Мистер верность

      —Ты проиграешь, Лорд Злыдень! Эта планета будет моей! На светящимся ярким светом экране чётко выделялся самый противный злодей всей вселенной. Он от злобы подпрыгивал на своей тарелочке. Его верные слуги держали тарелочку у себя на руках - как жаль, что теперь нет ног, да, Бутерброд? Он был пассивным злодеем. Злыдень с Гляделкинсом тоже, в какой-то мере, но этот сэндвич вообще не покидал стен корабля. За него всё делала армия, подчинявшаяся его силе. Он их не запугивал, как делал Злыдень, он ими управлял сам, и это было вполне удобно. Гляделкинс ненавидел и этого злодея. По большей части потому, что тот отказался сражаться с Доминатором, принимая своё поражение сразу. Это показывало его настоящий характер - сильная армия, но слабый дух. Таких командир ненавидел и презирал, даже в рядах своей армии. Если ты уверен, что не сможешь победить - то ты и не победишь, а если уверен в победе, даже если шансов мало - то упорством и решимостью всё можно. Как там говорили Земляне? Если сильно захотеть - можно в космос полететь! Так считал и он. —Это мы ещё посмотрим, ты, тост непрожаренный! Гляделкинс демонстративно после слов Лорда улыбается шире, в качестве подтверждения. Спустя почти неделю после переговоров с Круто всё встало на свои места. Планеты, пока ещё медленно, но уже очень яро и верно разбирались злодеями, как горячие пирожки. Гляделкинс всё толдычил Лорду:"Сейчас у нас больше шансов завоевать галактику - когда все планеты ничьи. Если мы сейчас будем тупить - их уже завоюют, и потом будет трудно." Лорд прислушался к нему. Чем это было вызвано - его желанием править вселенной или тем, что Тут-и-Там так и не появился - командир не знал и надеялся на первое. Два огромных корабля висели над маленькой планеткой, жители которой еле успевали уносить ноги из-за страха. Две армии были высталвены друг против друга. Армия дозоров, что были воодушевлены, как никогда ранее, ведь, Гляделкинс обещал, что если они последуют его чёткому плану, он, так уж и быть, разрешит им провести пару деньков безделья - в тот день на конференции по информированию внимательно слушали все - стояли ровно и не двигались без приказа командира. Каждый думал о своём, но обещание главнокамндующего действительно послужило хорошим стимулом. Гляделкинс, кажется, недавно нашёл верный путь к улучшению их армии. В прошлый раз такое было, когда Тут-и-Там раздал подарки дозорам от лица их Лорда. Они тогда все послужили прекрасно! А Гляделкинс ещё неделю чувстовал себя неловко из-за собственной реакции на подарок, якобы "От Злыдня". Армия Бутерброда представляла собой больших, но с виду очень неуклюжих кукол. Да, они похожи были на людей, но лица их не выражали ничего, кроме покорности. Они одеты во все те же пиджаки, а нелепые баронские парики выглядили смешно и вычурно - будто они пришли не завоёвывать планету, а попить чайку и улететь к своему господину обратно. И пусть вас не обманывает такая внешность. Они искусные маги, использующие магические артефакты в их посохах. Их магия - фиолетового цвета молнии, достаточно сильные, чтобы свалить человека с ног, а потом убить его всего за два удара. Поэтому, чтобы ни одного дозора не испепелило на месте, Гляделкинс придумал особую стратегию, подробно изучив принцип поведения молний. Для этого, конечно, пришлось делать множество записей и проводить кучу экспириментов с Лордом Злыднем, прося его показать свою силу. И пока тот получил возможность проявить свои способности, командир получил повзомжность изучить поведение этой способности подробнее. —Ну и что это?—Задал вопрос Злыдень, завидев математические записи в блокноте своего командира. —Это, сэр - ваша сила на языке физики. Нам это поможет победить армию Бутерброда, я всё просчитал! —Да-да, ты же знаешь, я не понимаю этого так хорошо...—Лорд отбирает аккуратную книжонку, пробегая глазами по формулам и расчётам,—Хотел бы я тоже знать всю эту фигню, да только учить скучно. —Для этого у вас и есть я!—Победоносно заявляет командир, возвращая себе свою рукопись, в которой так и не разобрался Злыдень. И сейчас Гляделкинс был собой горд, как никогда ранее - он разработал новую для себя схему, разобрался в магических артефактах Бурерброда, изучил поведение разрядов молний своего Лорда, что уже давно хотел сделать, и это всё он успел всего за неделю, успев при этом выспаться и прочитать одну книжечку на досуге. Потому он гордо поднимал нос к небу, а осанку держал ровной, показывая всем, в каком расположении духа он сегодня. Этот день не испортить ни чем. —Твоя армия сущий пустяк! У вас даже запасы пушек исчерпаны, не говоря уже о самих бойцах! Твой настрой меня забавляет, Злыдень!—Бутерброд всё говорил свои саркастические речи. Раньше он нравился Гляделкинсу. Действительно спокойный злодей, говорящий всё только по делу, имеющий при себе огромную армию... Но теперь... —Дозоры, в бой. От нетерпения и жгучего желания показать этому тосту, кто настоящий злодей во всей вселенной, командир отдаёт приказ о наступлении. Он прищуром наблюдает за тем, как армия в ту же секунду движется с места и несётся на врага. Злыдень в этот момент проглатывает свою злость и с изумлением смотрит на главнокомандующего. —Ну а чего он впустую время тратит,—Улыбаясь отвечает Гляделкинс на этот изумлённый взгляд. На что Лорд улыбается в ответ и выключает экран с онемевшим Бутербродом. Они выходят к спуску с корабля, чтобы видеть битву. О, это зрелище надо бы ещё постараться описать! Дозоры кинулись в бой, и каждый из них двигался так чётко, так знал все свои ходы наперёд, что любому наблюдателю показалось, будто бы это роботы, а не обычные люди. Гляделкинс был невероятно горд своей армией, а Злыдень был невероятно горд своим главнокомандующим - или, быть может, он гордился собой, что назначил именно Гляделкинса главнокомандующим, а не кого-то другого... В любом случае, его лицо выражало лишь то, что он был очень горд. Две массы столкнулись друг с другом, и там было уже трудно понять, где чьи! С поля доносились грохот выстрелов, журчание молний, стоны боли и крики воодушевления... Казалось, ищейки побеждают. Казалось, что всё идёт по плану. Наконец, спустя такое долгое время всё шло так, как нужно. Казалось, что армия Бутерброда сейчас взвоет от безысходности! Но взвыл лишь только до ужаса знакомый - настолько большого ужаса, что колени командира затряслись, стоило ему прозвучать - голос. —Эй, Злыдень!! Какая встреча!! Я думал, ты завязал со злодейством!—Весёлый, кажется даже почти наигранно радостный. О-о-о, как же Командир опасался этого. Он ненавидел Тут-и-Тама целиком и полностью. Раньше он не видел в нём угрозы и относился нейтрально, но после недавних событий этот рыжий придурок, который так и не изменился, начал бесить и заставлять чувствовать злость. В момент Гляделкинс почувствовал, как ему уже заведомо плохо. —Сэр, прошу, не надо!—Взмолился он, надеясь на разумность Лорда. —Гляделкинс, ты не понимаешь!! Он же сейчас всё испортит! И с ярой злостью Злыдень кинулся с корабля, расшибая на своём пути две армии - своих и чужих... Гляделкинс обречённо вздохнул, понимая, что сегодняшняя битва прошла неудачно. Но главное - все его труды снова напрасны. Ну, большая их часть. Злыдень также не изменился, всё ещё гоняясь за Тут-и-Тамом по полю, он кричал, как сильно хочет того уничтожить, а странник громко смеялся и лишь бежал быстрее. Гляделкинс наблюдает, как армия дозоров закатывает глаза и опускают руки с оружием, его начинает трясти. Армия Бутерброда, воспользовавшись моментом, улизнула с планеты. Сегодня эта планета всё же станет их и без боя. Это отчасти радует, но горечь оседает где-то внутри. —Всем на корабль!—Выкрикивает командир из последних сил, проходя назад внутрь. Дозорные стройным шагом плетутся за ним.       —Какого флёрта!—Бумажки летят на пол. —Этот рыжий ублюдок!—Стеллаж с кучей книг и папок с наработками с громким стуком падает, разлетаясь в щепки. —Ненавижу! Гляделкинс опрокидывает стул, падая на стол беспомощно вымотанным клочком нервов. В нём бурлят куча эмоций - от злости и разочарования до невыносимой гулкой боли где-то под сердцем. Он громко всхлипывпет в тишине кабинета, сбрасывает с себя шлем, который падает на пол. Слышится приглушённый удар металла о ковёр. В голове крутятся куча вопросов и невероятное желание убить: пристрелить, утопить, задушить... Сделать всё, лишь бы этот рыжий придурок наконец их больше не побеспокоил. Он не обычный герой, который побеждает врага, забирает принцессу и уходит в закат, а тот, кому просто весело бесить Злыдня и рушить все его завоевания, чисто забавы ради. Чтобы жизнь скучной не казалась. Как бы Гляделкинс себе не врал - он ревновал ужасно сильно. Ревновал своего друга к Тут-и-Таму и ничего не мог с этим поделать - слишком много места занимал он в голове его Лорда, слишком. Командир не мог сказать, что является диким собственником - пусть тусит с кем угодно, но только пока это не мешает их планам. Завоевать эту галактику и приступить к следующей - вот их главный план, а чудаковатый странник рушит его вдоль и поперёк. Запереть его не получается, сбегает, и остаётся лишь единственный верный вариант, от мысли о котором руки чешутся, а в груди всё так и пляшет от предвкушения. —Может я и безумец,—Шепчет Гляделкинс, подбирая с пола свой шлем и отряхивая его от невидимой пыли,—Но я готов защищать эту Империю до конца. Он смотрит на собственное отражение в чёрном металле, и ему стновится до горечи на языке противно. Пора положить конец этому спектаклю.       —Ребят, у кого сохранилась прошлая презентация на флешке!? —Эээ, ты не скидывал никому. —Не может быть! Подними свои бумажки туалетные, Гари, я же знаю, что давал именно тебе! —Эй! Дэниель, перестань! Посмотри лучше в правом ящике!—Гари отпихивает Дэниеля от стола, тот падает на пятую точку, но быстро подскакивает и открывает ящик, разбрасывая всё ненужное. —Ага! Вот она! Спасибо огромное, останусь в долгу! Дэниель усаживается за стол к себе и подключает флэшку к ноутбуку, чтобы тут же начать что-то строчить в открывшемся документе. Гари лишь укладывает разбросанные документы обратно по стопкам и кидает в него клочок скомканной бумаги. —Ах, так!?—Дэниель комкает его обратно и кидает в ответ с большей силой. —Мальчики, не ссортесь!—Выкрикивает Джон, сидящий за другим столом, только обративший внимание на бардак вокруг. Редакторная наполняется громким шумом и гамом, пока автоматическая дверь не открывается с шипением, и главнокомандующий появляется в проёме, разглядывая картину перед собой - удерживающий за руки Дэниеля Джон, и Гари, который держит в руках кучу скомканых бумажек-снежков. —Ах! Добрый вечер, сэр!—Выкрикивает Джон, отпуская руки бедняги и приставляя ладонь к виску. —Добрый... А я к вам, а вы тут вот, да? Кто побеждает? —Я, сэр!—Взбудораженный Дэниель отвечает радостно. —Замечательно, вот ты-то мне и нужен. Остальные свободны, приступайте к работе,—Джон и Гари усаживаются за свои места, продолжая разбирать свои записи. А Дэниель, поёжившись и подумав, не натворил ли он чего, медленно следует за командиром. "—Ну, если бы я чего натворил... Я бы знал. Это во-первых. Во-вторых, меня бы уже давно отчитали. А тут... Хм." Они покидают редакторную, и когда дверь закрывается, командир суёт Дэниелю стопку бумаг с серьёзным видом. —Значит так, подменишь меня недельку-вторую. —Н-но, сэр!.. —Это не обсуждается, Дэниель. Скажи спасибо, что выбрали тебя - редко такие счастливчики находятся. От тебя не требуется придумавыть какие-то навороченные планы по захвату, я уже всё сделал. На бумагах,—Дэниель со страхом пробегается по внушительной стопке,—Всё написано: твоё расписание, номер твоего нового кабинета ко мне поближе, твои обязанности и так далее. —Прошу прощения за любопытство, сэр, но к чему это всё?.. —Чтобы ты спросил, дурной! Говорят, что делать, нет же ещё какие-то вопросы!—Гляделкинс эмоцианально взмахивает руками, разворачиваясь на каблуках к Дэниелю спиной. —Я буду у себя в кабинете. Никому меня не беспокоить, это я уже написал в общем чате, по всем вопросам будут обращаться к тебе, но, я уверен, ты знаешь, что делать. —Почему я?—Командир кидает взгляд на расстерянного редактора. —Потому что ты единственный, кто сдаёт работу в срок, ещё и в чистом виде. Ты прекрасный, эрудированный работник. У тебя не возникнет трудностей с этими обязаностями. Это - на неделю, может на две. Не переживай. И с этими словами командир уходит вглубь коридора, постукивая нарощенной подошвой своих сапог. Когда он скрылся из виду, Дэниель подыпргнул на месте и громко взвизгнул. —Я теперь заместитель главнокомандующего! Есть! Да! Ах-ха-ха!! —Чё за шум?—Заинтересованный визгами Гари выглядывает из-за двери. —Обращайся теперь ко мне на "сэр", Гэр, перед тобой заместитель командира Гляделкинса, почётная персона на всём корабле! Уверен, даже Злыдень теперь меня будет знать. —Пф, зазнайка. —Просто кто-то очень завидует! —Было бы чему. Ты видел главнокомандующего? Ходит, как сова,—Гари делает смешной жест, поднося пальцы, сложенные в колечки, к своим глазам,—Бледный, как смерть, ещё и нервный вечно! Да с ним же и пяти минут в комнате не просидеть! —"Мы должны благодарить судьбу за данную нам возможность стать лучше", дорогой мой друг! Выбрали меня, не тебя! —Да-да, я знаю, ты всегда это твердишь... Так, где ты теперь будешь?—Дэниель бегает глазами по верхнему листу с информацией о его новом рабочем режиме. —В тридцать пятом кабинете, на втором уровне корабля. Рядом с кабинетом Главнокомандующего. —Во сколько ты заканчиваешь? —О, не так поздно, как предполагал! В девять вечера!—Радостно проговаривает Дэниель, всё ещё пялясь в лист. —Я тогда зайду к тебе, вместе пойдём на ужин. —Лады! Тогда, я пойду, пожалуй. —Ага... Удачи, сэр,—Саркастично высмеивает Гари, провожая своего товарища взглядом.       Гляделкинс защёлкивает дверь в свой кабинет. Рассматривая весь беспорядок, что он натворил в порыве эмоций, он думает о том, правильно ли поступает. Может, стоило сказать хотя бы Злыдню?.. Нет. Плевать. Ему плевать, что будет делать командир - хоть даже на неделю пропадёт от остального мира. Гляделкинс просто внезапно понял, что нуждается в личном пространстве. Ему нужно время, чтобы хоть что-то придумать. И пока они ближайшую неделю будут в затишьи, он придумает что-нибудь. Рука в перчатке опускается к закопанной под макулатурой книгой. "Лучшие детективы восемнадцатого столетия" - за эту книгу командир заплатил почти половину своего жалования, настолько она была старой и ценной, но он всё никак не мог выделить себе времени на её прочтение. А сейчас... Чтож, эта книга может хоть как-то ему помочь с идеями. После Доминатора, Гляделкинс заметил, у него началось что-то вроде кризиса. Ни один план в голову лезть не собирался. И хоть все его планы были универсальны и подходили практически под любой вид обороны, командир всё сильнее чувствовал себя подавлено, когда из-под пальцев на клавиатуру не лезло ничего путного. То он забывал про то, что у врага может быть оружие получше, то он напрочь забывал про то, что дозорные вообще-то тоже люди и таких невозможных действий, которые он описывает, совершить не смогут. Сам Гляделкинс предпочитал в боях не участвовать, но если им не хватало бойцов или нужна была рука действительно знающего человека, то он вписывал в план и себя. Тут же ситуация иная - Гляделкинс хочет провести эту операцию от и до совершенно самостоятельно. Потому и планирование нужно более тщательное. Листая шершавые страницы, командир ощущал себя странно. Будто он хочет сделать невозможное. От этого мурашки бегали по телу, а в груди росло волнение, которое давало, честно говоря, отвратительное ощущение. Книга кончилась также быстро, как и началась, а на часах уже давно было за вечер. Гляделкинс решает, что в эту ночь он спать не будет - лучше прибраться в кабинете, начать собирать информацию, а завтра утром можно будет и подремать пару часиков. Потому командир покидает кабинет, оставив книгу на столе страницами вниз, отправляется к кафетарий за ужином и крепким кофе. Давно пора бы уже поставить кофе машину в кабинет, но всё никак руки не доходят. По пути ему попадаются несколько солдат, идущих на ночную смену. Гляделкинс каждого одаривает серьёзным взглядом, чтобы не расслаблялись. Когда в кафетерий заходит командир, все внутри оборачиваются на вошедшего. Для них видеть его здесь - удививтельно непривычно. Каждому дозорному на корабле известно, что главнокомандующий готовит для себя еду сам, для Лорда тоже. Потому когда Гляделкинс садится за единственнный пустой стол в стороне и лениво перебирает крупицы гречки в тарелке, многие солдаты начинают шептаться у него за спиной. Напротив садится парнишка с ярко-красными волосами - сказать сколько ему на вид сложно, но примерно лет двадцать пять или двадцать семь. В его заинтересованном взгляде и самоуверенной улыбке командир узнает Дэниеля, которого назначил своим заместитилем. Тот наблюдает за движениями главнокомандующего, достаёт из кармана листок. —Добрый вечер, сэр. Знаю, мы недавно виделись, и вы сказали, что на бумагах всё написано, но я почитал новое руководство по системе безопастноти и мне-.. —Показалось странным, что я установил новый режим в четыре часа?—Предположительно задаёт вопрос командир, уже заведомо зная ответ. Ответом служит кивок. —Да. Только за сутки на одном посту сменяют друг-друга шесть солдат. А у нас таких постов штук двести на весь корабль,—Дэниель прикрывает глаза и прикидывает в голове, сколько это всего,—Это, получается, тысяча двести солдат только на охрану корабля. Не многовато? —У нас какие-то проблемы с обучаемостью? —Нет, сэр, я пытаюсь сказать, что вы их слишком жалеете. Гляделкинс стучит вилкой о тарелку, от этого звона Дэниель немного вздрагивает и оборачивается. Большинство смотрят на них - это настораживает. Ещё бы. Кто в здравом уме пойдёт учить командира о том, как ему руководить солдатами? Командир на посту уже пять лет, самое приближённое лицо к их Лорду, а тут какой-то мальчишка из редактуры. Но Гляделкинс не спешит кричать или ругаться, он медленно доедает свой ужин, затем запивает его глотком свежезаваренного кофе и смотрит на Дэниеля долгим, пронзительным взглядом. —Если бы я скинул на тебя всю работу сразу троих человек, которые работают с тобой в одном кабинете, скажи честно, что бы ты сделал?—Дэниель мнётся, чешет затылок, нервно улыбается и краснеет от смущения. —Ну, я бы был недоволен. —А конкретнее? —Пошёл бы ругаться... С вами. Просить уменьшить объём работы,—Честно отвечает редактор и Гляделкинс молча кивает. —Вот видишь, о чём я и говорил. Если тебе интересно - могу дать все свои начальные наработки и документы, связанные с регулеровкой корабля. Но только копии, и чтобы ничего не менял, понял? Парень радостно кивает, берёт свой поднос с пустыми тарелками и поднос командира, проговорив что-то вроде "Сейчас отнесу". "—Вот подлиза..."—Думается Гляделкинсу, когда Дэниель подбегает к нему, и они шагают по коридорам в сторону их кабинетов.       —Что я знаю о Тут-и-Таме? Главный вопрос пока на заднем плане, сбор информации должен проходит медленно, задевая каждый из многих пунтктов. —Я знаю, что он любит помогать, иногда даже в ущерб себе, и это может в будущем сыграть на руку. На маркерной доске командир словами выводит фразу "используй его желание помогать". Гляделкинс нарезает круги по своему кабинету, в котором за ночь успел прибраться и сделать небольшую перестановку для большего удобства. После того, как в ущерб здоровью сном пренебрегли, голова отказывалась работать, и мысли медленно расплывались в серые пятна. Но нет такой проблемы, которой бы не решил крепкий кофе. —Я знаю, что даже без Сильвии он может сбежать. Я знаю, что он не так наивен, как кажется, и что он вполне умный парень... Хм, проблемка. Скорее было правильнее сказать, что странник был не умён, а невероятно уворотлив. Он мог найти выход из любой ситуации. Но без шляпы... —Без шляпы - он на шаг ниже. Итак, чтобы хотя бы попытаться схватить Тут-и-Тама понадобятся три фактора: отсутствие Сильвии, отсутствие шляпы и сильное психологическое давление. Двоих зайцев можно пристрелить одновременно - убитая или раненая Сильвия у него на глазах повлечёт за собой падение решимости и веры в то, что дальше можно что-то сделать... Гляделкинс останавливается в середине комнаты напротив доски. "Зачем я это делаю?"—Проносится в голове,—"Злыдень и сам справится, если захочет..." И эта мысль не даёт покоя командиру. Сделал - если бы хотел. "—Нет, бред. Просто ему не хватает проработки всех вариантов. Этим займусь я. Всем займусь я... Я всё сделаю сам..." Шляпа? Шляпа не живая - её можно украсть, сопротивляться не будет. Вопрос - как? Лучше тогда, когда Тут-и-Там будет спать? Или дождаться, когда заиграется? Слишком много вопросов и так мало ответов, но Гляделкинс привык к сложным задачам. Ему под силу всё - дай только наводку, хоть одну маленькую зацепочку и он... Он сделает всё, ради того, чтобы эта Империя процветала. Он сделает всё, ради того, чтобы притащить мёртвого странника в ноги своему Лорду - даже зная, что похвалы ожидать врядли стоит. Итак, да начнётся мозговой штурм. Теперь - с самим собой.       —Где грёбаный Гляделкинс!? —Простите, сэр, но главнокомандующий не будет присутствовать на этом совещании,—Немного неловко отчеканивает Дэниель, держа в руках стопку бумаг,—Я его заместититель, и сегодня об изменениях в устройстве нашей деятельности расскажу я. Злыдень взглядом полного недопонимания смотрит на спортивного паренька, который, не то чтобы боялся, но явно чувствовал себя некомфортно и взволнованно. С какой стати на побегушках у Гляделкинса появился этот пацан? Злыдень поднимается с насиженного места, подходит к нему ближе, нависая грозной тенью. Дэниель прикрывается стопкой бумаг. —Почему я не знаю, что у моего командира есть заместитель?—Рычит Злыдень, и всполохи молний сверкают на его руках. —П-п..птому что... Он вам не сказал?..—С надеждой редактор заглядывает в глаза своего Повелителя, но видит там лишь чистый гнев. —Верно. Он мне не сказал. Где он!? —У себя в кабинете, с-сэр... Главнокомандующий просил, чтобы его никто не беспокоил...—Дэниель переходит на сиплый шёпот, и жмурится, укрываясь бумагами сильнее. Злыдень вздыхает как-то рассержанно-раздражённо и плюхается в своё кресло обратно. —Плевать. Хоть день без его зудения под боком. Что там у нас нового?—Лорд закидавет ноги на стол и откидывается в своём кресле назад. —Д..да, конечно...—Паренёк откашливается, напуганный резкой сменой настроения Лорда, и начинает зачитывать всё, что написано на бумагах: обо всех изменениях, нововведениях, новом режиме и ещё о том, что разработка нового типа оружия идёт полным ходом. Командиры взводов записывали что-то в блокнотах, быть может, нужную им информацию. Было настолько неприятно от этого неуверенного голоса, который так и наровил то надорваться, то стихнуть, что Злыдень еле сдерживал раздражение. Когда Дэниель почти подошёл к концу, Злыдень громко стукает ладонями о стол и поднимается с насиженного места. Обводит взглядом всех присуствующих, и от этого взгляда большинство испуганно икают. —Хватит. Заткнись. Вали из кабинета. Живо! Руки Дэниеля безостановочно дрожат, когда он кладёт стопку на стол и убегает из кабинета своим самом быстрым шагом. Как только он скрывается за дверью, которой, между прочим, громко хлопнул - Гляделкинс бы тут же начал ворчать... Ах, ну вот опять! Какого хрена? Ему нужен этот чёртов командир, а не офисная сопля - Злыдень раздражённо складывает руки на груди. —Так, где он сказал Гляделкинс сейчас? —У себя в кабинете, сэр. —Вот и славно. Пойду проведую этого придурка. Лорд оставляет дозоров в кабинете, а сам плетётся по коридорам, желая поскорее добраться до занудного командира, которого, хоть и ненавидел за всю его нередкую скучность, признаться хотя бы себе - было гораздо приятнее слушать, чем кого-либо ещё на этом корабле. Виновата ли в этом привычка, выработанная за пять лет его службы на посту командира или то, что голос Гляделкинса, хоть и выше, чем у других дозоров - намного живее и эмоциональнее. И слышать нотки негодования, когда его в очередной раз не слушают и перебивают тоже было приятно. Да что там, Злыдень это просто обожал. Бешеный командир наводил ужас на каждого солдата, и даже Злыдню становилось не по себе, когда тот без колебаний мог наорать не него, указывая, что ему делать. —Пф, придурок. Закрылся ото всех и думает, что свободен. Я ему покажу... Как отлынивать от работы... Да. Кабинет командира находится на втором уровне корабля - чтобы каждый дозор мог до него легко добраться, находясь в любой части космической машины. Хотя у них у всех есть групповой чат, где присутствует Гляделкинс, к которому можно и так обратится, он настоял на том, чтобы по всем вопросам к нему приходили прямо в кабинет. Чем это было обусловлено - Злыдень не знал, но до сих пор хотел знать, почему в этом общем чате нет его. "Потому что вы начнёте писать туда всякий лишний бред, сэр, этим самым засоряя чат с важной информацией."—Тут же всплыл голос командира в голове. Злыдень недовольно закатил глаза, посмеявшись с того, как забавно выглядит насупившийся Гляделкинс, когда пытается что-то обьяснить в сотый раз. Ладно. Пора признать - Гляделкинс его друг. Ничего он ему уже не сделает. Но поговорить все же стоит, а то что ещё за самоволка? И с этой мыслью Злыдень заходит в лифт, нажимая кнопку второго уровня, уже готовясь к очередной "ссоре", потому что командир был до ужаса упрям и если собрался что-то делать ни за что не отступит.