Кубок огня, льда и желаний

      Валерия провела пальцами по манжетам коричневой формы, стараясь пригладить ткань в такт мерной раскачке поезда. Сколько бы она ни поправляла одежду, та всё равно казалась чужой — жёсткой, колючей, неудобной. Особенно после недели каникул. Заплетая волосы в северные косы вдоль висков, переходящие в высокий хвост, девушка бросила взгляд на подруг. До чего же непривычно каждая из них выглядела в одинаковой, невзрачной форме Дурмстранга! И всё же даже самый безликий покрой не мог затушить того, что горело изнутри.       После того как Валерия выбралась из своей темноты — пусть и запоздало, и до сих пор с налётом стыда, — жизнь снова пошла вперёд. Алиса, не теряя времени, нашла через Перси Уизли контакты для подачи документов на стажировку в Визенгамот. Полине повезло не меньше — Билл подсказал, как оформить заявку на учебный грант через Гринготтс. Обе не верили в такую удачу и не уставали благодарить братьев Уизли… и Арктура — за помощь, за поддержку, за, пожалуй, лучшие каникулы в жизни.       Однако всё праздное имеет привычку заканчиваться. Минувшей ночью на перроне 9¾, Валерия мысленно попрощалась с Англией. Они с подругами выбрали ночной поезд, чтобы добраться до Хогсмида поутру и сразу выйти на занятия. Расчёт был простой: Каркаров вряд ли решит им что-либо сделать на виду у всей школы, а к вечеру эмоции слегка да поутихнут.       Сейчас в купе царила лёгкость. Алиса, Полина и Женя беззаботно щебетали, обсуждая грядущий триместр и строя догадки о том, что их ждёт впереди. Будущее? Иногда Валерия думала о нём с угрюмой покорностью — будто фаталист, которому уже зачитали приговор. Пророчество, как всегда, было услышано и, как всегда, обрекало. А от крови не отречься.       И всё же… Даже лучшие астрологи, нумерологи и провидцы не осмеливались предсказывать с полной уверенностью. Слишком много переменных. Даже погода в Англии упорно перечила всем предсказаниям. Так разве не смехотворно думать, что человек — тем более она — не может ничего изменить?       И тогда Черных решила сыграть с судьбой — по-своему. Бросить жребий, если угодно. Ни на заумные ритуалы, ни на серьёзные пророчества времени не было, да и реквизита под рукой не оказалось. Но Валерия задумала сделать иначе: выдвинуть несколько очевидных предположений на грядущий день, и если хотя бы часть из них сбудется, что ж, придётся признать — госпожа судьба всё же руководит её жизнью.       В её прорицания на сегодня вошли следующие пункты:       ✦ День в Хогсмиде пройдёт без единого происшествия;       ✦ Какой-нибудь младшекурсник непременно вспорхнёт от ужаса при виде её силуэта;       ✦ Пути её и Седрика пересекутся;       ✦ Меган, едва уловив намёк на новость, воспылает материалом для Вестника Хога;       ✦ От директора последует выговор;       ✦ Профессор Снейп, не изменяя себе, поставит не выше среднего.       «Вот и посмотрим, улыбнётся ли мне удача».       Поезд обогнул холм, и в купе скользнули первые рассветные лучи, за окнами начали вырисовываться затемнённые силуэты Хогсмида и Хогвартса.       — Все готовы? — спросила Валерия с бодрой решимостью, выставляя вперёд руку. Каким бы ни был итог её игры с судьбой, настроение сейчас было на удивление ясным.       Одна за другой, её подруги уверенно накрыли её ладонь своими, едва заметно улыбаясь и кивая.       — Как никогда, — подтвердила Полина, закидывая руки вверх.       Такие мелочи — простые, почти детские — поднимали дух, а он им ещё пригодится. Девушки прекрасно понимали: побег в Англию им просто так не сойдёт. Но возвращались они другими: отдохнувшими, с новыми силами, новыми целями — и с уверенностью, которой раньше не было.       — Поверить не могу, что они поставили Зельеварение первым уроком после каникул, — с нескрываемым возмущением пробормотала Женя, сверившись с обновлённым расписанием. — Вот так сразу, в самую рань… без пощады.       Алисе повезло — она освобождена от гнёта Снейпа.       — А у меня Маггловедение, — не без самодовольства заметила Полина, с готовностью демонстрируя свою победу над судьбой.       — Порой мне кажется, что у директора Дамблдора очень своеобразное чувство юмора, — мрачно отозвалась анимаг, завистливо скосив глаза в сторону подруг.       Поезд замедлился, затем остановился окончательно, возвестив о своём прибытии резким, протяжным свистом. Впереди — только Хогсмид, мороз и обязательства.       — Полина, — ровно обратилась Валерия к самой бодрой из волшебниц, — будь добра, найди Находкиных и передай: сегодня на чердаке состоится собрание. Нужно обсудить оргвопросы и скоординироваться.       — Будет сделано, — с беззаветным энтузиазмом подтвердила та.       Хогвартс-экспресс прибыл точно по графику. Как только колёса окончательно стихли, девушки одна за другой соскользнули с подножек на покрытую инеем платформу. Хруст под ногами, обжигающий воздух Шотландии, первые крики встречающих. Валерия вдохнула глубоко, до самого дна лёгких, почти с наслаждением, и тут же вынужденно выдохнула — что-то с силой ударило в спину. Им оказался внушительный саквояж, решительно покинувший вагон вслед за своей не менее решительной хозяйкой.       — Не зевай, дурында, — буркнула седая шотландка, даже не замедлив шаг.       Ответ напрашивался, но не сложился — чемодан развернул Валерию к угольному выхлопу локомотива. Все силы в тот момент сосредоточились на кашле и борьбе за глоток свежего воздуха.       Полина тут же оказалась рядом, похлопала Валерию по спине с дружеской заботой, но та всё ещё не могла отдышаться, и девушки поспешили отойти от поезда. За перроном уже кипела жизнь: кто-то встречал родных, кто-то носил ящики, торопливо грузил товары в повозки, отдавал распоряжения, звал, махал, договаривался. Миновав толпу, волшебницы свернули на пустую тропу к Хогвартсу. Видимо, другие ученики давно ушли — или, напротив, отчаянно опаздывали. В любом случае стоило поспешить.       — Добро пожаловать в Хогвартс, прекрасные северные создания! — весело провозгласил Фред Уизли, осыпая девушек снежинками. — Сейчас вы проходите мимо живописной деревеньки Хогсмид, а вот-вот за поворотом вам откроется восхитительный вид на главную твердыню знаний магической Британии… также известную как место слёз, страданий и утренних пар. С вами был ваш экскурсовод, Фред Уизли. Не стесняйтесь обращаться, если возникнут вопросы. Хотя нет! Вопрос есть у меня. Алиса, почему ты меня игнорируешь?       Алиса побагровела до оттенка спелой вишни. Подруги пытались сохранить серьёзность, но это было выше их сил — даже Валерия не удержалась и позволила себе улыбку.       — Он весь твой. — С сочувственным притворством похлопала она Алису по плечу и, не теряя времени, увела Женю с Полиной чуть в сторону, оставив парочку наедине выяснять отношения.       Издали они наблюдали, как Прекрасная сверлит Уизли ледяным взглядом, угрожающе жестикулирует, а тот — растерянный, но по-прежнему нахально-обаятельный — машет руками и торопливо объясняет свою точку зрения. Никто из них не сомневался: за внешним спокойствием Алисы скрывается не девушка, а гарпия в человеческом обличье, и сейчас она расправляла крылья с когтями во всей красе. Если уж не чемодан в спину, то как минимум Фред заслуживал отдельную запись в перечне хогсмидских инцидентов. Валерия мысленно отметила: очко — в её пользу.       — Как думаете, она уже распутала то фиаско в спальне Гриффиндора? — понизив голос, поинтересовалась Полина.       — Распутала-то, может, и распутала, — фыркнула Женя, — но уж наверняка успела вляпаться в нечто новое.       Тем временем словесная дуэль подошла к завершению. С гневным: «Ладно!» Алиса развернулась на каблуках и зашагала обратно к подругам — от неё шло больше пара, чем от паровоза.       — Что, не будет частной экскурсии по тёмным закоулкам Хогвартса? — ехидно уточнила Женя.       — Нет, — рявкнула Алиса, занимая своё место в строю, — но мне пришлось согласиться с ним встречаться. Иначе он бы просто не отстал.       — У-у-у, — присвистнула Женя. — Вот и начало запретной истории любви. Только бы Каркаров не узнал. Совсем вы отбились от рук, леди.       Валерия не сказала ни слова — только крепко сжала Алисино плечо. В какой-то степени они оказались в похожих ситуациях, ведь её контракт с Седриком никто не отменял… Вот только поддержит ли её ковен в разговоре, который она запланировала на вечер?       Тем временем группа вновь двинулась по утоптанной снежной тропе. Но покой продлился недолго.       — Ну и куда вы идёте?! — вновь раздался за спиной голос Фреда.       — Как куда?! — отозвалась Алиса, на этот раз даже не пытаясь сдерживать эмоции. — В школу! До первого урока меньше часа!       — Но до замка же несколько километров!       — Тем хуже для тебя! — бросила она в ответ, а затем уже шёпотом, возмущённо, обратилась к подругам: — Да что он к нам прицепился? Давайте просто проигнорируем его и пойдём дальше.       — Ха, нет уж, — усмехнулась Валерия, скрестив руки и с видимым интересом следя за затеянным представлением. — Теперь мне самой любопытно, к чему он клонит.       — Может, ты перестанешь упрямиться и последуешь с другими за мной? — прокричал Алисе Фред, указывая в другую сторону. — В Хогвартс можно добраться и другими путями… Но ты, конечно, можешь продолжить пробираться сквозь сугробы по самому длинному! Дело твоё!       Валерия хмыкнула. Коротко, но довольно. Не теряя времени, пожала плечами и уверенно направилась к гриффиндорцу: её выбор, как обычно, падал на самый рациональный вариант. Что с того, что в комплекте шёл Фред Уизли — его можно перетерпеть, если тот вовремя доставит их до ворот замка. Остальные двинулись следом. Алиса же, отстав на несколько шагов, раздражённо топала позади, демонстративно хрустя снегом под подошвами.       Фред провёл их по тропе, что больше напоминала тоннель, вырубленный в плотной стене деревьев. У самого входа под ветвями пряталась деревянная арка, за которой стояли несколько незапряжённых карет.       — Забирайтесь, — бодро пригласил Уизли, помогая девушкам подняться по высоким ступенькам. — Местный транспорт для старшекурсников. Обычно все идут пешком, но в начале и конце каникул Дамблдор устраивает нам вот такую щедрость. Вам повезло — это, можно сказать, последний вагон.       Когда все разместились — Полина и Женя по одну сторону от Уизли, Валерия и Алиса напротив, — карета мягко тронулась, поехав вперёд с тем беззвучным скольжением, которое вызывало лёгкий трепет у тех, кто знал, кого именно они не видят впереди.       Добравшись до школы, волшебницы разошлись согласно расписанию, попутно приветствуя знакомых из Хогвартса и Шармбатона. В первые дни после каникул витал особый настрой: ученики возвращались с новыми силами, бодрее обычного, будто с нетерпением ждали этой суеты. Даже соперничество воспринималось с лёгкой улыбкой. Особенно приятно было видеть, что Хогвартс больше не сторонится Дурмстранга — отношение стало спокойнее, доброжелательнее, без прежней настороженности.       По пути в подземелья Валерии встретилось несколько знакомых лиц: драконица Фарли, не сбавляя шаг, кивнула ей в знак приветствия; Роджер, вечно спешащий, на ходу попросил передать Краму приглашение от Журнального клуба и в придачу похлопал её по предплечью; сдержанный Илья, брат Полины, негромко подсказал, в какое время на корабле меньше всего народа. Всё шло гладко, утро задавало темп, и замок будто втягивал её обратно в привычный ритм. Но даже на этом фоне Валерия продолжала инстинктивно избегать учеников в мантиях с жёлтыми отворотами.       Зельеварение прошло неожиданно спокойно. Профессор Снейп, видимо, не питал иллюзий насчёт настроя старшекурсников после каникул, и потому провёл занятие в щадящем формате.       — Смею предположить, «Обливиэйт» — единственное заклинание, которое вы активно практиковали за последние две недели, — прогнусавил он с характерной растяжкой в голосе. Затем последовал привычный набор язвительных комментариев, которыми профессор, очевидно, пополнял запас в течение каникул.       Дальше — варка простой настойки, разбор ошибок по итогам прошлого триместра (неожиданно Валерия получила «Отлично») и задание: объёмное эссе на тему «Феликс Фелицис: панацея или плацебо». Когда прозвенел звонок и заскрипели отодвигаемые стулья, подземелье наполнилось голосами и торопливыми шагами. Партнёр по котлу, Трэвис, собрал записи и натянул перчатки.       — Смотрю, Снейп начал к тебе оттаивать, — заметил он с лёгкой усмешкой. Ещё в начале урока он пошутил, что с Черных работать прохладно — буквально, когда она нервничает. Но в его случае это сыграло на руку: охлаждённый котёл удержал зелье стабильным, тогда как у других пар жидкость норовила выскочить за край.       — Теперь он смотрит сквозь меня, будто меня не существует… но, пожалуй, это уже лучше, чем раньше, — осторожно отозвалась Валерия.       — Поверь, — подмигнул слизеринец, перекидывая сумку через плечо, — лучше так, чем становиться объектом его пристального внимания.       Может, Тревис и прав. Валерия сделала для себя вывод: пока что можно вычеркнуть Снейпа из списка нерешённых проблем и сосредоточиться на других. А их хватало. Например, прямо сейчас в класс вошли старшекурсники Слизерина и Пуффендуя — и среди них, конечно, числился Седрик. Завидев его, Черных молниеносно поправила высокий хвост и сосредоточилась на самом важном занятии: стиранием невидимых пылинок с парты.       Раскрасневшийся от холода и оживлённой беседы, Диггори с увлечением жестикулировал, рассказывая что-то товарищу. Речь, судя по всему, шла о чём-то весёлом — может, даже слегка нелепом, судя по тому, как собеседник едва сдерживал смех. Валерии, хоть она и делала вид, что сосредоточена на парте, безумно хотелось подслушать. Она почти забыла, каким живым умеет быть только Седрик: лёгким, по-детски беззаботным — словно не было печали, а на дворе сентябрь до жеребьёвки Турнира. И от этого её сердце защемило — Валерия успела соскучиться больше, чем хотела бы признать.       — Эй, Сед, — услышала она краем уха. — На мне котёл, на тебе ингредиенты.       — Без проблем! — с лёгкостью отозвался он, сразу направившись к кладовке.       Парта Валерии стояла как раз рядом. Седрик заметил её сразу — и замер. Смех не исчез из его взгляда, но в нём что-то изменилось. Всё то же светлое настроение, но теперь с тихим оттенком чего-то личного, будто изнутри вспыхнула искра: радость встречи, которую он не мог позволить себе вслух. Диггори знал, что не может подойти к ней при всех. Но и пройти мимо не мог. Он смотрел ей в глаза — и тихо, едва шевеля губами, произнёс: «Привет».       Валерия потянулась душой к нему, но оставалась заложницей своего тела и условностей. Она коротко махнула рукой — будто случайно, будто просто потянулась. Взгляд Диггори скользнул на её руку, точнее, на кольцо — фамильный перстень. И он задержался на нём дольше, чем нужно было для вежливого интереса. В глазах появилась тень.       Седрик не спрашивал вслух, но Валерия смогла распознать по его сосредоточенному взгляду, что он пытался выстроить цепочку — вспомнить, додумать, понять. «С кем ты сражалась? Почему не сказала? Почему не нашла слов? Почему отстранилась на каникулах?» А ответы будто бы были сжаты в её перстне.       Седрик, вспомнив, зачем он здесь, вернулся к реальности. Его взгляд стал отстранённым, движение — деловым. Он направился в сторону кладовки, его мантия задела Валерию за руку небрежным касанием вместо привычного, тайного, значимого прикосновения мизинцев.       Она даже не вздрогнула, только чуть закусила губу. Горечь на вкус была знакомой.       — Вэлери! — звонкий голос разрезал напряжение, и Валерия вздрогнула, но уже от неожиданности. Меган, как всегда бурная, подскочила сзади и крепко обняла её. — Я так соскучилась! Кажется, прошла целая вечность!       — Не говори… — тихо ответила Валерия, провожая взглядом удаляющуюся спину Седрика.       Он полностью скрылся за полками склянок. На этом их первая встреча после каникул могла и закончиться… если бы Валерия не засекла партнёршу Диггори с бала, и сердце ухнуло вниз. Когтевранка скромно притаилась с подружками при входе в кабинет и заискивающе подглядывала за Седриком. За её Седриком. Брови Черных поползли вверх в возмущении, собственнический инстинкт заскрёб ревнивым зверем изнутри.       — Меган, я догоню. Подожди меня, — выпалила Валерия, не заметив, как в кабинете из-за её магии стало явно прохладнее, из-за чего дыхание подруги превратилось в лёгкий пар.       Рациональное мышление утонуло в омуте противоречий. Валерия ворвалась в кладовку, попутно потушив единственную масляную лампу, едва освещающую небольшое помещение. Раздались звуки возмущения студентов, но ей было всё равно.       «Хватит оглядываться — я выбираю его». Решение вспыхнуло, как заклинание без слов — простое, решительное, окончательное. Не давая себе времени передумать, она быстро нашла нужную ей фигуру и прильнула к ней сзади. Ткань мантии Седрика отдавала прохладой, но под ней ощущалось живое тепло. Её собственная форма, тёмно-коричневая, почти сливалась с чёрной хогвартской, и в полумраке они выглядели единым силуэтом.       Седрик вздрогнул от внезапного прикосновения. Его плечи на миг напряглись, будто тело не успело понять, что происходит, но уже через секунду он выдохнул — тихо, почти неслышно, и расслабился. Валерия ощутила, как дыхание его грудной клетки стало ровнее. Он не отстранился. Наоборот, как ей показалось, чуть наклонился назад — навстречу. Валерия протянула руку, нащупала его кисть — и, не давая себе права на сомнение, переплела их пальцы. Она впервые прикоснулась к нему с порывом сердца, да ещё и так отчётливо трепетно. Тишина каморки наполнилась шёпотом — для него и только для него, Седрика.       — Не смей так равнодушно проходить мимо меня, Диггори, — тихо прошипела Валерия указание где-то на уровне его плеч, — слышишь? Не смей.       Выходил флирт, довольно грубый и нелепый, но по-другому Черных не умела. Диггори же не отшатнулся и не оттолкнул её, даже когда она отчётливо громко вдохнула его запах.       — А что, если ты меня не выберешь? — прохрипел он настолько скомкано, что опасения не достигли ушей Валерии.       Она, нетерпеливая и ведомая ревностью, поспешно поднялась на цыпочки и свободной рукой провела по мужской шее, задержав пальцы на кадыке, чтобы отчётливо чувствовать каждый его вздох. Надавила так, чтобы Седрик прогнулся к ней, и с упрёком потянула зубами за край ушной раковины.       — Ты не ответил.       — Д-да, Валерия.       — Что «да»?       — Да, я больше не буду к тебе равнодушен.       Хмыкнув, Валерия выпустила его из захвата, из-за чего Диггори пошатнулся и опёрся о шкаф со склянками. Время их тайного свидания скоротечно подходило к концу.       Кто-то сумел найти спички и зажечь лампу кладовки, но к тому моменту Черных уже успела незаметно покинуть помещение. Завидев её, Меган тут же отвлеклась от согревающего растирания ладоней, встрепенулась:       — Забыла подписать свой проект?       — Можно и так сказать, — не соврала Валерия, ведь она помечала то, что принадлежало ей. Подруги вышли из класса, и теперь она не волновалась по поводу когтевранки с бала. — Так как ты провела каникулы?       Меган, казалось, только и ждала, когда Валерия спросит у неё об этом.       — Ох, я тебе сейчас такое расскажу! — воскликнула Меган, оживлённо захлопав в ладоши. — Мама устроила нам с кузиной Сьюзен, той самой, что младше меня на два года, настоящее приключение по Сноудонии! Это было волшебно! Ты просто обязана съездить туда, пока ещё в Британии! — Загоревшись воспоминаниями, неугомонная пуффендуйка увлеклась рассказом, словно вновь переживая каждый момент. — А как ты провела время в Оксфорде? Мне нужно знать всё-всё!       На всё свободное от урока время Меган утащила Валерию в прогулку по зимнему саду. По пути она с воодушевлением делилась впечатлениями о Рождестве и чарующем Уэльсе. Валерия слушала вполуха: мысли вновь и вновь возвращались к Седрику и тому, как наладить с ним отношения. В завершение прогулки девушки обменялись подарками: Меган преподнесла сбор трав для согрева в непогоду, а Валерия вручила ей перо — подарок от всего ковена, которое Женя выбрала специально на улочках Оксфорда. Пуффендуйка пришла в неописуемый восторг.       — Осталось только пустить его в дело! Скоро как раз пройдут дебаты про драконов… ну, точнее, про всю эту неразбериху с первым испытанием. Я там буду стенографировать, а потом оформлю статью.       — Смотрю, ты с головой окунулась в редактуру Вестника Хога, — с улыбкой подметила Валерия. Заряд бодрости и энтузиазма Боунс был заразителен.       — А то как же! Нужно же чем-то развлекать студентов между испытаниями, — с воодушевлением заговорила Меган, почти не переводя дыхания. — Я хотела выудить у Диггори эксклюзив по загадке яйца… Конечно, не весь материал — просто намёк, чтобы заинтриговать читателей. Но Седрик шепнул, что пока сам толком не понял, в чём суть этого артефакта…       Валерия нахмурилась, ничего не сказав. Странно. Ей казалось, что он держит всё под контролем.       — Ладно, пока сосредоточусь на Краме. — Меган с вызовом встряхнула кулачком. — Надо же как-то отомстить Роджеру за Флёр! — Она недовольно поджала губы, вспоминая, как редактор газеты позвал на танцы не её, а сногсшибательную чемпионку Шармбатона. — Ходят слухи, Виктор плавает в озере даже в мороз — в майке и плавках! Представляешь, сколько бы я могла выручить за его фото, где он прыгает с корабля? Вот бы репортаж!       — Меган, — мягко одёрнула подругу Валерия, — ты же понимаешь, что это не совсем законно. Он просто готовится к крещенским морозам.       — Да знаю я, знаю… — вздохнула Меган, но в глазах её всё равно плясали огоньки. — Но представь, как было бы здорово…       Валерия не разделяла всеобщей одержимости Крамом, хотя, признаться честно, идея окунуться в ледяную прорубь казалась ей чертовски заманчивой. Ледяная волшебница простилась с весёлой подругой и направилась к полупустому кораблю, который теперь почти не раскачивался — озеро сковали плотные оковы льда. Любопытно: до отъезда на каникулы вода здесь и не думала замерзать. Видимо, озеро было не менее своенравным, чем весь замок. То бушевало, то мерцало зеркальной гладью, то вдруг затихало, словно замерев в раздумьях.       Валерия уверенно пересекла трап и направилась к женской каюте, по пути коротко кивая ребятам из мужского подотряда. Некоторые из них, кажется, теперь смотрели на неё с уважением. Или ей это только показалось? Решив не забивать себе голову домыслами, она скинула походную сумку возле сундука, достала учебную и стала неспешно перекладывать в неё пергаменты и книги на оставшиеся пары. Уже собиралась выходить, как вдруг взгляд зацепился за аккуратный свёрток, лежащий на её койке. Свёрток был перевязан лентой, под которую заботливо подложили ароматную еловую веточку — простое, но удивительно тёплое рождественское поздравление. Заинтригованная, Валерия развернула свёрток и начала читать:       — Однажды семь фей собрались поздравить принцессу с днём рождения, — пробормотала она, скользя взглядом по строчкам, выведенным готическим курсивом. — Они одарили её красотой и талантами, пообещав лёгкое, беззаботное будущее…       Лёгкая, сдержанная улыбка мелькнула на её лице — детская сказка, знакомая с детства. Однако вскоре слова начинали приобретать странный подтекст:       — …Но самой старшей из фей не отдали должного уважения. В ответ она наложила проклятие: смертельный укол веретена… — Валерия сдвинула брови, — который был смягчён последним благословением столетнего сна. Покуда не явится… больной принц-сомнофил?       Черных поморщилась. Сказка резко приобрела отталкивающий, искажённый характер. Но что-то в тексте не отпускало — и она продолжила:       — Ты проявила неуважение ко мне, Черных. Но, в отличие от скудоумной старой карги, я не держу на тебя зла. Моё проклятие будет всего лишь изящным напоминанием. Каждый месяц, в ночь на двадцать пятое, ты будешь видеть сны — сны, в которых тебя будут предавать, калечить, губить. Один за другим. И ты будешь помнить их наяву. Это моё благословление. С наступившим, кадет. Директор, которому ты всё ещё подчиняешься, Игорь Каркаров.       Свёрток выпал из рук. Под ним таилась еловая ветвь — её иглы впились в ладонь, запечатывая слова директора. Валерия судорожно втянула воздух.       — Не так я хотела начать триместр, — процедила она, глядя на кровь, проступающую сквозь мелкие проколы. — Однако ж… — она криво усмехнулась. — Сколько же раз мне нужно напомнить себе быть осторожной?       С жёстким усилием, сквозь внутреннюю дрожь, она сжала проклятую ветку в кулаке. Хвоя кололась глубже, но Валерия не разжала пальцы, пока не превратила её в труху. Осколки ветки полетели в огонь лампы, вспыхнув резким хвойным дымом.       Сердце гудело от ярости. И всё же… её утешало одно: сегодня в счёте с судьбой — ничья. Три-три. И этого было достаточно, чтобы бороться.

***

      Зимнее солнце стремительно клонилось к горизонту, заливая замок последним розоватым светом. Валерия, стараясь не терять ни минуты, взбегала на чердак Астрономической башни, перепрыгивая через ступеньки по две. Впереди был серьёзный разговор с ковеном, и она не знала, к чему тот приведёт. На мгновение девушка остановилась у двери, чтобы перевести дух, собраться с мыслями… и распахнула её.       Как обычно, подруги собрались до её прихода. Расслабленные, они раскинулись на мягких напольных подушках, будто вовсе не существовало уставов и шеренг. Сёстры Находкины повисли на Алисе, отнимая гостинцы из Оксфорда прямо из рук.       — А вот и Черных! — обрадовано воскликнула Аня, тут же подскочив и заключив Валерию в тёплые объятия. — Теперь мы в полном составе!       — Ага, без вас даже загадки Хогвартса были не такими увлекательными, — подхватила Яна, делая приглашающий жест. — Так что, пока вы были в разъездах…       — Мы подготовили тебе новогодний сюрприз! — выпалила Аня, сдерживая радостный смех.       — Правда? Интригующе. Ну, раз уж так — показывайте, — позволила ведьма увлечь себя, решив отложить серьёзный разговор на потом.       Сёстры весело подхватили Валерию под локти и повели к столу, на котором медленно вращалась проекция звёздного неба. Девчонки не подвели — из потайных запасов Дамблдора они добыли целую россыпь праздничных сладостей, и каждая получила свой кулёк с десертами.       Памятуя о последнем «подарочке» от директора, Валерия открыла свой аккуратно, с лёгкой опаской. Быстро, почти незаметно, переложила его содержимое в карман и с вежливой, чуть натянутой улыбкой присоединилась к всеобщему веселью. Ладонь, испещрённая следами проклятия Каркарова, незаметно сжималась и разжималась — словно напоминая, что расслабляться пока рано.       Смех, всплески восторга, искры магии — девчонки моментально решили превратить встречу в маленькую вечеринку в честь начала второго триместра. Женя с бездонным аппетитом моментально организовала закуски. Алиса ловко наколдовала напитки. А сёстры откуда-то извлекли старинный магический граммофон и включили трансляцию магловской музыки. Они смеялись, шутили, заглядывали в зачарованную карту-путеводитель по Хогвартсу, подглядывая за перемещениями студентов — с детским, почти невинным озорством. Но вечер постепенно подходил к концу. Вскоре чердак снова должны были занять ученики на занятиях по Астрологии. Валерия знала — момент, который она пыталась оттянуть, уже не ждал. Пора начинать говорить.       — Попрошу минуту внимания, — подала она голос, сдержанно, но твёрдо. — И прошу всех отнестись к моим словам серьёзно. Аня, Яна… особенно вы.       Сёстры тут же замерли. Музыка стихла. Комната погрузилась в настороженную тишину. Валерия сцепила руки за спиной и, выдержав паузу, произнесла залпом:       — Вам ещё не надоело беспрекословно подчиняться институту?       Черных была уверена, что этого вопроса будет достаточно, чтобы донести суть. Но, судя по ошеломлённым взглядам, требовались пояснения. Валерия сделала шаг в сторону и медленно начала обходить круг подруг, чувствуя, как дрожь нарастает внутри.       — Я знаю, каждая из нас старается быть примером. Я сама с детства росла в духе чести и долга, — начала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — А в Дурмстранге — всегда, абсолютно всегда, следовала правилам. Без исключений.       Она остановилась и посмотрела в одну точку, будто ища там поддержку.       — Но вместо уверенности и стабильности я чувствую страх. Постоянную тревогу. Я оглядываюсь через плечо, вздрагиваю от собственной тени. А ведь, казалось бы… мы же — студенты Дурмстранга! Бесстрашные, несгибаемые… разве не так? — Её губы дрогнули. — А кажется, будто мы никогда и не мечтали. Не позволяли себе. А ведь… мы заслуживаем большего. — Она замолчала, стараясь не потерять нить мысли, затем решительно продолжила: — Последние события изменили мои взгляды. Я потеряла верность институту. Я вернула её себе. Семье. Вам.       Её взгляд опустился на руку, ту самую, чьим мизинцем был подписан контракт. Она ощущала жжение от проклятия — яд Каркарова напоминал о себе пульсацией с каждым ударом сердца.       — Возможно, Хогвартс… разбудил во мне двоемыслие. А потом — критическое мышление. И теперь я просто не могу… — голос дрогнул, — не могу продолжать в том же духе. — Она собрала всю волю в кулак: — Я против. Против этого страха, подчинения, притворства. Но я не могу требовать от вас того же. Не могу заставить выбирать мой путь. Поэтому… — она глубоко вдохнула, — когда Каркаров вернётся, я официально подам прошение об отставке с поста старосты. Любая из вас может принять эту должность и продолжить следовать Уставу.       Комната молчала.       — Я, пожалуй, выйду. Дам вам время всё обдумать. — Валерия сделала шаг к выходу.       — А обсуждать нечего, — неожиданно серьёзно проговорила Полина, которая всегда слыла самой преданной сторонницей института.       — Согласна, — твёрдо сказала Алиса, ни тени сомнения в голосе.       Находкины и Женя синхронно кивнули. Валерия растерялась.       — То есть… вы уже всё решили? Без меня? — настороженно переспросила она.       — Да нет же! — всплеснула руками Алиса. — Ты будто совсем не умеешь читать между строк.       Валерия нахмурилась, но Женя подошла ближе и мягко взяла её за руку.       — Никто из нас не поддерживает политику Каркарова. В Дурмстранге мы были под защитой — да. Но в Британии… здесь начался беспредел. — Женя сжала её ладонь крепче: — Ковен — твоя идея. Этот островок спокойствия среди хаоса стал нашим домом. И ты сделала это возможным.       — И если ты говоришь, что пора отойти от Устава, — подхватила Полина, —значит, так надо.       — Без вопросов, — подтвердила Алиса, скрестив руки. — Думала, сбросишь староство и уйдёшь по-английски? Ха!       — Мы на твоей шее до конца! — хором подтвердили Находкины.       Валерия обвела взглядом своих подруг. Ещё совсем недавно они были всего лишь знакомыми, кому даже нельзя было общаться в институте. Теперь — её семья. Самые близкие. Самые верные.       Она глубоко вдохнула, расправила плечи и с новой уверенностью повернулась к их секретной карте Хогвартса.       — Тогда, — произнесла она с лёгкой улыбкой, — приступим же просчитывать возможности неповиновения.