Надейся, сирота

– Чарли! Чарли Колтс! Иди сюда, ко мне, и я клянусь, что не буду тебя убивать… сразу! – Софи, которую я единственную мог назвать подругой в приюте, искала меня везде, когда я, спрятавшись под её кроватью, думал над тем, что натворил. Ну, сжёг я ей бровь случайно… и именно что сжёг! Сжёг! Огнём! Я чёртов волшебник, сжёг огнём бровь моей подруги! Ма-ги-я! У меня есть магия! Значит, я не переродился, а попал… куда-то. И попал знатно! А если и так, то это конец! Овечка… так, не думай об овечках. Волшебная палочка раз! Волшебная палочка – два… Да, я паникую. Да, мне страшно. А самое страшное в том, что Софи не удивилась тому, что у меня есть магия! Ма-ги-я… и я чёртов волшебник. А хотя стоп… почему я думаю, что я являюсь волшебником или кем-нибудь ещё? Ну… колдуном. Ладно. Мысли в отдельную кучу, соберись, тряпка! Намотаем свою никудышную храбрость на кулак и выползаем. А-пха! Чхи! Пыль, чтоб её! А-а… теперь вся одежда в пыли. Мисс Братенсон меня точно отругает… но ладно. И не такое переживали. Выполз я, отряхнулся в углу, а потом меня осенило. Раз я волшебник, владею магией… то почему бы и не попробовать пыль убрать? Настроился я, посмотрел на комочки, и пожелал, чтобы они пропали. А комочки пыли посмотрели на меня. Нет, вру. Не смотрели. Напряг мозги, надулся, и сильнее начал желать: «Пыль умри, пыль сотрись, магией-ка обернись!» Да, я поэт. Плохой поэт. Ужасный. Но всё же поэт. Нет, ничего не пропало, ничто не стёрлось, никто не обернулся. Ничего не вышло, абсолютно ничего. А на меня… накатилась усталость. Самая настоящая. Захотелось уснуть и спать-спать-спать… и я лёг на пол. Захотел побыть тучкой, как… кто-то из щиноби. А кто такие «щиноби»? Не знаю. Но знаю. Мда, парадокс слов… – Чарли! Чарли, я тебя уже обыскалась! – о, Софи меня нашла. – Я хочу спать… – сонно пробормотал я, а потом добавил. – И прошу, не убивай меня… А дальше сознание померкло. Я заснул, так и лёжа на полу. К счастью, подруга меня не будила. Я приоткрыл глаза и потянулся, но тут же ойкнул, когда рука ударилась об деревянную тумбочку. Не болезненно, но всё же остался ощутимый след. – Проснулся? – раздался вкрадчивый голос, напоминающий голос Мии, соседки по комнате Софи, и я кивнул, растерянно зажмурившись от узоров, которые появились перед глазами. Подождал пару секунд, когда всё закончится, и встал на ноги. – А теперь вали, Зоня! – Кто-кто? – спросил я, удивлённо посмотрев на девочку. Я услышал звук, схожий с «я», но его нет в английском языке. Правда, или я ошибаюсь? А что это за схожий звук с «я»? Эх, это как-то связано с заблокированной памятью из прошлой жизни? Вряд ли узнаю ответ на этот вопрос. – Ой, да некоторые девочки и Софи придумали тебе прозвище. Конечно, последний звук я слышала впервые, выдумщицы те же ещё, но в целом, если язык поставить на определённое место, то есть возможность его проговорить после «эн». – ехидно проговорила Мия, смотря на меня своими ярко-зелёными глазами. Я вздохнул. – Понятно. – Что? – Я понял. – поправился я, а до однолетки дошло. – Пфф, я тебя не так поняла. Извини. – Не надо извиняться! – скрыв ужас, быстро промолвил, а затем, сделав паузу, сказал. – Пока, Ми! – А? Пока? – не поняла Мия, но я уже закрыл дверь и быстренько свалил. Так, на всякий случай. А теперь уже пора, идя в свою комнату, думать над тем, как я оказался волшебником. И надо как-то спросить Софи, почему она не была удивлена и только рассердилась. И надо как-то изложить так, чтобы никто ничего не заподозрил. А вдруг моя подруга тоже волшебница? Ох, как это звучит бредово, но… я очень надеюсь на это. Однако шанс тако-ой, маленький, что даже глупо надеяться. – Чарли Колтс! – остановившись, я мысленно застонал. Мисс Харлей. Нет, она добрая и хорошая воспитательница, и прочее, и почти все её любят, но всё же меня очень сильно настораживает её взгляд, который всё время не предвещает ничего плохого. Да поведение… странное. Немолодая женщина быстрым шагом подошла ко мне и сжала моё плечо. – Как ты? – прошептала она, внимательно всмотревшись в моё лицо. Я нахмурился. – А как вы? – ответил вопросом на вопрос. Мисс, пожалуйста, отпустите меня, мне надо к подруге! – Я в порядке. – Я тоже. – прикусила губу воспитательница. В её глазах была паника. А если паникует один человек, то начинает паниковать и второй. В моём случае так точно. Ой-ой, а если кто-то заметил мой огонь, пусть и очень маленький? Мне же конец будет… сообщат Короне, во всяком случае. Или предпримут меры… мне же конец будет. Да, повторяюсь. – Мисс Харлей! У Изабеллы истерика! – о, Изабелла, ты спасла меня от… всякого и моих панических мыслей, из-за чего приношу тебе безграничную благодарность. Так, а кто это сказал? – Софи? – удивлённо переспросил я у девочки, а та кивнула. Женщина, в последний раз странно взглянув на меня, поспешила к малышке, и мы остались вдвоём. – Нам надо поговорить, но не здесь.