Глава 2
27 января 2014 г., 02:10
В маленькую рыбацкую деревушку, у которой и названия-то не было, промозглой осенней ночью пришла молодая женщина. С собой у нее был лишь потрепанный узелок с ее нехитрыми пожитками. Она искала ночлег. Гостиницы в этой деревне отродясь не было, а местные жители с осторожностью относились к чужакам, приходящим из Трима. Кто знает, что за сброд мог сбежать из многолюдного торгового города. Женщина уже отчаялась, решив, что ночевать ей придется на улице, но в самом последнем доме, на краю деревни, дверь неожиданно открылась. Ее приютил старый дед, который жил в этой забытой всеми богами деревне еще со времен Красного короля. Старик доживал свои последние дни и был рад улыбчивой путнице. За свои годы он повидал множество людей и мог сразу определить, лишь единожды взглянув на человека, что творится у него на душе - эта женщина была доброй и светлой. Дед решил, что провести свои последние часы с таким хорошим человеком, было бы совсем неплохо.
Женщину звали Анна. Она осталась у старика сначала на один день, потом на неделю, на месяц, а затем и вовсе поселилась насовсем. Анна помогала ему по хозяйству, стирала, убирала, ходила в лес за лечебными травами, ездила на базар продавать свои плетеные корзинки и снадобья. Старик принял ее как свою дочь. Собственных детей у него не было, поэтому после смерти он оставил свой покореженный домик и все хозяйство ей.
В деревне женщину невзлюбили. С местными она разговаривала мало, все время держалась особняком, к тому же вскоре оказалось, что она беременна. Поползли разные слухи. Что, мол, нагуляла в городе да сбежала в деревню. Анна на сварливые перешептывания деревенских бабок внимания не обращала. Ее больше заботило, как зиму продержаться и чтоб ребеночек здоровеньким родился. Но больше всего не нравилось местным девушкам, что многие мужчины на Анну заглядывались. Хоть и была она на сносях, но все равно излучала какую-то притягательную, живую красоту. Некоторые даже пытались ухлестывать за таинственной красавицей, да только зря. Она всем вежливо отказывала. «Мало того, что мужиков наших уводит, так еще и носом воротит», - злобно судачили у нее за спиной. Вот и стали ходить слухи, что ведьма она. Вечно по лесам ходит, странные травы собирает, небось, и мужиков своими темными приворотами заманивает.
Так и жила Анна, со всем справляясь сама и на злые языки не оглядываясь. Зиму тяжелую пережила и весну продержалась, а в первый месяц лета у нее родился мальчик. Он был очень похож на свою мать. Такие же непослушные темные волосы, вздернутый носик, длинные густые ресницы, только вот глаза не голубые, а золотисто-карие. Вот так и появился на свет маленький Сайнос или просто Сай.
* * *
Сайнос 7 лет - Мам, можно мне пойти поиграть? - А ты все доделал? - Да-а. Я уже схватил маленькую тряпочную сумку. Сегодня очень важный день. Два дня назад я услышал, как Седрик разговаривал с ребятами, они собирались пойти на море. Кто-то рассказывал про страшную пещеру на северном пляже. Нанали утверждала, что там водятся призраки. Поэтому было решено устроить состязание на храбрость. Это был мой шанс. Сегодня я обязательно подружусь со всеми! Ребята увидят, что я очень храбрый и разрешат мне играть вместе с ними! - Сай, ну-ка, подойди сюда, - улыбнулась мама. Ох, как же она не вовремя. Я ведь и опоздать могу! Но, несмотря на желание поскорее выскользнуть из дома, я все же послушно подошел к столу, за которым сидела мама, перебирая какие-то корешки. Она погладила меня по голове и чмокнула в лоб. - Вот теперь можешь бежать по своим ужасно важным делам, - она щелкнула меня по носу. - Ну, мам, - надувшись, пробубнил я, потирая нос. Вечно она со мной как с маленьким. На улице была середина лета. Солнце в этом году палило нещадно, не спасал даже дующий с моря прохладный ветерок. Почти все мужчины днем были в море. Свежая рыба – вот на чем держалась эта захудалая деревенька. Но сейчас меня совсем не волновало яркое солнце, рыба, которой пропахло все вокруг, или оханье старых бабок в момент, когда я проносился мимо них. Мне всего семь, и взрослые заботы где-то далеко от меня. Незачем об этом беспокоиться. Куда важнее вовремя прибежать к старой засохшей сосне, у которой была назначена встреча. Я чуть было не споткнулся, сбегая со склона, когда заметил пятерых ребят, стоящих у дерева. Если бы я сейчас упал прямо у них на глазах, все было бы испорчено. Маленькая Нанали дернула светловолосого мальчика за рукав рубашки и что-то сказала, все разом обернулись в мою сторону. Я остановился в нескольких шагах от них. - Что ты тут делаешь? – насупился Седрик. Он был негласным лидером этой маленькой компании. Старше остальных на два года, да и самый высокий среди ребят. - Я… Можно мне с вами? - Это почему мы должны разрешить тебе идти с нами? - тут же хмыкнул Даня. – И вообще, откуда ты знаешь, куда мы собрались? Ты что следил за нами? - Нет! Я просто услышал, что вы собираетесь в пещеру, и хотел… - Таких, как ты, мы с собой не берем, - грозно выступил вперед Грег. Его я всегда побаивался. Старшие братья Грега были известными драчунами в деревне, а младший не отставал от них. – Ведьминский сы… - А ну тихо! – поднял руку Седрик. Все тут же послушно замолчали. – Так ты хочешь пойти в пещеру вместе с нами? Что, не струсишь? Я покрепче сжал ремешок своей сумки. - Нет! Я не боюсь! Ребята недовольно смотрели на меня, ожидая, что же скажет Седрик, и только Нанали украдкой выглядывала из-за спины своего брата и робко улыбалась. Она была единственной, кто иногда играл со мной. Ее часто отправляли к моей маме за разными лекарствами для больной бабушки. Пару раз она даже приносила мне вкусные пирожки с черникой. Седрик уже открыл рот, чтобы ответить, но тут к нему подошел Нэл, который все это время держался позади, и шепнул что-то на ухо. Мальчики переглянулись. - Хорошо, ты можешь пойти с нами, - Седрик украдкой подмигнул остальным. – Но если испугаешься и сбежишь раньше времени, мы никогда больше не возьмем тебя с собой. Я чуть было не запрыгал от радости. Вход в пещеру находился у самой кромки воды. С приливом ее затапливало почти до самого верха. Стены внутри были покрыты склизким илом и водорослями, которые приносила туда морская вода. Пещера уходила глубоко под землю. Никто из местных так и не смог дойти до конца, да и желание лезть в этакую глубь мало у кого появлялось. У людей было полным-полно своих забот. - Будем делать так, - Седрик достал из кармана кусочек мела. – Заходим в пещеру по очереди. Тот, кто будет первым, пройдет как можно дальше и оставит на стене отметку с одной черточкой. Второй нарисует две, и так далее. Когда все закончат, мы зажжем факел и пойдем все вместе. Тот, чьи отметины будут находиться дальше всех, и станет самым смелым. Все согласны? Ребята кивнули. - Так, кто пойдет первым? - Дайте мне! – тут же вызвался Даня. Я с нетерпением ждал своей очереди. Сердце стучало в два раза быстрее, даже ладони предательски вспотели. Но это было приятное волнующее чувство. Наконец-то я вместе со всеми. Потом, когда испытание закончится, я угощу всех ребят лесными ягодами, которые собрал сегодня утром. Им точно понравится! - Ну, чего застыл? Твоя очередь, - Седрик всучил мне мел и подтолкнул ко входу. За спиной прыснули смехом Грег и Нэл. Ничего, это они сейчас так смеются, а вот когда я выйду победителем, ребята посмотрят на меня совсем по-другому. Держась рукой за стену, я стал осторожно продвигаться вглубь пещеры. Главное, не поскользнуться и не споткнуться о камни под ногами. Прошлым летом, когда я осматривал побережье, я уже лазил в эту пещеру. Далеко зайти мне не удалось, да и мама, узнав, где я был, сильно меня отругала. Мне не было страшно в темноте. Сейчас мои мысли были заняты совсем другим. Никакого страха, только сладкое волнение, от которого бешено билось в груди сердце. Очертания пещеры стали уже почти неразличимы. Я полагался лишь на свои чувства и ощущение холодного камня под рукой. Еще немного и нужно будет идти обратно. Позади меня раздался какой-то непонятный шорох. Я замер, прислушиваясь. За мной кто-то шел. Или, может, мне просто показалось? Нет, это эхо моих собственных шагов. Что-то у меня разыгралось воображение. Но стоило мне развернуться и снова сделать шаг в темноту, как кто-то с силой толкнул меня в спину. Не удержав равновесие, я споткнулся и повалился вперед, сдирая кожу на руках об острые камни. Я даже не успел толком понять, что произошло, когда новый удар, который пришелся в живот, выбил воздух из легких. А потом, после толчка в спину, я понял что падаю. Пол пещеры внезапно исчез, и я кувырком свалился в широкую расщелину, которая взялась здесь неизвестно откуда. Все произошло за какие-то доли секунды. Где-то наверху забрезжил яркий рыжий огонек. Я увидел Седрика и Грега, которые смотрели на меня, лежащего на дне расщелины. - Ну что, доигрался ведьминский выродок? – голосу Грега послушно вторило эхо пещеры. - Больше ты никогда не приблизишься ни к нам, ни к моей сестре, - спокойно произнес Седрик, равнодушно глядя мне прямо в глаза. Как только огонек исчез, все вокруг окутала непроглядная чернота. Не знаю, сколько я пролежал там внизу в абсолютном оцепенении. Поверить в случившееся просто не получалось. Они разрешили пойти вместе с ними только ради этого. Только за тем, чтобы поиздеваться надо мной, толкнуть в эту расщелину. Не было бы ее, придумали бы что-то другое. Они ненавидят меня. По щекам покатились слезы. Конечно, я знал, что про меня говорят за моей спиной. Трудно пропускать мимо ушей слова, которые и скрывать-то толком никто не пытался. Но все же, порой мне казалось, что узнай они меня получше, просто подпустив к себе и не отталкивая, все бы изменилось. Я так завидовал им. Ребята были настоящими друзьями, всегда вместе. Смеялись, веселились, играли, а я… Конечно, со мной была мама. Но мне очень хотелось попасть в их компанию. Неужели я настолько противен им? Я почувствовал под рукой что-то маленькое и круглое – из сумки вывалились все ягоды, которые я так старательно собирал целое утро. Даже встал пораньше, чтобы все успеть. От этих мыслей стало еще больнее. Какой же я наивный дурень. «Прекрати реветь! Хватит! Нужно выбираться отсюда!» - упорно кричал кто-то сильный внутри меня, но я его не слушал. Ведь так просто закрыть глаза и остаться в этой темноте навсегда. Всем от этого станет только лучше. Нет. Я не могу оставить маму. Я нужен ей. Нельзя оставлять ее одну. Пускай все отворачиваются от меня. Время все изменит. Вечно игнорировать меня они не смогут. А пока я должен заботиться о маме. Соберись, Сай! Нельзя сдаваться. Ты не имеешь на это право, пока есть тот, кто беспокоится о тебе. Первая же попытка подняться закончилась тем, что я с болезненным вздохом снова сел на камни, хватаясь за плечо. Стоило мне пошевелить правой рукой, как тупая прожигающая боль охватывала все предплечье. Похоже, весь удар при падании пришелся на руку. Именно в этот момент до меня начала доходить вся плачевность моей ситуации. Я застрял здесь, в этой пещере на северном пляже, куда почти никогда никто не ходит. Где я, знают только Седрик и его компания, а они вряд ли побегут рассказывать всем, о том, что бросили меня здесь. А самое главное скоро начнется прилив. Я медленно выдохнул, стараясь успокоиться и не поддаваться нарастающей панике. До прилива еще много времени, нужно попытаться выбраться, здесь не так высоко. Я ощупал выступы перед собой. Слишком гладкие. К тому же, откуда-то сверху капала вода. Если я попробую залезть наверх в этой кромешной темноте, скорее переломаю себе все кости, чем выберусь наружу. Мне бы хоть немного света. Я вспомнил мамины сказки про мага Глариса, который мог повелевать огнем. Уж он-то точно не попал бы в такую безнадежную ситуацию. Да, если бы у меня была хоть капелька способностей к ворожбе, я бы давно уже жил в Триме при местной школе магии, а не прозябал бы в этой вонючей деревне. Уповая на благосклонность судьбы, я все же решился лезть наверх. Нащупав более-менее надежный выступ, я подтянулся, хватаясь за него левой рукой. Но, не найдя нормальной опоры для ног, не удержался и свалился вниз. Плечо заныло еще сильнее. Это бесполезно. Если бы я мог нормально двигать правой рукой, может у меня что-нибудь и вышло, но так я лишь зря трачу время. - Кто-нибудь! Пожалуйста, отзовитесь! Помогите! Помогите!! Но ответом мне было лишь смеющееся эхо пещеры.* * *
Слезы давно высохли. На то, чтобы плакать, не осталось сил. Я сбился со счета, сколько раз падал вниз, пытаясь выбраться из этой чертовой расщелины. Время превратилось для меня в тягучую темную массу. Сколько уже прошло? Три часа? Пять? Десять? Как давно я здесь сижу? Вода медленно заполняла дно пещеры, неумолимо поднимаясь вверх. Скоро ее уровень будет мне по пояс. Боги, что же мне делать. Почему вода приходит так быстро? Неужели я так и умру здесь… Мама, как же мне страшно... На мгновение мне показалось, что я услышал мамин голос, зовущий меня. Этого просто не могло быть, как она могла оказаться здесь. Но голос никуда не пропал. Он повторял мое имя снова и снова, становясь только громче. Неужели… - Мама! – закричал я из последних сил так громко, как только мог. – Мама, я здесь! Несколько мучительных мгновений ответом мне была лишь тишина пещеры и звуки капающей воды. Я слушал, как громко стучит мое сердце. Пожалуйста, мама, найди меня, я тут. Пожалуйста. - Сай! Сай, это я! Наверху я увидел мамино лицо, освещенное тусклым светом факела. В эту секунду я не выдержал и снова заплакал. Слезы, которым, казалось, уже неоткуда взяться, градом катились по щекам. Захлебываясь рыданиями, я повторял только одно слово «мама». - Не плачь, Сай, я уже здесь. Все будет хорошо. Держи веревку, обмотай ею себя как можно крепче. Ну же, не плачь, я с тобой. Мамин голос словно вливал в меня силы. Как только я смог выбраться из расщелины, тут же кинулся маме в объятия. Она крепко обнимала меня, чуть подрагивая, и не переставала гладить меня по голове. Я никогда больше не буду перечить ей, стану самым послушным, всегда буду помогать. В эти короткие мгновения я даже забыл про боль в руке, прижимаясь к ней еще сильнее. Мамочка. - Мама, как же ты… - Нанали мне рассказала. Не плачь, Сай. Все хорошо. Мама не стала разжимать мои крепкие объятия, просто взяла меня на руки. Я закрыл глаза, положив голову ей на плечо. Когда я снова открыл их, мы уже шли по центральной улице деревни. Солнце медленно клонилось к горизонту. Получается, я просидел там почти целый день. Думать о случившемся не хотелось. В деревне было необычайно тихо. В это время все рыбаки возвращались с моря. Их встречали на улице, расспрашивая об удачном улове. Деревня оживала. Но сейчас вокруг не было ни души. Только где-то вдалеке слышались людские голоса. И чем ближе мы подходили к концу деревни, тем громче становился этот неясный гомон. Мама опустила меня на землю, я тут же схватил ее за руку. Она напряженно вглядывалась вдаль. Около нашего дома столпилась, похоже, вся деревня. Люди что-то кричали, размахивали руками, некоторые из них даже трясли вилами и лопатами. Что они все там делают? Я хотел было задать этот вопрос вслух, но тут кто-то окрикнул нас со двора соседнего дома. - Анна, быстрее идите сюда! – дядя Ригус испуганно замахал нам рукой. - Ригус, что происходит? – мама сильнее сжала мою ладонь. - Анна, не ходи туда! Они все обезумели! Все из-за этой старой карги Хельмы и ее подстрекательниц! Жан и его сыновья не вернулись на берег. Их лодку перевернул морской змейник и всех утянул на дно. Так эти ополоумевшие стали тебя во всем винить. Орали, что это ты наслала на них порчу и прокляла. - Но я же предупреждала их, чтобы они не выходили сегодня в море… - Все считают, что ты во всем виновата! Они совсем с ума посходили! Орали про ведьму и праведный суд. Не ходи туда, тебе бежать отсюда надо. - Куда мне бежать? Мой дом здесь, мне некуда больше пойти. Ригус схватил ее за плечи. - Не надо, Анна. Их уже не остановишь, они совсем… Эти чертовы бабы все начали, если бы не они… - Я поговорю с ними. - Анна, они… - Ригус, прошу, присмотри за Сайносом, - она присела передо мной на корточки. – Сай, слушайся дядю Ригуса, пока я не вернусь, хорошо? Сначала я хотел ей возразить, сказать, что пойду с ней, но тут же вспомнил о своем решении во всем слушаться маму. - Хорошо, - едва слышно согласился я. Мама улыбнулась и поцеловала меня в лоб. - Я скоро. Ригус хотел было что-то сказать, но мама уверенно направилась в сторону бушующей толпы. Я смотрел на ее удаляющуюся спину, и чем дальше от меня она уходила, тем беспокойней билось мое сердце. Хотелось окрикнуть ее, побежать за ней, но я же пообещал. Я не могу нарушить свое слово. Ригус потянул меня за собой в дом. - Пойдем, Сайнос. Тебе лучше побыть внутри. - Я никуда не пойду! Мама сказал ждать ее! Не пойду! Ригус тяжело вздохнул, но руку с моего запястья не убрал, словно опасаясь, что я могу вырваться и убежать. - Весь в мать, - пробубнил он себе под нос. Как только мама подошла достаточно близко, толпа немного притихла. Я привстал на мысочки, стараясь разглядеть хоть что-то, но вскоре она совсем затерялась среди людей. О чем говорили, слышно не было, но временное затишье начало нарушаться нарастающим недовольным шумом. Что там происходит? Внезапно над улицей раздался тонкий женский крик, потом еще один, перерастающий в наполненный дикой болью вопль. Внутри меня все похолодело. Мама. Не думая больше ни секунды, я рванул вперед, но тут же был остановлен крепкой хваткой Ригуса. Он схватил меня за больное плечо, отчего я с тихим стоном осел на землю. - Прости, но тебе туда нельзя. - Но, мама! Она же там! Мы должны помочь! Я… Ригус зажал мне рот рукой. - Не шуми, иначе нас заметят! Я слышал, как она кричала. Эти секунды превратились в вечность. Я забыл обо всем на свете. Не видел ничего перед глазами, только слышал ее голос. Мое сердце стучало так медленно, словно и не билось вовсе. Я не понимал, почему меня удерживает Ригус, ведь мы должны бежать туда, чтобы разорвать на части всех этих людей, что делают ей так больно. Толпа с диким ором ринулась к дому. Я больше не слышал мамин голос. Наш дом вспыхнул, словно стог соломы. Буквально за секунду его охватило яркое рыжее пламя. Деревенские окружили его в кольцо. Все это походило на страшный безумный кошмар. Кажется, я просто перестал воспринимать творящийся там ужас. Меня словно толкнули в черную бездну. Это не могло быть правдой. Мама, она где-то там. Я должен!.. я… - Сайнос! – Ригус развернул меня и крепко прижал к себе. – Боги, что же они делают… Анна, прости меня… Я не смог остановить тебя. Прости. Должен был… Он быстро гладил меня по голове, а я отчаянно пытался вырваться из крепкого захвата. Мне нужно туда! Но Ригус будто не слышал моих сдавленных хриплых криков. Я проклинал его, царапался, бил, а он даже не пошевелился. Только продолжал гладить меня, шепча какие-то неразборчивые слова. Позади что-то с громким треском обрушилось. Я из последних сил дернулся назад, отталкивая от себя Ригуса, но он, словно предчувствуя мой последний отчаянный рывок, успел перехватить меня и сжать больное плечо. Прежде, чем я осыпал его новой порцией ругательств, мне в рот запихнули горлышко маленькой фляжки. По горлу потекла какая-то горькая травяная настойка. Я закашлял, на глазах выступили слезы. Но он не дал мне отстраниться, пока я не выпил все ее содержимое. Ригус взял мое лицо в ладони и, глядя мне в глаза, быстро заговорил: - Сейчас тебе нужно бежать. Ты должен спрятаться. Сай, тебе нельзя возвращаться в эту деревню. Беги в лес. Я буду ждать тебя у родника завтра утром. Ты понял меня? Меня начала окутывать какая-то странная, необъяснимая легкость. Чувства медленно притуплялись, отходя куда-то на второй план. Перед глазами все затягивала серая дымка. Ригус ощутимо встряхнул меня, требуя ответа. - Мама… - я попытался ухватиться за ускользающий разум. - Ее больше нет. Понимаешь? – в его серых глазах мелькнула тень. На секунду он прикрыл их, сводя брови к переносице. А когда открыл снова, взгляд был полон решимости. - Беги в лес, укройся в старой сторожке. Ты же знаешь, где это? Как только рассветет, иди к роднику. Ты понял меня? Отвечай! - Я понял… Бежать в лес… Должен… - язык почти не слушался, слова выходили слишком длинными. Дурман-трава… Он опоил меня… - Ну же, беги! Мое тело послушно выполнило приказ. Бежать. Бежать. Бежать. Все проносится мимо меня, расплываясь в смазанных кадрах. В голове отчаянно бьется последняя ясная мысль. Мне нужно спрятаться, надо скрыться в лесу. Но сердце невыносимо ноет, в груди все разрывается от непонятной клокочущей боли, а слезы не перестают течь по щекам. Я почти ничего не вижу. Не понимаю, что происходит вокруг. Падаю. Поднимаюсь и снова бегу, не обращая внимания на кровоточащую рану на ноге. У меня больше нет чувств, только сердце бьется в страшной агонии, заставляя бежать еще быстрее. Я уже давно не разбираю дороги. Колючие ветки хлещут по лицу, раздирают одежду, оставляя на коже тонкие красные полосы. Ничего не замечаю. В голове все еще разносятся душераздирающие женские крики и ор разъяренной толпы. Пытаюсь заставить их замолчать, убраться подальше, но они преследуют меня, не отпуская ни на секунду. Я сам кричу, словно раненный дикий зверь, надрываясь в своих рыданиях. Внутри меня открытая рана, мне никогда не было так больно. Медленно, заполняя каждую частичку внутри меня, зарождается вязкое черное чувство. Оно, словно маленький уголек, начинает разгораться, сжигая последние светлые крупицы в моей душе, и я не могу ему сопротивляться. Не хочу. - НЕНАВИЖУ!!! Ненавижу их всех! Я даже не понял, что кричу. Лес нависал надо мной плотным темным куполом, внимательно следя за страданиями маленького жалкого человечка. Очередная коряга услужливо подставила мне подножку, и я снова упал. Сил подняться, просто не было. - Ненавижу… проклинаю их… что б они все сдохли… мама.. «Ты хочешь отомстить?» - тихий шелестящий голос, показался спасительной отдушиной. - Хочу. «Я помогу тебе. Они умрут. Все до единого. Тебе нужно лишь выпустить меня отсюда. Выпусти меня, Сайнос». По спине пробежал леденящий холод. Нельзя этого делать, нельзя, но… «Ты доверишься мне?» …мама, они все получат свое. - Да. «Я никогда тебя не оставлю».* * *
Где-то далеко, будто сквозь водную гладь, я слышал чей-то успокаивающий голос. Его отзвуки и мягкие переливы наполняли меня силой, словно живительный эликсир. Простонав что-то бессвязное, я открыл глаза. Надо мной склонился старик. Его длинная седая борода лежала у меня на груди. Закрыв глаза, он шептал что-то на странном лиричном наречии, которого я не знал. Стоило мне шевельнуться, как он тут же замолчал. На меня смотрели искрящиеся голубые глаза, которые совсем не подходили этому лицу, покрытому сеточкой морщин. Старик тепло улыбнулся и приподнялся, опираясь на деревянный посох. Я тут же зажмурился от яркого солнечного света, проникающего сквозь зеленую листву деревьев. - Бран, иди сюда, он очнулся, - старик окликнул кого-то позади. – Ну, чего ты там копаешься? Мальчишка совсем без сил, я один его не дотащу. Я все еще не мог понять, где нахожусь. Мысли путались в голове, тело ныло. Особенно разболелось плечо. Я попытался подняться, но ничего не вышло. К старику подошел высокий парнишка на вид лет пятнадцати. Его смуглая кожа резко контрастировала с пепельными волосами. Я никогда не видел такого сочетания цвета волос и кожи. Невольно я засмотрелся на него, но в ответ тут же получил не слишком приятный холодный взгляд. - Зачем он нам? У нас своих проблем хватает. - Бран, а ну прекрати. Не видишь, что ему нужна помощь. Нужно помогать… - Да, да, - перебил старика парень. - Помогать нуждающимся, если это в твоих силах, ибо доброта всегда возвращается. Я прекрасно помню, нечего повторять одно и тоже. Бран перевел на меня недовольный взгляд. - Встать сможешь? Я испуганно вздрогнул, когда он обратился ко мне. Не дождавшись от меня никакой ответной реакции, Бран недовольно цыкнул и потянулся вперед, чтобы поднять меня с земли. Но стоило ему оказаться достаточно близко, я дернулся в сторону, избегая прикосновений. Руки задрожали, а из горла вырвался всхлип. В голове полностью сложилась страшная картина вчерашнего вечера. Мне тут же захотелось спрятаться в какое-нибудь темное укромное место, свернуться там калачиком и заснуть, чтобы никогда больше не просыпаться и не вспоминать всего этого. - Эй, ты чего? – Бран, совсем не ожидавший подобной реакции, оторопело уставился на меня. – Да, я его даже не трогал! Старик снова оказался возле меня. Он быстро коснулся моего лба двумя пальцами, пробормотав какие-то слова. Мои веки сами собой стали тяжелеть, а боль уходить куда-то вглубь. Она не пропадала, нет, просто отступала на время. - Поднимай его, только аккуратно. Этот мальчик уже успел вытерпеть достаточно. Когда я снова пришел в себя, то обнаружил, что лежу на кровати в небольшой комнатке. Деревянные стены от потолка до пола были увешаны разными сухими травами, собранными в маленькие аккуратные пучки. От такого изобилия растений казалось, что вся комната – это дикий сад, а травы и цветы растут прямо из стен. На скамье около открытого окна сидел все тот же старичок. Его посох пристроился рядышком у стены, а сам он задумчиво листал какую-то потрепанную книгу. Заметив мое пробуждение, он тут же оторвался от чтения и подошел ко мне. Я замер в нерешительности. Улыбка старичка казалась искренней, да и сам он не вызывал во мне никаких опасений, но просто так довериться незнакомому человеку я не мог. Тем более после всего случившегося. Стоило сознанию всколыхнуть страшные воспоминания, как меня бросило в дрожь. Старик обеспокоенно нахмурил брови, воспринимая такую реакцию на свой счет. - Как ты себя чувствуешь? Я лишь отвел взгляд в сторону и ничего не ответил. - Я не тороплю тебя. Если не хочешь говорить, так и не надо. Но я бы хотел, чтобы ты поскорее поправился. Не буду спрашивать, что с тобой произошло, но вот о твоих ранах не могу не спросить. Ты ведь хочешь, чтобы они поскорее затянулись? Старик говорил спокойно и без напора. Я понимал, что он старается расположить меня к себе. Когда его ладонь коснулась моего лба, я еле подавил в себе резкое желание отползти подальше к стенке. - Ну, так что, лечиться будем? – я неопределенно кивнул в ответ. Спустя несколько минут я успел пожалеть, что согласился. Меня заставили выпить четыре чашки вонючей, горькой жидкости неизвестного происхождения. Больное плечо намазали чем-то жгучим и почти таким же зловонным, а после руку зафиксировали на груди. Все порезы и ссадины тщательно промывали и смазывали. Я не ожидал, что на мне окажется столько повреждений. На ноге, так вообще, был огромный воспалившийся порез. Его забинтовали с особым старанием. Старик на все мои шипения, вздохи и ахи, только довольно улыбался и посмеивался. Я все никак не мог понять, как с такими ранами я бежал, да и вообще передвигался? - Ну, вот и все, скоро будешь как новенький. Ох, я же совсем забыл представиться. Меня зовут Мэлим. Мы живем здесь вдвоем. Брана ты видел утром. Мы, вроде как, в бегах, так что, надеюсь, ты никому не расскажешь, что видел нас. - Что, уже разболтал все наши секреты? – за спиной Мэлима появился Бран. Он кинул на стол тушку кролика и несколько бумажных свертков, которые вытащил из кожаного мешочка на поясе. – Ты смотри, вдруг он вражеский шпион, а ты ему эти сказки заливаешь. Я бы на твоем месте помолчал. В руках у Брана сверкнуло и тут же пропало короткое лезвие ножа, которое он прятал где-то в складках одежды. - Ну, и зачем, скажи на милость, ты его еще больше запугиваешь? – Мэлим недовольно цыкнул, укоризненно глядя на довольно скалящегося парня. - Он и так от любого звука шарахается. Вот какой из него шпион? Он просто ребенок. - Ага, видел я таких детей, - Бран быстро пододвинул себе табуретку поближе к моей кровати и сел на нее. – Ну, чего молчишь, найденыш? Я весь сжался, стараясь стать как можно незаметней, и слиться с окружающей обстановкой. - Не дави на него, - вступился за меня Мэлим. – Дай ребенку оправиться. - Из-за твоей глупой доброты ты когда-нибудь и помрешь. Долго он здесь ошиваться будет? - Неделю, может две, если он, конечно… - Прекрасно, просто прекрасно! Я почти перестал слушать спор этих двоих. Нужно было выбираться отсюда, но в таком состоянии у меня вряд ли что-то получится. Последнее что я помнил достаточно хорошо, это слова Ригуса. Он будет ждать меня у родника. Но сколько времени уже прошло? Когда меня нашли в лесу, солнце было высоко, сейчас, скорее всего, перевалило за полдень. Будет ли Ригус ждать меня так долго? Он не станет бросать все ради меня. Нельзя полагаться только на его слова. Теперь я сам по себе. Никто не будет решать за меня, как мне жить дальше. Стоило выяснить у старика, где я, собственно говоря, оказался. Судя по звукам за окном, домик находился прямо в лесу. Но я не мог припомнить никаких строений вблизи нашей деревни, кроме старой брошенной сторожки. А это была точно не она. А эти двое… Если старик вполне мог сойти за местного, то Бран сразу бы привлек к себе внимание. Где же я? Я заставлял себя думать. Главное, чтобы голова была занята чем угодно, но не мыслями о вчерашнем, иначе я не смогу сдержать наворачивающиеся на глаза слезы. - Простите, а где мы находимся? – мой тихий вопрос возымел эффект. На меня уставились две пары изумленных глаз. Похоже, они успели решить, что я немой. - Мы к югу от Трима, в лесах Флоренца, если точнее, - ответил мне Мэлим, тщательно подбирая слова. Вот тут пришло время удивляться мне. Это было просто невозможно. Я чисто физически не смог бы добраться сюда всего за одну ночь. Да, я бежал сломя голову, не чувствуя собственных ног, но даже так до Трима верхом при хорошей погоде ехать не меньше суток. А тут южные леса провинции! Это нереально! Но зачем этим людям врать мне? А если это правда, то тогда я вообще ничего не понимаю. Я постарался, чтобы на моем лице не отразилось никаких эмоций, выдающих мое удивление и растерянность. Нельзя раскрывать себя. - Эй, найденыш, может, все-таки, соизволишь назвать нам свое имя, раз ты умеешь разговаривать, - Бран заинтересованно подался вперед, сверля меня взглядом. Мне это совсем не понравилось. - Сай… Сайнос. Парень в ответ лишь разочарованно хмыкнул, словно ожидал от меня чего-то большего. Вот так и началось мое пребывание в этой весьма странной компании. Я решил повременить с побегом, пока не затянутся раны. Проведя с моими спасителями несколько дней, я смог узнать их чуточку лучше. Опасения и страхи постепенно стали отходить на второй план. Мэлим оказался чутким и добрым стариком, но не в меру болтливым. Постоянно спрашивал о моем самочувствии, пичкал меня разными отварами, заставлял круглыми сутками лежать в кровати и вечно о чем-то беззаботно болтал. Но скоро я смог понять, что, хотя Мэлим и любит поговорить, но он ни разу так ничего и не сказал о себе или о Бране. От кого они скрываются? Как оказались в этом лесу? Откуда родом Бран? У меня в голове крутилась куча разных вопросов, но задать их вслух я так и не решался. А вот Бран был совсем не разговорчивым. Он вечно где-то пропадал, иногда возвращаясь только под утро, а если и разговаривал со мной, то большей частью язвил и доставал меня глупыми шутками. Похоже, он был совсем не рад появлению неожиданного больного в их доме. Именно поэтому я хотел уйти как можно скорее. Ночью меня донимали кошмары. Просыпался я в холодном поту с бешено колотящимся сердцем. Щеки были мокрыми от слез. Я все время вспоминал маму. Не получалось запретить себе думать о ней. Мэлим стал давать мне какое-то особенное снадобье, после которого я засыпал почти мгновенно, а сами сны становились светлыми и спокойными. Я не мог выразить ему свою благодарность, а участливый старик лишь тепло улыбался уголками рта. Спустя неделю, когда я немного окреп, Мэлим обратился ко мне со странной просьбой. - Но зачем проверять меня на наличие зерна мага? Меня проверяли при рождении, как и всех детей. У меня нет никаких способностей, - то, что старик сведущ в магии, я понял уже давно. От простых мазей раны так быстро не заживают. Но как ему взбрело в голову проверить меня на магические способности, я понять не мог. - Я отчетливо ощущаю в тебе зерно мага, - не унимался Мэлим. – Сначала я подумал, что мне просто кажется. Ведь, будь ты магом, столичные прихвостни давно бы затащили тебя в какую-нибудь академию. Но ты-то здесь. Магом рождаются, стать им просто невозможно. Если у тебя нет таланта, ты не сможешь понять и простейшего магического ритуала или заклинания. Это как биться головой об стену, в надежде пройти сквозь нее. Так что, не ожидая никаких чудес, я спокойно закрыл глаза, позволяя Мэлиму взять меня за руки. Сам процесс выявления мага был очень прост. Истинный маг просто брал младенца за руки и пропускал сквозь его ладошки заклинания светоча. Если ребенок обладал хоть каплей силы, над его руками загорался маленький огонек, который и называли зерном мага. - Ну, что я говорил! – радостно воскликнул старик. Я открыл глаза. Над моими раскрытыми ладонями, которые держал в своих руках Мэлим, правда сиял крошечный красный шарик. Я не смог сдержать недоуменного вздоха. После такого стоило начать верить в сказки. - Только вот, - Мэлим рассматривал светящееся зерно. – Я еще ни разу не видел красного. Обычно они золотые или белые… - Это плохо? - Нет, конечно. Просто редко встречается, - он отпустил мои ладони, и огонек тут же исчез. – Странно другое, почему твой дар не обнаружили? Хотя, в жизни много чего происходит, что неподвластно людям. Всякое бывает. Я все еще рассматривал свои ладони. Столько раз мечтал стать магом, попасть в академию, а потом стать таким же, как те смелые герои из книжек, которые я читал. А теперь все это может сбыться. Мама порадовалась бы за меня… - Уже вижу по твоим глазам, что вообразил академию магии и светлое будущее. Но хочу тебя расстроить. В академии учатся с самых пеленок, с рождения впитывают магические формулы. Никто не возьмет, неизвестно откуда взявшегося, мальчишку на обучение без веских на то причин. Скорее запечатают твой дар, чтобы ты не натворил дел, и отправят восвояси. Как бы странно это не звучало, но ты слишком стар, чтобы начинать обучение. Вот как… Не стоило и надеяться. А я-то думал, что все еще может образумиться. Мэлим мягко потрепал меня по волосам. Иногда у меня появлялось странное чувство, будто дотрагиваясь до меня, он отдает частичку своего тепла, потому что после его прикосновений всегда становилось чуточку легче. Наверное, это какая-то особая магия, которую я не понимаю. - Я, конечно, не верховный магистр, но тоже кое-что умею. Если ты хочешь, я буду учить тебя. Оставайся с нами, Сайнос. - Остаться с вами? – я не поверил собственным ушам. Мэлим вот так просто предлагает мне остаться у них насовсем… - Но вы же меня совсем не знаете… - Ага, - легко согласился старик. – Ну, так что, остаешься? - Но как же Бран? Он же… Я же ему не нравлюсь… и… - А ты больше его слушай, - отмахнулся Мэлим. – Он только на язык острый. Зато говорит не всегда то, что думает. Вон сколько для тебя по лесу за травами носился. - Если… Если Бран не против, то я бы пожил с вами немного. Желание бежать отчего-то пропало без следа, будто его и не было.* * *
Сайнос 13 лет Снова! Снова это повторилось! От бессилия ноги подкосились, и я повалился на землю. Я уже сбился со счета этим необъяснимым приступам. Вокруг меня опять лишь обожженная черная земля. Все деревья рядом превратились в мерзкие гнилые изваяния. От них исходили потоки тошнотворных миазмов. Я даже не стал сопротивляться рвотным позывам. Так будет легче. Конечно же, я совершенно не помнил, как оказался тут. Так бывало всякий раз, когда я приходил в себя. Мэлим только разводил руками и печально качал головой, говоря, что не может понять, что со мной происходит. Но я видел, что он что-то скрывает. От этого злость и раздражение внутри только росли. Все это началось два года назад, когда мы покинули наш старый домик в лесу и переехали поближе к городу. Мэлим был уже очень стар, ему нужно было постоянное лечение и присмотр – годы брали свое. Пришлось перебраться к оживленному торговому тракту. Бран пропадал на работе в торговом квартале, а я почти все время находился рядом со стариком. Мне не было в тягость ухаживать за ним. Да и как может тяготить забота о человеке, который заменил мне родителей? Мэлим и Бран приняли меня, стали для меня семьей. Мне никогда не отплатить им за это. У них тоже была тяжелая судьба. Когда пришло время, Бран рассказал мне их историю. Он был сыном знатного герцога в южных провинциях. Богатство и влияние его семьи многим наступало на горло. Завистников оказалось слишком много. И одной темной ночью на всю семью герцога Вантахе было совершено покушение. Их предали собственные друзья, которым они безоговорочно верили. Убили всех, отца и беременную мать Брана, его младших брата и сестру, лишь ему одному удалось сбежать. Его старый учитель Мэлим успел спрятать мальчика, а позже вывести из полыхающего поместья. Им удалось уйти далеко на запад, где никто не знал об их происхождении. Считали, что старший сын герцога погиб в огне, как и вся его семья. Иногда я спрашивал Брана, не хотел бы он вернуться обратно? В конце концов, он мог обратиться к императору, попросить помощи у него. В ответ он лишь криво ухмылялся и просил не задавать глупых вопросов. Я не мог понять его. Мое обучение магии проходило необычайно быстро. Мэлим каждый раз выдавал один и тот же восхищенно удивленный вздох, когда очередное заклинание получалось у меня практически сходу. Я бы мог забыться в суете этих счастливых дней, проведенных с моей новой семьей, если бы не это… Первый приступ, так я стал называть эти случаи, произошел во время моих занятий магией. Я отрабатывал новый прием со стихией воды и ветра, когда внезапно тело на несколько секунд перестало меня слушаться. Я почувствовал, будто кто-то невообразимо сильный пытается отодвинуть меня на второй план, заставить двигаться мое тело совершенно по-другому. Это секундное помешательство сбило всю цепочку сложных магических формул, и водяная сфера рухнула на землю. В тот раз я не придал особого значения произошедшему, списав все на свое собственное неумение и нарушение концентрации. Но на этом все не закончилось. Приступы стали повторяться регулярно и каждый раз становились все более ощутимыми. Дошло до того, что в очередной раз я очнулся где-то в чаще леса, совершенно не понимая, как я там оказался. Со мной творилось что-то очень странное. Я совсем не помнил, что делал в те моменты, когда мой разум попросту угасал. И от этого становилось страшно. Что я мог натворить, когда не контролировал собственное тело? Боялся я не зря. В тот день я проклинал самого себя. Очнувшись после очередного приступа, я увидел перед собой Брана, который прижимал кровоточащую ладонь к груди. Когда до меня дошло, что это я ранил его, снова чуть не потерял сознание. Бран же не дал мне отстраниться, притянул к себе и крепко обнял. Когда он шептал слова благодарности всем богам, я понял, что испугался он совсем не за себя. Тогда я долго плакал у него на плече, повторяя жалкие извинения. Бран все время был рядом. Казалось, он каким-то образом мог найти меня, куда бы я ни пошел. Он волновался за меня даже сильнее, чем Мэлим. И как бы он не был зол или недоволен, прежде чем отчитать и отругать, Бран всегда успокаивал меня. У меня не было старшего брата, я не мог сравнить его ни с кем, у меня даже друзей не было. Этот смуглый южанин был для меня особенным, несмотря на его скверный характер и тягу к глупым шуточкам. Ну, а я был особенным для Брана, хотя тогда еще не понимал насколько. За спиной зашумели ломающиеся ветки. Я даже не пошевелился. Знал, что это он. Бран в секунду оказался передо мной. Весь запыхавшийся, растрепанный. В такие моменты он был похож на того светловолосого паренька, которого я увидел шесть лет назад. Без лишних слов он внимательно осмотрел меня, ощупал руки и ноги, и лишь убедившись, что видимых повреждений нет, смог выдохнуть. - Опять? – вкрадчиво спросил он. Бран и так знал ответ, но все равно спрашивал каждый раз. Я кивнул. - Идти сможешь? Двигаться, а тем более идти куда-то не было никакого желания. Внутри пусто, будто высосали все чувства и эмоции. Я лишь потянулся к Брану и обнял его шею. Он осторожно поднял меня на руки. В отличие от меня он успел прилично вымахать за эти годы. Так что нести мою слабую тушку не составляло для него особого труда. - Слушай, Сай, завтра в городе будет праздник. Приедет куча артистов и музыкантов. На площади будет спектакль. Пойдем? – он улыбнулся, пытаясь подбодрить меня. Я постарался выдавить хоть маленькую улыбочку в ответ. Бран так старается. И на кой черт я ему сдался? Другой на его месте давно бы махнул рукой. - Как же твоя работа? - Великолепного меня отпускают, так что я свободен как ветер. Что-то мне подсказывало, что так просто его никто отпускать не стал бы, и вполне возможно, что Бран уже давно планировал этот поход в город. Я бывал там редко. Людные места мне отчего-то не слишком нравились. Но раз Бран отпросился с работы, почему бы не сходить. - А Мэлим? – спросил я, уже зная ответ. - Он сам вечно нас спровадить пытается, - хмыкнул Бран. – Только рад будет, что мы повеселимся. Ну, так что, идем? Меня закружили на руках и остановили эту дикую карусель, только когда я начал кричать «да» чуть ли не на весь лес.* * *
Город был ярким, оглушающим громкой музыкой, светящимся изнутри улыбками сотен людей. Вокруг пестрели вывески, разноцветные магические фонарики украшали улицы и здания. Никогда я еще не видел такого большого празднества в день летнего солнцестояния. Казалось, что люди съехались со всех окрестных деревень и сел, чтобы наполнить город тысячами звуков. Я цеплялся за руку Брана, стараясь не потеряться в толпе, а он, так же как и все, смеялся и рассказывал что-то про грядущее представление. Я только и успевал вертеть головой в разные стороны и вовремя отвечать на заданные мне вопросы. Неожиданно Бран резко остановился, отчего я налетел прямо на его спину. Потирая ушибленный нос, я хотел было возмутиться, но тут заметил запыхавшуюся девушку перед нами. Видимо, она и стала причиной остановки. Незнакомка пробурчала какое-то витиеватое ругательство, но стоило ей поднять голову и увидеть Брана, как она почти что засияла. - Хвала богам, Бран! Я уже хотела бежать к тебе домой! Срочно нужна твоя помощь в лавке! Хеннес опять забраковал партию мечей из ганзуйской стали! – девушка возмущено топнула ногой. – Этот старый змей опять выкобенивается! - Клэр, ну, я же отпросился на сегодня, - недовольно проговорил Бран, отчего-то крепче сжимая мою руку. - Вот поэтому он и придирается, старый хрыч! Ведь знал, что тебя не будет. - Ох, ладно, я понял, - Бран воздохнул и повернулся ко мне. – Сай, подождешь меня на площади? Я мигом, только разберусь с одним уродом, портящим мне выходной. Я тебя сам найду, не переживай. - Ладно, только давай побыстрее. Мне совсем не хотелось отпускать его, но тут я не мог ничего поделать. Бран скрылся в толпе с Клэр, все еще продолжающей недовольно причитать, а я поплелся на площадь. На представление идти тут же расхотелось. До площади было рукой подать, но взволнованная толпа стала для меня почти непосильным препятствием. В который раз я убедился, что лесная тишь мне по душе намного больше, чем эти шумные города. Кричащие и толкающиеся люди неимоверно раздражали. И откуда только столько взялось? Неужели нельзя вести себя менее вызывающе? Когда в очередной раз какая-то дородная девка задела меня локтем, я не выдержал и зло толкнул ее в отместку, проходя мимо. «Взгляни на них, Сайнос. Они же противны тебе. Все они одинаковые. Они ненавидят тебя. Дай им только повод, и они тут же кинут камень тебе в спину. Разве ты забыл, как люди издевались над тобой? Как помыкали тобой! Как их мерзкие отпрыски унижали тебя! Как эти свиньи отняли у тебя самого дорого человека! Такое не прощают, нет… Забыть такое невозможно. Они сами выжгли клеймо на твоей душе. Так неужели ты не хочешь отплатить им за это? Вернуть им всю эту скверну? Каждый получает сполна за свои грехи. Ведь так, Сайнос Нозвел?» - Да… За грехи платит каждый, - на моих губах появилась безумная улыбка. В ту секунду, когда ко мне вернулась способность ясно мыслить, я не поверил собственным глазам. Гробовая тишина. Вокруг лишь мертвые руины. А на земле лежат страшные скрюченные тела. Не знаю, сколько я простоял в абсолютном оцепенении, времени тогда просто не существовало. Был лишь я и гулкие удары моего сердца. А потом я кричал. Звук шел откуда-то изнутри меня, из самой глубины. Меня словно и не существовало. Проще было поверить в это, чем своим собственным глазам. Как я смогу жить после этого? Могу ли я вообще жить? Я должен исчезнуть. Меня не должно существовать. Лучше бы я умер в той пещере. Если бы я… я… «Ты – монстр», - приторно сладко пропел внутри до боли знакомый голос. - Нет… Это же ты! Ты! – я почти задыхался. «Но ведь это твои руки сейчас в крови». Я не смог сдержать судорожных рыданий. Спазмы скручивали меня до сладкой боли. - Но ведь ты сделал это… «Мы это сделали. Мы. Без тебя у меня ничего не получилось бы. Помни, я никогда не оставлю тебя, таков наш договор». Где-то очень далеко кто-то настойчиво звал меня по имени, умоляя вернуться.* * *
Сайнос 18 лет Уже второй месяц мы скрывались на севере Великой Империи Грей. Заснеженные северные земли встречали нас холодными пронизывающими ветрами. Бесконечное серое небо тянулось до самого горизонта, не позволяя ни единому лучику света проникнуть сквозь грозную преграду. Бран уверенно шел впереди, прокладывая дорогу в глубоких сугробах. До нашей пещеры, которая служила нам пристанищем на время разыгравшегося снегопада, оставалось совсем немного. Конечно, было бы намного проще использовать магию, чтобы облегчить себе путь, но, с некоторых пор, я старался ограничивать себя и пользоваться ей только в крайних случаях. Нельзя было исключать магический поиск особо ретивых старичков из Совета. Как только нас укрыли стены пещеры, я тут же прочел самое простенькое заклинание, вызывающее несколько теплых огоньков. Такое мог провернуть даже самый слабый маг, так что опасаться было нечего. Огоньки медленно превращались в короткие языки пламени, нагревая холодный воздух. Еще пара минут и можно будет скинуть промокший от снега плащ. Бран, тем временем, молча распаковывал вещи. Северные провинции мне никогда не нравились. Чертов снег постоянно летел в лицо, ноги проваливались в сугробы, а сильные ветра, дующие с Белых гор, постоянно подгоняли вперед, не давая возможности отдохнуть. Но выбора у нас не было. Либо сюда, либо в лапы имперских магов. А Он только этого и ждет. Он – это тот самый монстр внутри меня. Хотя, почему я говорю о нем так абстрактно? Ведь мы одно целое. Я такой же убийца, как и он. Уже привык. Когда живешь почти пять лет с чудовищем в одном теле, можно свыкнуться даже с этим. Поначалу я боролся. Пытался контролировать его, не дать ему взять верх. Но у меня ничего не вышло. Он сильный, а я слабый и ничтожный. Он великий маг, знающий такие высокие темные материи, что мне и не снилось. А я просто мальчишка, который пытается сдвинуть гору. Я боялся открывать глаза после сна. Думал, что снова увижу руины очередного разрушенного города. Иногда так и происходило. Я пытался найти способ извлечь его из своего тела, но не в одной магической книге, ни в одном свитке не было и строчки об этом. На мои жалкие потуги Он смотрел снисходительно, позволяя делать все, что мне вздумается. А, может, его власть была не так велика, как я думал. Порой у меня все же получалось загнать его на самую глубину. Как ни странно, у него появились свои последователи. Имя Сайноса Нозвела гремело на всю Империю. Однажды, очнувшись на выжженном дотла пустыре, где, без сомнения, всего пару минут назад стоял город, я решил, что смерть станет самым легким путем. Моя рука не дрогнула, когда я подставил нож к своему горлу, но Он не дал мне сделать это. Ему нужно было мое тело, видимо, моя смерть не входила в его планы, а то, что у него был какой-то план, сомневаться не приходилось. Все эти разрушения, загубленные жизни, стертые с лица земли города - все это было не просто так. Что им двигало, я понять не мог. Может месть, может что-то другое. Но одно было ясно - с ним не справиться никому. А раз убить его нельзя, остается только бороться. Бороться одному мне не пришлось. Бран был рядом. После смерти Мэлима, которая оставила глубокий шрам в душе каждого из нас, мы сразу решили, что нужно уйти как можно дальше. О том, чтобы оставить меня одного, Бран не хотел и слушать. А как выяснилось позже, Он не причинял ему никакого вреда. То ли этот монстр решил, что Бран не опасен, или еще что-то, я понять не мог. Но Бран всегда оставался целым и невредимым, даже если находился в эпицентре самых мощных заклятий. Я несколько раз задавал мысленные вопросы, пытаясь узнать, почему так происходит, но ответа я так и не дождался. Оставалось принять этот странный поворот событий как данность и восхвалять Богов за эту милость. Конечно, нас преследовали, ведь Он оставлял за собой лишь разрушения. Мысли сдаться не было. Если чудовище внутри меня попадет в столицу, можно будет ожидать чего угодно. Я понимал, что, отчасти, он стремится именно туда. Мы уходили все дальше и дальше, волоча за собой шлейф из чужих смертей. А я пытался найти способ, как его уничтожить, не причиняя вред самому себе. Задача казалась непосильной… До вчерашнего дня. - Сай, держи, - Бран протянул мне вяленую оленину и кусок сыра. Я присел рядом с ним у самого яркого огонька, который парил в нескольких сантиметрах над землей. В этом маленьком закутке было светло и тепло. Снаружи завывал холодный ветер. Я представил, как он гоняет хлопья белого снега по полям, словно волны на море. Как же давно я видел океан. Брану не понравился мой задумчивый вид, он одернул меня и быстро сунул кусочек сыра мне прямо в рот. Я не выразил никаких протестов, просто проглотил его и все. - Ты совсем ничего не ешь, - он не вздыхал, не жаловался, просто говорил. Голос бесцветный, никаких эмоций, так похожий на мой собственный. Бран тоже очень сильно изменился за эти годы. Лишь одно осталось неизменным – его взгляд, которым он смотрел на меня. Я уже давно перестал плакать, за мою короткую жизнь было слишком много слез, но, когда он смотрел на меня так, на глазах выступала предательская влага. Больше всего на свете я ненавидел себя за то, что не мог отпустить его. Без Брана я не смогу справиться со всем этим. Я слишком привык полагаться на него. И это еще одно проявление моей трусости. - Ешь давай. Хватит пялиться в одну точку. Иначе тебя просто ветром сдует. Я не буду искать тебя по всему лесу в каждом сугробе. - Бран, а что, если слухи про Амерлин Мор правда? - Мы уже обсуждали это. Арка пылится в столице хренову тучу лет. Ее уже не используют. Никому не хочется гневить Богов. И нечего верить словам каких-то проходимцев. Торговцы на тракте и не такое болтают. - Ну, а что, если… - Хватит! – Бран сжал кулаки. – Даже если так! Даже если Арка сработает! Думаешь, я позволю тебе исчезнуть из этого мира так просто?! В груди болезненно кольнуло. - Мы столько лет ищем способ, как уничтожить его. Возможно, это единственный путь, - нужно было убедить Брана, а заодно и самого себя, что это правильное решение. Нужно. - Допустим, что это единственный способ, - я видел, как тяжело ему даются эти слова, но Бран совсем не собирался отступать. – Во-первых, Амерлин Мор в столице, а мы стремимся уйти от нее как можно дальше, потому что этот чертов псих хочет туда. Во-вторых, Он не даст себя схватить. Я видел это сотню раз. Его невозможно поймать. Он к чертям разнесет целую армию имперских магов. В-третьих, даже если получится сдержать его и сдаться, нет гарантий того, что его будут судить через Арку. В-четвертых, я не позволю тебе умереть из-за него. Бран всегда говорил о чудовище внутри меня, как об отдельном человека. Для него я остался прежним, все тем же Саем. - Я уже давно думал над тем, как можно сдержать его на длительное время. Помнишь, я говорил про заклятие Забвения? - Его нельзя использовать на самом себе, - тут же возразил мне Бран. – К тому же, оно начинает действовать постепенно. - Я думаю, у меня получится использовать его на себе, если воспользоваться старой ритуальной магией. Я хорошо знаю основы, у меня получится. Мэлим говорил, что у меня талант, помнишь? - я постарался улыбнуться. - И что дальше? - Если я использую это заклятье, то забуду абсолютно все. Этого хватит, чтобы не дать ему проявлять себя какое-то время. Он попадет под его действие так же, как и я. Сомневаюсь, что этого хватит надолго, но вполне достаточно, чтобы без помех запереть меня за решеткой. - Ничего не выйдет. Он не даст схватить себя ни одному имперскому магу. Пока заклинание будет набирать силу, он успеет сотню раз перехватить контроль. Любого размажет. - Это верно, он убьет любого. Кроме тебя. На несколько долгих секунд в пещере повисла гнетущая тишина. Я внимательно смотрел на Брана, который замер с каменной маской на лице. Я давил на него, использовал его чувства. Осталось немного. - То, что Он не убил меня до сих пор, не значит, что Он не убьет меня в этот раз, - наконец произнес Бран, не отрывая взгляд от магического огонька. - Не убьет, - уверенно проговорил я. – Тебе нужно будет надеть на меня блокирующие браслеты. Заклятие Забвения ослабит и меня и его. К тому же, я постараюсь сдержать его, чтобы Он не смог вырваться. Бран молчал. Ему было куда больнее, чем мне. Каково это находиться рядом с дорогим для тебя человеком, который страдает, и не иметь возможности помочь. Просто быть рядом, смотреть, как он медленно загибается, словно цветок без воды. Нужно стать сильным для него, нельзя показывать свою слабость. Но сейчас Бран предстал передо мной таким открытым и уязвимым. Он развернулся ко мне и взял меня за руку. - Я не хочу твоей смерти, Сай, - он произнес эти слова совсем тихо. Я положил вторую руку поверх его и несильно сжал. - У нас нет выбора, - мой голос был таким же, как обычно. Эмоции потеряли для меня смысл уже давно. Но внутри они все еще жили, скрываемые под прочными замками. Как же хочется забыться! Бросить все, но нельзя. Я не имею на это права. Поэтому я продолжил говорить все также глухо и бесстрастно. – Когда-нибудь ему станет мало половины меня, и он захочет мое тело целиком, а я останусь лишь бестелесным голосом в его сознании. Не сделаем этого сейчас, и количество смертей продолжит расти. Вспомни про всех невинных, погибших из-за меня. - Да, плевать мне на них! – внезапно выкрикнул Бран. Я вырвал свою руку прежде, чем он успел приблизиться ко мне. - Не смей так говорить! – в моем голосе появились холодные нотки. – Как ты можешь так говорить! А если бы среди них были те, кто тебе дорог? Твои друзья, знакомые. Если бы так случилось, что одним из тех, кого я убил, был Мэлим?! - Заткнись, Сай, я все понимаю! Прости, я не хотел этого говорить, просто…просто вырвалось. Бран встал и направился вглубь пещеры, где лежали наши мешки с провизией. Он стал нервно что-то перебирать там, перекладывая из мешка в мешок. Я тяжело вздохнул. Разговор получился совсем не таким, как я планировал. Первым тишину нарушил Бран. - Не говори о себе так, будто это ты их убиваешь. Это делает тот монстр, а не ты. - Хорошо. На душе немного отлегло. Ругаться именно сейчас совсем не хотелось. - Ну, и что тебе нужно для этой ритуальной магии? – он обернулся ко мне такой же уверенный и сильный, каким был раньше. Нет и намека на то, что несколько минут назад его непробиваемая защита треснула лишь от одного неверного слова. - Само заклинание средней сложности, но, чтобы обратить его на самого себя, понадобится заговоренная кровь. Вся ритуальная магия строится на ней. - Ну, тут все ясно, - хмыкнул Бран. – Ты, как вариант, сразу отпадаешь. Остаюсь я. И много крови надо? - Нет, совсем чуть-чуть, - замялся я. Было кое-что еще. Без этого кровь будет бесполезной, но сказать такое, а тем более выполнить, было выше моих сил. Бран тут же заметил, что я что-то не договариваю. - Что еще? Говори, Сай! Отступать уже поздно. Я неуверенно начал: - Нельзя просто взять кровь, разрезав чью-то плоть. Такая не подойдет. Нужна кровь, которая будет пригодна к магии, переполненная эфирными потоками и… - Ближе к делу. - В общем, когда тело находится в наивысшей точке удовлетворения. Бран удивленно уставился на меня. - Погоди, мне кажется, я не совсем понял. Что ты подразумеваешь под наивысшей точкой удовлетворения? - Ты правильно все понял, - как ни крути, а сказать все равно пришлось бы. - Половой акт или, проще говоря, секс. Это старая ритуальная магия, тогда все только так и делалось. Я виновато посмотрел на него, а Бран в ответ только глухо рассмеялся. - Ну, надо же. Прямо-таки прощальный подарок… - он окинул меня тяжелым печальным взглядом, хотя с его губ нисходила улыбка. Конечно, я знал, о чувствах Брана. Не заметить их было просто невозможно. Но сам я никогда не задумывался, что испытываю к нему. Он был мне братом, другом, моей семьей. Дороже него в моей жизни человека не было. Сам он никогда открыто ничего не говорил и не требовал от меня. И мне казалось, что это нормально. У нас просто не было времени разбираться в себе, когда каждый день мы находились на волосок от смерти. Попытки найти способ все исправить, просто выжить и не сойти с ума - голова была забита только этим. В этом и заключалась моя жизнь, если такое существование можно было назвать жизнью. Какие к черту чувства, когда сотни людей гибнут по моей вине? К тому же, слово «любовь» было мне совсем незнакомо. За эти годы мое сердце слишком зачерствело, покрывшись непробиваемой каменной оболочкой. А теперь я прошу Брана о таком. Если бы я знал другой способ, или это был не он, было бы проще. Не так больно. Нельзя забывать, что я чудовище, а не обычный человек, который может просто любить в ответ. - Наши преследователи должны будут оказаться в той предгорной деревне, что мы проходили, к завтрашнему вечеру. Так что, если ты хочешь приводить свой план в действие, завтра будет самый лучший момент, - проронил Бран. - Так и сделаем. Он кинул мне скрученное шерстяное одеяло, как бы говоря, что на сегодня разговор окончен, и пора ложиться спать. Я заглушил магические огоньки, делая их свет более тусклым. Нужно хотя бы немного поспать. Ритуальная магия отбирала очень много сил, так что завтра они мне понадобятся. О том, что именно мне предстояло сделать, я предпочел не думать. Если бы Бран узнал о моем настоящем плане, он бы никогда мне этого не позволил.* * *
Целый день я подготавливал пещеру к ритуалу. Нужно было очистить все пространство от посторонней магии, оградить от любого влияния извне. Ведь, если во время самого ритуала хотя бы один из эфирных потоков по какой-то причине повернет в другую сторону, последствия могут быть катастрофическими. Старая магия крови самая действенная, но и самая опасная. Весь день я был один. Бран отправился добывать себе форму имперского воина. Как он найдет ее в такой глуши, я спрашивать не стал. Если Бран хотел, он мог достать любую вещь где угодно. Я не успел заметить, как на улице стемнело. Снегопад прекратился только к вечеру, открывая прекрасный вид из пещеры на заснеженные поля и лес в низине. Я был настолько поглощен сложными магическими формулами, что не увидел, как вернулся Бран с большим тюком в руках. Поэтому, когда его ладонь легла мне на плечо, я испуганно вздрогнул и быстро обернулся. - Закончил? – спросил он. Неожиданно для самого себя я отчего-то смутился, тут же вспоминая, что ждет нас сегодняшней ночью. - Еще пара минут, - неопределенно промямлил я, стараясь не выдать себя с потрохами. – Ты нашел форму? Бран даже не стал скрывать своего недовольства, когда с неохотой убрал руку с моего плеча. Он отошел в сторону, чтобы не мешать моим магическим пасам. - Нашел, правда, форма южного гарнизона. Другой не было. Придется наплести сказочку о том, как южный Волк оказался так далеко на севере. Все было готово, но я еще раз принялся проверять закрепленные над пещерой защитные чары, чтобы просто потянуть время. О том, что нас могут отследить по магическому следу из-за такого большого количества заклинаний, я не беспокоился. Если наш план провалится, то только не по этой причине. Когда оттягивать время стало больше некуда, я глубоко вздохнул, стараясь успокоиться, и обернулся к Брану. Тот выглядел как обычно. Видимо, я здесь один трясусь, как банный лист. - Я закончил. Можем начинать. Не дожидаясь Брана, я круто развернулся и проследовал вглубь пещеры, где было расстелено несколько пушистых шкур. Рядом на полу в начерченном на камнях магическом круге стояла маленькая миска. Ее и следовало наполнить кровью. Я стал поспешно раздеваться. Сложно было представить какие-то долгие прелюдии. Нужно закончить все это как можно скорее. Хотя в пещере было тепло от всевозможных чар, по телу все равно побежали мурашки, как только я снял последнюю рубашку, оставшись в одних штанах. - Сай, - голос раздался почти над самым ухом, отчего я тут же хотел отскочить в сторону, но крепкие мужские руки не позволили мне это сделать. – Сай, Сай… Бран шептал мое имя, сжимая меня в своих объятьях, а я замер, словно истукан, не зная, что же мне делать. Он начал медленно покрывать мою шею и плечи невесомыми поцелуями, поглаживая ладонями грудь и живот. Мои глаза закрылись сами собой. Сразу стало чуточку легче. Чего я боюсь? Это же Бран, мой Бран. Он никогда не сделает мне больно. Меня аккуратно опустили на пушистые шкуры. Я почувствовал, что Бран отчего-то замер, и открыл глаза. Он смотрел на меня так, будто видел впервые в жизни. Внимательно рассматривал каждую черточку моего лица. Этот взгляд, переполненный нежностью и необъятной, невыносимой тоской, впивался прямо в сердце. Моя рука сама потянулась к нему и коснулась его щеки. - Все хорошо, - улыбнулся я. – Все хорошо, Бран. Этой ночью для меня не существовало мира вокруг. Был только Бран. Его горячие поцелуи, его руки, скользящие по моему телу, голос, проникающий прямо в душу. Он был нежным и напористым, а я позволял ему все. Может быть, таким образом, я пытался сказать ему «прости», но этого было мало. Мало нам обоим. За всю мою жизнь у меня никого не было. Вполне понятно почему. Разве может кто-то полюбить такого как я? Бран смог. Конечно же, у него были женщины. Возможно, к кому-то он испытывал чувства чуть большие, чем симпатия, но любил он только меня. Я понимал это, чувствуя проявления его любви в каждом трепетном движении, во взгляде, в едва заметно подрагивающих руках и бешено стучащем сердце. С ним я не чувствовал боли, было только пьянящее жаркое удовольствие, заставляющее плавиться в его руках. Я никогда не думал, что мой голос может быть таким. Сначала я пытался сдерживаться, прикрывал рот ладонью. Но Бран сам убрал мою руку, со словами «я хочу услышать тебя». Горячо, стыдно и до одури приятно. Он говорил мне, какой я красивый, о том, что никогда не любил никого сильнее меня, что не сможет жить без меня. И я уже не мог понять, почему именно я плачу, цепляясь за Брана. Я не хотел оставлять его. Мое сердце тянулось к нему, пытаясь вырваться из груди. Как бы я хотел, чтобы ничего этого не было. Чтобы мы просто жили. Для него было бы лучше, если бы он никогда не встретил меня. Но если бы такое произошло, без Брана я бы просто умер. Сдался, даже не пытаясь бороться. Я не хочу умирать! Не хочу всего этого! Бран! Я так хочу остаться с тобой! Я кусал его губы, пытаясь сказать ему все эти слова через поцелуй. В ответ он сжимал меня в объятьях до боли, словно хотел слиться с моим телом. В последние мгновения я едва не закричал от опаляющей волны наслаждения, прокатившейся по нашим телам почти в унисон. Сработала магическая цепочка из заранее приготовленных мною заклятий, и Бран упал на шкуру рядом со мной, теряя сознание. Чаша тут же начала заполняться темной красной жидкостью. Мне не хотелось двигаться. Грудь тяжело вздымалась, а со лба скатывались капельки пота. Я дотронулся до светлых взмокших волос Брана, убирая непослушные пряди с лица. Медлить нельзя. - Прости меня, но я не могу заставлять тебя страдать еще больше. Забыв меня, ты сможешь начать жить заново. Я подхватил наполненную кровью чашу и начал ритуал.* * *
Едва передвигая ноги в глубоких сугробах, я чувствовал неприятный металл блокирующих браслетов на запястьях. Тело почти не двигалось, ослабленное начавшим свое действие заклятием. Я слышал, как бесновалась внутри меня моя черная сущность. Он спохватился слишком поздно и теперь не мог понять, что же происходит. Пока я еще крепко держал контроль над своим телом, но надолго меня не хватит. Веревка, которой были связаны мои руки, натянулась и я, не удержавшись, упал. Меня тут же резко подняли, хватая за волосы. - Шевелись, ублюдок, - Бран брезгливо вытер руку о свою форму, будто мог испачкаться об меня. Сердце сжалось, вызывая в груди ноющую боль. Но я знал, что так будет. Как только мне пришел в голову план с Амерлин Мор и заклятием Забвения, я сразу решил для себя, что Бран должен будет все забыть. Он не сможет жить нормальной жизнью, если мысли обо мне будут тяготить его до конца дней. Я просто не мог оставить его со всем этим грузом. На обычного человека, не мага, заклятие действовало почти мгновенно. А заменить воспоминания его жизни на новые, используя его собственную заговоренную кровь, не составило особого труда. Теперь он верный солдат империи, Волк южного гарнизона, ненавидящий Сайноса Нозвела всей душой. Удачно сложилось, что он нашел именно форму южан, его внешность не вызвала подозрений. Попасть в ловушку, расставленную имперскими магами, было проще простого. А Бран, как верный и бесстрашный солдат, успел надеть на меня блокирующие браслеты. Появление Брана в отряде наших преследователей тоже прошло гладко. Когда они увидели солдата, ведущего на поводке самого страшного черного мага империи, то не могли поверить собственным глазам. Для большего драматизма, я делал вид, что сопротивляюсь, орал что-то несусветное, матерился, чтобы ни у кого не возникло сомнений. Даже задел одного из солдат слабеньким заклятьем, на которое был способен даже одетый в эти браслеты. Но потом на меня накинулись все здешние маги, которые оказались совсем не из слабых. Доступ к магии мне был перекрыт, и вот тогда я смог уступить место своему чудовищу. День за днем я терял свои воспоминания, также как и Он. Заговоренная кровь делала свое дело. На суде Он полностью завладел моим сознанием, видимо, хотел отыграться. Я слышал, как безумно смеюсь, обвиняя в чем-то людей вокруг. Видел на секунду промелькнувшее лицо Брана. Кажется, Он что-то сказал ему. Через мгновение я забыл даже это. Когда я снова открыл глаза, то увидел стены собственной камеры. А в голове был лишь один вопрос. Кто я?
