В обнимку с гитарой

You're supposed to dream, but all you see is confusion

Desire's ripe and fallin’ down

Just say goodbye, goodbye to it all

Crazy clown, bad blood

      Он не вставал с кровати до самого вечера, то просыпаясь, то снова засыпая, временами не совсем понимая спит или смотрит в темноту закрытых век. Нужно было думать, что делать дальше, но на голодный желудок не думалось. Живот заурчал, всё-таки Джисок не ел с самого утра.       Шлёпание босых ног по полу нарушило мёртвую тишину пустой квартиры. С тех пор как он поселился у Джуёна почти на постоянной основе, его собственное жильё стало казаться безжизненным и серым. Сюда не хотелось возвращаться.       Рамён с любимым вкусом был совсем пресным, курица чувствовалась куском резины во рту. Джисок уронил голову на руки. Он же ненавидел всё, что было после старшей школы, почему же внутри было так пусто сейчас? От бессилия тянуло заплакать. Хотелось найти виноватых, на ум приходил только Джуён. Тот даже не подозревает, что натворил своим неожиданным появлением. Не понимает, насколько крепко засел в чужой голове.       Сверху послышались знакомые джуёновские звуки и он вовремя пришёл в себя, сморгнув подкатившие слёзы.

***

      Джисок стоял у входной двери на десятом этаже, пялясь в свои жёлтые кеды. Ему не нужно было приглашание, чтобы Джуён впустил его в дом, но почему-то сейчас было страшно показаться тому на глаза: таким разбитым и потерянным. В темном прохладном коридоре было намного спокойнее.       Квак не заметил звук приближающихся шагов, но полоска света на кедах вырвала его из транса. Перед ним стоял всё тот же шумный Ли Джуён и если бы Джисок начал объяснять, как рад его видеть сейчас, то от стыда решил бы никогда больше не выходить в свет.       — Чего не заходишь? — Джуён непонимающим взглядом окинул гостя с головы до ног.       — С духом собирался, — Джисок надеялся, что это звучит как шутка, — А ты чего вышел?       — К тебе шёл, — Ли улыбнулся, — я тебе писал-писал, а ты не посмотрел даже.       Джисок выдал виноватое "а", вытащив телефон из кармана и пролистал уведомления: действительно, Джуён написывал ему со вчера, даже звонил, а он даже не заметил. Квак смущенно отвёл глаза, грустно улыбаясь:       — Не надо ко мне, там скучно, тебе не понравится.       Джуён заметил перемену во взгляде, но не подал виду и молча отошёл от порога, приглашая внутрь.       В доме было привычно темно, за исключением спальни. В углу, рядом с кроватью Джуёна аккуратно стояла гитара Джисока. «Я оставил её тут?», — он недоумённо подошёл к ней и провёл ладонью по грифу.       — Я так удивился, когда ты оставил свою драгоценную Снупи у меня, — Джуён ходил по комнате, шарясь по шкафам в поисках чего-то в своем вечном бардаке, — Спасибо за доверие, — он обернулся, улыбнувшись мимолётно.       Лишь в теплом свете люстры Джисок заметил неожиданную смену имиджа Джуёна: одна передняя прядь была высветлена в белый. Выглядело довольно эффектно.       — Это что у тебя с волосами?       Джуён начал играть бровями и Квак понял, что кажется открыл ящик пандоры.       — Я тренировался на себе, красиво, да?       Джисок беззлобно ухмыльнулся, протянув руку к шелковистым волосам: — Тебе очень идёт, ха-ха. — Если бы читал мои сообщения, знал бы зачем я это сделал, — Джуён позволял Джисоку играть со своими волосами. — Чёрт, извини, был немного не в себе. Расскажешь?       Басист вскочил с горящими глазами, готовый поведать свой рассказ во всех красках.       — На днях мне приснился невероятный сон, — Джуён светился радостью, — я был на сцене! И там был ты! У меня были длинные волосы, длиннее нынешних, тоже с высветленными кусками, — он показал руками длину чуть ниже плеч. Джисок сидел на пушистом ковре, скрестив ноги и с интересом наблюдал за Джуёном, носящимся по комнате.       — Но это не важно, важно то, что ты тоже был там и четверо других ребят, но их я не знаю, не запомнил лица. Мы были группой, понимаешь? И у тебя были розово-голубые волосы! — Джисок не понимал к чему тут цвет волос. Джуён активно жестикулировал, показывая на себе всё, что видел. «Ходячая батарейка энерджайзер, он точно всего добьётся», — хмыкнул про себя Квак. Воспоминания о прошлом накатили сами собой и очень не вовремя.       — Я думаю, что сон вещий, и если мы покрасим тебя в розово-голубой, то он обязательно... Сбудется, — Джуён притих, заметив резкую смену настроения друга, — Ты чего?       Маска спокойствия слетела как-то слишком резко, Джисок не ожидал от себя. Он пришел увидеть Джуёна и успокоиться, а не нагружать того своими проблемами.       — Ты уже на пороге показался мне каким-то подавленным, что-то случилось? — Джисок молчал, пряча взгляд за челкой. Джуён присел и взял обе его руки в свои, — Ну же, расскажи. Помогу, чем смогу, обещаю, — он выглядел обеспокоенно, его выразительные брови приняли совсем уж не привычное состояние. Джисок при всём желании не смог бы обвинить друга во всём. Как он мог? Огорчение было ему ничуть не к лицу.       — Меня отчислили, — он постарался улыбнуться, отшутиться, но дрожащий голос выдавал с головой. Джуён смотрел в глаза, не прерывая, — Я ненавидел это место, — в уголках глаз защипало, — но так много времени и сил ушло впустую... Я бросил гитару ради этого. Я не знаю, что мне делать, — голос сорвался, сорвались и слезы.       Ли притянул Джисока за затылок, прижимая к своему плечу. Футболка довольно быстро пропиталась слезами, но Джуён не обращал внимания, лишь перебирал чужие волосы и гладил подрагивающую спину.       Чуть успокоившись, Джисок отстранился, давя виноватую улыбку: — Извини за это. Я просто устал.       Джуён молчал, будто задумался и, не обратив внимания на чужие извинения, выдал:       — Что ты собирался делать после выпуска?       Джисок зашипел, жмурясь:       — Найти хорошую работу и стать взрослым серьезным человеком? — сказанная вслух, эта фраза звучала ещё абсурднее, чем в голове.       — Ты действительно хотел этого? — Ли взял чужую руку за запястье и поднял наверх, —Хотел провести жизнь в скучной лаборатории, ну или где ты там хотел работать? — он выглядел очень серьезным без привычной улыбки на лице. Взял вторую руку, держа обе на манер весов, — без меня и Снупи?       Джисок закрыл глаза и попытался представить себя без надоедливого Ли Джуёна и своей родной гитары, прошедшей с ним через огонь и воду, но увидел лишь темноту.       — Нет, — голос был всё еще слегка хриплым от слёз.       — Вот и всё, вопрос решён, — Ли резко просиял и улыбнулся, всё ещё держа запястья Джисока в своих ладонях.       — Что значит "решён"? — Джисок в замешательстве уставился покрасневшими глазами на басиста.       — «Делаю, что хочу, а что не хочу — не делаю», помнишь?       — Легко у тебя всё, — он снова устало уткнулся лбом в плечо Джуёна.       — А что сложного? — того, кажется, совсем не заботили подобные проблемы, будто он каждый день отчислялся, — Ты этого не хочешь, так зачем себя мучить? Захочешь обратно — восстановишься, — Джуён продолжал болтать руками Джисока в разные стороны, пока тот сидел, не шевелясь, — Да и что интересного в обычной, спокойной жизни? Жизнь дана, чтобы быть экстраординарным, а не скучным дядей в костюме.       — Может ты и прав, — Джисок отстранился, слабо улыбаясь. Случившееся уже не казалось концом света, дышаться стало намного легче. В который раз неугомонный Ли Джуён открывает ему глаза, сам того не подозревая.       — Тогда, в розово-голубой? Можешь выбрать что-то другое, но тогда придётся пойти за другой краской завтра, а всё остальное я уже купил.       — Так уж и быть, исполним твой сон, — Джисок хихикнул, — розовый с голубым так розовый с голубым.       Искать недавно купленные пачки с краской в джуёновском бардаке они продолжили уже вместе.