Кубок огня, льда и желаний

      Говорят, все живые языки ведут своё начало от одного — древнего праязыка, на котором когда-то говорили первые люди. С течением веков народы разделились, разошлись по землям, основали новые государства, и маглы создали множество наречий. Волшебники унаследовали язык своих окружений, но сама магия — древняя и нетленная — пронесла в себе знание общего корня. Потому до сих пор волшебники из разных стран могут понимать друг друга, даже если акценты и звучания отличаются.       Однако даже магия не спасала от ошибок перевода, и порой новые слова и имена истолковывались некорректно. Так случилось и с Валерией на первом совместном уроке зельеварения, когда всего одно имя запустило череду недоразумений.       Северус Снейп, мрачный властелин подземных классов, появился, как и следовало ожидать, без предупреждения — чёрной тенью скользнув мимо рядов, он остановился у доски и резким, почти раздражённым движением вывел тему занятия:       — Продвинутые противоядия, — с чувством процедил он в такт скрипучему движению мела, не оборачиваясь к ученикам. Затем, всё так же резко, повернулся. — Вот что я буду пытаться вбить в ваши ленивые головы в течение этого семестра. — Он окинул учеников долгим, тяжёлым взглядом и продолжил: — Я настаивал на том, чтобы разделить программу, но директор Хогвартса, как обычно, предпочёл путь наименьшего сопротивления. Совместные занятия, как он выразился, «укрепляют международные связи». В итоге мне предстоит терпеть разом феерию бездарности старшекурсников Слизерина, Дурмстранга и Пуффендуя. — Он сделал шаг в сторону, затянул паузу, выискивая взглядом цель. — Итак… Красные мундиры, — выделил он дурмстрангцев с язвительной интонацией. — Кто из вас может поведать классу, как нейтрализовать яд акромантула?       Валерия без колебаний подняла руку — в её родных лесах подобные твари не были редкостью. Снейп нехотя кивнул.       — Валерия, сэр. Яд акромантула можно нейтрализовать только с помощью субстанций волшебных существ — крови единорога, слёз феникса или, в отдельных случаях, выделений редких слизней. Именно поэтому укусы столь опасны: если поблизости не окажется таких существ, спасти пострадавшего почти невозможно.       Снейп выслушал её без явного одобрения. Его лицо оставалось каменным.       — Примитивные знания, но достаточные для базового ответа, — дал он холодную оценку. — Однако, судя по всему, вы забыли, что в приличном обществе принято представляться полностью. — Он схватил пергамент со списком. — Имя и фамилию, если не трудно, мисс?..       — Валерия Черных, сэр.       Снейп поднёс список ближе и внезапно нахмурился.       — Черных… — повторил он, но магия перевода, посчитав нужным адаптировать звучание, выдала: — Блэк?! — Снейп скривился, будто проглотил уксус. — Неужели…       — Мы лишь дальние родичи, сэр, — пояснила Валерия. — Разные ветви одного рода.       Гулкий шёпот нарушил гробовое молчание склепа зельеварения.       — Я думал, выводок Блэков извёлся, но, сдаётся мне, вас расплодилось больше несносных Уизли! — всплеснул рукавами Снейп под стать летучей мыши, Валерия не могла понять причину его бурного негодования. — Ничего, я лично возьмусь вашим воспитанием, юная мисс. После занятий будете драить столь чёрные и грязные котлы, как и ваша фамилия. На сей ноте продолжим лекцию, итак…       Девушка нахмурилась и потупила взгляд. Она знала, что Блэками частично овладело безумие, но не подозревала, что её уважаемая семья станет предметом травли и насмешек.       Некоторые ученики смотрели на неё с новой оценкой в глазах, другие — с недоверием. Взгляды скользнули к её руке, где поблёскивал фамильный перстень. Пуффендуйцы не скрывали удивления и просто улыбались, Меган так вообще искрилась счастьем. Видимо, жёлтый факультет тянулся ко всему необычному и обещающему приключения.       Волшебница расслабилась и выдохнула воздух, который слишком долго задержался в её лёгких от напряжения. Она скромно улыбнулась ученикам в ответ и переключила внимание на профессора, который уже прыскал на другого несчастного словесным ядом, от которого не было противоядия.       Новость о том, что она «Блэк», разлетелась по всему замку за считанные часы. Кроме профессора Снейпа, отношение преподавателей к Валерии осталось прежним. Они, как и прежде, были строги, но справедливы.       Постепенно и ученики Хогвартса начали терять настороженность. Любопытство взяло верх над предубеждениями, и всё больше студентов подходили познакомиться — с ней и её подотрядом. Приглашения следовали одно за другим: на вечерние собрания факультетов, внеклассные кружки, импровизированные турниры. Большинству она отказывала вежливо, но непреклонно. Как назло, её сдержанность лишь укрепила репутацию среди слизеринцев; в их глазах она предстала холодной и гордой — такой, какой, по их мнению, должна быть представительница рода Блэк. Черных признали фигурой, с которой следует считаться.       Так однажды, в тёплый день середины сентября, Валерию нашёл сам наследник одного из древнейших домов Британии. Его появление было одновременно комичным и эффектным. Шёл он быстро, чуть порывисто, будто искал повод во что-нибудь вмешаться. Завидев Валерию, он внезапно изменил траекторию и направился прямо к ней, оставляя лишь несколько секунд на то, чтобы собраться. Итак, перед ней предстал аристократ, который помимо зелёной мантии ещё гордо нёс незримое знамя чистокровности. Второе, что бросилось в глаза, так это его коротко подстриженные волосы, настолько светлые, что казались почти белыми. И этот взгляд. Непокорный, в поиске забавы. Такой цепкий, в нём читалась досужая дерзость и при этом слишком ранняя взрослость. Черты лица острые, точно выточенные, губы изогнуты в тонкой, насмешливой ухмылке. Он выглядел слишком зажатым и резким мальчуганом, но притом поразительно красивым.       — Драко Малфой, твой дальний родственник, — проговорил он, отдав поклон по всем правилам чистокровной этики. Его манеры были безупречны, отточены до блеска. Валерия даже заметила, как несколько проходящих девушек затаили дыхание от одного его движения. — По маминой линии, она происходит из рода Блэков. Она шлёт наилучшие пожелания и будет рада видеть вас в числе почётных гостей на зимнем приёме в Малфой Мэноре.       Валерия едва заметно напряглась его излишней учтивости, но воспитание обязывало ответить тем же. Сдержанным жестом головы она отдала вежливый поклон, вспоминая при этом интерес Арктура к любым упоминаниям фамилии Блэк.       — Признательна за приглашение. Сообщу брату, и, возможно, мы с честью представим нашу ветвь на вашем приёме. Передай благодарность вашей матушке и мистеру Малфою за оказанную любезность.       Драко, похоже, остался весьма доволен. Его взгляд блеснул, как будто он только что одержал малую, но важную победу, а почти прозрачные глаза полыхнули азартом.       — Несомненно. В таком случае, ждите официальное приглашение в начале зимы. — Затем он понизил голос и не по-детски злобно прошипел: — От себя же добавлю, что Слизерин всегда готов преподать урок любому недостойному. Например, кое-кому, кто, скажем так, чересчур рвётся к высшему кругу. — Он даже не назвал имени, но Валерия сразу поняла, о ком речь. Лазару Волоходу уже не раз намекали, что среди слизеринцев он — нежеланный гость.       И всё же Валерия была не из тех, кого можно так легко втянуть в интригу. Она немного удивилась, откуда в ребёнке столько желчи. За мимолётной эмоцией она даже не сразу поняла, что Драко пытался навязать ей своё покровительство. Её ответ был вежлив, но холоден:       — Уверена, каждый сам несёт ответственность за своё поведение и знает, куда ему стоит стремиться. Позволь, мы оставим этот разговор без продолжения.       Он чуть нахмурился, не привыкший к отторжению. Их разговор прервался с приближением новой фигуры — шаги, чёткие и уверенные, отдавались мерным цоканьем каблуков по камню коридора. В проёме появилась старшекурсница в мантии Слизерина. Валерия не припомнила её со сдвоенных занятий и потому заключила, что та, должно быть, училась на выпускном курсе.       Девушка производила впечатление человека аккуратного до педантичности: объёмные светлые волосы были безупречно уложены и убраны от лица ободком; воротничок и манжеты её блузки — идеально накрахмалены и украшены изысканными запонками. Всё в её облике, от осанки до складок на одежде, говорило о внутреннем порядке, самоконтроле и превосходстве. Она кивнула Малфою:       — Не помешаю? — осведомилась она тоном, в котором формальность превалировала над ожиданием ответа.       — Что ты, Фарли, вовсе нет, — поспешил откликнуться Драко и, к изумлению Валерии, уступил ей место. — До встречи, Блэк.       Драко проследовал по своим делам, при этом стойко выдержав взгляд незнакомки. По-видимому, они были почти на одном уровне, он лишь слегка уступал ей — Валерия всегда подмечала детали иерархии. Вскоре она и разглядела причину: рядом с нашивкой Слизерина на мантии Фарли красовался значок префекта.       — Пройдёмся? — мягко предложила слизеринка. Голос был ровным, вежливым, но в нём звучала уверенность человека, привыкшего говорить всерьёз. — Не тревожься, я не отниму у тебя много времени.       — Веди, — коротко отозвалась Валерия. Встречу со старостой факультета она ожидала с самого прибытия — всё происходящее лишь подтверждало её догадки.       Фарли направилась к одному из небольших кабинетов рядом с библиотекой. Там они сели друг напротив друга: Валерия — прямо и собранно, словно в строю, Фарли — более свободно, но не расслабленно.       — Джемма Фарли, префект Слизерина, — представилась она, протягивая руку. — А твоё имя и происхождение мне уже хорошо известны, Блэк.       — Черных, — спокойно поправила Валерия, пожимая ладонь твёрдо и с достоинством. В её голосе не было злости — лишь чётко очерченные границы.       — Есть ли разница? — с лёгкой усмешкой уточнила Джемма.       — Как знать, — уклончиво ответила Валерия, не желая раскрывать больше, чем следовало. Она ясно чувствовала — эта встреча была не жестом вежливости, а переговором. — Что привело тебя ко мне, Фарли?       — Разумеется, желание поприветствовать, — ответила Джемма с учтивой улыбкой. — Хотела сначала дать тебе немного времени — на адаптацию, чтобы прийти в себя после дороги…       «Ты хотела сказать, чтобы оценить нас со стороны», — мысленно уточнила Валерия, не отводя взгляда.       — …и вот, решила, что пора поговорить.       — Как бы я ни была польщена особым приветствием, давай всё же перейдём к делу. Уверена, у тебя, как у префекта, нет лишнего времени на пустые разговоры с малознакомыми гостями.       Фарли сдержанно кивнула. Если её и задело, она это не показала.       — Верно, — согласилась Джемма. — И тем не менее ты не какая-то проходимка с улицы, согласись. Мои змейки так и тянутся к тебе, поэтому я посчитала нужным выделить время, чтобы ввести тебя… в курс дела.       — Продолжай. — Опять же Валерия считала вполне логичным, что староста принимающей школы поспешит обозначить свою территорию. Черных поступила бы точно так же в стенах Дурмстранга.       — Вижу, мы разговариваем на одном языке, поэтому не буду томить: у Слизерина есть свой… уклад, и я бы попросила, чтобы ты его не нарушала. Во-первых, — она подняла ладонь и загнула один пальчик, — мы стоим за своих горой, поэтому если ты разозлишь одного ученика из наших, то за ним против тебя пойдут и другие.       — В этом мы похожи, — не замедлила с ответом Валерия, давая понять, что своих подопечных она так же не даст в обиду.       — Прекрасно. — Джемма кивнула с лёгким одобрением. — Я рада, что мы понимаем друг друга. Это даёт мне надежду, что и впредь нам будет проще договориться. Если же возникнет конфликт с кем-либо из моего факультета, дай знать — я решу его лично. — Она загнула второй палец. — Мы плавно переходим к следующему пункту: я бы предпочла, чтобы ты не вмешивалась во внутренние дела Слизерина. Всё, что происходит в его пределах, должно там и оставаться.       Это требование Валерия сочла разумным и одобрительно кивнула. Префект продолжила:       — И наконец, — третий палец сложился к остальным, — подземелья — наша территория. Ты, возможно, уже присмотрела место для встреч со своим кругом?       — Пока нет, — ровно ответила Валерия, без единого намёка на колебание.       — Разумеется, — с нарочитой учтивостью согласилась Джемма. — В таком случае, прошу: даже не рассматривай слизеринские комнаты. Мы не делаем исключений — ни для кого, даже если речь идёт о носителе великой фамилии. А ещё… избегай выяснений отношений в наших коридорах. Нам, как ты понимаешь, по душе порядок.       — Что-нибудь ещё?       — Нет, — Джемма мягко пожала плечами. — Надеюсь, мы сможем наладить с тобой взаимовыгодные отношения. От тебя требуется немного: не становись поперёк дороги факультета Салазара, и я обеспечу тебе те же условия.       — По рукам.       Только после этого префект, казалось, немного расслабилась. И тогда Валерия поняла: та опасалась, что договор не состоится. А если Слизерин готов был искать соглашения — значит, Черных уже добилась определённого положения в школе.       — В остальном же, — продолжила Джемма с лёгким смешком, — Хогвартс устроен иначе. Здесь ты можешь нарушать школьные правила, сколько пожелаешь… пока никто не видит. — Она подмигнула, словно подталкивая к искушению.       А вот это уже было новинкой для Валерии. Мысль о возможном нарушении правил отзывалась в крови живым огнём. Сердце учащённо застучало, зрачки расширились, пальцы невольно сжали подлокотники. О, пойти наперекор правилам было большим искушением, и Хогвартс прямо испытывал её веру в Устав. Сначала ей дала намёк волевая Макгонагалл, теперь же подначивала изворотливая Джемма. Девушка слегка поёжилась на кресле, взяв под контроль желание буйствовать, и выдержала паузу в ответе, бегло осмотрев кабинет. Возможно, Фарли восприняла её непроизвольное телодвижение за сомнение, поэтому поспешила добавить.       — В заключение, в знак жеста доброй воли, я готова ответить на любой интересующий вопрос о Хогвартсе.       Это было… выгодное предложение. И Валерия задумалась. Услуга слизеринки казалась одновременно и протянутой рукой помощи, и проверкой, поэтому запрос необходимо сформулировать с умом. Спросить о Диггори — значит, выдать интерес. О Снейпе — признаться в слабости. Взвесив всё, Валерия уточнила:       — Когда гостиные факультетов бывают полностью пустыми?       Джемма загадочно улыбнулась:       — Когда как. У каждого курса своё расписание, поэтому кто-то почти всегда остаётся. Но на выходных — да, бывают походы в Хогсмид. Или… если в зале объявляют что-то важное. Либо...       — Либо?       — Либо когда проходят межфакультетские соревнования. Для каждого — дело чести если не участвовать, то поддержать своих. Жаль, что в этом году отменили квиддич… Уверена, твой Крам привлёк бы к себе всё внимание, — будто невзначай подбросила слизеринка идею.       — Благодарю, — ровно произнесла Валерия. — Теперь твой черёд, Фарли.       — Я?.. Нет, что ты, — замялась та.       — Но ты ведь говорила о взаимности. А я предпочитаю не оставаться в долгу.       — Очень хорошо, в таком случае… — Джемма взяла паузу, чтобы сделать выгодный выбор, склонив подбородок на костяшки согнутых пальцев. — Скажи, метка твоего директора выглядит ярче обычного?       А это было неожиданно, даже учитывая, что и декан Фарли, и директор Черных были бывшими Пожирателями. С чего такой интерес к атрибуту их принадлежности к Тёмному Лорду, который не актуален уже более десятка лет? И тем не менее Валерия не испытывала тёплых чувств к директору, чтобы покрывать его; к тому же обет алой формы позволял выдать секрет, покуда он не касался тайн самого Дурмстранга. Валерия напрягла память, пытаясь вспомнить, когда видела запястье директора в последний раз… Никак вчера, когда он заносил руку в команде палочке временно ослепить Полину.       — Нет, — спокойно констатировала Валерия. — Метка бледная. И такой я её видела всегда.       — Вот как… — Джемма улыбнулась чуть шире. — Признательна за честность.       Взгляд её скользнул по фигуре Валерии — пристально, оценивающе.       — Примечательно, — произнесла она. — У тебя не совсем типичная внешность для Блэков. Ни густых чёрных кудрей, ни тёмных глаз. И всё же… видно, ты из их рода. Кстати, удивительно, что шляпу распределения не натянули на твою голову при входе. Всем, знаешь ли, интересно, куда бы ты попала. Все Блэки, кроме двух, оказывались у нас, на Слизерине. А тебя всё чаще замечают среди Гриффиндора и Пуффендуя. Что скажешь?       «О, а теперь мы переходим на личности».       — Я напомню, что в Дурмстранге нет деления на факультеты.       — Конечно-конечно, просто всему Слизерину интересно, чью сторону ты примешь, когда наступит время, — не отставала Джемма.       — И когда же это время придёт? — Валерия чуть наклонила голову, медленно вертя палочку в пальцах. Она была утомлена двусмысленностью, но не собиралась уступать.       — В самом деле. — Джемма чуть дёрнула уголком рта, словно признавая тонкую победу. Но вскоре оживилась: — О, я, кажется, увлеклась. Пора идти.       — Поддерживаю. — Валерия тоже поднялась.       — Ах да, — бросила Фарли уже у двери, — можешь передать наш разговор другому старосте института, кажется, Волоходу? Только последнюю часть можешь опустить. На него у меня нет времени.       Валерия едва заметно качнула головой:       — Передам. Но предупреждаю: в Дурмстранге иерархия устроена иначе. Лазар по званию выше меня, как мужчина.       — Да неужели?.. — Джемма моргнула, и в её взгляде промелькнуло нечто резкое. — Притворюсь, будто не слышала этого. Уверена, настоящая Блэк найдёт способ это исправить.       С того дня, после разговоров с Малфоем и Фарли, Валерия поняла: оставаться в тени ей больше не удастся. Репутация сложилась быстрее, чем она рассчитывала. И хоть она наконец-то получила заветное приглашение в клуб журналистики, Валерия понимала, что ей просто необходимо сбросить непрошенный хвост.       Пора начинать действовать. Но как?