По разные стороны баррикады

Я лежала на диване и почти час рассказывала Дане о том, что произошло на тусовке, и о встрече с Женей. Мы обе держали в руках бокал красного полусладкого, который так любила подруга. Данэлия слушала меня, ни разу не перебив. Мой рассказ был щедро сдобрен личными переживаниями и множественными мыслями. Я то и дело неосознанно уходила от темы, как только я вспоминала события того вечера, перед глазами снова и снова появлялось лицо Антона, застывшее в неком удивлении. -То есть, он следователь? – спросила Даня, когда я надолго замолчала, прожигая взглядом потолок. -Угу. -Да уж, повезло же встретиться при таких обстоятельствах. Он назвал тебя «просто знакомой»? -Угу. -Стась… -Что? -У тебя нет никаких вариантов, кто это мог… -Нет, Даня, если бы были, я бы о них сказала следователю. И вообще, я уже говорила, что какое-то время была на балконе и никого не могла даже видеть! Всё, что накопилось у меня внутри, вдруг вылилось на подругу. Я не хотела повышать на неё голос, но остановиться уже не могла. Когда слова закончились, внутри словно стало пусто. Я села обратно на диван, даже не заметив, как оказалась в вертикальном положении. Даня молча наблюдала за мной, а когда мой короткий срыв прошёл, спросила: -Полегчало? -Извини, я не должна была на тебе срываться. -Всё в порядке. Я и не представляю, какого тебе сейчас. Я грустно улыбнулась и разом осушила свой бокал. Мы сидели в тишине, когда кто-то позвонил в дверь. Подруга поставила бокал на стол и вышла в коридор. -Привет, Данечка! Я так соскучилась по тебе, извини, что не заходила давно, вся в делах, – послышался женский голос. Я улыбнулась и поспешила встречать гостью. – Стася! И ты здесь! Привет, дорогая, по тебе я тоже соскучилась. -Здравствуйте, Светлана Степановна. Мы обнялись и прошли в гостиную. Светлана Степановна была мне как вторая бабушка. Она была подругой моей бабушки, а когда я приезжала в гости, мы часто гуляли с Даней. Можно сказать, что дружим мы с детства, но хорошо общаться начали только 2 года назад, когда я в 19 лет сбежала от отца-тирана и стала жить отдельно. -Средь бела дня пьёте? – спросила Светлана Степановна, увидев полупустую бутылку на столе. Даня же принесла ещё один бокал и протянула бабушке. Та с улыбкой приняла его. – Ой, девочки, не поверите, на что решилась. Мы с подругой переглянулись и посмотрели на Светлану Степановну с интересом. После того, как она покрасила волосы в синий и проколола нос, мы уже перестали чему-то удивляться. -Во-первых, я сделала маникюр. – Она показала нам чёрные ногти, на среднем пальце левой руки была нарисована одна половина белого котика, а на том же пальце правой руки – вторая, а если их соединить, получался целый рисунок. -Вау, - в унисон сказали мы. -Но это ещё не всё, – подмигнула она нам и закатала рукав. На предплечье был изображён чёрный лежащий котик с розовыми крылышками, по форме напоминающие крылья бабочки. -Ты серьёзно? – удивилась Даня. – И давно ты её сделала? -Неделю назад, – смущённо ответила Светлана Степановна и сделала большой глоток вина. -Папа не одобрит, – покачала головой подруга, но по взгляду было понятно, что татуировка ей нравится. -Пусть не одобряет. Если он скажет что-то против, то я ему скажу, что он старый душный дед. Мы все рассмеялись и с тоской посмотрели на фотографии на стене. Данин папа – Сергей Александрович даже в 43 года выглядел очень молодо – голубые глаза, прямой нос и ямочки на щеках. Даниной маме было 42, но ей все давали лет 30-32. Она тоже была голубоглазой, с аккуратным, чуть вздёрнутым носом и каштановыми короткими волосами. Всё время, что я её помню, она носила платья с цветочными принтами. Мне всегда хотелось расти в такой же семье – крепкой, любящей, понимающей. 4 года назад Данины родители уехали в Германию, поскольку её дедушке, отцу матери, понадобилось срочное лечение заграницей. В итоге там и решили остаться, лишь изредка приезжая в Россию. Мы и не заметили, как выпили одну бутылку вина и открыли вторую. Время прошло за приятными разговорами, а из-за выпитого алкоголя нам всем было не страшно делиться друг с другом своими тайнами. Когда разговор зашёл о Жене, я рассказала Светлане Степановне о том, что произошло, умолчав о том, кто такие PILA. -Ну ты даёшь, – вздохнула она, когда я закончила рассказ. Я не боялась быть с ней открытой, потому что знала, что не услышу осуждения. -Теперь я не знаю, что мне делать. Я сначала не могла разобраться в том, что чувствую к нему, а теперь между нами целая пропасть. -Ты не говорила с ним на эту тему? -Мы не разговаривали друг с другом после того поцелуя. -Знаешь, это будет звучать глупо, но, может, судьба специально столкнула вас при таких обстоятельствах? Не подумай плохого, но когда Данечка в 17 рассталась со своим Кириллом, она начала читать книги, психологию, саморазвитие, и смотри, как изменилась. -У судьбы явно плохо с чувством юмора, - грустно усмехнулась я.