитая общаться чаще только с ним и постоянно вламываясь именно в его личное пространство. С другими кадетами девушка тоже вела себя довольно раскованно, но ей будто были неинтересны физические контакты с ними. Но что особенно подпитывало надежду Арлерта, так это то, какой разведчица была с ним наедине: будучи чаще источником шума, с глазу на глаз она обычно затихала, внимательно слушая друга и смотря на него с тихим умиротворенным видом. Еще одним аргументом в пользу возможной взаимности были эти ее милые прозвища, но сейчас Армин вдруг вспомнил, что Ханджи Анна называла “белочкой”, и осознал, что есть разница между зайцами, белками и прочей живностью и совершенно особенным “дорогой” и “родной”, с которыми девушка обращалась к капралу. Мозг пронзила догадка: а что, если ее эмоциональные проблемы, возникшие незадолго до миссии, были связаны именно с этим мужчиной? – Может, уже расскажешь, о чем болтали с Ханджи? Мне же интересно, – вдруг прервала молчание Анна. Она замедлила шаг, с каким-то настороженным любопытством поглядывая на Армина. – А? – парень как по щелчку выплыл из своих мыслей в реальность. – Да ни о чем особо… Она хотела что-то спросить, – вспомнил Армин, – но не успела, ты, вы вышли, – сбивчиво объяснил он. – Стопудов какую-то дичь начала бы втирать, считай, я тебя спасла, – с видимым облегчением кивнула девушка. Парень подумал, что она явно догадывается о том, что это был за вопрос, но решил не уточнять – что-то ему подсказывало, что подруга просто отшутится. Вместо этого он спросил: – А почему ты ее называешь белочкой? Анна хохотнула: – Белки – удивительные создания. Они невероятно трудолюбивы и запасливы, постоянно носятся туда-сюда… Ну и по правде говоря, как-то раз я жестко напилась и Ханджи меня выхаживала. А я была просто в сопли, у меня были какие-то жуткие галлюцинации, и из-за того, что Ханджи была рядом, она была главной героиней всех моих видений. В общем, “белочка” довольно многозначное понятие, как ты понял, – она неловко почесала затылок, явно стыдясь этой истории. – Ну и выглядит Ханджи реально как такая носатая белка, – весело продолжила девушка, помахивая рукой, сцепленной с пальцами Армина. – Но зайчата в разы милее, конечно, такие маленькие светленькие пушистые комочки, – насмешливо заметила она, поглядывая на друга. Ему удалось почти не покраснеть. – А капрал Леви не удостоился прозвища из животного мира? – Хм, – Анна слегка нахмурилась, задумавшись. – Слушай, ну он не особо подходит под концепцию милых зверенышей. С кем его можно сравнить-то? С шерстяным волчарой разве что, но он мелковат для волчары. Не знаешь, существуют карликовые волки? Как ни старался, Армин не мог разглядеть ни единого признака того, что разведчица говорит о мужчине хотя бы с намеком на влюбленность. Почти убитая надежда снова затрепыхалась внутри.