В ночь, когда пролились звезды (перезаливка)

      Разве может быть что-то хуже, чем узнать, что твое тело, как бы выразиться, принадлежит не только тебе? Оказалось, может. Для наглядности представим съемную квартиру. Она была чистой и довольно большой для одного человека, но в какой-то момент подходит владелец и говорит такой: «С этого дня тут еще один жилец». И отвратителен не сам факт появления какого-то левого чувака, нет. Тяжко становится, когда этот самый новый сосед каждый день засоряет квартиру, орет и дебоширит. И в то пространство, что было так дорого сердцу, врывается этот ходячий ураган, вымещая тебя со всеми манатками за дверь. Вот примерно то же самое чувствовал Денис.       С того самого дня, как непонятный голос обрел имя, он уже не покидал парня ни на миг. Юноша смирился, если бы, скажем, Мейзи ничего не делал, покорно ожидая удачного случая, но в том-то и дело, что все было с точностью наоборот. Он говорил. Много. И не просто так мило болтал обо всякой ерунде, типа какой прекрасный день или как смешно навернулся за окном слуга, нагруженный коробками с овощами. Когда парень впервые после лечения решил объявиться перед дворцом, этот тип чуть все не испортил. Тогда было крупное собрание принцев и ангов со всех концов королевства, что-то типа ежегодного корпоратива больших дяденек с толстыми кошельками и раздутым эго. По такому случаю Дениса нарядили в шикарный наряд, сшитый золотыми нитками и увешанный множеством драгоценных камней, которые ярко переливались на свету, словно он был новогодней елкой. Тогда он на самом деле почувствовал себя божеством, настолько прекрасно было отражение в зеркале. Конечно, закрадывалось желание не встречаться с потенциальной близостью разоблачения, но было бы странно, если бог не посетит столь грандиозное мероприятие.       Его роль в программе была малюсенькой, практически незначительной, но он и ее чуть не испоганил. Началось все с того, что юноша старательно терпел постоянный гневный треп Мейзи, который критиковал в жесткой форме каждого встречного-поперечного, особенно, если то был анг. Весь поток грязи сводился к тому, что маги сейчас и выведенного яйца не стоят, только и умеют, что языками чесать, а знать прогнила до такой степени, извратила свою натуру так сильно, что тухлятиной здесь несет, словно находящиеся в зале были не живыми людьми, а горой разлагающихся трупов, медленно гниющих в общей навозной яме под палящим солнцем. Ладно, этот монолог он еще мог стерпеть. Он даже прощал Мейзи раздраженные комментарии в адрес тех, кто любезно подходил отдать почтение самому богу, но вот когда настало время речи, тогда-то юноша и смекнул, что с этим болтуном нужно что-то делать. И причем срочно.       Парень как раз стоял возле небольшого помоста и прокручивал в мозгу зазубренные фразы как Отче наш, стараясь не замечать параллельное пиликанье, что было довольно нелегко сделать. И вот в какой-то момент настала его очередь толкать речь, впервые за долгие недели показавшись на публике в качестве посланника божьего. Живот противно скрутило на нервах, и Денис старался изо всех сил справиться с желанием трусливо сбежать, но стоило ему выйти вперед, как все разговоры мгновенно стихли. Мысленно успокаивая бешено скачущее сердце, он сделал глубокий вдох и широко растянул улыбку.       - Рад приветствовать всех собравшихся сегодня в этот прекрасный день, - начал парень свое выступление, величественно возведя руки к потолку. - За который следует поблагодарить богов ваших, что дарят вам свет солнца и богатый урожай на плодородных полях.       Собравшийся народ взорвал огромное помещение бального зала залпом аплодисментов. Пришлось немного подождать, пока окружающие снова стихнут и позволят юноше продолжить свой монолог.       - Сегодня мы собрались здесь, чтобы выразить почтение предкам... - неожиданно разразился громкий смех, заставив замолчать на полуслове.       «Почтение предкам? Ха-ха-ха! Ой, не могу! Почтение... Ха-ха-ха!»       Закусив губу, Денис попытался абстрагироваться от гогота, что так внезапно ворвался в поток зазубренного текста. Мебиус, что стоял рядом, недоуменно покосился в сторону Дениса, гадая, почему тот замолчал, когда речь была идеально отрепетирована и буквально выгравирована в сознании. Собравшись с мыслями, парень вновь широко улыбнулся публике и продолжил.       - ... которые внимательно следят за каждым шагом, за каждым действием, направляя каждого из вас на правильный путь...       «Да брось! Им так же плевать на этих букашек, как воде на маленький камушек».       - ... и поддерживая в этом мире порядок...       «Да какой порядок?! Эти ничтожества что, по сторонам не смотрят? Да только погляди, во что они превратили этот мир!»       - ... и гармонию...       «Кто тебе вообще речь составлял? Такой же никчемный идиот с пустым взглядом и без капли мозгов?»       - ... чтобы ваши дети могли жить и дышать спокойно...       «Жить спокойно? Ты что, сказку кому рассказываешь на ночь?»       - ... не боясь за свои жизни...       «Да люди толпами мрут! О какой жизни вообще идет речь?!»       - ... и ради светлого будущего...       «Какого будущего? Что там на «с» начиналось? Светлого?! Пф-ф-ф!»       - ... вознесите свои молитвы небесам...       «Ты сам же не веришь в богов! Так зачем говоришь подобное этой жалкой кучке отбросов?»       - ... и вы будете услышаны...       «Почему ты продолжаешь нести этот бред? Давай просто всех прикончим, и не надо продолжать нести этот бред».       - ... ведь только совместными усилиями...       «Не делай вид, что не слышишь меня! Эй!»       - ... возможно обрести долгожданный мир и драгоценный порядок...       «Эй! Ответь мне! Э-э-эй!»       - ... которые спасут эту землю, - наконец, закончил свое обращение Денис и тяжело выдохнул.       Сливки общества вновь рассыпались в аплодисментах, а парнишка поспешил к выходу. Искусно прошмыгнув мимо толпы, он выскочил из зала и, грозно идя, куда глаза глядят, нервно растрепал красиво уложенные волосы, срывая бесившую заколку с несколькими волосинками, безжалостно вырванными с корнем.       - Черт, что ты творишь?! Ты чуть все не испортил! - неожиданно остановившись, завопил парень прямо в коридоре.       «Слышал бы ты себя со стороны! Стыд и срам, по-другому не скажешь».       - Да в гробу я видел твое мнение! Сидишь там в моей башке, вот и сиди себе спокойно! Не мешай своими блядскими комментариями без повода!       «Я бы не советовал так со мной разговаривать, малёк, все же моя помощь тебе еще пригодится».       - Как-нибудь без твоих советов обойдусь!       «Как будто ты сможешь тут выжить самостоятельно».       - Мне помогает Мебиус!       «Ой, видел я твоего напыщенного анга. Да он спит и видит, как бы выгоду из тебя извлечь!»       - Спасибо, но я не нуждаюсь в твоих домыслах! Он единственный, кто может помочь мне вернуться домой, но ты! Только мне мешаешь, все портишь, вечно бу-бу-бу, бу-бу-бу, все что-то бубнишь и неимоверно бесишь!       «Ты либо тупой, либо слепой. Он просто вертит тобой, а ты и рад».       - Ой, ну простите, что не вижу других желающих мне помочь!       «И долго ты еще намерен плясать под чужую дудку?»       - Тебя это уж точно не касается!       «А вот и ошибаешься. Думаешь, я просто так тебя выбрал?»       - Насрать мне на твои причины! Если не помогаешь, тогда заткнись и сиди тихо, как если бы сдох насовсем!       «Да я единственный, кто может тебе помочь! Сам рассуди: меня давно уже нет в этом мире, я закончил свой путь. То есть я буквально единственный, кому от тебя ничего не нужно».       - А как же слова про возвращение украденного у тебя? А? Несостыковочка!       «Ты не должен меня подозревать. Ведь теперь все, что я потерял, будет твоим».       - Блядь, как ты не поймешь! Ничего мне от этого мира не нужно! И от тебя уж подавно! Я домой хочу! Домой!       Диалог велся исключительно на повышенных тонах с обеих сторон, и странно, что на него не сбежались слушатели вплоть до этого момента.       - Денис?       Парень резко прикусил язык, желая выдать еще какую гадость, и спешно обернулся. К нему на всех парах мчался озабоченного вида анг, явно подгоняемый жопным пламенем. Ну вот, приехали. Сейчас его еще и Мебиус отчитает. Да что за день-то такой дрянной?!       - С тобой все нормально?       - А что, не видно? - окрысился парень и почти сразу же пожалел о содеянном. Верно, маг ни в чем не виноват, и он не должен срываться на нем. - Прости, Меби. Я просто переволновался.       - Я заметил, но в результате все прошло удачно. Ты справился, и это главное. Молодец!       «Ха, лицемер!»       - Тебя не спрашивали! - едва заметно шикнул юноша в сторону.       - Ты что-то сказал?       - Да нет, не бери в голову.       - Не нравишься ты мне. Выглядишь неважно – тебе бы отдохнуть.       - Да, так и сделаю, - послушно кивнул Денис и, развернувшись, не прощаясь, зашагал в свою комнату.       Мебиус же остался стоять на месте, задумчиво провожая удаляющуюся фигуру подозрительным взглядом. Что-то странное происходило с пацаном в последние дни, все какой-то дерганный, раздраженный, стал вон разговаривать сам с собой. Во время своего выступления говорил так, словно слова давались ему с огромным трудом, и магу даже показалось, что Денис пытался скрыть раздражение. Но что его могло так разозлить? От него веяло какой-то тайной – появился новый оттенок в его сфере, слишком загадочный и необъяснимый, – но анг все никак не мог ее разгадать.       - Мебиус, что ты задумал? - маг плавно обернулся и встретился с хитрыми маленькими глазками.       - Кригвин, что тебя так беспокоит?       - Меня? Ничего. Я пока просто наблюдаю. Жду, когда же ты совершишь ошибку.       - Поверь, для этого тебе нужно будет прожить еще столько же.       - Мне сорок пять, а не шестьдесят, и у меня хорошо получается выжидать.       - Не сомневаюсь в этом. Надеюсь, ты спокойно доживешь свой век, - фраза была произнесена в качестве прощальной, но вот только старшего анга такой расклад не устроил.       - Из твоих уст это звучит как угроза.       - Я буду не против, если ты расценишь мои слова подобным образом, - спокойно бросил Мебиус, разворачиваясь вполоборота. - Если это все, тогда я пойду.       - Не торопись, - остановил его мужчина, хищно обнажив зубы.       - Что-то еще хочешь сказать?       - Я все знаю.       - Правда? И что же? - анг постарался напустить на себя незаинтересованный вид, а сам внутренне весь содрогнулся. Неужели этой мерзкой ящерице удалось что-то разнюхать?       - Скоро сам поймешь, и тогда ты больше не посмотришь ни на кого свысока! - Кригвин криво усмехнулся и, проходя мимо, задел анга плечом.       Проводив мужчину взглядом, Мебиус нервно сжал кулаки, впиваясь ногтями в мягкую плоть. Знает ли этот маг на самом деле хоть что-нибудь или просто хочет напугать? Ни для кого не было секретом, как сильно мужчина желал место Главенствующего анга. Да он просто спал и видел, как Мебиус совершает непоправимую ошибку, и того смещают с поста. А лучше и совсем того, с концами, когда головка так плавно по земельке мячиком катится. Но маг не мог позволить себе оплошать. Столько сил и времени он вложил в то, чтобы расчистить для Гувалерена путь, и просто так сдаваться не собирался, когда победа уже буквально ждала за поворотом. Он не отступит, даже если придется прибегнуть к грубым методам. Да ради своего короля он готов даже убить, став при этом тьмой, нарушив главный закон ангов. Главное, чтобы человек, за которым он следует уже столько лет, получил, наконец, то, что заслуживает – свое законное место во главе этой страны.

***

      Дни сменялись ночами, а те, в свою очередь, вновь плавно перетекали в новое утро. Гувалерен покинул дворец, приказав оседлать своего груна, и вместе с парочкой воинов отправился, куда глаза глядят. Сначала это была двухдневная охота в лесах на крупных животных, потом – трехдневная на птиц. Всех убитых зверей группа отвозила в город, где продавала на оживленном рынке, ценившем все, за что можно выручить хотя бы пару монет. Для воинов это был способ заработать, для Гувалерена – снять стресс. Он со всей своей яростью в одиночку бросался на бронгов, совершенно не слыша предостережений от отстающих товарищей и с наслаждением насаживая зверей на острое лезвие. Так он хоть как-то мог выпустить свой гнев и остудить голову, напрочь забыв обо всем, что терзало неспокойные мысли. После удачной охоты вместо того, чтобы вернуться, как обещал Мебиусу, он просто остался в городе. Заплатил за небольшую комнатку в прихожем доме и целыми днями проводил время внутри, бесцельно отлеживая бока на жестком матрасе. Как-то раз вышел днем на улицу, но толпа явно оказалась не его коньком. Натянув на голову огромный капюшон, воин попытался затеряться среди людей насколько это было возможно. Те все куда-то спешили, неслись, оттаптывая ноги и толкая всем, чем только можно – локтями, свертками, мешками. От этого Гувалерен только сильнее разозлился и поспешил вернуться в комнату, пока случайно не прирезал очередного торопливого паренька.       Как-то утром за завтраком постояльцы активно обсуждали предстоящий дневной королевский сбор, на котором должны были собраться самые богатые и влиятельные люди и анги со всего королевства. Воин, которому совсем не было дела до слухов, слушал в пол уха, но не заострял внимание. Пока речь не зашла о нем.       - Говорят, что сам бог будет произносить речь! - воскликнул старый мужчина, подняв ложку вверх, из которой на стол упала густая вязкая каша. Рука воина, что мешала горячее содержимое деревянной тарелки, замерла на месте.       - Да брешешь ты все!       - Я тоже слышала! - подтвердила женщина примерно того же возраста. - Дворцовая дама покупала у меня зелень, ну я и не упустила возможности спросить!       - Ну, и что она сказала?!       - Что намечается огромное торжество! Столько еды и выпивки там будет – за всю жизнь не съесть!       - Дура, оставь ты свою еду! - недовольно заворчал дед. - Ты нам про бога лучше расскажи!       - А бог-то, оказывается, красавец! Словно куколка! Хрупкий, бледный, золотоволосый, прямо как само солнце! А глаза-то, глаза! Точно само небо! Дама сказала, что видела того всего раз, но до сих пор не может выкинуть образ из сердца! Ах, вот бы хоть разочек увидеть его... - мечтательно потянула женщина, прижимая руки к сердцу. Ее воображение уже начало рисовать портрет неведомого божества.       - Верно! Я бы тоже не отказалась! - хихикнула другая в такт.       - Говорят, что он само очарование! Такой добрый и заботливый!       - Ходят слухи, - склонившись, зашептала старушка. - Что уж очень он близок с принцессой, и...       Однако она не успела договорить, потому что главнокомандующий резко хлопнул рукой по столу. Сплетники тут же от неожиданности замолчали и подпрыгнули на месте, покосившись в сторону широкой спины на соседней лавке. Эх, вот только воин потихоньку начинал переставать думать об этом существе, стараясь быть как можно дальше от него, но нет. Даже тут его продолжал преследовать этот божок! Громко отложив ложку, мужчина шумно встал с места и, не доев, пошел наверх – в комнату.       - Вот же напугал, окаянный! - воскликнула женщина, когда высокий силуэт скрылся за лестницей.       - И не говори! Видели его глаза? Такое чувство, что он всех нас убить хотел!       - Точно-точно! Таких ненормальных нужно под замок сажать! Хорошие люди так себя не ведут!       - Да вы как будто не поняли, что убийца он и есть! Небось, устраняет людей за плату, и расхаживает так спокойно среди нас!       - И не говори!       - Да замолчите вы! - шикнул на девок дед. - Еще услышит, так без цены оттяпает вам башку!       Воин закрыл за собой дверь и повалился на жесткую кровать. Что сейчас-то не так? Почему этот мальчишка так крепко засел в его голове и никак не собирается вылезать? Почему злит и выводит из себя, пробуждая желание разорвать его хрупкое тельце на мелкие частички, наблюдая, как прекрасное личико искажает гримаса ужаса и боли, а потом так нежно, насколько это вообще возможно, собрать заново?       - Гувалерен, - тяжело дыша, Мебиус привлек внимание воина, снимая с себя окровавленную одежду и вытирая ею кровь с рук. - Что с тобой не так?! Ты чуть его не убил!       - Сам виноват, - пожал мужчина плечами, не отрывая глаз от закрытой двери, за которой лежал без сознания Денис.       - Я тебя не понимаю! - схватившись за волосы на затылке, воскликнул маг и облокотился на стол. - Ты превращаешь его в кусок мяса, а потом несешь мне. Я не вижу в этом смысла! Зачем ты это сделал? Зачем?!       - Да что ты пристал?! - взревел главнокомандующий, воинственно стукнув кулаком о стену. - Не знаю я, зачем, понятно тебе?! Как я смогу тебе ответить, если сам себя не понимаю?       Маг с секунду смотрел в пылающие огнем фиалковые глаза, а потом примирительно хлопнул в ладоши.       - Значит поступим следующим образом. Ты уедешь отсюда, и не важно, что будешь делать, но постарайся выпустить пар. И, самое главное, не смей думать о Денисе!       - Что, сам меня спроваживаешь?       - Да, верно. Потому что сейчас ты представляешь для него самую большую угрозу. Приведи мысли в порядок и реши, останешься ты нам помогать или нет, а потом обязательно возвращайся. Понял меня? Не вздумай глупить и спускать все на самотек.       Воин накрыл глаза рукой и грузно выдохнул. Выкинуть из головы, да? Ну как же, выкинешь тут, когда об этом божке на каждом углу трещат! И чем же это он так нравится людям? Красивый? Добрый? Очаровательный? Только и умеют, что языками чесать. Они совсем его не знают, но визжат так, словно тот из платины сделан, а ведь юноша совершенно не такой возвышенный, как думают эти жалкие сплетники. Да и не бог совсем, а обычный хилый парнишка с миловидной внешностью, смахивающий на капризную девчонку. Да, Гувалерен признавал, что хоть тот внешне и не отличался особой силой, зато внутри был довольно стойким. Он оказался первым и единственным, кто посмел бросить вызов могучему главнокомандующему – самому жестокому и беспощадному воину, с которым никто не горел желанием связываться без необходимости. Этот идиот так небрежно относится к самому себе, зато о других печется, словно о ком-то давно знакомом и родном, и сей факт просто не мог уложиться у мужчины в голове. Парень так отчаянно желает вернуться домой, где бы тот ни был, но продолжает хвататься за это место и людей, которые не принесут ему никакой выгоды. Что с ним не так? Если все равно уйдет, зачем пытаться что-то наладить? Зачем делать что-то для тех, кто даже об этом не узнает? Ради чего? Почему он заставляет воина сомневаться в своих поступках? Так ведь не должно быть.       - Мебиус, кажется, твоя теория не работает. Я стал только больше думать о нем.

***

      С силой захлопнув за собой дверь, юноша несся по направлению к кровати, попутно стягивая с себя через голову дорогую манту. Кинув добрых несколько кило золота с драгоценными камушками прямо на пол, которые все это время тяжким грузом вдавливали в пол (знал бы, что однажды станет раскидываться огромными деньгами, которые так тяжело приходилось зарабатывать в недавнем прошлом, рассмеялся б только, параллельно вытирая горькие слезы рукавом), Денис скинул обувь и в одних штанишках плюхнулся на мягкую поверхность. Разочарование, гнев и стыд сейчас страшным ураганом бушевали в его сознании. Как он мог так облажаться?! И это перед огромным количеством людей! Ну что они подумают о боге – олицетворении грации и величия? Что у того батарейка садится, раз болтает, как робот? Накрыв лицо подушкой, он, что было мочи, попытался выплеснуть эмоции посредством крика. Не помогло. Только голос сорвал. В сердцах отшвырнув бесполезный прямоугольник, стукнул кулаком, который сразу же вдавился в матрас, и устало прикрыл глаза.       «Что за незрелые приступы агрессии? Тебе что, пять лет?»       - Лучше заткнись.       «Я и так больше тысячи лет молчал!»       - Вот еще столько же молчи! - прошипел парень и резко сел. - Слушай, от тебя, вообще, хоть какая-то польза будет? Или ты всегда будешь лишь музыкальным сопровождением?       «Обижаешь! Видел бы ты меня в расцвете сил...»       - Что? Так же злословил при виде каждого встречного? - зло усмехнулся Денис, не в силах простить соседушке недавнюю оплошность.       «Не я выбрал себе такую участь. Думаешь, кому-нибудь может понравиться на протяжении столетий быть простым отголоском? Ты словно ветер, видишь, как меняется вселенная, наблюдаешь за ростом и жизнью целых стран и с ужасом понимаешь, что мир постепенно катится к своему завершению... Но вот беда, я ничего не могу с этим поделать. Только наблюдаю, как эти жалкие создания ведут себя к своей же гибели!»       - Получается, когда-то ты тоже был человеком? – догадался парень, отметая версию с каким-нибудь лесным духом.       «Ты совсем идиот? Конечно, был! И не просто человеком, а очень выдающимся, что слава шла впереди меня задолго до того, как ступит моя нога. Да уж, вот были деньки…»       - И за что же тебя так, если был настолько популярным? Явно не цветочек с дворцовой клумбы сорвал.       «Я был очень силен, но страх перед сильнейшими всегда велик. Люди, которым я служил верой и правдой, воткнули мне нож в спину. Они уничтожили мое тело, а душу отправили в вечное изгнание болтаться среди неприкаянных сущностей убийц, насильников и воров. И я блуждал в этом мире мертвых, пока не встретил тебя».       - То есть моя душа... стоит наравне с убийцами?       «А ты не знал? Самоубийство – самый тяжкий грех. Таким людям не место в светлом царстве покоя, они обречены на вечные скитания».       - Тогда почему именно я? Из огромного множества ты ведь выбрал именно меня.       «Потому что у тебя сильное сердце. Другие умершие не могли принять мою силу, их тела и души не выдерживали такой нагрузки, и только твои идеально подошли, словно так и должно быть».       - Допустим все так, как ты говоришь. Но зачем ты вновь вступил в этот мир? Чтобы отомстить? Вернуть былую славу и пару украденных вещичек?       «В общем и целом. Но конечная же цель – обрести, наконец, вечный покой после всего».       - И неужели ты думаешь, что я смогу тебе помочь?! – не то изумление, не то недоверие восклицанием вырвались из юной груди. – Ты меня переоцениваешь, я ведь ничего не умею!       «Правда? А кто забрал зрение у того анга?»       - Это... Это вышло случайно... Я... Я не хотел...       «Случайно?!» - парню показалось, что Мейзи рассмеялся. – «Все, что ты делаешь – не случайность. Это моя сила, которая теперь принадлежит тебе».       - Только не говори, что я теперь долбанная фея!       «Феи – это сказки. Больше подойдет анг».       - Ну и что же я могу, будучи непревзойденным ангом?       Все, что сейчас происходило, казалось Денису настолько нереальным, что уже не было сил удивляться. Недостаточно было попасть в другую реальность, где существует магия, монархия и явно много чего еще, так потом появился еще тип в мозгах, который радушно поделился суперспособностями, способными, как минимум, сделать из человека калеку, стоило лишь на того мысленно чуточку озлобиться. И каждый раз вместо того, чтобы искать путь домой, судьба словно подкидывает больше событий, наматывая их на Дениса красными нитями, обвивавшими юношу толстым коконом неизбежной безнадеги.       «Абсолютно все, что захочешь, без каких-либо ограничений. Однако все же пока тебе не хватит сил на слишком многое».       - А как же последствия? - недоверие потянулось от физического собеседника к ощущаемому.       «Анги сейчас намного слабее, чем тысячу лет назад. Они утратили бо́льшую часть сил, поэтому и расплачиваются за свою магию, как последние идиоты. Я же говорил, люди уничтожают самих себя, делаются никчемнее и бесполезнее».       - И зачем мне все это? - задал, наконец, Денис наиболее интересующий его вопрос. Он был предельно открыт в своем интересе и ждал той же ответной реакции. - Зачем мне эта сила? Что ты хочешь, чтобы я сделал с ее помощью?       «Я хочу, чтобы ты доказал этим людишкам, что огромная сила – это дар, который они должны ценить. Верни влияние, которое я утратил, и ты обретешь власть, о которой даже не мечтал!"       - Нет, все это звучит чертовски здорово, но ты кое в чем просчитался, когда выбрал меня на эту роль. Единственное, что я хочу – это вернуться домой, а не стать здесь самым крутым перцем. Мне не нужна ни слава, ни власть, ни признание. Я привык жить тихо и незаметно, а единственное, о чем я мечтаю – это заключить бабушку в крепкие объятия.       «И ты наивно полагаешь, что тот анг сможет тебе помочь?»       - Меби обещал, - краткий ответ, обозначающий лишь то мизерное, что было сейчас у юноши – слепую веру в то, что седовласый мужчина сдержит свое слово.       «Послушай меня сейчас очень внимательно и намотай себе на ус. Как думаешь, у кого больше шансов вернуть тебя обратно? У того, кто, лишь подумав, смог сделать человека незрячим, или тот, кто не смог развеять это банальное заклятье?»       - Хочешь сказать, что я зря трачу время, доверяясь ему? - уточнил парень, все же не хотя так запросто отметать ту единственную возможность, за которую так крепко держался все это время.       «А ты не так и безнадежен, малёк! Только я способен помочь тебе».       - Ну так верни меня, - сухо потребовал юноша, не желая больше слепо на кого-то полагаться. – Это ведь не будет проблемой?       «Пока ты еще слаб. Сначала придется овладеть моими силами».       - Ну конечно, куда без этого! То есть мне опять нужно сидеть на попе ровно и беспомощно считать минуты, пока этот момент настанет?!       «Ты сам виноват в том, что так долго не впускал меня, отчаянно сопротивляясь. Но сейчас, когда это, наконец, свершилось, мы можем построить конструктивный диалог».       - Хочешь заключить сделку? - догадался Денис, не зная, радоваться ему или тревожиться. Домой хотелось безумно, но он и представить не мог, что для этого могло потребоваться, а вновь вестись на сладкие речи не было никакого желания. - И на каких же условиях?       «Все просто. Верни мне мою славу, а взамен я отправлю тебя назад. Неплохой исход, не правда ли?»

***

      Обеспокоенный словами Кригвина, Мебиус задумчиво раскачивался взад-вперед в кресле, пытаясь понять, каким образом следует поступить, если этот хитрец действительно что-то унюхал. Но мозговой штурм слишком сильно давил на виски, заставив анга устало откинуться на спинку кресла. Голова болела от всех забот, что так невовремя наложились друг на друга: Денис и его попытки выйти в свет, проказник Гувалерен, что так отчаянно пытался свести все усилия мага на нет, открытый вопрос наследования, а теперь еще и этот дотошный анг. Все эти проблемы кажутся насущными, но в своей ядреной комбинации становятся той еще занозой, и за это короткое время анг поседел еще больше, если бы мог. Он прислушался к тишине, что окутала пеленой его кабинет, и принялся отбивать пальцем привычный ритм, пока не почувствовал знакомую сферу, решительно направляющуюся к двери.       - Что, привел уже мысли в порядок? - поинтересовался Мебиус, когда мужчина в длинном черном плаще, хлопнув за собой дверью, вальяжно опустился напротив.       - Как сбор? - игнорируя мага, задал воин свой вопрос, скидывая с головы капюшон. Наставник обреченно закусил губу. Вот вечно этот паршивец так – слышит лишь то, что хочет.       - Прознал уже?       - В городе только о нем и судачили в последние дни.       - Ты был в городе? – седые брови удивленно поползли вверх. Чтобы Гувалерен добровольно пошел в ненавидимое людное место, нужно очень сильно постараться придумать достойную причину.       - По делам.       - Ясно, - кивнул анг головой, хотя ни черта было не ясно, но на более конкретный ответ можно даже не рассчитывать. - Все прошло удачно.       - Как речь?       - Дениса? Могла бы быть и лучше.       - Так и знал, - фыркнул воин одновременно насмешливо и разочарованно, словно и не ожидал другого ответа.       - Гувалерен, а почему ты интересуешься?       - Кто сказал, что мне есть до него дело? - ощетинился мужчина в ответ на подозрительный тон Мебиуса, не осознавая, что тем самым сам подставил себе подножку.       - Судя по всему, результатов твоя поездка не принесла, - прискорбно констатировал маг, оставалось только фоном похоронную мелодию включить. Воин лишь недовольно повел бровью и отвернулся.       - Просто не могу перестать злиться.       - На кого?       - Издеваешься? Кто, по-твоему, вечно выводит меня из себя?       - Да все вокруг, например.       - Я пошел, - раздраженно бросил воин и, поднявшись, направился к выходу.       - Ты изменился, - догнала его фраза у самых дверей. Главнокомандующий недовольно цокнул языком и вышел из кабинета.       Изменился, как же! Его ничто не в силах изменить, не то, чтобы какой-то там сопляк. Просто теперь он переосмыслил все, что было связано с божком, и посмотрел на сложившуюся ситуацию под другим углом. Необъяснимые гнев и раздражение не прошли, нет, но Гувалерен решил, что не должен больше так необдуманно махать кулаками, пока не выяснит причину этих ощущений. Если он хочет, чтобы тот побыстрее убрался восвояси, то и в самом деле необходимо всячески этому содействовать. К ангу нет доверия, воин видит, что тот преследует какие-то свои скрытые цели, так что он лично собирался взять дело в свои руки. Если понадобится, он даже, возможно, как-нибудь поспособствует мальчишке в его личных делах, но только в случае острой необходимости. Все же делать что-то для других он не привык, да и считал это проявлением великодушия, которым не обладал от слова совсем. Жалеть могут только слабаки или глупцы, прямо как сам божок, а эта его жертвенность, граничащая с безумием, больше всего раздражала воина. Он не понимал, почему тот лезет в чужие дела, так старается помочь окружающим, но не может при этом даже самого себя защитить. Он словно мотылек, летящий на огонь. Знает ведь, идиот, что сгорит, что навсегда исчезнет в жарком пламени, чьи останки ветром разнесутся по земле, но все равно продолжает упрямо идти вперед. И Гувалерен был таким же. Разница лишь в том, что воин был готов умереть за свои принципы, божок же – за других людей.       Так мужчина, к своему удивлению, оказался напротив знакомой двери, за которой он пытался лишить парня духа, надломить и сломать, чтобы потом любое движение смогло окончательно его уничтожить. Может, это вышло случайно, а может, и на подсознательном уровне ноги воина привели его именно к комнате Дениса. Но опять же, спросив себя «Зачем?», он не смог найти достойный ответ, все звучало как жалкое подобие оправдаться.       Без разрешения толкнув дверь, воин словно запнулся и уставился на распластавшееся по кровати по пояс голое тело. На левых ребрах до сих пор красовался значительных размеров кровоподтек, и Гувалерен подумал, что, должно быть, все же перестарался.       - Ты?! - округлил свои и без того большие глаза парень и, схватившись за край одеяла, быстрым движением руки создал вокруг себя подобие кокона, принимая сидячее положение. – Что ты здесь делаешь?       - Ну, я твой охранник как-никак.       - Насколько мне не изменяет память, мы договорились держаться друг от друга на расстоянии.       - Поразмыслив чутка, я пришел к выводу, что зашел слишком далеко, - Гувалерен беззаботно развел руки в стороны и прошелся вдоль комнаты. Взял стул и, поставив его у кровати, сел напротив юноши, сложив руки на груди.       - Это ты так приносишь извинения? - нахмурился Денис, пытаясь понять, к чему клонил мужчина.       - Я никогда не извиняюсь. Просто больше не хочу тебя убить.       - У меня слов нет... - тихо взвыл юноша и закатил глаза. - И что, мне теперь тебя поблагодарить стоит, что на одного претендента на мою голову стало меньше?       - Я лишь жажду, чтобы ты исчез.       - Ну хоть в чем-то мы согласны.       «Что, это тот необузданный тип, что тогда чуть не убил тебя? Передай ему спасибо, а то я бы и дальше не мог войти в тебя окончательно».       Парень проигнорировал двусмысленный комментарий, который должен звучать как шутка и повеселить его, и рискнул заставить себя поверить в услышанное, пристально смотря Гувалерену в глаза в попытках найти хоть какую-то эмоцию, которая смогла бы скомпрометировать слова воина. Однако тот оставался непреклонным. Просто застыл статуей, безразличием смыв с лица все маски. Когда молчание слишком затянулось, он иронично уточнил:       - Долго будем играть в гляделки? Я ведь могу подумать, что ты меня соблазняешь.       - А может, нам все же лучше быть порознь, а? – парень недовольно нахмурился, осознавая, что навряд ли из их разношерстного дуэта выйдет что-то путевое.       - А может, лучше дашь мне шанс?       Слышать такое от черствого мужчины, что не так давно чуть было не отправил юношу к праотцам, было безумно странно. Его слова казались настолько неуместными, насколько это вообще возможно, как если бы к нему подошла собака и предложила два миллиона.       Денис неуютно заерзал в своем коконе. Конечно, доверять такому человеку совсем не хотелось, но каждый заслуживает второй шанс, даже будучи самым отпетым ублюдком из клана ублюдков. Из задумчивости его вывел шорох прогнувшегося матраса – это главнокомандующий пересел на кровать.       - Что скажешь? – легкое касание пальцев к шее заставило юношу вздрогнуть, но Гувалерен позволил себе лишь поправить на нем сползшее с плеча одеяло.       - Слушай, если это твоя очередная…       - Я совершенно серьезен. Признаю, мы оба тогда переборщили.       - Оба? – Денис почти что задохнулся от возмущения. – Это когда слова стали стоять на одном уровне с ударами?       - Зависит от того, что говорить. То твое сравнение… Когда ты сказал, что я похож на тех людей – никогда больше так не делай.       Вместо ответа Денис лишь слабо кивнул, хоть язык чесался спросить, почему воин так люто ненавидит своих сводных братьев. Нет, оно и понятно, соперничество, разные матери, не сошлись характерами, но чтобы так заводиться из-за чего-то подобного… Слишком сильная ненависть, подразумевающая более серьезные причины.       И вновь в комнате воцарилось неловкое молчание. Денис не знал, что нужно еще сказать, а Гувалерен просто не хотел. Так они и сидели, смотря друг на друга и храня ту хрупкую тишину, что нечасто появлялась, когда эти два человека находились вместе. Но сказать что-то все же нужно было.       - Итак… какие у нас теперь с тобой отношения? – парень мысленно ударил себя по лбу, словно не мог придумать менее банальный вопрос. Увидев, как скуксилось его лицо, воин почти было улыбнулся, но вовремя сдержался.       - Неплохие?       - Ты понял, что я не это имею в виду.       - Между нами ничего не поменялось: я охраняю твой драгоценный зад, ты прилежно крутишься возле меня. Так уж и быть, на людях буду проявлять чуть больше почтения.       - Было бы неплохо проявлять его несколько чаще.       - Как скажете, мой бог, - губы воина расползлись в насмешливой ухмылке, и он даже неуклюже склонил голову.       - Вау, это что, новая издевка? Как неоригинально.       - А что, не нравится? – Гувалерен провел костяшками пальцев по одеялу – там, где под ним находилась рука парня. - Или оставить только «мой»?       - Да-да, очень смешно, - фыркнул Денис, отчего-то совсем не разозлившись. Хотя, может причина была именно в том, что после некоторых фразочек Мейзи нечто подобное звучало слишком невинно. - Я бы предпочел, чтобы ты просто был рядом, держась на расстоянии.       - Не могу, - мужчина переместил руку выше и медленно провел костяшками пальцев по бледной щеке. - А то вдруг опять перед кем-нибудь опростоволосишься.       Сложно было не догадаться, что о его позорном выступлении не прознает воин, что только и искал его слабые места да за что бы можно было парня подразнить. Закатив глаза, молодой человек небрежно смахнул в сторону чужую пятерню и накуксился, понимая, что не может придумать ни одной колкости в адрес нагло издевавшегося над ним мужчины.       - Что, язычок прикусил?       - Просто стараюсь не обидеть твою чуткую натуру.       - Ври больше, - Гувалерен бросил мимолетный взгляд в окно, подмечая, что уже наступил вечер.       Не спрашивая разрешения, он завалился на бок, откидываясь на подушки и закрывая глаза, на что Денис возмущенно заворчал:       - А ты ничего не перепутал?       - Считай, в комплекте идет постоянная охрана, а то вдруг в твою комнату поздно ночью решит заглянуть какая принцесса, м?       - Слушай, по поводу этого, - быстро защебетал парень, боясь, что воин не так поймет природу их отношений. – У меня с ней ничего нет, клянусь! Мы всего-то пару раз выпили чай вместе.       - Так, кажется, я понимаю, к чему ты ведешь, - воин неохотно поднялся на локте и пронзительно посмотрел на собеседника. – Мне все равно, что вы делаете с принцессой, у меня нет к Гелиноре абсолютно никаких чувств, так что если тебе захочется…       Воин резко осекся, так и не закончив предложение. Что он сейчас хотел сказать? И, главное, почему настроение так резко испортилось? Гувалерен нахмурился, смотря, как нелепо застыл на лице юноши вопрос. Эти круглые голубые глаза, выжидающая складочка между бровей, слегка вздернутый нос и пухлые губы. Нелегко было в этом признаваться, но так хотелось коснуться этого лица, гладить пальцами щеки и трогать влажные губы. Денис ждал продолжения, но мужчина молчал, и его взгляд, что из равнодушного стал неожиданно опасным, заставил напрячься. Нет, никому не позволит трогать это тело, даже принцессе, что, даже по мнению Гувалерена, была бы выгодной партией для божка.       - Все хорошо? – юноша обеспокоенно склонил голову. – Ты внезапно замолчал, и я подумал, что…       - Никому не доверяй здесь, ты меня понял?       - Что?..       - Правильно, не доверяй здесь никому. Каждый попытается тебя использовать, и в итоге просто вытрет об тебя ноги. И даже тот, кого ты считал сторонником, может вести свою игру, так что держи глаза открытыми и вовремя мне говори, если кто-то тебе угрожает или просто хочет сблизиться.       - Притормози, - Денис вытащил руку, жестом заставляя мужчину замолчать. – С чего ты вообще завел этот разговор ни с того ни с сего?       - Ты до тошноты добренький, оттого каждый может поманить тебя пальцем, и ты радостно вляпаешься в какое-то дерьмо.       - Эй, я не настолько безрассудный! Да, возможно, я не знаком с этими людьми так же хорошо, как ты, но не все они мрази последние, не стоит всех мешать в одну большую кучу. Ты закрылся ото всех, поэтому и воспринимаешь каждое слово в штыки, на подсознательном уровне ожидая от каждого человека удара под дых. Но повторюсь, не все хотят тебя ранить.       - Ты слишком наивен, - фыркнул Гувалерен, недовольно поворачиваясь к юноше спиной. - Ты даже не знаешь, какого это, вырасти в подобном месте. Даже если захочешь, не сможешь ни на кого положиться, и твоя бесконечная глупость рано или поздно тебя погубит!       - Знаешь, уж лучше я буду наслаждаться обществом каждого человека, чем ждать от них предательства. Никогда не знаешь, в какой момент друг может оказаться врагом, но без поддержки хотя бы одного человека мне здесь не выжить. Это естественно, что я хочу полагаться на кого-то, чтобы мне было легче в незнакомом месте, где я остался совершенно один.       - Тогда вверяйся в мои руки. Ты мне не особо нравишься, и не сказал бы, что твое общество мне приятно, но я буду предельно откровенным. Да, порой я грублю, - воин непринужденно пожал плечами, на что Денис состроил такую рожу, полную недоверия, что тут любой бы пристыдился. – Ну ладно, я груб, но говорить стану все прямо в лицо. Если ты готов рискнуть меня вытерпеть – тогда валяй. Я стану твоим щитом до тех пор, пока ты здесь находишься. Не могу обещать быть сдержанным, но постараюсь обуздать свою ярость. Попробую вытерпеть тебя.       - Ну ничего себе, какие жертвы! Что ж, это действительно похвально. Я даже не сомневаюсь, что твоя прямолинейность не знает границ, поэтому я тебе верю, но этого, к сожалению, недостаточно. Любые отношения строятся на доверии двух человек, не одного. И в этом проблема, потому что ты не питаешь ко мне доверия, и я, в свою очередь, не могу доверять тебе.       - Подожди, - воин заскрипел зубами. – Тебе нужна защита, и вот он я, жертвенно предлагаю себя как какую-то шлюху, а ты мне говоришь нет. Может, это я чего-то не понимаю?       - Но это не то, что мне нужно, - Денис почувствовал, что еще немного, и они опять могут поссориться. – Я знаю, что у тебя никогда не получится посмотреть в мою сторону безо всяких подозрений, и твои опасения логичны. Но мне тяжело быть постоянно с кем-то в натянутых отношениях, я не вижу смысла мучить друг друга. Если хочешь, чтобы я убрался отсюда – тогда просто защищай, и поверь, я буду признателен. Но мне нужно нечто большее, чем охранник. Мне нужен друг – тот, на кого я смогу опереться, когда будет грустно и сложно. Прости, но ты не выглядишь таким человеком, и я не смогу заставить тебя им стать, да и не хочу.       «Не понимаю, почему ты ведешь себя, как идиот?!» - голос Мейзи, о котором парень благополучно уже успел позабыть, раздался так неожиданно, что Денис почти было вскрикнул от удивления. – «Просто используй его! Он тебе никто, так за что ты переживаешь? Если хочешь достичь целей, будь эгоистичнее! Стань кукловодом с игрушками в руках и добейся желаемого любой ценой. Ты сам вправе выбирать свою дорогу, вот и расчищай ее, чтобы легче было идти. Люди для того и созданы, чтобы подчиняться друг другу, играть определенную роль в жизни других людей. Просто сделай его основной фигурой своей игры…»       Внезапное наставление, что оказалось совсем не к месту, вывело юношу из себя до такой степени, что он каким-то бессознательным ощущением уловил что-то похожее на канал, от которого кто-то забыл отсоединиться, и заставил тот выключиться – на деле же он просто приказал ангу, мешавшему его важному диалогу, заткнуться.       - Так.       После бесконечно долгой паузы Гувалерен сел перед Денисом в позу лотоса, накрыв его коленки, торчащие из-под одеяла, своими. Наклонился вперед, уперев локти в бедра, что облегающая рубашка на мускулистой груди обнажила четкую линию ключиц и накаченные грудные мышцы, которые хорошо просматривались из-за узкого жилета, не способного их скрыть. Невольно засмотревшись, парень поспешил поднять взгляд выше.       - Что бы ни происходило сейчас в твоей башке, и что бы ты обо мне ни думал, я все равно буду рядом, хочешь ты этого или нет. Мне без разницы, как ты решишь вести себя в моем обществе, но мое отношение к тебе в любом случае не изменится вне зависимости от твоего поведения. Я хочу сказать, что я не тот человек, что сможет тебя утешить или поддержать, но я просто буду рядом. Защищу и спрячу, если потребуется, и с превеликим удовольствием избавлюсь от любого, на кого укажешь пальцем.       - Так забавно, - прыснул Денис в кулак. Гувалерен недовольно поднял бровь.       - Что именно?       - То, что ты говоришь сейчас. Тебе плевать на меня, но все равно предлагаешь свою помощь. Ты лучше будешь терпеть мое общество, чтобы поскорее отослать отсюда, чем ждать, пока я сам однажды не исчезну.       - Это не так, - воин устало выдохнул, но не стал давать никаких последующих комментариев, ни что безразличие и те противоречивые чувства, что в нем вызывает парень – это совершенно разные вещи, ни что он готов стать его опорой, просто не такой идеальной, которая ему нужна, а Денис не был уверен, что хотел вновь услышать то, что в очередной раз может сделать ему больно. – Эй, я ведь Гувалерен. Разве не знаешь? Ненормальный и безжалостный главнокомандующий. Со мной тебе будет все ни по чем.       - Верно, ты прав. Наверное, поэтому ты мне все же нужен.       Слова продолжительным эхом отозвались в ушах воина, густейшим медом медленно разливаясь по телу и проникая в каждую клеточку. Впервые кто-то сказал, что он был кому-то нужен. Всю свою жизнь Гувалерена пытались уничтожить либо сломать, его старались использовать, как только можно и нельзя, и манипулировать им. Никто его не ценил, он был для всех чужим – изгоем, который ради спокойной жизни выбрал путь войн и убийств вместо роскошных стен дворца, где мужчина до конца своих дней жил бы в комфорте и относительной безопасности. И он стал тем, кем считали его окружающие. Злым. Одиноким. Опасным. Мир видел в нем убийцу – и он стал убийцей. Люди хотели его извести – он стал бесстрашной машиной без чувств и лишних эмоций, которые лишь отягощают существование, заставляя терзаться моральными принципами. Его предавали – и он перестал верить окружающим, и даже самому себе уже не верил. Но тут появился этот странный малец с золотыми волосами и голубыми глазами и перевернул его мир вверх-тормашками, заставив испытать столько, сколько он за всю жизнь не испытывал. Божок первый, кто ступил в ЕГО таинственный сад, в ЕГО укромный уголок, первый, кого Гувалерен по какой-то причине НЕ ЗАХОТЕЛ убивать, и, наконец, он первый, кто смотрит на него чистыми глазами, без всякой фальши – так кричало подсознание, сколько бы воин не отодвигал его на задний план, и как бы часто не кидал юноше в лицо обвинения во лжи и притворстве. А еще этот божок первый, кто в нем нуждался. Впервые в жизни он был кому-то нужен.       - Эй, Гила... Гули... Дилги... Вот же, не имя, а ужас какой-то! - ворчливо заметил Денис, тем самым выводя воина из задумчивости. - Ты только не злись!       - Гувалерен.       - Рен, значит.       - ГУ-ВА-ЛЕ-РЕН. Я не такой добрый, как Мебиус, и не позволю тебе сократить мое имя.       - Рен.       - Я уже жалею, что не могу тебе врезать, - грузно вздохнул мужчина и почесал бровь. Думал, будет хуже.       - Эй, Рен…       - М-м?       - Спасибо тебе, - губы парня тронула легкая улыбка. – Я действительно благодарен, что ты на моей стороне, какими бы ни были обстоятельства.       - Рано благодарить. Уверен, мы еще оба несколько раз пожалеем об этом.       Главнокомандующий откинулся назад и уперся на руки. Теперь между ними стало больше расстояния, но так он мог видеть юношу целиком, как и тот его. Очень странный день. Оба молчали, но каждый чувствовал, что всего лишь за один разговор что-то кардинально изменилось в их отношениях. Нет, лучше они определенно не стали, но чувствовалась какая-то свобода, негласно застрявшая в воздухе, словно сломался барьер – всего лишь один из множества, но первый шаг уже сделан.       - Мне нужно уехать по делам, - как бы ни приятно было просто молчать, теперь Гувалерен чувствовал, что придется время от времени сообщать божку о своих передвижениях.       - Вот как? И надолго? – внутри что-то неприятно закопошилось, закружилось осиным роем, и хоть Денис постарался скрыть легкое недовольство, плотно сжатые губы выдали его с потрохами. Сам увидел, что воин заметил его разочарование, но ничего не мог поделать с чувством, словно его опять собираются оставить одного.       - Не бросаю.       - Но как же...       - Ты поедешь со мной.       - Правда?       - Нет, я так шучу, - начал раздражаться воин, которого больше всего бесили глупые вопросы, ответы на которые и так ясны как божий день.       - Рен, ну не злись!       - Знаешь, так ты выводишь меня из себя еще больше.       - Мне «мой бог» тоже не нравится, и что с того? - с вызовом бросил парень, отчего-то отчетливо зная, что в этот раз его не ударят. Возможно, то было предчувствие – интуиция, а может и энергия, исходящая от воина, которую теперь мог чувствовать Денис, стоило немного постараться. Она была все так же резка и холодна, как и в первый раз, когда юноша смог распознать в воздухе колебания, сконцентрированные вокруг мужчины, с разницей лишь в том, что сейчас он не улавливал даже толику враждебности.

***

      - Куда вы едете?! - гневно переспросил анг, встав поперек двери, словно это могло остановить самого сильного воина королевства.       - Дорога туда займет лишь пару дней, - бросил Гувалерен, пихая вещи юноши в подобие рюкзака, пока тот сидел на кровати и наблюдал за противостоянием двух упрямых фурий.       - Проблема не во времени, а в том, что ты собираешься взять с собой Дениса!       - А это-то тут при чем? - возмутился парень, впервые за последние минут десять ругани подавший голос. Он предпочитал придерживаться нейтралитета, пока воин и анг поливали друг друга отборным ядом, но стоило речи зайти о том, что его могут посчитать обузой, как гордость взыграла новыми красками.       - Да при том, что с тобой может случиться все, что угодно! Воры, дикие звери, несчастный случай... Нет! Ты никуда не пойдешь!       - Меби, ты не сможешь мне запретить!       - Я о твоей же безопасности волнуюсь! Во дворце, у меня перед носом, тебе ничто не угрожает, подумай сам.       - Вообще-то, умереть можно и упав с лестницы.       - Денис, это не шутки! – маг схватил парня за плечо и настойчиво встряхнул. Денис бросил спасительный взгляд на Гувалерена, но тот сделал вид, что не заметил. Подонок. – Я сейчас говорю о серьезных вещах! Я все сказал, тебе лучше остаться тут.       - Мальчишка поедет со мной, - отрезал воин, крепко перевязав мешок веревкой. - Он теперь под моим присмотром.       - Что-то раньше ты не отличался заботливостью.       - Теперь все несколько иначе, - Гувалерен перекинул через плечо огромную поклажу и кивком головы приказал Денису подниматься. Парень радостно соскочил с матраса и в нетерпении подлетел к охраннику, мечтая только о том, как, наконец, покинет этот приевшийся дворец, ставший буквально его темницей.       - Гувалерен, ты же берешь его с собой не для того, чтобы незаметно...       - Чушь не пори, я такими методами не пользуюсь, - перебил мужчина, не собираясь выслушивать подобные необоснованные подозрения. - Если хочу кого-то убить – не церемонюсь. Надевай.       В Дениса прилетел черный плащ с огромным капюшоном, что тот еле успел его поймать, грозно сверкнув глазами в сторону воина. Однажды и он сможет вот так беззаботно что-нибудь в него кинуть, не боясь, что за это он обязательно в ответ получит отборный пиздюль. Грустно натягивая скучный плащ – да и одели его во все темное и неброское, чтобы не привлекать внимание, – юноша краем глаза продолжал наблюдать, как отчаянно метался Главенствующий анг по комнатушке.       - Как же я переживаю! - причитал все маг, пока юноша облачался в балахон. - Ой что будет, если во дворце об этом прознают! Меня же и сделают виноватым!       - Скажи, что ничего об этом не знал.       - Никогда бы не подумал, что услышу от тебя подобное, - Денису показалось, что он никогда еще не слышал настолько осуждающего голоса Меби. – Человек, ненавидящий ложь, предлагает мне соврать.       - Частично, это правда, я же тебе не сказал. А отговорить даже не пытайся – все равно не получится, - воин сильным движением руки вытеснил Мебиуса из дверного проема.       - Денис, может, передумаешь? - анг с надеждой заглянул под капюшон, падающий на глаза.       Парень, даже не думая, отрицательно помотал головой. Когда еще ему выпадет шанс выбраться из этих стен? Теперь он немного начинал понимать Гувалерена, за что тот на дух не переносит это место. Юноша бы тоже с ума сошел, вечно проводя время в замке. Ты словно заперт в своем родном доме, в котором все кажется чужим и запретным. И быть королем... Значит самолично подписать себе этот приговор. Монархи охраняют не страну, они охраняют свой трон, постоянно восседая на нем и не покидая пределы дворца, чтобы в их отсутствие никто не смог на него посягнуть. Слишком сложно для Дениса было понять, за что родные братья готовы друг друга переубивать ради какой-то дурацкой короны, которая только больше геморроя добавляет, ведь носить ее означает гораздо больше, чем просто нести ответственность за всю страну. И воину нескончаемо повезло, ведь несмотря на все те испытания, которые ему пришлось преодолеть, несмотря на все битвы, в которых участвовал, он может хотя бы покидать эти стены. Может просто быть собой.       Немного полетав в своих мыслях, Денис не обратил внимание, как вышел на улицу вслед за Гувалереном. Вернулся в мир бренный, только когда в нос ударил незнакомый резкий запах, а лоб наткнулся на какое-то препятствие. Трусливо подняв глаза, в нескольких сантиметрах от себя он увидел монстра и от испуга, отступая назад, запнулся о собственные ноги и плюхнулся на задницу. Раздался глумливый смешок Гувалерена и взволнованный треп Мебиуса. Воин подошел ближе и протянул бедолаге руку:       - Добро пожаловать в наш мир, мой пугливый бог.