асфальт устланный азалиями

15:25 вчерашнее обещание рюджин, она всё помнит, поэтому и привела йеджи к себе домой. шин ощущала трепет своего сердца и не понимала почему всё так, вроде обычная встреча. да, обычная встреча. с йеджи. встреча с йеджи. — ты обещала разукрасить мой скейт, не помнишь? — говорит йеджи, ногой цепляя упомянутый предмет и он тут же оказывается в её руках. — помню. я всегда выполняю обещания, пошли. — улыбается рюджин и ведёт в свою комнату, а сама чувствует как трясутся руки из-за волнения. рюджин на пол стелит старую газету, заголовки которой уже смылись и буквы просто поползли вниз, а на отдельных страницах были следы её творческой деятельности. шин ищет свои краски, баллончики и тому подобное везде, где только можно. а йеджи помещение осматривает: на стенах куча плакатов каких-то групп, на кровати лежит запомнившаяся вишневая куртка, а кругом разбросаны вещи, разные кисти и пустые упаковки от красок. по всему этому творческому беспорядку было понятно, эта комната точно принадлежит рюджин. без сомнений. — кстати, рюджин, а как зовут твою сестру? — кюджин. шин кюджин. а почему спрашиваешь? — просто интересно после вчерашнего разговора в автобусе. рю уже всё подготовила, пока йеджи рассматривала окружающую её обстановку. та зовёт рукой к себе, чтобы йеджи тоже присела рядом. — что рисовать? — спрашивает рюджин с улыбкой, видимо в предвкушении. рюджин правда так нравится это дело? йеджи думает, что краски и кисти и вправду её призвание, она так любит это занятие. казалось, больше жизни. — нарисуй что тебе нравится. "ты" в голове проскальзывает, так мимолетно, но сидит до конца. "мне нравишься ты" рюджин не знает, правильны ли эти мысли, сомневается. но от них её сердце бьётся чаще, а в грудной клетке появляется тепло. она думает, что это того стоит. — что мне нравится.. — задумчиво протягивает рюджин. девушка знает, что ей нравится. точнее, кто. она принимается за дело. на прочной доске появляются цвета разных цветов, разливаясь по всей поверхности. рюджин творит. творит прекрасное. ей нравится всё, что связано с йеджи. её цветная прядь, красная электрогитара, потрёпанная куртка и родинка на носу. в памяти всплывают изящные пальцы йеджи с кольцом от vivienne westwood, крепко зажимающие лады. всё что видит в голове, то и рисует.  йеджи внимательно наблюдает. каждое движение лёгкой руки, что так просто наносила краски. казалось бы, нет ничего сложного, но это явно не так. хван бы мечтала отдаваться своему делу также трепетно, как это делала рюджин, полностью погружаясь в творчество. — рюджин, это просто... нет слов. — йеджи удивлённо смотрит на итоговую работу, так искренно улыбается. улыбается. рюджин видит это и всё внутри застывает, органы будто прекращают свою работу, только вот одно сердце всё также сохраняет быстрый ритм. мысли в голове путаются, а дыхание замират, руки всё также безжалостно трясутся, хотя уже не так сильно. хван берёт в руки и так аккуратно рассматривает. — только не трогай наверху, ещё не высохло. — делает предупреждение рюджин. — хорошо-хорошо, моя великая художница. "моя". "остановись, рюджин". а внутри сердца йеджи что-то шевелится при взгляде на девушку. она не знает и не хочет знать в принципе. рюджин заставляет её улыбаться, хван это осознаёт, но привести в порядок свои мысли и чувства никак не может. с появлением рюджин в её жизни всё стало намного красочнее. рюджин как настоящий художник берёт и рисует на лицах людей незабываемые человеческие эмоции. йеджи была чистым листом бумаги, чистым холстом, который рюджин взяла и так легко разукрасила в самые яркие цвета палитры и нарисовала множество сияющих звёзд, заставляя хван сиять также как эти звезды. рюджин сделала её счастливее, это точно. но йеджи не могла сделать того же. 17:59 а юна время на удивление проводит с черён, что внимательно осматривала все полки с плёнкой для фотографий, всё пытаясь найти нужную. юна ещё не проводила время с черён наедине, да и близко они не общались. просто так получилось, что сегодня они вместе и шин этому безумно рада. младшая радостно улыбается, наблюдая как подруга с серьёзным нахмурившимся лицом рассматривает гору неизвестных для юны предметов. шин юна во все свои взгляды на девочек вкладывает столько любви и нежности, сколько нет ни в одном человеке. эта девушка и вправду уникальна, всем своим весельем и счастьем заражает окружающих без особых стараний. черён видит её выражение лица и в ответ тоже просто так радостно улыбается, будто в первый раз. две этих девушки характерами особо не отличались, только черён была чуть мягче. но обе они постоянно заставляют окружающих смеяться до боли в животе и звёзд в глазах. цель их прогулки была просто пройтись по такого рода магазинам, а после пофотографировать пейзажи города. юна против не была, да и это отличный шанс узнать друг друга получше, пока она не улетела. "да, пока не улетела." взгляд юны тут же становится грустным, а ли это замечает. — что-то случилось? — нет, всё нормально. — отмахивается юна и вновь радостно улыбается. а черён знает, чувствует. что-то точно не так. — хорошо, подожди меня. я пойду расплачусь. — хорошо. девушка уходит, а юна взглядом окидывает магазин и тоска опять накрывает. всё кажется таким родным. шин честно признаётся, она очень хочет остаться здесь. как и все подруги переехать в сеул, жить как обычная корейская студентка и не задумываться ни о чём, просто наслаждаться такой быстротечной юностью. юна хочет остаться дома. юна хочет остаться с ними. — ты идёшь? — нежный голос черён прерывает все мысли. — иду. тяжёлые капли дождя громко разбиваются об асфальт, что стал на несколько тонов темнее. светлое небо постепенно перекрывали синие тучи, а на земле уже успели образоваться лужи из-за резко хлынувшего потока дождя. черён просто спокойно смотрит на непогоду на небе и вздыхает. — а я хотела сделать пару фотографий. дождь всё испортил. — разочарованно говорит ли. — разве? дождь тоже красивое явление. — улыбается юна. а рён смотрит на подругу, что выходит из под навеса магазина под самый эпицентр дождя, разводя руками, будто ловя ими каждую холодную каплю. волосы намокли, как и её розовая футболка с разводами. влажные пряди тут же прилипли к радостному лицу. юна была права, дождь — это тоже красиво. черён за девушкой следует, также улыбается и подставляет лицо потоку капель, давая себе свободу мыслей и действий. они обе промокли до нитки: их длинные футболки, сумки, изношенные кроссовки, волосы, абсолютно всё было сырым. черён достаёт свою камеру и объектив наводит на юну, чтобы запечатлить этот момент. её горящие глаза и улыбка до ушей, тёмные волосы на плечах, а также родинки на шее. всё это хочется запомнить. шин прекрасна, на фотографиях особенно, но даже так они не могут передать всю её (не)реальную красоту. она улыбается для фотографии, а в голове проносится лишь одно. "и это мой последний счастливый день с ней? со всеми остальными?" шин юна хочет остаться. до безумия, до дрожи в ногах, до стука сердца и постепенно ломающихся костей. но не может, она обещает, что не забудет их. обещает самой себе писать письма, отправлять что-то значимое, да попросту напоминать о своём существовании. шин в объятия красноволосой бросается, сжимает намокшую ткань футболки сильно так, как кричит её сердце. а черён всё также ощущает что-то неладное, но в ответ обнимает своей одной свободной рукой, холодной ладонью прикасаясь к промокшей спине, давая понять что она рядом. юна не одна. 18:46 горячий чай на столе, прохлада в комнате от дождя, мигающая лампочка на кухне и вечерний свет из окон. всё самое родное и в то же время чужое. по ту сторону стола сидит мать и мирно пьёт только завареный чай, устремляя свой взгляд куда-то в глубину этого скучного помещения, в то время как чхве смотрела на неё. джису знала, это убивает их обеих. она делает глоток и чувствует, как тепло разливается по её телу. мирная успокаивающая атмосфера без слов. уютно, но так пугает. девушка встаёт из-за стола вытаскивая очередную сигарету из кармана, не берёт во внимание что подумает собственная мать. беспокоится ли она за здоровье джису или ей всё равно? нет, так не может быть. локтями облокачивается на подоконник открытого окна, наблюдая как пепел развевается по ветру и слушая звуки тяжёлого дождя. — я же говорила тебе перестать курить. если отец увидит... — знаю, то ударит. — отвечает девушка не глядя. ей повезло, что отца не было дома. спасибо, что он хотя бы на некоторое время освобождает этот дом от негатива. каждый день проводить в этом доме становится всё тяжелей, поэтому джису так часто стала пропадать на улице. — мам, почему ты не ушла от него? — сама же знаешь. джису делает затяг и погружается в мысли. разве не было ни единого способа выбраться из этой клетки, где над тобой постоянно издеваются? "слабачка" она постоянно была свидетелем жёстоких нападений собственного отца на мать. джису была всего лишь ребёнком, который молча наблюдал за этим. потому что мылышка джи знала — она следующая. будучи восмилетним ребёнком она боялась отца, но любила в каком-то смысле. она не понимала. подрастая, джису лишь понемногу начала осознавать всю суть. и вот сейчас она почти совершеннолетняя, всем сердцем ненавидит этого человека, что причинял боль и сейчас не стыдиться своих поступков. главный страх чхве — стать похожей на своего отца. но всё чаще и чаще она видит в себе те ненавистные черты. её это пугает. холод и агрессия. "ты же боишься себя, джису?" лиа сжимает в руках недогоревшую сигарету, чувствуя её обжигающее тепло на своей ладони. думать больше не может, слишком больно. она зла на мать, на отца, на всех. разве джису заслуживает этого? разве её мать заслуживает? будь у неё возможность, она бы вытащила её из этого ужаса, но и сама не знает как выбраться. это душит и по сей день. джису злит, что она такая же слабачка. выкидывает сигарету из окна и смотрит как она тухнет от дождя, а после тяжко вздыхает. смотрит время на старом мобильнике и после откладывает его вовсе. садится обратно на место, делая очередной глоток чуть остывшего чёрного чая, предлагая своё любимое печенье матери, так легко улыбаясь. "извини, что не могу сделать тебя счастливой, мама". 19:32 свет закатного солнца постепенно поглощал брошенный скейтпарк, ещё совсем скоро и будет так темно. йеджи и рюджин пришли на место самые первые, в рюкзаке огромное количество закусок и банок газировки (некоторые уже успела выпить рюджин, хотя йеджи оговаривала), а в руках тёплые пледы, остальные обещали принести подушки. договорились, что встречать закат будут на самой высокой рампе, ведь оттуда достаточно хорошо видно солнце. дали себе обещание досидеть до того момента, когда солнце и его яркие лучи спрячутся за горизонт, даже дольше. пришла джису, оставляя свой скейт где-то в углу скейтпарка, помогая девочкам оборудовать их сегодняшнее место отдыха. — джису, поправь там плед. — руководит йеджи. — вот так? йеджи поднимается с корточек и смотрит, как медленно и громко смеясь идут черён и юна, после спускается к ним. "рада, что они нашли общий язык" — боже, почему вы все мокрые? — так наигранно ужасается рюджин. — может потому что на улице был дождь? — громко смеясь отвечает юна. — почему же не спрятались? — с лёгкой улыбкой на лице спрашивает хван. — не захотели. йеджи улыбается и так тепло смотрит на то, как все активно суетятся: черён и юна пытаются что-то найти в своих рюкзаках, а рюджин им помогает, джису один на один остаётся с одеялом и громко ворчит об этом рюджин, а та лишь усмехается. хван чувствует, что они её семья. пусть и знакомы они сравнительно недавно. это чувство ни с чем не перепутаешь. чувство комфорта и... свободы? будет ли всё прежним? — йеджи, хватит стоять, поднимайся. — рукой к себе зазывает рюджин, что уже каким-то образом оказалась на рампе. — иду. почти 9 часов вечера, все сидят уже на своих местах и о чём-то громко беседуя, сопровождая это смехом. на самом краю справа от йеджи сидит юна, слева рюджин, а за ней уже плотно прижавшиеся к друг другу джису и черён. — может останемся на подольше, после того как увидим закат? — спрашивает юна. — а что? — направляет свой взгляд джису на юну. — просто хочу посмотреть на звёзды. — давайте останемся. — тихо произносит йеджи. юна её словам улыбается, смотрит на хван и незаметно кивает, будто благодарит, а та в свою очередь одаривает лёгкой улыбкой. йеджи думает, что это их последняя встреча. "нет, это не последняя встреча" йеджи надеется. юна же обещала, она точно прилетит позже и увидится с ними. и всё будет точно также как сейчас. ведь будет? 20:47 на их лицах лучи уходящего солнца, а также умиротворение. они лишь тихо дышат, как-будто в унисон. чувствуют друг друга, ощущают. солнце так красиво в своей манере уходит за горизонт, прячется. эта яркая звезда всегда уходит ночью, после неё на небе появляются тысячи новых звёзд, но оно всегда возвращается. "надеюсь, ты тоже вернёшься" "умоляю" — так красиво. — удивлённый вздох юны. в ответ лишь молчание, но юна понимает, что все с ней согласны. этот момент хочется удержать, поймать, навсегда заточить в своём сердце и никогда не отпускать. солнце ушло в зенит полностью, как только это произошло девушки будто перестали дышать. они пообещали остаться и посмотреть на звёзды. пообещали юне. она расскажет обо всём, когда увидит звёздное небо. это её маленькое последнее желание. — черён, покажи какое-нибудь созвездие. — просит юна. ли улыбается, рукой ведёт по ночному небу пальцем будто проводя линии созвездий, приговаривая их названия. вот большая медведица, а здесь малая.  но юна внимание своё концентрирует на всех остальных. как в их глазах тонет ночное небо, каждая звезда. как на их лицах такие непринуждённые улыбки. юна хочет запомнить каждую черту их лица, каждый шрам, каждую родинку. оставить в памяти, запечатать. навсегда. шин чувствует влагу на своих щеках, понимает как глупо расплакалась, но она имеет право. — я улетаю. черён свой диалог заканчивает и резко смотрит на юну с испугом на глазах. — что? — вскакивает рюджин. обеспокоенная лиа пристально смотрит. а йеджи лишь молча смотрит вниз, прикрывая глаза, будто стыдясь. — почему ты мне ничего не сказала? — выражение лица рюджин моментально меняется. — я хотела провести этот день без всякого волнения, поэтому не сказала. хотела чтобы этот день был... как наш обычный. — грустно произносит девушка. а рюджин брови хмурит, губы сжимает. видно, что злится. юна понимает, ведь как никто другой знала свою близкую подругу. — куда? — тихо спрашивает лиа. — на учёбу в сша. — почему так рано? — потому что так решил её отец. — также встаёт йеджи. — ты знала? — спрашивает рю, на что старшая лишь кивает. шин рюджин ладони сжимает, бегает растерянным взглядом по лицам. было чувство, будто об этом знает все, кроме неё. "кроме меня..." — я улетаю завтра. приходите в аэропорт попрощаться. — привычно улыбается юна. в тот день юна запомнила все их потрясённые лица, абсолютно каждое. а девочки запомнили этот день как самое страшное, что могло случиться в их дружбе. они ошибались. рюджин тихо плетётся сзади, медленно ногами перебирая и в руке держа скейт. она полностью в своих мыслях, обдумывает всё случившееся и пытается успокоиться. йеджи лишь идёт впереди и иногда оборачивается назад, чтобы посмотреть не отстаёт ли та. кругом ни единого звука, будто вся природа также тихо грустила, как делала это рюджин. они приходят прямо на автобусную остановку, на которой совсем недавно ждали вместе с юной автобус. она всё такая же: изрисованная маркерами, куски от объявлений печально болтаются на ветру, немного погнутая стенка. йеджи садится на скамейку, а рю вслед за ней, всё также сохраняя молчание. хван было интересно, какие мысли в данный момент овладевают ей. прямо над этим маленьким сооружением светил фонарь, изредка мерцавший от своей неисправности, но этого было достаточно, чтобы разглядеть задумавшееся лицо синеволосой. — будешь? — протягивает джи сигарету. "опять вишнёвые" — смеётся про себя рюджин. йеджи не изменяет себе. никогда. кивает и вслед зажигает, ощущая как все мысли отпускают её уставшее от долгого дня тело. а глазами смотрит на девушку рядом, что также делала очередной затяг. — почему не сказала мне? — юна просила никому не говорить. — спокойно ответила йеджи. — но я её подруга. — поэтому сказала не рассказывать. она слишком хорошо тебя знает. — выдыхает дым старшая. юна знала, насколько вспыльчива её подруга детства, поэтому и не хотела говорить. она желала, чтобы рюджин спокойно провела это время с ней и ни о чём не волновалась. шин сводит брови и чувствует как щиплет в носу. рюджин плачет. от слезы остаётся только влажная дорожка на щеке. синеволосая свободной ладонью её вытирает, но слёзы не перестают идти. и её разум полностью отключается. горящая сигарета выпадает из трясущихся рук, что в следствии была потушена подошвой йеджи. хван никогда не видела свою подругу в таком состоянии, но она понимает, поэтому лишь позволяет голову положить на своё плечо, ощущая как трясётся её плачущее тело. ткань одежды становится мокрой от слёз, но йеджи не волнует. одежду постирать можно, а вернуть подругу нет. хван тоже хочет плакать, но лишь поджимает губы и закрывает отяжелевшие веки. у хван тоже есть одна просьба. "не забывай" — помнишь, ты обещала мне желание? — говорит рюджин. — помню. — на выдохе отвечает йеджи. — не оставляй меня. единственные воспоминания йеджи о том дне это запах краски, тёплые пледы, звёздное небо, а также солёные слёзы и вишнёвые сигареты. она отчётливо помнит звуки сверчков в ночное время и горькие всхлипы рюджин под мерцающим фонарём на автобусной остановке. ей давно не было так больно. "я ещё храню твои письма. ты ещё помнишь о нас, шин юна? скажи честно, ты хоть раз переживала?"