Кубок огня, льда и желаний

      Время в поезде пролетело приятно и незаметно. Девушки строили планы на зимние каникулы в Англии: сначала исследовать Оксфорд, затем — посетить знаменитые магические рождественские ярмарки, по-домашнему встретить Новый год, а в конце каникул — отправиться на экскурсии по приглашению старших Уизли. И, разумеется, перед самым отъездом Женя собиралась сопровождать Черных на долгожданный благотворительный приём Малфоев. Втайне она с особым нетерпением ждала именно этого события: светские выходы были её слабостью, а теперь предстояла первая официальная вечеринка за пределами родины.       Арктур попрощался с Персивалем и Уильямом, убедился, что все подопечные в сборе, и повёл девушек к платному коридору каминной сети — тому самому, которым пользовались волшебники, чтобы быстрее добраться домой. Под присмотром скучающих сквибов из труб то и дело вспыхивали зелёные языки пламени, сопровождая отъезжающих.       — Место назначения? — спросил у Арктура оператор каминных прыжков, когда подошла их очередь.       — Министерские коттеджи в Оксфорде. Пять человек и фамильяр… — Он заплатил за проезд, после чего волшебник с привычной осторожностью уточнил, обращаясь уже к девушкам:       — Вы ведь не везёте с собой ничего живого контрабандой?       Те синхронно покачали головами, и оператор удовлетворённо кивнул.       — Каминная труба открыта, турбулентности не ожидается. Вас ждёт быстрое и приятное путешествие. Прошу следовать за мной.       Он подвёл их к закопчённому помосту с бронзовой табличкой графства «Оксфордшир» и с ловкостью опустил сверху увесистую трубу, та расширилась, принимая нужные размеры, чтобы вместить всех сразу. Когда приготовления были завершены, оператор громко и отчётливо зачитал адрес с визитки, переданной Арктуром:       — Коттедж Арктура Черных, Порт Медоу.       Девушки дружно пискнули, когда сверху обрушился поток изумрудного пороха, а затем их вихрем втянуло в каминную трубу. Мгновение в искажённой реальности — и сеть аккуратно по одному перенесла их в назначенное место. Женя уже приготовилась к тому, что их выкинет клубком в сажу, но транспортная магия деликатно подхватила всех и плавно рассадила на мягкие диваны гостиной коттеджа.       — Добро пожаловать в моё гостеприимное жилище! — с улыбкой объявил Арктур.       Алиса и Полина переглянулись с Женей, не скрывая удивления. Никогда ещё они не знали столь плавного путешествия: все прыжки Режима всегда были резкими, утомительными, и никто не тратил магию на комфорт. А здесь — ни тошноты, ни усталости; и вовсе не верилось, что за плечами долгий день дороги.       В воздухе почувствовался запах копоти, и вскоре в комнате появился традиционный северный домовой, посланный встретить гостей.       — Митрофан рад приветствовать юного Хозяина, — проскрипел угольно-чёрный дворецкий, поклонившись так глубоко, как кланяются древнему владыке. — Чего желает Хозяин?       — Я тоже рад видеть тебя, дружище, — оживлённо откликнулся Арктур. — Сначала помоги отнести вещи девушек в гостевую спальню, пока я покажу им дом. А потом приготовь для всех коктейли, м-м?       — Будет исполнено, — с почтением отозвался домовой.       Не теряя времени, он ловко подхватил лисицу и с невообразимой скоростью собрал дорожные мантии и сумки. Через миг Митрофан исчез с сухим хлопком.       — Ах, Митрофан… — устало подала голос Валерия, наверное, впервые за всю поездку. — Всегда мечтала о таком домовом. Он единственный, кто не боится волшебников и не бьёт себя по голове при каждом слове. Афанасий же до сих пор считает меня безумной и всячески старается избегать.       — К ним нужен особый подход, — засмеялся Арктур, хлопнув сестру по плечу так энергично, что та едва не качнулась. — А теперь — самое время для экскурсии! Волшебник с воодушевлением рассказывал девушкам о предоставленном Министерством жилье, носился из комнаты в комнату. Женя едва поспевала за Арктуром: дом, выделенный для дипломатов, оказался не просто уютным — он был самым продвинутым и удобным из всех, что ей доводилось видеть.       — Дом со всеми удобствами! — с гордостью возвестил Арктур, открывая дверь в санузел и с особым блеском в глазах указывая на белоснежный унитаз. — Большинство предметов — самоочищающиеся. Домовому почти не остаётся работы.       Они прошли мимо аккуратной кухни, где утварь жила собственной жизнью: варила, тушила, накрывала стол, совершенно не нуждаясь в указаниях. Арктур остановился у лестницы.       — Наверху — спальни. Моя — первая по правую руку. Ваша — чуть дальше, по коридору. Прошу не перепутать: я ещё не готов к заключению в Азкабан, — произнёс он, поигрывая бровями.       — Никому ты не нужен, чучело, — фыркнула Валерия, прислонившись к стене, скрестив руки на груди.       — Что ещё… Ах да! Проклятых предметов в доме нет. Все опасные артефакты хранятся в моём кабинете, в подвале. И туда попрошу ни ногой. Во-первых, из секретности, во-вторых, из безопасности. Лисицу можно гладить, кормить со стола, хватать за хвост и натравливать на недругов, — добавил он с подозрительно подробной инструкцией, будто именно этого и ожидал от девушек. — И-и-и… пожалуй, на этом всё. Располагайтесь. И не забудьте получить у Митрофана приветственный напиток.       — Чур я первая занимаю кровать! — воскликнула Полина и стремглав кинулась вверх по лестнице, захваченная эйфорией.       — Ну уж нет! — с вызовом бросилась за ней Алиса.       Валерия лишь устало вздохнула. Не разделяя общего ликования, она шагнула вперёд и обняла брата.       — Я всё ещё чувствую себя неважно. Думаю, пропущу обед… может, даже ужин.       — Обещаю, твои подруги не заскучают, — с нежностью проговорил Арктур, легко потрепав сестру по макушке и чмокнув в висок. — Скажи, если понадобятся снадобья.       — Договорились, Арктур, — кивнула она и не спеша поднялась по лестнице.       Женя же осталась внизу. Во-первых, ей не особенно хотелось оставлять волшебника одного — особенно после невидимого, но отчётливо ощутимого напряжения между ней и Алисой в поезде (даже если оно и было сугубо односторонним). А во-вторых, куда сильнее её влекло то, что находилось снаружи, чем внутри дома. Пока Женя вглядывалась в детали, Арктур погрузился в бытовые мелочи: быстро освежился у раковины, слегка поправил мебель, пробежался взглядом по полкам, проверил, не подвёл ли Митрофан в его отсутствие, взбил подушки и расправил плед на диване. Женя не стала ему мешать, решив предоставить немного личного пространства. Вместо этого она подошла к окну гостиной, отодвинула лёгкий тюль и приникла к стеклу. Но стоило взгляду нырнуть наружу, как она резко вскрикнула и отпрянула от окна.       — Что случилось? — Арктур тут же оказался рядом, успев подхватить её за плечи.       — Там… — Женя вытянула руку, указывая за стекло, — там… магглы!       Молодой человек на мгновение задержал на ней взгляд, медленно окинул её с головы до пят, а затем запрокинул голову и расхохотался до того звонко, что Женя вспыхнула от смущения. Вдруг она и правда сморозила глупость?       — В магической Британии волшебники живут бок о бок с маглами. И, представь себе, вполне спокойно, — пояснил он, откинув штору полностью. — Смотри сама.       За окном раскинулся аккуратный заснеженный садик, а за ним — самая настоящая асфальтированная дорога, по которой двигались — о, Моргана! — неволшебные транспортные средства. Бензиновые. За дорогой — парк, по аллеям которого чинно прогуливались — мамочки! — не-маги в опасной для Жени близости. Всё это выглядело как ожившая иллюстрация из учебника по Магловедению, к которой Женя, как выяснилось, совершенно не была готова.       — Но как? Как же секретность? — изумилась Женя, не отрывая взгляда от происходящего за окном.       Всё это казалось ей настоящей дикостью: в родных краях волшебники жили обособленно, в закрытых поселениях, и ни при каких обстоятельствах не пересекались с не-магами.       — Британский остров сравнительно невелик, — спокойно начал Арктур, — поэтому волшебники здесь неизбежно пересекаются с теми, кто лишён магии. Много веков назад, у древнего места силы — Стоунхенджа, — был проведён ритуал. С тех пор маглы Британии попросту не видят волшебства. А если даже заметят, то забудут. В свою очередь, волшебники обязываются максимально осторожно колдовать при маглах, ведь есть исключения: например, не-маги — родственники волшебников всё же частично относятся к магическому миру, поэтому всё видят и помнят. Ну а особых сверкачей, которые без стеснения творят волшбу прямо перед носом маглов для экстремальных ощущений, строго штрафует Министерство, некоторых даже судит. В остальном же не-маги просто вернутся домой, и когда у них спросят, как прошёл день, те ответят: «Сегодня со мной произошло нечто хорошее». — Арктур кивнул на дом неподалёку. — Вон там живёт мой сосед, старик Блэквелл. В прошлом — моряк. А морские ветераны, поверь, внимательны к деталям. Но сколько бы раз он ни видел, как я колдую, для него я всё равно останусь «чёртовым мигрантом, который не слезает с кислоты». Так что можно сказать, система работает.       Женя слегка сморщила носик, но взгляд её на прохожих теперь был уже не настороженным, а скорее задумчивым.       — Должно быть, это… грустно, — тихо проговорила она, в её голосе скользнула нота печали. — Жить в мире, полном магии, и не помнить о ней… Маглов много, но они кажутся такими одинокими.       — Не печалься о них, — мягко сказал Арктур, ободряюще сжав её плечи. Теперь они стояли у окна почти вплотную, едва ли не обнимаясь. Женя задержала дыхание, полностью позабыв о не-магах, пытаясь разглядеть лицо мужчины в отражении стекла. — Они такие же, как мы, — добавил он, — просто находят радость в других вещах.       После Святочного бала прикосновения Арктура уже не казались Жене ни дерзкими, ни случайными. Напротив — в них было нечто само собой разумеющееся: спокойное тепло, к которому хотелось прикасаться снова и снова. Эти жесты волшебника дарили ей тихую радость и смущённость, заставляя ловить каждую возможность побыть с ним рядом, хоть мгновение. Те танцы стёрли границу между «просто знакомыми», оставив лишь неясный, но волнительный вопрос: насколько близки они теперь?       — Пока ты здесь, и нам никто не мешает, — начал Арктур, на шаг отступив, разом разрушив едва наметившуюся идиллию, — я хотел бы поговорить с тобой о тех опасениях, что ты упоминала в письмах. Помнишь — тот случай в магазине одежды?       Так он поступал и в переписке: сперва — тонкий флирт, почти признание, а затем — исчезновение, словно всё было не более чем воображением. Женя нахмурилась, но решила не упрямиться. Поддавшись его тону, она позволила сменить тему.       — Помню.       — Расскажи подробнее. — Арктур опустился в кресло и достал из внутреннего кармана мантии пергамент верже — тот самый, через который они переписывались. С каждым мгновением его черты становились строже, взгляд — отрешённее.       Очевидно: момент был упущен. Прекрасно. Просто великолепно. Женя чувствовала, как карета её мечтаний вновь обратилась в тыкву после полуночи. Всё волшебство, вплетённое в нити танцев на Святочном балу, разлетелось прахом. С тяжёлым вздохом она вернулась в менее приятную реальность, привычным жестом принялась выправлять чёлку — так она делала, когда нужно было сосредоточиться.       — Начало декабря. Мы выбирали платья для бала в одном крупном магазине Хогсмида… — Женя замолчала на мгновение, всматриваясь в воспоминания. — Я тогда отделилась от Валерии и остальных. Почувствовала… что-то. Мой инстинкт уловил фрагмент чужого разговора.       Арктур кивнул. Он знал, что Игорь нанял её как ищейку, и ценил её чутьё.       — Я проследила за двумя ведьмами. Они были взволнованы настолько, что забыли наложить защиту от подслушивания. Сначала всё показалось мне обычной сплетней — разговор шёл о какой-то татуировке. Но потом…       Женя нахмурилась, её голос стал тише, внимательнее:       — Потом они заговорили о тюрьме. О Министерстве. О каком-то заговоре, который должен случиться летом. Они были уверены, что никто не сможет его остановить, потому что в ключевых структурах сидят их люди. Всё будет замято.       Она вздохнула, будто заново переживала услышанное.       — Подробностей они не обсуждали. Одна из них начала паниковать, почти разрыдалась. Вторая ушла, чтобы та не сорвалась… Даже я почувствовала тревогу, хотя толком не понимала, о чём речь.       — Хм, — пробормотал Арктур, пробегая глазами по верже, — ты что-то писала о повторной встрече?       — Точно! — Женя хлопнула ладонью по кулаку. — Они упоминали какую-то традиционную чайную вечеринку у… миссис Забини.       — Вот как… — протянул он, уже делая пометки в блокноте. — Это может быть важно. Попробую получить приглашение на эту встречу на приёме у Малфоев.       Он встал и с лёгкой, почти ленивой лаской похлопал Женю по голове — так, как гладят фамильяра, если тот справился с заданием.       — Спасибо, Женя. Думаю, ты действительно нащупала след. Я уже давно работаю по этому делу. Мне нужно сверить твои наводки с записями в кабинете, — добавил он, поворачиваясь к выходу.       — Подожди! — Женя порывисто ухватила его за рукав, впервые набравшись достаточно смелости, чтобы не отпустить его просто так.       Но сверху, как назло, раздался протяжный окрик:       — Женя, ау! — голос Алисы эхом пронёсся по дому. — Ты ещё долго? Хватит грабить кухню, поднимайся уже!       Женя прикрыла глаза, пытаясь успокоить дыхание. Всё развивалось совершенно не так, как она надеялась.       — Думаю, тебе стоит отдохнуть, — мягко сказал Арктур, бережно беря её за руку и ведя к лестнице. — Я повёл себя не слишком тактично, затронув серьёзные темы с порога. Поговорим позже. А сейчас — проведи вечер с подругами.       Женя послушно шагнула вверх, ещё не до конца осознавая, как легко уступила. Только на середине лестницы она пришла в себя. Резко обернулась — возразить, потребовать, настоять — но в тот же миг ощутила усталость всего прошедшего дня. Арктур оставался стоять внизу, слегка склонив голову, с мягкой улыбкой — словно спрашивая: нужно ли ещё что-то? Анимаг же прищурилась, прикусив язык и понимая, что сейчас совершенно точно не получит от него интересующих ответов. «Позже», — решила она, удаляясь к себе.