Аметистовое пламя

Волна неописуемого удовольствия прокатывается по организму. Острые зубы вгрызаются в плоть в тот самый момент, когда зажигаются звёзды перед глазами. Жизненные соки выплёскиваются, смешиваясь. Проходит несколько секунд и остаётся лишь пустота. «Однажды ты ответишь за всё.» «Я твоё отражение как ни как… » — отвечает Джон, морщится от угрожающего голоса и лёгкого дискомфорта. Обычно всё по-другому. Он направляет неестественный взгляд на брата, в коем читается осуждение. Близнец подхватывает обессиленного юношу, изучая следы своего преступления. Радужки глаз Шейлы принимают белый оттенок, будто она телепатически с кем-то связалась. Девушка всполошилась и о чём-то оповестила Джона. Парочка засуетилась, приводя себя в порядок. Если до этого, Крис ещё думал, что родному брату можно дать ещё шанс и спасти, то теперь он убедился, что это невозможно. Это монстр, которого Адам обучал искоренять. « — Человекоподобная оболочка, в которой нет души, — голос Адама Уайта чётко звучал в голове. — Проявление первородного дьявольского начала. То самое зло, питающееся кровью, пытающееся восполнить недостаток жизненной энергии. Оно никогда этого не сделает, ибо уже мертво. Не поддавайся их манипуляции. Чувства, эмоции, поведение и осмысленные речи — симуляция. Остатки былой личности, которая умерла сразу, в момент заражения другим мертвецом. Это скитающиеся обреченные на призрачное существование. И то единственное упокоение, которое мы можем им подарить — смерть.» Джонатан кроваво улыбнулся, вызывая ещё большее отвращение и ненависть. Почистив нижнюю часть лица платком, он натянул обыденную маску очарования. «Приятно было поболтать. Ещё увидимся, братик». Крис промолчал, но его эмоция предвещала, что следующая встреча будет последней. Вампиры исчезли, оставив за собой лишь чёрный туман, будто их тут и не бывало. Только скатившаяся с запачканного алыми пятнами и другими телесными жидкостям дивана жертва указывала на то, что тут произошло. Охотник многое повидал за свою жизнь и выработал иммунитет к устрашающим и тошнотворным картинам. Первая из них предстала перед ним, когда Адам вернул Криса в торжественный зал школы, переполненного трупами его одноклассников и преподавателей, где лишь пару часов назад проходило празднование выпускного: стены, пол, фотозона с цветами и даже хрустальная люстра были в кусках человеческой плоти. Те, кого он знал, были жестоко растерзаны неуправляемым гневом. Тогда судьба Блэка была поделена на «до» и «после» и расследовать подобные случаи вошло в норму его будней. Именно этот момент стал поворотным. Исходной точкой в борьбе не только с вампирами, но и со своим отражением. Остыв от недавного соития, дрожащий окровавленный юноша, еле держась, подполз к Крису, в поисках тепла. Расположившись у ног мужчины, он схватился за ткань брюк. Алекс ластился, подобно кошке. А в блестящих от влаги зелёных глазах читалась глубокое отчаяние и вина. — Джон, п-прости меня, — подобно шкодливому ребёнку, он искал одобрения от взрослого. Всё прожигало внутри. От невозможности коснуться стало гадко и вырвалось злосчастное: — Я не Джон. Алекс слабо кивает и ложит голову ему на колени. — Это уже не важно. Алекс не по своей воле был втянут в семейную ссору. Крис сжимает руки в кулак. Последующая за этим тишина ему кажется слишком громкой. Он не может подобрать правильные слова. Вся его обыденная находчивость теряется. Все маски сползают и остаётся лишь горькая правда. — Это всё по моей вине. Миллер не отвечает. Когда безмолвие кажется невыносимым, мужчина подмечает, что парень потерял сознание. В помещение врезается шум стекла. Одно из зеркал рассыпалось от ударившейся о его поверхность незнакомки. Вампирша растворяется, появившись в другом конце комнаты, где отворяется дверь. Она разъярённо нападает на вошедшую фигуру, но её снова отбрасывает в сторону. Та учётом пытается подняться, пока ею управляют на расстоянии, не позволяя пошевелиться. На свет выходит Макс с покрасневшими радужками глаз. Он уверенно направляется к ней, опаляя прохладой спокойствия. Только взгляд и правая вытянутая вперед ладонь выдают напряжение. Крис давно не видел, чтобы он проявлял величие своей силы. Женщина противится ей, но с каждым его шагом, она поднимается медленнее, пока не застывает полностью. — Сзади, — сигнализирует Блэк, когда замечает ещё одну пособницу Джона. Закованный охотник провоцирует хладнокровие Князева. Тот не позволяет себе отвлечься на нависшую угрозу. Вместо этого, он прилагает больше усилий и в конец девушка бездыханно оседает на пол. Следом за второй нападавшей, что была слишком близко к Максу, влетает Билл. Не теряя времени, он ликвидирует её с помощью клинка. — Всё ещё не умер? — вампир удостоверяется, в порядке ли друг. Вымученная улыбка Криса заставляет мужчину подорваться к нему. — Не дождёшься. Билл, присвистывая, бросает Максу отмычку. Тот ловит и начинает пурхаться над механизмом. Крис наконец чувствуете себя расслабленно. — А это что за подросток? — Братик мой решил поиграть в Бога и … Сам знаешь. — То есть… Это обращённый? Крис кивнул: — Я обязан ему помочь.

***

Алекс выпал в реальность с тошнотой. Обнаружив себя в сидячем положении, он ладонью нащупал затемнённые стекло, за которым сменялись городские пейзажи. От увиденного заштормило ещё больше. — Пацан плохо выглядит. Притормози. Как только автомобиль остановился, Алекс выпрыгнул на улицу и приземлился на снежную поверхность, отхаркивая кровь. Его скрутило в страшном кашле. Кто-то говорил над ухом и касался его. «Помощника» Алекс рефлекторно оттолкнул, подорвавшись восвояси. Но поскользнулся. Он больно приземлился на колени и ладони, которые немногим позже стали жечь от удара и холода. Кашель подутих и он тревожно посморел на алые капли и стекающую кровавую слюну. Прочистив горло и омыв лицо снегом, он предпринял попытку подняться, но тут его подхватили и довели обратно к машине. Пелена с глаз не спадала и Алекс с трудом узнал в одном из мужчин Макса. — Порядок? Алекс нехотя кивнул. Тот протянул ему платок. — Спасибо, — прозвучало слабо и хрипло. — Мы хотели тебя отвезти к хорошему доктору, но… — договорить он не смог, в связи с очередным ухудшением состояния Алекса. Ему протянули воды и посадили обратро. Везли его в неизвестном направлении. Почти всю дорогу его терзало саднящее горло. Как его привели в пентхаус, он не помнил. Миллер начал здраво мыслить только тогда, когда обнаружил себя в покое на мягком диване, где с ужасом осознал, что Блэк крутился всё это время рядом. Это он одел его, когда Алекс был без сознания и привёз в безопасное место. Он с ужасом заметил, что белая футболка порвана, джинсы потёрты. «Это были новые шмотки!» Вскоре Крис завёл его в ванную комнату, включил свет и протянул ему вещи. В этот момент Миллер явно осознал, что остался наедине с охотником. Без посторонних. Без Макса, который располагал к себе. Он попятился назад, пока не столкнулся с душевой кабиной. — Это… ну, во что можно переодеться. Чистое. И полотенце. Я это оставлю, — он положил одежду на тумбу. — В общем, вся душевая в твоём распоряжении. Вся бытовая продукция тоже. Можешь пользоваться, я всё равно тут редко бываю. Кстати, тут есть гель для душа со вкусом апельсина! Советую. — Алекс так и не шелохнулся, напоминая загнанного в угол зверя, он только удивлённо хлопал ресницами. — Оставляю тебя. Если что, зови. Если снова будет кашель, тут есть вода в бутылке. Крис вышел. Как только дверь захлопнулась, Алекс повернул защёлку. Засмотревшись в одну точку, он некоторое время так и простоял. Наконец раздевшись, он «полюбовался» собой. В отражении у него на шее красовались две точки. Дотронувшись до них, он сразу одёрнул палец. Зайдя в кабинку, он повернул вентиль. Настроив напор, он врубил согревающую воду. Прислонившись к холодному кафелю, он опустился на пол, подобрав к себе ушибленные колени, что неприятно ныли. Воспоминания хлынули разом: высокие зеркала, экзотическая растительность за стёклами и ползающие по ней гады; мерцающие в темноте бабочки; любвеобильная вампирша и Джон, проникающий на столько глубоко, отчего у него сейчас адски жгло нежные места. В отражениях зеркальных поверхностей он обрывисто наблюдал за соприкосновением его частей тел с чужими. С теми, что подчиняли его разум, тискали и разрывали плоть и самое поганое в этом было то, что он получал удовольствие. Парень приложил ладонь к шее. Та зудела. Рану жгло. Им пользовались, как вещью, а он смотрел на безразличие Криса. Алекс всхлипнул. Горестная жидкость поползла из глаз. «Он мне никто.» — Слова охотника прошлись ножом по душе. Вскоре, он нехотя оделся и завис у раковины, совершенно разобитый. Всё, что он хотел, уйти. Как можно дальше. Даже от себя. Содрать с себя неуютную кожу и бежать куда глаза глядят, пока не сотрутся ноги в кровь и тело не содрогнётся от усталости, завершая путь. Омыв лицо холодной водой, он попытался придать себе бодрости и решительности. Горло пересохло и он снова захаркал кровью, сгибаясь пополам. Казалось, что из него вылезают внутренности. Лёгкие всё сильнее содрагались, внутри першило. Организм неугомонно требовал что-то выплеснуть наружу. Вскоре, после нескольких попыток ворваться, дверь вышибло. Крис поднёс ёмкость с густой жидкостью, попросив Алекса испить. Выбора не было. Парень попытался испробовать багровый напиток: ничего не лезло. Он заглотил предложенное, но по ощущению стало только хуже. — Хорошо. Выплёвывай! Алекс выплюснул в раковину всё. Сначала кровь, потом некую чёрную субстанцию. Белая раковина покрылась грязной слизью, от чего захолодило и почти отпустило. Когда рвотные позывы прекратились, Алекс устало сполз на колени, держась за края раковины. Мужчина повернул вентиль, перекрыв доступ к воде и подхватил ослабшего на руки. Тот показался лёгким. В любой другой ситуации парень бы вырвался, но силы до такой степени покинули его, что он с трудом то поднимал, то опускал веки, всё ещё противясь хворе, упрямо желая оставаться в сознании. Его уложили на кровать и прикрыли пледом. Лихорадило. Позже на фоне лихорадки слышен разговор: — …Да, он кашляет. Да чтоб тебя, док! От крови только хуже! Тошнит чернотой… Так и что с ним?!.. Нет, не увиливай! — несколько секунд и голос переменился — …Ясно… Что-то ударяется о стену, от чего Алекс тревожно вздрагивает. Затем следуют пару минут преследует тишина. Некоторое время спустя мужчина возвращается со стаканом воды. — Как ты? — Нормально, — вяло отвечает парень. — Не трать силы. Расслабься. Ничего не говори. Моргни два раза, если хочешь пить, если нет — один. — Я могу разговаривать. Я не хочу. — Какой же упрямый. Я о тебе забочусь. Алекс не поддаётся уговору и Крис ставит посуду на стол. Поправляет подушку ещё одну подкладывает пострадавшему под ноги. Синие круги под глазами, неестественная бледность и посиневшие губы признак неутешительных прогнозов. Охотнику было болезненно осознавать, что Алекс из тех, кто не перенесёт обращение. — Зачем? — Что «зачем»? — Зачем ты водишься со мной? Кристофер опустился на пол и положил руку рядом. «Ты сделал всё, что мог. Дай ему спокойно умереть. Человеком.» — слова доктора не давали покоя. Кристофер покосился на кейс. Открыв его, он вынул содержимое. То, что может спасти. И то, что имеет побочный эффект. « — Я зарекался не пользоваться семейной продукцией. — В момент, если станет хуже, когда выбора нет, есть надежда, — философствует Макс и ложит небольшую ампулу в карман.тогда Они очистили лабораторию Блэков и забрали с собой образцы.» Крис решительно кивает. Он должен попытаться. Должен. Иначе он себе никогда этого не простит. Он скрывает ампулу и шприцом вбирает вещество. — Это тебя вылечит. Алекса позабавило данное заявление. — Ты не единственный, кто меня сегодня собирался меня вылечить. Крис поморщился. Проведя по коже, где хорошо было видно почерневшие вены, которые сигнализировали, что время на исходе, он предупредил: — Будет неприятно. — Уколами меня не напугаешь. Не долго думая, охотник ввёл препарат. — Вот и всё. Парни замерли. Повисла неловкая тишина послекоторой Алекс приметил, что ему труднее оставаться в сознании.