Добро пожаловать в наш цирк уродов.

      Я стоял рядом с клоуном и почти не дышал. Я затаил дыхание и закрыл глаза, не желая смотреть ни на клоуна, ни на зрителей. Бурлящие звуки со стороны кресел привели меня к мысли, что возможно, там уже и не сидят люди вовсе. Такие звуки не могут издавать люди. Только подобие.       - Мэйсон, скажите, вы любите игры?       Наконец сказал клоун и, судя по всему, подошёл ближе. Я вздрогнул, начал дышать быстрее и поджал губы. Моя грудь безостановочно поднималась и опускалась, а тело парализовало. Мне казалось, что я стал весить грамм, а арена под ногами превратилась в батут. В какой-то момент я начал падать назад, но вовремя опомнился.       - Нет.       Одно слово далось мне с огромным трудом. Я выдохнул и решил, что пора открыть глаза. Этот клоун мог сделать, что угодно. Но страх был сильнее. Я боюсь. Боюсь снова встретиться с ним взглядом. Боюсь посмотреть на то, что меня окружает.       - Неужели? Джейкоб очень сильно любил играть со мной.       Мой отец? Я снова задержал дыхание. Это существо знало моего отца, они играли с ним. Отец знал про него. Тогда неужели он не понял, что я видел в тот день? Неужели не узнал, про кого я говорю?       "Мэйсон, сынок, если ты увидишь его в следующий раз - не смотри." - только сейчас, прокрутив эти слова отца, я вспомнил то, как он был взволнован. Я вспомнил то, как он был напуган и старался скрыть свой страх. Я понял, какую ошибку допустил. Я смотрел на него. Смотрел прямо в том переулке. Предостережение отца не смогло спасти меня. Может если бы я вспомнил это тогда, то меня бы не было здесь?       - В любом случае, любите вы это или нет, нам предстоит поиграть в любимую игру всех детей. Скажите, Мэйсон, как давно вы играли в прятки?       Прятки. Мой отец всегда играл в эту игру. Мой мозг тщетно пытался вспомнить все моменты с ним, стараясь найти хоть какую нибудь зацепку. Что нибудь, что могло бы помочь мне. Но разум отказывался сосредотачиваться на воспоминаниях, всё его внимание было приковано к шорохам. К шорохам со стороны зрителей.       - В детстве.       Голос предательски дрожал. Услышав приближение к себе я невольно зажмурился.       - Тогда вам придется снова окунуться в это чудесное время! Суть нашей игры очень проста: вы прячетесь, а зрители будут вас искать!       Зрители заметно оживились после сказанного. Множество голосов слились воедино и превратились в гул. Кто то довольно посвистывал, а кто то бурчал что то невнятное.       - Что будет, если меня найдут?       Вопрос сам вырвался наружу. Мне не хотелось знать ответ на этот вопрос.       - В любом случае, ни одна игра не может длиться вечно! Мы остановим игру по истечению получаса и если зрителям удастся вас найти, то вы станете работать в нашем цирке уродов!       Полчаса. Самые ужасные полчаса в моей жизни, во время которых я буду вынужден прятаться от кого то или от чего то, убегать от неизвестности и не знать, что меня будет ждать здесь. Я знаю, что он знает, что я умею жонглировать. Он знал, что мой отец учил меня этому всё детство. Я знаю, что он знает обо мне слишком много.       - Я предполагаю, что все уже взволнованы предстоящим весельем. Предлагаю начать! Мэйсон, у вас есть ровно 10 минут, что бы спрятаться. Отсчёт уже начался.       Он засмеялся. Так заливисто, радостно. А в моей голове происходит полный шторм. У меня поднялось давление, адреналин в крови давил на мою голову и я чувствовал своё сердцебиение во всём теле.       Мои глаза были по прежнему закрыты. Я был вынужден открыть глаза и посмотреть на то, какие твари меня окружают. Почему то я был глубоко убеждён, что вокруг меня не люди. Я был прав.       Только открыв глаза, я увидел их. Они стояли прямо передо мной. Некоторые из них были похожи на людей, но с ужасными аномалиями тела, а другие и вовсе, не были похожи.       Кто они? Монстры? Мутанты? Или просто что то необъяснимое?       Напротив меня стояло четверо. Четверо нечто. Они были ужасно толстые, их складки было невозможно пересчитать, а пот и жир, скопившийсся на них, блестел и отражал в себе жёлтый мутный свет. У них не было ног. Только сплошное жирное тело с редкими усиками и одиноко торчащими волосками, и такая же жирная голова. Руки напоминали длинные лапы кузнечика, которые медленно покачивались из стороны в сторону.       Человек, который стоял ко мне ближе остальных имел три ноги. Третья была пришита прямо посередине между двумя другими. Почему то я был уверен, что ему прилили эту ногу, пренадлежающую неизвестно кому. Может он тоже плохо играл в прятки?       Вдоль стены стояли люди. На первый взгляд обычные, но они стояли на четвереньках, сильно оттопырив заднюю часть тела и смотрели на меня исподлобья. Все. Их было шестеро, не меньше.       Ещё дальше стояли дети. На вид лет 6-7. Это дети с толстыми пластами кожи по всему телу и глубокими, сочащиеся кровью трещинами. Они сидели ровно, словно по стойке смирно.       Прямо у их ног лежали ещё люди. Без конечностей. Только тело и голова. Они что то жалобно скулили, как собаки и трясли головой. Мне показалось, что они бьются в припадках.       Ещё дальше стояли люди с циклопией, всего одним глазом. Ещё дальше стояли люди с полностью белым телом и лицом, с широко открытыми глазами и лопнувшими капиллярами в них.       И так можно было перечислять бесконечно. Их было много, и все они хотели, что бы я был частью их цирка. Всё хотели, что бы я был жонглером.       Однако один мужчина привлёк моё внимание больше остальных уродов. Его лицо было изуродовано, его обрамляли бесконечные ожоги, царапины и шрамы. Он смотрел с грустью и ноющей тоской. С трудом я мог разглядеть то, как его брови выгнулись вниз, а губы еле заметно поджались.       Больше мне не было времени думать. Я рванул, что есть силы, а самого покачивает, словно я пьян. Я трясусь, но бегу за кулисы, слушая то, как этот урод отсчитывает эти чёртовы 10 минут.       Только дернув откинув шторы, которые сразу закрылись сзади меня, передо мной открылся вид на небольшую, больше напоминающую уборную или очень плохую гримерку комнату. Конечно, здесь ничего не могло быть, как в обычном, весёлом цирке. Все здесь было безумно грязно, все вокруг было залито кровью. Нет, не было кровавых следов от рук на стенах, всё просто было ею залито. Запекшаяся кровь на полу прилипала к подошве моих кроссовок и ужасно воняла.       Я начал сходить с ума. Я даже никак не отреагировал на оторванную руку, валявшуюся где то в углу комнаты. Мутное зеркало напротив меня было направлено прямо на моё лицо. Я последний раз посмотрел на себя. Неизвестно, смогу ли я сделать это снова.       Тем временем клоун насчитал 2 минуты. Я должен скорее найти хоть что то, где я могу спрятаться. В панике я начал безрассудно бегать и хвататься за голову. Страх сменился отчаянием. Теперь понятно, почему клоун выбрал именно эту игру. Здесь просто не было ничего. Ни единого места на то, чтобы спрятаться. Ни единого шанса на выигрыш. Ему нужен я. В качестве уродливого жонглера.       Случайно споткнувшись я упал. Я схватился за какую то синюю шторку, которая в тот же миг упала на пол вместе со мной и накрыла меня.       Клоун насчитал 5 минут.       Чёрт, прошла ровно половина времени, а я лежу, накрытый шторкой. Последняя надежда иссякла и я просто лежал и покорно ждал, когда клоун насчитает 10 минут, но мой пессимистичный настрой нарушили глухие удары прямо рядом со мной.       Только подняв взгляд я увидел, что синяя шторка, которую я случайно умудрился сорвать, прятала за собой дверь. Дверь была круглой, словно нора или пещера. Ручка напоминала корабельный штурвал, только прокутив её она открылась, издав при этом тяжёлый звук. Главное, чтобы клоун не услышал. А он, кажется и не догадывался о моей чудной находке.       Клоун насчитал 8 минут.       Две минуты. Две минуты, чтобы залесть в эту "потайную дверь", и возможно, сбежать. Я обрадовался, но в какой то момент опешил. Какая гарантия того, что клоун не услышал меня? В какой-то момент меня посетили сомнения. Есть вероятность, что эта дверь - ловушка специально для меня. Что всё это было продумано с самого начала клоуном.       Клоун насчитал уже 9 минут.       Плевать. Абсолютно плевать. Передо мной единственный шанс выжить. Сама удача посетила меня и заставила эту чёртову штору упасть. Я полез туда, закрыв дверь изнутри.       Я полз на четвереньках, прямо в пустоту. Прямо в неизвестность. . Возможно, прямо навстречу смерти.