Delenda Est

      Не успел Гарри выйти из квартиры, как Беллатриса настояла на том, чтобы сопровождать его. Гарри потратил время на то, чтобы послать Амелии Патронус, а потом мучился, ожидая, пока Беллатриса последует его примеру и наденет мантию, подходящую для сражения.              Когда она, наконец, была готова, Гарри закатил глаза и протянул руку, чтобы Беллатриса могла взять её и они аппарировали к общественному камину. Оттуда они попали в вестибюль Министерства, мимо любопытных охранников приемной и поднялись на этаж ДМП.              — Вовремя, — сказала Амелия, когда они вышли из лифта. Она прислонилась к стойке администратора. — Зачем такая срочность? — направляя их в отдельную комнату рядом с вестибюлем, спросила она.              Гарри замешкался, пытаясь найти способ объяснить ситуацию, пока они шли.              Беллатриса заметила его колебания и заговорила, как только за ними закрылась дверь в отдельную комнату.              — Мы считаем, что Темный Лорд имплантировал часть своей собственной души в Барти Крауча-младшего.              Амелия выглядела потрясенной, но восприняла это нормально. Она сосредоточилась на Гарри.              — И вы переживаете, что Барти создаст проблемы в Азкабане?              Гарри пожал плечами.              — Я думаю, что это вполне возможно. Я вообще поражен тем, что Министерство не позволило основной массе Дементоров перейти на сторону Тёмного Лорда. С Барти в Азкабане у Темного Лорда есть к ним косвенный доступ. Это может привести к неприятностям. Но в основном, нам нужно уничтожить эту часть души Темного Лорда как можно скорее — пока мы знаем, где она находится.              — Как можно уничтожить часть чьей-то души? — спросила Амелия.              — Я не совсем уверен, — замялся Гарри, пытаясь скрыть, что скорее всего сработает убийственное проклятие.              — Побеспокойся об этом позже, — сказала Беллатриса. — Сейчас вам следует просто доставить его в более безопасное место.              — Ну, да, я согласна с этим планом, — сказала Амелия.              — Вызови отряд или всех свободных авроров, которые находятся на дежурстве, и пойдем, — сказал Гарри.              Амелия поморщилась.              — Мы не можем просто взять и вывести заключенного из Азкабана без разрешения. Политика Министерства требует одобрения директора Крауча.              Гарри вдруг захотелось придушить всех бюрократов на свете.              — Это действительно неудобно, — заметила Беллатрикс.              — Я думал, что у меня есть достаточно широкие полномочия от министра Прюэтта, — сказал Гарри.              — Не настолько широкие, — сказала Амелия. — Если я не могу этого сделать, то, думаю, и ты не сможешь. Может, мне связаться с директором Краучем и попросить его прийти сюда?              — Если это единственный способ, — начиная нетерпеливо вышагивать, сказал Гарри. — Пока ты будешь этим заниматься, вызови министра Прюэтта. И пока мы ждем их, начинай собирать авроров.              Губы Амелии дернулись, когда она изобразила одобрение.              — Я позволю тебе говорить, когда они придут, — она вышла из комнаты, закрыв за собой дверь.              — Гарри, — сказала Беллатриса, — если мы возьмем кучу авроров и устроим налет на Азкабан, агенты Темного Лорда заметят это.              — Если мы будем действовать быстро, то сможем доставить Крауча в Министерстве или другое безопасное месте до того, как Пожиратели смерти смогут добраться туда, — сказал Гарри.              — Думаю, да, — сказала Беллатриса.              Прошло несколько мгновений, пока Гарри вышагивал, а Беллатриса стояла неподвижно, сложив руки и поджав губы.              — Как ты думаешь, он знает, что почти все его крестражи у нас? — спросила Беллатриса.              Гарри остановился.              — Надеюсь, что нет.              — Он может подозревать, поскольку мы охотились за тем, который был в Министерстве. Волдеморт мог проверить свои тайники, — сказала Беллатриса.              — Если Амелия соберет достаточно авроров, возможно, ты могла бы уничтожить крестражи, которые у нас есть, — предложил Гарри.              — Я тоже так подумала, — сказала Беллатриса.              — Как уничтожить его фамильяра? — спросил Гарри.              — Убивающим проклятием, — коротко ответила Беллатриса.              — Отлично. Это, вероятно, наш единственный вариант и с Барти, не так ли? — сказал Гарри.              Беллатрикс пожала плечами.              — Я уверена, что могла бы потратить много времени на то, чтобы придумать, как отделить крестраж от человека. Но зачем? Мы можем просто устроить несчастный случай, когда Амелия не будет видеть.              — Было бы более изящно позволить ему почти сбежать, чтобы у нас хотя бы было оправдание, — проворчал Гарри.              — С чего ты взял, что я вообще оставлю тело где-нибудь, чтобы его нашли? — сказала Беллатриса, закатывая глаза. — Я начинающий политик, а не ленивый убийца.              Дверь в комнату внезапно распахнулась, впустив краснолицего директора Крауча. Несмотря на то, что он был относительно хрупким человеком, гнев придавал ему более внушительный вид.              — Что это значит, Блэк? Почему ты думаешь, что можешь просто войти в Министерство посреди ночи и начать отдавать приказы о транспортировке заключенного из Азкабана в Министерство?              — Мой муж не отдавал такого приказа, тупица, — сказала Беллатрикс. — Он вежливо просит отдать такой приказ.              — Я не вижу причин переводить осужденного сюда, — рявкнул Крауч.              — Если бы вы знали причину, я уверен, вы бы уже сделали это, — сказал министр Прюэтт, его голос возвестил о его появлении в комнате. — Возможно, нам стоит узнать, что задумали мистер Блэк и мадам Блэк, прежде чем рассуждать о другом?              Амелия последовала за министром в комнату и закрыла дверь.              Гарри благодарно улыбнулся министру.              — Простите, что прервал ваш сон, — чувствуя укол вины, сказал он, когда заметил, что министр выглядит усталым и бледным.              — Ты не первый и не последний, — вздохнул Прюэтт. — Что нам нужно сделать?              — То, что я скажу, должно быть сохранено в тайне, — сказал Гарри.              — Конечно, — устало кивнув Прюэтт. — Всё, что здесь произойдет, должно быть конфиденциально.              — Мы твердо уверены, что Темный Лорд имплантировал часть своей души в… заключенного, — сказал Гарри, решив, что лучше не подчеркивать, что заключенный был сыном директора Крауча.              — Абсурд! — сказал Крауч.              — Почему-то я сомневаюсь, что вы хорошо осведомлены в этом вопросе, — сказал министр, стараясь звучать как можно более тихо. — Я думаю, мы должны принять это утверждение.              — Спасибо, — сказал Гарри.              — Вопрос в том, почему мы должны перевезти заключенного в кратчайшие сроки и с такой слабой подготовкой, — сказал Прюэтт.              — Именно! — сказал Крауч, придвинувшись к министру.              — Я считаю, что ждать более рискованно, — сказал Гарри. — Если мы сможем захватить часть души Темного Лорда, наши позиции в этой войне значительно улучшатся. Мы искали этот кусок несколько месяцев. Потребовалось много усилий, чтобы обнаружить эту часть души, и я боюсь, что он может всё понять.              — Даже если то, что говорит Блэк, правда, пленник никуда не денется, — внезапно зазвучав разумно и спокойно, сказал Барти. Казалось, он собирался с мыслями и преодолевал свою базовую реакцию.              — Если позволите, министр Прюэтт, — сказала Беллатрикс. — Конечно, опасно позволять части души Темного Лорда находиться в такой близости от Дементоров.              — Вы вообще знаете что-нибудь о Дементорах? — холодно спросил Крауч.              — Нет, — призналась Беллатриса. — Почему-то я думаю, что вы тоже.              Министр Прюэтт улыбнулся.              — Я думаю, нам стоит узнать мнение эксперта по этому вопросу, — он посмотрел в сторону Амелии. — Вызовите Эдварда Фокса.              Амелия вышла из комнаты, и в ней воцарилась неловкая тишина. Примерно через десять минут Амелия вернулась с Эдвардом Фоксом. Несмотря на поздний час, беловолосый глава Отдела тайн выглядел так, словно это он был министром.              — Приветствую вас, министр, — сказал Эдвард Фокс. — Мы давно не пересекались.              Министр нахмурился.              — В этом есть и ваша вина.              — Полагаю, что да, — садясь в кресло, сказал Фокс. Он выжидающе посмотрел на министра.              Поняв, что Фокс не собирается уточнять зачем его позвали, Прюэтт наконец уступил и задал вопрос.              — Есть ли у вас какие-либо знания по теме Дементоров?              — Я был бы плохим Главой Невыразимцев, если бы не знал, — сказал Фокс.              — Блэки утверждают, что часть души Сами-Знаете-Кого была имплантирована в узника, — сказал министр Прюэтт.              Гарри, наблюдавшему за Фоксом, показалось, что он уловил в самообладании этого человека дрожь, но, возможно, ему это показалось.              — Очевидно, что Блэки хотят достать этого пленника. Вопрос в том, должны ли мы сделать это немедленно или подождать.              — Или стоит ли вообще подпускать их к нему, — вмешался Крауч. — Это дурацкая теория и довольно поспешная реакция.              Министр Прюэтт продолжил, не обращая внимания на Крауча.              — Блэки говорят, что есть опасность в том, что часть души Сами-Знаете-Кого находится так близко к Дементорам, и что мы должны переместить заключенного как можно скоре. Меня интересует ваше мнение.              Фокс некоторое время сидел неподвижно, все ждали, когда он вынесет вердикт по поводу предложенного Гарри плана действий.              — Министр, — наконец сказал Фокс, — я не знаю ни одного заклинания или метода, с помощью которого заключенный мог бы что-то сделать с Дементорами…              — Спасибо, — сказал Крауч. — Мин…              Суровый взгляд Фокса заставил Крауча замолчать.              — Я не закончил, Крауч, — твердо сказал Фокс. — Министр несмотря на то, что я не знаю, не думаю, что это опасно, было бы безрассудно оставлять любую… часть Темного Лорда так близко к Дементорам или даже в любом месте, где нет пристального надзора волшебников. Я предлагаю, чтобы вы отдали приказ аврорам помочь мистеру Блэку.              — И куда доставить пленника? — сказал Прюэтт, взмахом руки заставив Крауча замолчать.              Фокс пожал плечами и встал.              — Пусть это решают Блэки.              — Очень хорошо, — сказал министр и вздохнул. Его глубокий вдох показал, сколько сил ему потребовалось для чтобы встать. — Гарри, возьми столько авроров, сколько посчитаешь нужным, и разберись с этим.              — Вы кое-что забываете, — очень спокойно сказал Крауч.              — Что именно, Барти? — спросил Прюэтт.              — Заключенный не может быть перемещен без моего разрешения.              — Тогда ты дашь свое согласие, Барти, — сказал министр.              — Но я не дам, — отрывисто сказал Крауч.              — Послушай, Барти, — слегка повышенным голосом сказал Прюэтт, — Я принял решение, и я ожидаю, что ты меня поддержишь.              — Я не позволю Блэкам убедить вас вывести этого заключенного из Азкабана! Это может быть уловкой. Он был Пожирателем смерти, его осудили, и теперь он в Азкабане. Там он и останется, — резко сказал Крауч.              — Мы не сомневаемся, что он Пожиратель смерти, идиот! — уже практически крича, сказал Прюэтт. — Мы считаем, что слишком опасно держать его в Азкабане. Я хочу, чтобы его перевели.              Гарри, Беллатриса и Амелия неловко переглянулись. Даже Эдвард Фокс повернулся от двери, чтобы посмотреть на это.              — Блэки уговаривают вас совершить ошибку, — прошипел Крауч. — Я не собираюсь давать разрешение.              — Тогда я тебя уволю, — крикнул Прюэтт, — считай себя освобожденным от должности с этого момента!              — Подумайте еще раз, министр, — сказал Крауч, его самообладание ломалось по мере того, как он кричал. — Если вы позволите Гарри Блэку осуществить этот безрассудный план, я созову Визенгамот на экстренное заседание и объявлю вотум недоверия.              — Ты больной ублюдок! — взорвался Прюэтт. — Ты думаешь, что можешь заменить меня? Я веду эту войну с момента убийства Сигнуса Блэка. Я пожертвовал всем, чтобы вести эту войну! Мои сыновья, мое время, мое здоровье, моя заслуженная пенсия… Как ты смеешь даже предлагать вотум недоверия против меня? Барти, уйди в отставку, иначе…              Внезапно министр Прюэтт схватился за грудь, упав на пол, и кашляя, попытался дотянуться до стола, чтобы поддержать себя.              — О, Мерлин, — вздохнула Амелия.             

***

             — Ну, должно быть, кто-то здорово разозлил министра, — хмыкнул аврор, стоявший напротив капитана Фрэнка Лонгботтома, когда они с Фрэнком слушали, как министр Прюэтт кричит на кого-то с другой стороны двери.              — Надеюсь, его уволят, — зевнул Фрэнк. — Хуже всего в должности капитана телохранителей то, что тебе приходится ходить на такие вызовы. Если бы не это всё, я бы спал.              Внезапно дверь распахнулась, и оттуда выбежала Амелия Боунс.              — Нам нужен медик! — закричала она.              Фрэнк мгновенно протиснулся мимо Амелии в комнату и в ужасе уставился на лежащего на полу министра. Над ним на коленях стоял волшебник, которого он узнал как Эдварда Фокса.              — Забудьте о медике, — крикнул Фрэнк. — Мы должны доставить его в больницу Святого Мунго.              Эдвард Фокс поднимаясь на ноги, покачал головой.              — Слишком поздно. Он мертв. Сердечный приступ, — он оглядел присутствующих в комнате. Единственной, кто не выглядел особенно ошеломленным, была Амелия Боунс, которая беспокойно переводила взгляд с тела Прюэтта на вестибюль.              — Что нам теперь делать? — спросил Гарри.              — Согласно политике Министерства, я теперь исполняю обязанности министра, — объявил Эдвард Фокс.              — Не так быстро, — сказал Крауч. — Я глава Департамента магического правопорядка. У нас война!              — Политика есть политика, мистер Крауч, — спокойно сказал Фокс. — Я был главой Отдела Тайн дольше, чем вы на своей должности. Как бы то ни было, я подтверждаю решение министра Прюэтта уволить вас. И я собираюсь поручить капитану Боунсу взять вас под стражу, пока мы не поймем, почему вы так странно вели себя этой ночью. Мистер Блэк, до дальнейшего уведомления, вы будете исполняющим обязанности главы магического правопорядка. Соберите столько авроров, сколько вам нужно, и делайте то, что считаете нужным. Капитан Лонгботтом, со мной.              Менее чем через пятнадцать секунд Фрэнк Лонгботтом остался один в комнате с исполняющим обязанности министра. Фрэнк наблюдал, как Фокс выдвинул стул из общего стола и достал из ящика письменные принадлежности.              — Что вам нужно, министр? — спросил Фрэнк.              — У меня есть для вас особое задание, — сказал Фокс.              — Хорошо, — медленно сказал Фрэнк.              — Исполняющий обязанности директора Блэк собирается направить контингент авроров в Азкабан, чтобы забрать заключенного Барти Крауча-младшего. Я хочу, чтобы вы были одним из этих авроров, — продолжая писать на бумаге, сказал Фокс.              — Хорошо.              Фокс не говорил, а сосредоточился на пергаменте. В конце концов, он закончил, подписал, убрал перо и сложил канцелярские принадлежности, после чего передал их Фрэнку.              — Это, по сути, карт-бланш. Он освобождает вас от всякой ответственности за то, что вы сделаете.              — Я думаю, вам лучше объяснить, чего вы хотите, и привести веские причины, почему это необходимо, — не потрудившись скрыть свое подозрение, сказал Фрэнк.              Фокс откинулся в кресле и сцепил пальцы, глядя в глаза Фрэнку.              — Я хочу, чтобы вы убедились, что во время миссии директрисы Блэк в Азкабан произойдет несчастный случай.             

***

             Её мысли неслись с невероятной скоростью, Амелия наблюдала, как Гарри и Беллатриса недолго беседовали в тихом уголке, пока лейтенанты Амелии организовывали и собирали других авроров. Гарри, теперь исполняющий обязанности директора, всё ещё ожидал, что она будет сопровождать его в Азкабан. Но пойдет ли с ними Беллатриса? Затаив дыхание, Амелия наблюдала за происходящим.              Её опасения оправдались, когда разговор Гарри и Беллатрисы закончился. Белла направилась к дверям лифта. Амелия поняла, что должна действовать. Она быстро пересекла вестибюль и догнала женщину.              — Нам нужно поговорить, — резко сказала Амелия.              Беллатрикс обернулась и вскинула бровь.              — О чем?              — Я знаю, что ты планируешь, — сказала Амелия.              — Что я планирую? — с небольшой улыбкой спросила Беллатриса.              — До восхода солнца ты созовешь Визенгамот на экстренное собрание и попытаешься назначить себя министром магии, — стараясь сохранить ровный голос, сказала Амелия. — Но у тебя недостаточно голосов. Я подсчитала.              — У тебя их гораздо меньше, — бесстрастно сказала Беллатриса. — На самом деле, ты даже не являешься достойным кандидатом.              — Как ты смеешь? — вскрикнула Амелия, позволив своей гордости показать себя.              — Ты действительно происходишь из уважаемой чистокровной семьи, — небрежно признала Беллатрикс. — Но твоя карьера оставила тебя не более чем капитаном авроров. Никто не думает о тебе как об администраторе, или общественном деятеле. Что касается голосов, я думаю, что смогу получить достаточно от избирателей Крауча. Фокс уволил его, так что он вряд ли сможет что-то сделать. Эмоциональный рассказ о последних минутах Прюэтта в сочетании с тем фактом, что мой муж сейчас сражается в передних рядах, убедит сторонников Крауча, чтобы я заняла пост, прежде чем кто-либо другой успеет что-либо сделать. У них даже не будет угрызений совести. Мы с мужем быстро закончим эту войну и начнем восстанавливать наш мир.              Амелия знала, что Беллатрикс блефует насчет голосов. В большинстве случаев Амелия могла бы утешиться этим и продолжить свои планы или поддержать другого человека против Беллатрикс. Но Амелия знала, или, по крайней мере, сильно подозревала, что Фоксы были на стороне Беллы. С Эдвардом Фоксом в качестве исполняющего обязанности министра победа Беллатрисы была неизбежна. Если она этого не понимала, возможно, Амелия могла уговорить её проголосовать за кого-то другого, кого-то, кто устраивал бы и её, и Беллатрису.              — Я понимаю, что у меня недостаточно поддержки, чтобы претендовать на пост министра, — призналась Амелия, стараясь говорить как Беллатриса, — но у меня достаточно голосов, чтобы обеспечить тебе легкую и быструю победу. Если я не поддержу тебя немедленно, голосование будет отложено. Бывшие сторонники Крауча и Прюэтта перегруппируются, возможно, за Эдвардом или Эндрю Фоксом. У тебя останутся только те, кто есть сейчас, а у меня останутся мои. Люди, находящиеся сейчас у власти, захотят остаться у власти, поэтому они проголосуют за другого. Таким образом, я и мои союзники станем решающим фактором. В принципе, без меня ты не победишь. Вопрос в том, хочешь ли ты победить сейчас или позже? И позволь мне добавить, что если ты будешь ждать, я могу получить предложение по-лучше от другой стороны.              Амелия чувствовала гнев, исходящий от Беллатрисы, хотя фиалковоглазая ведьма мастерски сохраняла самообладание.              — Если мой муж не хочет работать в Министерстве, ты можешь стать директором ДМП, — резко предложила Беллатриса.              — Это обойдется дороже, — сказала Амелия.              — Тогда назови свою цену, — сказала Беллатриса.              — Две вещи, — сказала Амелия. — Я хочу, чтобы Министром магии был назначен твой муж, и я бы хотела, чтобы меня назначили его старшим заместителем.              Увидев ярость в глазах Беллатрисы, Амелия поспешила объяснить свое предложение.              — Беллатриса, если бы ты была более зрелой и, если бы мы находились в мирном времени, я думаю, что магическое сообщество процветало бы под твоим руководством. Но мы находимся в конце войны. Твой муж — противоположность Сама-Знаешь-Кому. Если мы победим, именно он сможет задать лучший послевоенный тон. Я видела, как он общается и с аврорами, и с арестованными Пожирателями смерти. Если твой муж будет тем, кто закончит войну, она так и останется законченной. И тогда, через десять или пятнадцать лет, ты сможешь стать Министром. Обещаю, что тогда я буду голосовать за тебя.              — Мой муж не обладает нужным характером, и амбициями, — огрызнулась Беллатрикс.              — Но они есть у тебя, — сказала Амелия. — Ты сможешь прикрыть его, пока он делает то, что считает нужным.              — И как же ты рассчитываешь, что сможешь проголосовать за меня через десять лет? — спросила Беллатриса. — Будет довольно сложно голосовать за меня, если мой муж будет Министром.              — Я думаю, мы обе знаем, что убедить Гарри стать министром будет достаточно сложно. Убедить его оставаться им дольше, чем пару лет, вероятно, будет невозможно, — сказала Амелия.             

***

      Когда лифт доставил её в атриум Министерства, Беллатрикс издала крик гнева и ударила кулаком по стенке лифта. Она била снова и снова. Звон колокола возвестил о том, что Беллатриса прибыла в Атриум. Когда она направилась к выходу, её ум снова заработал.              Наблюдения и мотивы Амелии, вероятно, были верны. Однако Беллатриса всё ещё была зла. Она не любила, когда ей бросали вызов. И это раздражало её. Она была уверена, что у Гарри нет ни малейшего желания становиться министром. Это было её мечтой. А тут ещё и её отец, Сигнус Блэк. Когда он неосознанно восхвалял себя, министр Прюэтт подчеркнул, что он потратил всю свою жизнь на эту войну. Но именно у Сигнуса Блэка хватило смелости начать её. Не будет ли уместным, если войну закончит его собственная дочь? Министр Блэк II, так сказать?              «Гарри – Блэк, — напомнил Беллатрисе тонкий голосок. — Твой отец тоже не хотел быть министром. На самом деле, Гарри вполне может быть настоящим наследником Сигнуса Блэка, Ориона Блэка и Ромулуса Малфоя».              Как раз в тот момент, когда Беллатриса достигла министерских каминов, её разум наконец-то смог произвести на свет утешительный приз Беллатрисы — новый план, согласно которому она должна стать министром. Как только война закончится, она сможет приступить к созданию финансовой империи Блэков, восстановлению Вороньего Бора и налаживанию прочных связей в Визенгамоте. Когда Гарри уйдет со своего поста, Беллатриса будет готова.             

***

             — Мне не по себе, — прокомментировал Гарри, стоя на утесе с видом на океан, примыкающем к северному побережью Шотландии. В темноте ему показалось, что он видит Азкабан.              — Так и должно быть, — сказала Амелия. — Никто не должен чувствовать себя комфортно, приближаясь к Азкабану. К счастью, мы являемся официальными сотрудниками Министерства и можем пройти защитные чары без проблем, — она взмахнула палочкой, и в скале мгновенно материализовалась лестница.              Гарри двинулся было следом, но пара авроров проскользнула перед ним, заставив его следовать за ними. После ухода из Министерства Гарри заметил, что в его присутствии авроры ведут себя иначе, чем тогда, когда он сопровождал их в рейдах. В частности, они не давали ему сделать и двух шагов без того, чтобы кто-то из них не опередил его. Он пожаловался Амелии, но ей было всё равно. Очевидно, это было неудобство, которое должен был терпеть директор департамента магического правопорядка.              Гарри и его сопровождение спустились по лестнице, открытой Амелией, и вышли на каменный причал, расположенный в тени скалы. Вскоре Гарри и авроры уже садились в пару лодок и плыли к тюрьме.             

***

      — Я бы предпочел, чтобы я мог сопровождать вас наверх, — сказал Гермионе профессор Дамблдор, когда они подъехали к дому Гарри и Беллатрисы в Манчестере.              — Я бы не отказалась от вашей компании, — сказала Гермиона, осматривая улицу. — Но дело в том, что на доме много защитных чар, и вы не можете войти.              Дамблдор огляделся.              — Вы точно знаете об этих чарах? Или вы основываетесь на том, что вам рассказала мадам Блэк?              — Я исхожу из того, что сказала мне Беллатриса, — призналась Гермиона. — Я не думаю, что она стала бы врать о них, если только не преуменьшала их значение. Это займет у меня всего пару минут, профессор. Она установила защиту вокруг крестражей, чтобы уничтожить их. Чем быстрее мы закончим, тем быстрее сможем встретиться с Беллатрисой и остальными на Тисовой Улице. Именно там всё и произойдет.              — Я знаю, — сказал профессор Дамблдор. — Я буду ждать здесь. Поднимите как можно больше шума, если возникнут проблемы. Я сделаю все возможное, чтобы прийти на помощь.              — Хорошо, — сказала Гермиона, и поднялась по лестнице в дом, а затем зашла внутрь. Уже через минуту она прошла через весь дом и поднялась по лестнице, ведущей в так называемую лабораторию Беллатрисы. Судя по всему, она уже давно ничем там не занималась.              Диадема и медальон висели над одним из пустых лабораторных столов, медленно вращаясь под неестественным источником света, напомнившим Гермионе ночной музей. Гермиона взмахнула палочкой чтобы осветить комнату. Убедившись, что внутри находится только она одна, Гермиона приступила к процедуре, которая приведет в действие чары Беллатрисы, но не запустит другие, призванные покалечить или убить того, кто попытается украсть крестражи.              Накладывая заклинания так же осторожно, как на первом курсе, едва научившись владеть палочкой, Гермиона наложила щитовые чары в каждый угол стола. Когда они касались углов, чары меняли цвет, указывая на то, что они связаны со защитными чарами Беллатрисы.              Сделав глубокий вдох и надеясь, что расчеты Беллатрисы были верны, Гермиона произнесла заклинание, которое ни один вор в здравом уме не произнес бы, пытаясь украсть крестражи или защититься от чар Беллы. «Reducto!»              Стол поглотил заклинание Гермионы, и на секунду все замерло. Затем вокруг него взвился занавес магии, настолько мощный, что Гермиона почувствовала, как её кожа покрылась мурашками. Пока она смотрела, на столе под крестражами появились две чаши. В них, по словам Беллатрисы, находился яд василиска. Затем оба крестража погрузились в них. Из чаш вырвался пар и искры. Крестражи были уничтожены. Теперь остались только Том на Тисовой Улице, Барти Крауч-младший в Азкабане и Нагайна.              Гермиона с облегчением вздохнула.             

***

             В темноте лодка причалила к гавани Азкабана. Пока его телохранители высаживались, Гарри слушал, как вода тихо бьется о камень, и мысленно сравнивал этот звук с ревом океана вокруг тюрьмы. Как бы опасно ни звучал океан, Гарри решил, что это ему нравилось больше, чем мёртвая тишина.              Вскоре Гарри смог сойти с лодки. Он последовал за аврорами, которые были лучше знакомы с Азкабаном. Главные двери были высотой, почти с его дом. Гарри задумался, зачем нужна такая экстравагантная архитектура, но быстро отбросил этот вопрос, так как понял, что потенциально может оказаться на враждебной территории.              — Стоять! Кто идет? — окликнул один из стражников возле главных ворот, как только они оказались на расстоянии слышимости.              — Капитан Боунс, капитан Лонгботтом и большой отряд авроров сопровождают недавно назначенного исполняющего обязанности директора департамента магического правопорядка, Гарри Эшворт Блэка, — громко крикнула Амелия.              Охранники у дверей на несколько мгновений замолчали.              — Каков характер дел директора Блэка? — крикнул в ответ охранник.              — Конфиденциальное и официально санкционированное, — ответила Амелия. — Теперь впустите нас, пока ваш новый босс не рассердился.              — Вы можете пройти, — сказал охранник.              — Разве они не могли просто спросить нас об этом, когда мы подойдем поближе? — сказал Гарри, когда он и авроры подошли к воротам.              — Было бы слишком поздно, если бы мы были враждебно настроены, — сказала Амелия.              — И как они вообще узнают, что я официально назначен? — спросил Гарри.              — У них есть все виды защитных чар и определителей. Твое положение в Министерстве для них новость, но детекторы подтвердят, что я говорю правду, — объяснила Амелия.              Гарри подумал, что всё это звучит несколько старомодно, но он полагал, что эта система работает уже достаточно давно. Они подошли к дверям и смотрели, как охранники проходят через трудоемкий процесс отпирания дверей изнутри и снаружи, а затем открывают их.              Дрожа от одной мысли о том, что он находится так близко к дементорам, Гарри шагнул в тюрьму и убрал свои палочки в кобуры. Охранники закрыли ворота, и те, кто находился внутри, проводили Гарри, Амелию, Фрэнка и авроров в кабинет начальника тюрьмы.              Раздражение начальника тюрьмы от того, что его разбудили, было компенсировано его нетерпением пообщаться не только с новым директором ДМП, но и с самим Гарри. Очевидно, слава о Призраке Эшворта докатилась и до прекрасных берегов.              — Да, Крауч содержится на верхнем этаже, — сказал начальник тюрьмы МакГейл, когда любезности закончились и Гарри изложил суть дела. — Там самый высокий уровень безопасности. Чем выше этаж, тем больше на нем дементоров. Охранники спят на нижнем этаже.              — На верхнем? — спросила Амелия. — Это кажется странным. Он не сделал достаточно чтобы его содержали там.              — Прямой приказ Крауча-старшего, — объяснил МакГейл. — Думаю, он был очень зол на своего сына.              — Будем надеяться, что так и есть, — сказал Гарри, вспомнив странное поведение Крауча менее чем за час до этого. — Пожалуйста, будьте так добры, попросите ваших охранников забрать Крауча с верхнего этажа. Мы заберем его и отправимся назад.              — И куда вы собираетесь его отвезти? — спросил МакГейл.              — Не беспокойтесь об этом, — неопределенно ответил Гарри.              Начальник тюрьмы посмотрел на Амелию, затем на Фрэнка, а потом снова на Гарри.              — Я не хочу что-то от вас требовать, директор, но я не могу просто по своему желанию что-то сделать, особенно разрешить просто так вывести узника, чтобы он, предполагаемо бесследно исчез.              Гарри вздохнул.              — Послушайте, мы не какой-то секретный отряд, прибывший для его казни. Мы выводим заключенного из-под влияния Дементоров, потому что считаем, что он подвергся опасному магическому ритуалу. Я отведу его в строго охраняемую камеру Министерства. А теперь отправьте за ним своих авроров, чтобы мы как можно быстрее вернулись назад.              — Хорошо, сэр, — всё ещё подозрительно сказал начальник тюрьмы. Он отдал команду, и группа стала ждать, пока Крауча приведут к ним.              Прошло около двадцати минут, прежде чем авроры вернулись, но без Барти.              — Где он? — спросил МакГейл.              — Дементоры не пускают нас на верхний уровень, — сказал старший из их группы.             

***

             — Каждый маггл, живущий на этой улице, наверное, смотрит на нас, — зевая проворчал Аластор Муди, и продолжил, с подозрением оглядывать темные дома на Тисовой Улице.              — Нет, только тетя Петуния, — сказала Роза, делая грубый жест в направлении дома Дурслей. — Остальные спят.              — Роза! — оглядывая группу, воскликнула Лили. Все присутствующие были уставшими и тихо ворчали, но когда Беллатриса послала своего домового эльфа позвать их помочь уничтожить крестражи, никто не стал медлить и вызвался помочь. Пришли все Поттеры, кроме Джона. Сириус и его сын, Лео, и Аластор Муди. Теперь они ждали Беллатрису, профессора Дамблдора и Гермиону.              Палочка Муди уже была наготове.              — Я предлагаю оглушить и обездвижить её.              — Аластор, — сказала Лили, — были ли мы здесь или нет, не имеет значения. И я даже не уверена, что Петуния наблюдает за нами. Роза просто комментирует склонность моей сестры к подглядыванию за соседями. Я уверена, что она тоже спит.              Дискуссия была прервана, когда рядом с ними появилась Беллатриса.              — Где ты была? — спросил Джеймс Поттер.              — То тут, то там, — ответила Беллатрикс. — Хотя в основном там.              — Просто уморительно, — сказал Сириус Блэк. Никто не мог понять, то ли он шутит, то ли ему просто совершенно неинтересно. После смерти жены его эмоции стало трудно уловить.              — Какое это имеет значение? — спросила Беллатриса. — Неужели кто-то из вас действительно хочет действовать без присутствия Дамблдора?              — Она права, — заметила Роза.              — Мы можем хотя бы зайти в дом, — предложила Лили.              Беллатрикс сказала им следовать за ней, и группа молча пересекла улицу и подошла к парадной двери дома № 2 по Тисовой Улице. Белла впустила их, и группа собралась в гостиной.              Сидра потянулась к выключателю, но её остановил Муди.              — Никакого света!              — Установите барьеры на окнах, если это вас беспокоит, — презрительно сказала Сидра. Однако, несмотря на всю свою непокорность, она подождала, пока Муди наложит чары на окна, прежде чем щелкнуть выключателем.              В освещенной комнате Беллатрикс осматривала окрестности.              — Тебе придется напомнить Драко, чтобы он почаще убирался в доме, — сказала Беллатриса Сидре.              — Я не его нянька! — проворчала Сидра.              — Ты делаешь всё, что я попрошу, — беспечно ответила Беллатриса. — Я хочу, чтобы ты проводила хотя бы пару часов в неделю, заставляя Драко убираться в доме или делать что-то для улучшения его бизнеса. Ты почти станешь его заботливой тетей. А сейчас я бы хотела, чтобы ты поднялась наверх и оглушила его, чтобы он и не подозревал о нашем присутствии.              Сидра была недовольна, но она не собиралась ослушаться своего босса. Сердито бормоча, она достала свою палочку и пошла вверх по лестнице к спальне Драко.              Стук в дверь возвестил о прибытии Гермионы и профессора Дамблдора. Джеймс открыл дверь, чтобы впустить их.              — Остальные крестражи были уничтожены без проблем? — спросил Аластор, как только профессор Дамблдор вошел в комнату.              — Да, — ответил Дамблдор. — Не было никаких трудностей. Теперь мы можем сосредоточиться на этом крестраже. Возможно, мадам Блэк, вы могли бы рассказать нам больше подробностей, — последнее предложение он произнес громко, чтобы Беллатриса, вышедшая из комнаты, могла его услышать.              — Зачем вам подробности? — спросила Беллатриса, вернувшись после осмотра других комнат дома. — Достаточно сказать, что я активировала крестраж для определенных целей. Поэтому я считаю, что безопаснее иметь под рукой несколько человек, чтобы уничтожить его. Думаю, простого Убийственного проклятия будет достаточно.              — Я думаю, будет лучше, если вы будете более откровенны с нами, — сказал Дамблдор. — Возможно, вам стоит объяснить, как получилось, что Драко стал жить здесь, и как Питер Петтигрю полностью исчез.              Беллатриса уклончиво пожала плечами.              — Питер Петтигрю был идиотом. Враги Темного Лорда от этого только выиграли. Что касается Драко, то мои семейные дела вас не касаются.              — Значит, вы не заставляли мистера Петтигрю что-либо делать? — глядя поверх своих очков на лицо Беллатрисы, спросил Дамблдор.              — Какое отношение к этому имеет Питер? — резко спросил Джеймс.              — Мадам Блэк? — спросил Дамблдор. — Вы не заставляли Питера ничего делать?              — Он ничего не делал против своей воли, — сказала Беллатриса.              — Что вы двое знаете такого, чего не знаем мы? — снова спросил Джеймс.              Дамблдор отвернулся от Беллатрисы и посмотрел на Джеймса и Сириуса.              — В рамках поиска крестражей Беллатрикс активировала один из крестражей. Но для этого ей нужно было, чтобы кто-то принес себя в жертву.              Лили вздохнула.              Беллатрикс закатила глаза.              — Этим человеком был Питер Петтигрю. Я подозреваю, что он уже выполнил часть процесса до того, как Беллатриса наткнулась на него. Я полагаю, что он решил завершить процесс, пытаясь сбежать. Таким образом, существо, которое мы собираемся убить сегодня, — это только половина Питера.              — Идиот полностью исчез. Это полностью Том, — сказала Беллатриса.              Лили сузившимися глазами смотрела на Беллу.              — По-моему, это справедливо, — сказал Джеймс. — Я бы хотел добровольно взять на себя эту честь, даже если Питер полностью исчезнет. Он предал нас и подверг опасности моих детей.              Сириус достал свою палочку.              — Я помогу.              Дамблдор кивнул.              — Я буду сопровождать вас. Аластор? Возможно, ты поможешь нам. Мадам Блэк, если вы объясните, как устроена камера, мы сможем позаботиться об этом для вас. А потом, когда-нибудь, я буду благодарен, если вы дадите мне больше информации о том, как появился «Том».              — Вы сможете купить мои мемуары в «Флориш и Блоттс», как и все остальные, — сказала Беллатриса.             

***

      — Объявить тревогу! — скомандовал начальник МакГейл.              — Подождите, — сказал Гарри. — Вы уверены, что хотите сообщить всем заключенным о том, что что-то случилось?              — Заключенные не смогут что-либо сделать, — сказал начальник тюрьмы. — У нас есть специальный регламент на случай восстания дементоров.              — Тогда следуйте ему, а мы сделаем всё, если сочтем нужным, — распорядился Гарри.              Начальник кивнул охраннику, который принес плохие новости. Он вышел из комнаты, начальник тюрьмы последовал за ним, и через несколько секунд глубокий звук рога громким эхом разнесся по стенам тюрьмы.              — Что за регламент? — спросил Гарри у своих сопровождающих.              — На каждый уровень тюрьмы можно попасть по лестнице, расположенной внутри одной из стен тюрьмы, — лаконично объяснила Амелия. — Между лестницей и каждым уровнем есть несколько ворот. Любой охранник на уровне тюрьмы отступит к лестнице и закроет ворота, заперев Дементоров. Если на этаже нет охранников, ворота закрываются автоматически. То же самое произойдет, если охранники будут убиты и на этаже не останется ни одного охранника. Если Дементоры уже прошли через ворота, когда они закрылись, охранники смогут послать Патронуса через лестничный пролет и заставить Дементоров войти в башню над лестницей.              — А как же заключенные? — спросил Гарри.              — Они заперты в своих камерах, — объяснила Амелия. — Дементоры не могут открыть ворота или двери камер. У них нет ключей, а ворота и двери заперты. Они окажутся в ловушке.              — В принципе, — заявил Фрэнк Лонгботтом, — теперь, когда прозвучал сигнал тревоги, потребуется всего две-три минуты, чтобы сдержать Дементоров. Теперь наша проблема — попасть на верхний этаж.              — Может быть, лучше вернуться, когда дементоры успокоятся, — предположила Амелия.              Гарри покачал головой, расхаживая взад-вперед. Наконец, он остановился и посмотрел на тех, кто пришел в кабинет вместе с ним.              — Попросите Министерство предоставить столько авроров, сколько можно выделить, не оставляя уязвимым само Министерство. Я хочу, чтобы они расположились на той части берега, которая ближе всего к тюрьме. Скажите им, чтобы захватили метлы.              — Вы ожидаете битвы? — потрясенно спросил Фрэнк.              — Да, — сказал Гарри. — Мы двигались слишком медленно. Шпионы Темного Лорда донесли о нашем плане. Он не только будет готов пожертвовать многим, чтобы защитить Крауча, но и увидит преимущество в том, чтобы вырвать самых опасных из узников Азкабана и забрать с собой часть Дементоров.              — Вы забываете, что Азкабан — это крепость! — ответил Фрэнк. — Мне кажется, вы переоцениваете Темного Лорда. Как, по-вашему, он собирается добиться всего того, о чем ты только что сказал?              — Все просто, — сказал Гарри. — Он и его Пожиратели смерти прилетят и снесут крышу тюрьмы. Поэтому я хочу, чтобы авроры были собраны на берегу, чтобы встретить силы Темного Лорда, когда они прибудут. Тем временем, мы заберем Крауча и переведем всех остальных заключенных с верхнего этажа так быстро, как только сможем. Надеюсь, мы сможем сдержать и Дементоров. Если появятся Пожиратели смерти, мы будем сражаться и вытащим Крауча отсюда в камеры Министерства.              — Почему ты так уверен, что именно это и произойдет? — спросила Амелия.              «Именно так Волдеморт и сделал во время Потерянной войны, когда отправился в Азкабан», подумал Гарри. Но он не был готов объяснять это кому-либо.              — Неважно, откуда я знаю. Я отдал приказ. Теперь выполняйте! — сурово сказал Гарри.             

***

             Роза Поттер стояла на лужайке перед домом № 2 по Тисовой Улице, когда все медленно появлялись возле неё и готовились к чему-либо. Роза предполагала, что после уничтожения крестражей все отправятся домой, но Муди и Дамблдор задали Беллатрисе несколько вопросов о резкой смене власти в иерархии Министерства и о миссии Гарри в Азкабане. Похоже, они хотели быть в Министерстве, когда Гарри и авроры приведут туда Крауча. А потом Беллатрикс дала пару намеков на то, что в ближайшие несколько часов произойдет что-то важное и что Ордену, возможно, стоит собраться вместе. Роза достаточно хорошо знала свою мать, чтобы понимать, что она захочет быть в курсе всех событий.              Беллатриса, родители Розы, Дамблдор, Сириус и Муди закончили обсуждение последних вопросов, и все уже готовились аппарировать, когда их прервали.              — Ты! — закричала Петуния Дурсль, внезапно появившись из темноты вокруг дома № 4.              — Я, — с досадой сказала Лили. — Мы заняты, так почему бы тебе не убраться отсюда?              — Нет! — сказала Петуния, — не ты. Она! — она указывала на Беллатрису.              Все уставились на Беллатрису. Несмотря на то, что все внимание группы было сосредоточено на ней, Белла, казалось, не замечала внимания остальных, так как она злобно смотрела на Петунию. Затем, вполне осознанно, Беллатрикс провела большим пальцем по своей шеё и внезапно исчезла с громким хлопком.              — Что это было? — спросила Лили.              — Ничего, — очень испуганно ответила Петуния. — Я просто пойду домой.              — Нет, объясни! — сказала Лили, подошла к сестре и схватила её за руку. — Откуда ты её знаешь?              — Я ошиблась, — неубедительно сказала Петуния.              — Я видела, как она угрожала тебе, — сказала Лили. — Вы обе видели друг друга раньше. Я обещаю, она не сможет тебя тронуть, даже если захочет.              Лили пришлось ещё долго уговаривать свою сестру, пока Петуния наконец не почувствовала себя в достаточной безопасности, чтобы дать волю своей мстительности.              — Прямо перед прошлым Рождеством, — сказала Петуния. — Это та самая ведьма, которая вломилась в мой дом и засунула газету в рот Вернону.              — Что? — воскликнула Лили. — Она? Ты уверена?              — Да, — сказала Петуния. — Это была она. Она ворвалась в дом, украла какую-то шкатулку с золотом, которая была спрятана в камине, и ушла.              — Зачем это ей понадобилось? — спросил Джеймс, выглядя очень озадаченным.              — Это объясняет, почему она в итоге купила дом по соседству, — небрежно сказала Роза, так как ее ум был занят поиском объяснения странного взаимодействия Беллатрисы с Дурслями.              — Теперь я это понимаю, — сказала Лили. — Но зачем вообще нужно это делать? Зачем Беллатрисе прятать золото в доме моей сестры-магглы?.              — Я думала, ты уже поняла, — сказала Петуния.              — Нет, — сказала Лили. — Зачем мне знать о нездоровом увлечении этой ведьмы тобой?              — Перед тем, как покинуть дом с золотом, она сказала, что в каком-то смысле я её тетя, — сказала Петуния.              — Это абсурд, — медленно сказала Лили. — Она практически член семьи Блэк. Она никак не может быть нашей родственницей.              — Ты неправа мама, она может, — предположила Роза, ее логика позволила проанализировать невероятность ситуации.              — Что? — сказала Лили, повернувшись и уставившись на свою дочь.              — Я думаю, пришло время узнать у Гарри больше о его будущем, — сказала Роза.             

***

             У охранников Азкабана не было заранее создано плана для полного удаления дементоров с этажа, потому что стандартный план на такие случаи полагался на то, что этажи сами по себе будут местом содержания дементоров во время восстания. Однако охранников, авроров и патронусов было достаточно, чтобы группа авроров и охранников во главе с Гарри смогла подняться на самый верх лестницы, открыть ворота верхнего этажа, добежать до дальней стены в сопровождении патронусов, а затем развернуться и загнать дементоров в лестничный пролет. Другую группу авроров и охранников Гарри разместил чуть ниже верхнего этажа. Когда дементоры ушли с верхнего этажа, они использовали Патронусов ещё раз, чтобы загнать их в башню над лестницей. Процесс был безопасным, но изнурительным.              Гарри всё еще прислонялся к дальней стене верхнего этажа, и переводил дыхание, когда к нему подошла Амелия с куском шоколада.              — Похоже, тебе это нужно, — сказала она.              — Спасибо, — ответил Гарри, даже не потрудившись возразить. С нетерпением он вгрызся в шоколад и закрыл глаза, когда тот растаял у него во рту и заменил энергию, которую Дементоры отняли у него.              Подошел Фрэнк Лонгботтом.              — Всё заперто и все в безопасности, — объявил он. — Начальнику придется повозиться, чтобы вернуть все на свои места, но мы можем спокойно забрать Крауча и уходить.              — Хорошо, — сказал Гарри, внезапно услышав тихий смех, доносящийся из одной из камер. — Я полагаю, что он заперт в этой камере.              Амелия и Фрэнк недоуменно посмотрели на Гарри.              Гарри удивился, почему никто из них не вызвался его вытащить из неё.              — Что ж, давайте заберем его и отправимся в Министерство, — сказал Гарри.              — Верно, — медленно сказал Фрэнк.              Внезапно раздался взрыв. Гарри посмотрел на потолок, откуда исходил звук.              — Нехорошо, — сказал он.              — Ты был прав, — вздохнула Амелия, когда ещё один громовой взрыв донесся со стороны крыши.              — Надеюсь, наше подкрепление уже на месте, — вздохнул Гарри.              — Стража! — крикнул Фрэнк. — Открывайте двери камер и используйте на каждом заключенном оглушающие чары. Я не хочу, чтобы они очнулись без медицинской помощи.              — Сделайте это! — крикнул Гарри, подтверждая приказ Фрэнка.              — Я заберу Крауча, — уже двигаясь к камере, сказал Фрэнк.              — Хорошо, — сказал Гарри. — Амелия, организуй авроров для прикрытия нашего отступления. Мы постараемся уйти с этого этажа как можно скорее. Как только мы окажемся в глубине тюрьмы, мы сможем оценить, удерживать ли нам позицию внутри или бежать обратно на берег — если нам не удастся снять защитные чары.              — Они будут держать нас внутри, — коротко ответила Амелия и бросилась командовать аврорами.              Гарри решил помочь Фрэнку. Он подбежал к камере как раз вовремя, чтобы увидеть, как Фрэнк открывает её. Внутри сидел Барти Крауч-младший и ухмылялся, как маньяк.              — Браво, лорд Блэк, — сказал Барти. — Я гадал, сколько времени пройдет, пока вы осознаете свою ошибку. Однако сейчас уже слишком поздно что-либо предпринимать. Слишком поздно стало в ту минуту, когда вы меня арестовали.              — О чем он говорит? — спросил Фрэнк.              — Все просто, — сказал Барти. — Если бы вы оставили меня в Азкабане, Лорд Волдеморт в конце концов победил бы. Но теперь, когда вы пришли, чтобы убить меня, Лорд Волдеморт победит раньше.              — Не могу сказать, что твоя логика произвела на меня впечатление, — сказал Гарри. — Я не понимаю, как ты считаешь, что служить Темному Лорду более уважаемо, чем быть аврором.              Барти фыркнул.              — Ты никогда не поймешь.              — Думаю, я понимаю больше, чем ты думаешь, — сказал Гарри. Он посмотрел на Фрэнка. — Подними его, и пойдем.              Гарри обратил свое внимание на стражников, которые накладывали оглушающие чары на пленников, и авроров, готовившихся к прорыву крыши крепости.              — Стража, — крикнул Гарри, — каждый из вас берет в заложники по пленнику и начинает отступление на нижние этажи тюрьмы. Авроры, продержитесь как можно дольше или пока охранники и заключенные не уйдут. Затем отступайте и блокируйте лестницу.              Особенно громкий взрыв прогремел чуть выше, сотрясая даже пол, и большая часть крыши обрушилась. Позади Гарри раздался приглушенный крик, а затем вспышку зеленого света. Гарри обернулся, держа палочку наготове, и увидел Фрэнка Лонгботтома, стоящего над мертвым телом Крауча.              — Что случилось? — спросил Гарри.              — Взрыв и тряска, — быстро сказал Фрэнк. — Он бросился на меня, и я подумал, что он собирается забрать мою палочку. Мои рефлексы сработали, и я отправил в него убийственное проклятие. Обычно я бы просто применил оглушающее или ещё что-нибудь, но у нас скоро начнется битва.              Гарри подозрительно нахмурился.              — Мне очень жаль, директор, — сказал Фрэнк. — Это был несчастный случай.       

***

             Как только Аластор Муди появился в Министерстве, он сразу понял, что что-то не так.              — Нам нужно подняться наверх! — крикнул он другим членам Ордена, которые появились за ним.              Поттеры и Блэки, затаив дыхание, пытались сделать выводы о связи Гарри с Петунией, но последовали за ним. Муди, которому не было никакого дела до происхождения Гарри, бросился к лифту и, не потрудившись задержать его для кого-то ещё, нажал на кнопку этажа ДМП. Прибыв в вестибюль, он увидел, что повсюду авроры.              — Что происходит? — спросил он, схватив первого, кого узнал.              — Дементоры бунтуют, и мы ожидаем, что Сами-Знаете-Кто собирается напасть на Азкабан, — быстро сообщила Муди ведьма средних лет. — Директор Блэк приказал отправить подкрепление на побережье у Азкабана.              Муди обернулся и увидел, как из лифта выходят Поттеры, Блэки и Дамблдор.              — Похоже, в Азкабане будет битва, — отрывисто сказал он. — Я иду туда.              — Я соберу членов Ордена, — уже подходя к камину, сказал Дамблдор, откуда он мог связаться со своими соратниками.              — Без сомнения, уже появился приказ, чтобы мы тоже были там, — вздохнул Джеймс, когда они с Сириусом углубились в служебные помещения аврората, оставив Лили с двумя дочерьми и сыном Сириуса.              Не теряя ни секунды, Муди захватил аврорское снаряжение и с помощью порт-ключа Министерства отправился на берег Азкабана. В воздухе раздавались взрывы и вспышки света, когда он появился примерно в тридцати ярдах от группы авроров, расположившихся на берегу. Он поспешил туда и обнаружил, что командует Кингсли Шеклболт.              — Каков статус? — спросил Муди.              — Пожиратели смерти пытаются прорваться на крышу тюрьмы, — спокойно сказал Шеклболт. — Мы им мешаем. Как только я соберу достаточно сил, мы поднимемся в воздух и вступим в бой с нападающими.              — А как же директор Блэк? — спросил Муди.              — Мы не знаем. Он не выходил на связь с тех пор, как послал за нами. —ответил Кингсли. — Возможно, он даже не знает, что мы здесь.              — Я прослежу за этим, — вызывая Патронуса, пробормотал Муди.             

***

             Гарри не был удовлетворен объяснением Фрэнка Лонгботтома, но сейчас было не время спорить.              — Возьми его тело. Мы заберем его с собой, — сказал Гарри, и повернулся, чтобы проконтролировать ситуацию. Подумав немного, он обернулся назад. — Мы возьмем его с собой, но, если что-то случится, и мы не сможем вернуться в целости и сохранности, твоя задача — обеспечить уничтожение тела с помощью Адского Пламени. Ты понял?              — Как прикажете, — согласился Фрэнк.              Гарри снова повернулся и увидел, что охранники уже забрали пленников с камер.              — Авроры, отступаем! — крикнул Гарри, стараясь, чтобы его услышали. Мало того, что нападавшие вели заградительный огонь по быстро разрушающейся крыше, казалось, что снаружи раздаются новые взрывы. Возможно, прибыло подкрепление.              — Мы не отступим, пока ты тут, — подойдя к Гарри, сказала Амелия.              — Я уже ухожу, — отрывисто сказал Гарри и направился к лестнице, чтобы спуститься вниз. Потом так быстро, как только мог, добежал до первого этажа, где нашел охранников с заключенными с верхнего этажа. — Найдите подходящее помещение, заприте их и замаскируйте вход, — приказал Гарри. Начальник тюрьмы МакГейл стоял с удивленным видом. — Помоги им, — приказал Гарри.              Гарри пытался придумать, что делать дальше, когда через одну из узких щелей у входа в тюрьму ворвался знакомый Патронус. Вместе с ним раздался голос Муди.              — Гарри! К моему следующему посланию мы получим достаточно людей, чтобы прикрыть твое отступление с острова. Подай нам сигнал, когда будешь готов. Мы прикроем тебя с воздуха, но будь готов к ответному огню.              Гарри показалось, что это достаточно хороший план.             

***

      — Ну же, мама, все остальные идут, — уже начала умолять Роза. — Ты позволила мне прийти на битву в Министерство.              — У тебя было видение, гарантирующее твою безопасность, — отрывисто сказала Лили. — И я не хочу подвергать Лео опасности без ведома Сириуса.              — У нас будет порт-ключ, и мы сможем уйти при первых признаках того, что ситуация становится слишком опасной, миссис Поттер, — сказал Лео.              Лили поджала губы.              — Хорошо, но вы оба будете постоянно держать порт-ключ при себе, а Лео будет решать, когда его активировать.              — Договорились, — раздраженно сказала Роза.              Сидра ухмыльнулась, внутренне поздравляя себя с тем, что она уже достаточно взрослая, чтобы идти в бой, не спрашивая разрешения. Пока Лили была занята обеспечением безопасности Розы и Лео, Сидра пошла взять один из порт-ключей, предоставляемых ДМП для добровольцев. На полпути её кто-то схватил за руку и потащил в отдельную комнату. Это была Беллатриса.              — Ну и ну, кто же это если не кузина Беллатрикс, — ухмыльнулась Сидра.              — Это то, что она вам сказала? — спросила Беллатрикс.              — Есть ли что-то, что ты хочешь рассказать нам о Гарри? — самодовольно спросила Сидра.              — Мне нечего сказать, — коротко ответила Беллатриса. — Кроме того, что ты не пойдешь на битву.              — Что? — воскликнула Сидра.              — У меня есть для тебя работа, — сказала Беллатриса, доставая из рукава два сложенных пергамента. Она протянула один ей. — Это список некоторых членов Визенгамота, — Она протянула другой пергамент. — Это письмо, которое я хочу продублировать и отправить каждому из них. Когда они получат их, они явятся в отдельный зал Визенгамота. Я хочу, чтобы ты держала их там, пока они мне не понадобятся.              — Я не могу просто запереть кучу людей в комнате! — ответила Сидра.              — Ну, ты должна это сделать, — сказала Беллатриса. — Возможно, ты сможешь заставить себе помочь некоторых из своих друзей — например, тех, кого не пустят на битву.              — И что же ты собираешься делать? — спросила Сидра.              — Пойду в Азкабан, — сказала Беллатриса. — Я дам тебе знать, как всё пройдет.             

***

             После долгих споров Гарри, Амелия и Фрэнк согласились, что им придется довольствоваться тем, что все поместились в две лодки, которые они привезли с собой на остров, и в третью лодку, которая уже была на острове. Открыть ворота тюрьмы оказалось делом трудоемким, но каким-то образом это удалось сделать так, что Пожиратели смерти, летающие в воздухе над ними, ничего не заметили. Используя всевозможные маскировочные чары, большая группа дошла до причала, села в лодки и отчалила.              — У кого здесь есть действительно маленький Патронус? — спросил Гарри.              Один из охранников признался, что у него, в качестве Патронуса, морская свинка.              — Отлично, — сказал Гарри. — Вы посылаете сигнал, чтобы авроры на берегу знали о нашем прибытии, — он вкратце объяснил что надо делать и в заключение попросил охранника изо всех сил постараться направить Патронуса под воду, пока тот не окажется на значительном расстоянии от тюрьмы.              Охранник вызвал Патронус, и через несколько секунд тот был уже в пути. Даже если бы кто-то из Пожирателей смерти, находившихся наверху, искал его, они легко могли бы пропустить. Через две минуты огонь заклинаний, доносившийся с берега, усилился, и авроры вдруг стали взлетать и целиться в Пожирателей смерти.              — Заставьте их двигаться быстрее! — скомандовал Гарри.              Вскоре лодки двигались достаточно быстро, чтобы проскочить незамеченными. Гарри оглянулся и увидел, как подкрепление авроров полностью подавило Пожирателей смерти, атаковавших тюрьму. С удовлетворением Гарри заметил, что многие Пожиратели смерти уже отступают. Они ожидали лишь конвоя для перевозки заключенных и стражников Азкабана, а может быть, нескольких авроров, если в Министерстве есть шпион. Но они не ожидали столь быстрой демонстрации силы со стороны Министерства.              Гарри был весьма доволен тем, что почти катастрофическая ситуация разрешилась сама собой, когда с ужасом увидел, как один из оставшихся Пожирателей смерти нацелился на башню, возвышавшуюся над лестницей тюрьмы. Взрыв не разрушил башню, но пробил в ней достаточно брешей, чтобы освободить запертых в ней Дементоров.              Гарри стиснул зубы, увидев, как рой восставших дементоров направляется к аврорам. Он поднял свою палочку.              — Expecto Patronum!       

***

             — Борода Мерлина! — крикнул Муди, когда из воды у берега вырвался взрыв белого света и устремился к Азкабану и Дементорам, которые только что появились из поврежденной башни.              Авроры на берегу смотрели на пульсирующий белый свет, который погнал дементоров обратно к Азкабану. Когда их глаза адаптировались к свету заклинания, они смогли различить форму оленя, скачущего по воде.              — Огонь на подавление! — крикнул Муди, надеясь, что авроры будут достаточно запуганы, чтобы выполнять его приказы.              — Я думаю, Пожиратели смерти отступили, — раздался голос Дамблдора.              — Лучше перестраховаться, — позволив себе отвлечься, сказал Муди. — Вы видели того Патронуса?              — Да, — прокомментировал Дамблдор, — он был довольно мощным. Это подтверждает, что мистер Блэк действительно волшебник, с которым стоит считаться.              — Это был Патронус Гарри Блэка? — спросил Джеймс Поттер, когда они с Сириусом подходили к группе. И у него, и у Сириуса было странное выражение лица.              — Да! — торжествующе сказал Муди. — Теперь, нам надо убедить того, кто станет министром, оставить Блэка директором ДМП. С ним Пожиратели смерти сдадутся, а Сами-Знаете-Кто проиграет!              Глаза Дамблдора сверкнули.              — Я не думаю, что Гарри будет директором долго, Аластор. Но я думаю, что в любом случае ты будешь доволен результатами.              Джеймс и Сириус ничего не ответили, но исчезли в толпе.              Лодки причалили к скале, и авроры и охранники стали подниматься наверх. Последними поднимались Гарри и Фрэнк Лонгботтом. Лонгботтом левитировал мертвое тело Крауча. Когда он оказался в нескольких футах от края, он позволил телу упасть.              Между тем, высокопоставленные авроры окружили Гарри, чтобы доложить о ситуации.              — Я знаю, знаю, я был здесь, — сказал Гарри, жестом приказав им отойти. Он подошел к краю обрыва и прищурился в сторону Азкабана. Его Патронуса всё ещё можно было увидеть парящим возле пробитой дыры в башне Азкабана. Очевидно, он загнал Дементоров обратно в тюрьму.              — Мне нужен лейтенант-аврор и пара добровольцев, которые могут накладывать Патронусы, — позвал Гарри. Несколько человек вышли вперед, и Гарри выбрал пару ведьм и волшебника. — Я думаю, вы сможете использовать Патронусы, чтобы удержать Дементоров в Азкабане. Возможно, вам придется немного рассредоточиться и использовать три Патронуса. Я не думаю, что Дементоры могут далеко улететь. Может быть, если я буду держать своего Патронуса до тех пор, пока не появятся ваши, вы сможете помешать им выбраться оттуда.              — Нам может понадобиться нечто большее, — вмешалась Амелия. — Пожиратели смерти могут вернуться и попытаться освободить Дементоров.              — Это было бы прискорбно, — переключая внимание на тюрьму, сказал Гарри. — Да, нам придется придумать более долгосрочное решение.              Муди и Дамблдор стояли в стороне от авроров и Гарри, и наблюдали.              — Похоже, он легко впишется в роль лидера на поле боя, — сказал Дамблдор. — Не слишком жесткий, не слишком слабый.              — Возможно, это опыт из альтернативного будущего, — сказал Муди. — Хотя я не знаю, как он собирается справиться с Поттерами и Блэками.              Дамблдор улыбнулся, наблюдая, как Лили, Джеймс и Роза Поттер пробираются сквозь толпу к Гарри. Беллатриса также приближалась к Гарри с другого направления.              — Может быть, мадам Блэк сможет увести его отсюда, прежде чем Поттеры начнут что-то спрашивать.              — Она может попытаться, но Лили ужасно настойчива, — сардонически усмехаясь, сказал Муди.              В толпе раздался небольшой возглас, а затем кто-то закричал. Напуганный Муди увидел, как некогда мертвый Барти Крауч-младший вскочил с земли, держа в руках палочку, которую он, очевидно, украл у ничего не подозревающего аврора. Торжествующе ухмыляясь, он направил палочку на Гарри и закричал. «Avada Kedavra!»              Гарри повернулся как раз вовремя, чтобы лоб в лоб столкнуться со лучом зеленого света. Сила удара подбросила его в воздух и сбросила с обрыва. Муди с ужасом наблюдал, как Гарри Эшворт Блэк умирает, а его тело погружается в океан.