Соль

— А почему в пакете документов отсутствует официальный прайс на услуги? — толкнув дверь в свой кабинет бедром, протянула Грейнджер, пролистывая папку. — Я же оставляла на твоём столе стикер с необходи-мы-ми… Уткнувшись взглядом в огромную корзину голубых ранункулюсов, стоящих на её столе, и многозначительно смотрящую на неё Клару, Гермиона притормозила на секунду, а затем всё же продолжила: — …правками. Она подошла к своему рабочему месту и, отложив документацию, бросила короткий взгляд на помощницу. Наверняка в голове той уже сложились сотни тысяч теорий о том, как именно закончился вчерашний «кофе» с Малфоем, однако вряд ли хотя бы одна из них была верной. Сбежавшим во влажной панике женщинам не дарят цветов в знак благодарности, если только они не прокляты. А как после неприятного инцидента будут вестись дальнейшие переговоры, Грейнджер даже думать не хотела. Самым очевидным вариантом казалось прекращение финансирования и отзыв одобрения проекта, однако был уже конец рабочего дня, а никаких действий со стороны Малфоя до сих пор не наблюдалось. Либо Драко оказался куда более взрослым, чем могло показаться, либо это было затишье перед бурей, и кошмары для ведьмы только начинаются. Предстоящее обсуждение проекта через пару дней и вовсе вводило её в замешательство: как она теперь должна себя вести? Делать вид, что ничего не произошло и она не исчезала из ресторана, потому что у неё намокло бельё от короткого проявления внимания женатого состоявшегося мужчины? Это казалось более существенной проблемой, нежели сорванный проект. Особенно если вспомнить, что она перебила свою излишне возбуждённую реакцию бывшим. Разовый спонтанный секс с Уизли после недосвидания с другим волшебником определённо являлся идиотским порывом и уже возглавил топ самых придурковатых разрешений ментальных затруднений. Хотя стоило признать, что ночь выдалась очень яркой и более чем удовлетворительной. Вот только продолжения Гермиона не планировала, и корзина нежно-пастельных цветов стала скорее колючей неожиданностью, нежели приятным сюрпризом.

Интересно, как долго Рон объяснял флористу,

какой именно букет ему нужен?

Жесты, синонимы, пантомима?

Скорее всего, всё вместе.

Сам он даже название не выговорил бы.

Наверное, стоило внести минимальную ясность утром.

Хотя времени особо не было,

да и казалось, что всё и так понятно…

Но это же Рональд…

Эротическая активность настолько затянулась, что они оба чуть не проспали будильник. Для полноценных корректных объяснений не имелось ни свободных пяти часов, ни желания подбирать слова, а потому Грейнджер воспользовалась дежурными фразами из разряда «была рада тебя видеть» и «увидимся позже», но этого явно оказалось недостаточно. Гермиона натужно улыбнулась и с непринуждённым видом убрала корзину со стола, поставив её на комод с макулатурой. Заняв рабочее место, ведьма решила полностью проигнорировать горящие глаза Клары, которые пылали жаждой подробностей. Пересилить себя и промолчать помощница точно не сможет, а потому плотину каверзных предположений прорвёт ровно через три, две, одну… — А ресторан был магический или магловский? Наверное, всё-таки магловский — так проще укрыться от посторонних глаз. А потом он вас проводил до дома или отправил водителя? — Клара на мгновение нахмурила брови и отмахнулась от собственного вопроса. — Конечно, водитель. Всё-таки он довольно занятой мужчина. А как вы будете скрывать вашу связь, если мистер Малфой проявляет свою симпатию так неприкрыто… — она изумлённо обхватила щёки руками. — Мерлин! Неужели он решил развестись? Я так и знала, что он неспроста отправил жену в… Оперевшись щекой на ладонь, Грейнджер до боли закусила губу, чтобы не ляпнуть какую-нибудь грубость в ответ. Она смотрела на рот собеседницы, который почти не закрывался на протяжении десяти минут, и не могла понять, когда та успевает дышать.

А если ей в рот сейчас залетит муха,

она заметит или просто перемолет её в труху?

Как только в твоей голове помещается столько дури?

С виду же здравомыслящая волшебница…

Как же обманчива бывает внешность.

Даже если бы чопорный меценат

и решил обзавестись интрижкой на стороне,

то скрывал бы это, как свои официальные доходы,

а может, и тщательнее.

Экспериментатор хренов…

— …а если появятся дети… Грейнджер закатила глаза так, что, казалось, вот-вот смогла бы рассмотреть импульсы ошарашенности, текущие по мозгу. Ещё чуть-чуть, и Клара распланирует мифическую связь Гермионы с Драко до правнуков. Необходимо это пресечь. Прямо сейчас. — Эти цветы от Рона, — спокойно проговорила ведьма. Повисло короткое молчание. Клара пару раз сомкнула и разомкнула губы, не в силах выдавить из себя ни одного звука от изумления. Она выглядела как рыбка в аквариуме, которая осознала всю бренность бытия и потеряла смысл своего существования. А Грейнджер только прикрыла рот ладонью, сдавив щёки, чтобы не заржать. Наблюдать, как трескаются чужие фантастические теории, пожалуй, отдельный подвид интимных фетишей. Не доставало только взрыва на фоне, хотя и облачко конфетти тоже произвело бы подходящий эффект. — Но я думала, что вы… — Просто чашка кофе и короткий разговор о текущих делах, — перебила её Гермиона. — Говорили о природе и погоде. Больше из вежливости. Разошлись в разные стороны там же в 17:57. — А как же… — Предупредил, что лично участвовать в программе ему не хватит времени, и в этот четверг он, скорее всего, не сможет присутствовать, — для большей правдоподобности соврала ведьма. На лице Клары отразилось такое разочарование, словно ей сообщили, что все её сбережения в Гринготтс украла стайка нюхлеров. Она недовольно надула губы и изогнула их в обратной улыбке, а затем цокнула языком и тяжело выдохнула. — Я была о нём лучшего мнения, — пренебрежительно приподняв брови, помощница потянулась за чистым стикером и карандашом. — Что, помимо расценок, мне необходимо запросить дополнительно? У Грейнджер чуть не сорвалась с уст благодарность яйцам Мерлина за столь щедрое снисхождение от судьбы. Сегодня ведьма ещё легко отделалась. И несмотря на то, что она была не сильной сторонницей фэнтезийных версий событий, всё же выбрала из двух зол меньшее, потому что объяснять Кларе, почему не стоит встречаться с мужчиной, у которого есть жена, совершенно бесполезно. Уж не говоря о том, что этот мужчина — Малфой. Хотя девичьему телу оказалось совершенно плевать на последний пункт. И если уж быть до конца откровенной, то и самой Гермионе тоже. Однако некоторые принципы всегда останутся незыблемыми. — Протоколы проведения комплексных обследований, — собравшись с мыслями, выдавила она. — И предварительный формат медицинских книжек. — Они в приложении №13. Но пока не утвердили полный список позиций для обязательного обследования, его не получится сделать, — Клара поджала губы. — И мнения насчёт обязательных вакцин в некоторых центрах разошлись, мы навряд ли сможем прийти к консенсусу без вмешательства спонсоров. — Я сама с ними свяжусь завтра. А если не получится, то Валери поспособствует, — с лёгкой нервозностью ответила Грейнджер. В этот раз ведьме хотелось, чтобы её ложь действительно оказалась правдой и Малфой отказался от личного участия. Поскольку, если он продолжит напирать, работать совместно станет невыносимо. А для Гермионы карьера по-прежнему была куда более приоритетной частью жизни, нежели взаимоотношения. Остаток дня прошёл в штатном режиме: без лишних размышлений о чьих-то членах и вмешательства оных в трудовой процесс. Однако, когда стрелка часов подползла к пяти, ведьме на глаза снова попалась корзина с ранункулюсами, и Гермиона начала примиряться с высокой вероятностью предстоящего разговора с Рональдом. Уповать на то, что он отреагирует как взрослый разумный человек, не приходилось. Уизли никогда не отличался холодным нравом, а потому максимально удачным исходом будет, если разговор пройдёт на повышенных тонах. Брезгливо отмахнувшись от этих мыслей, Гермиона уменьшила свой презент до крошечных размеров и направилась домой. Восемь килограмм цветов — это, конечно, прекрасно, но не настолько, чтобы они стали частью незапланированной аэробной нагрузки. Да и лишних вопросов от коллег тоже не хотелось, Клара и так передаст им всё в красках. Вернувшись домой, Грейнджер поставила корзину с цветами на стол и взмахом палочки вернула ей первоначальный размер. Массивные воздушные бутоны без тени стеснения раскинулись во все стороны, напоминая кучевые облачка, размышляющие о том, нужен ли сегодня дождь. Они хмурились и дулись, неудобно теснясь в плетёной корзинке. Ведьме даже показалось, что их стало больше, чем было изначально. Аккуратно прикоснувшись к одному из цветков, Гермиона удивлённо вскинула брови, когда часть бутонов растаяла и меж стеблей показался небольшой крафтовый конвертик. Видимо, следовало хотя бы минимально разглядеть свой подарок сразу после получения, а не делать вид, что его не существует. К тому же очень странно отрицать, что в других обстоятельствах ведьма была бы в восторге от такого подарка. И почему мозги у Рональда начали работать на две недели позже, чем нужно? Осторожно взяв послание, Грейнджер надорвала упаковку, и спустя мгновение раздался звонок в дверь. Поджав губы, когда навязчивый звук повторился, она нехотя направилась в прихожую, неспешно отрывая полоску хрусткого крафта. — Привет, — неловко изрёк Рональд, когда перед ним распахнулась дверь. — Виделись, — так и застыв со вскрытым конвертом в руках, проговорила Гермиона. В памяти почему-то всплыл траурный марш, а воображение подкинуло иллюзию, в которой краски вокруг начали сгущаться и все предметы пошли рябью, потеряв свои первоначальные очертания. Если захлопнуть дверь прямо перед носом Уизли, то это наверняка будет выглядеть совсем по-детски, хотя от мысли, что он встретится с деревянной поверхностью носом, ведьме стало весело, и она непроизвольно улыбнулась. — Я думаю, нам нужно поговорить… — нерешительно изрёк волшебник и кивнул в сторону комнаты. — Я могу войти? — Конечно, — распахнув дверь сильнее, Грейнджер подавила в себе порыв улыбнуться шире.

Чем раньше начнём,

тем раньше закончим.

Вряд ли он будет истерить…

Ну, не должен…

Наверное.

— Слушай, я немного… — он сделал пару шагов по коридору и замялся, нервно повернувшись, а затем направился в комнату. — Я не думал, что мы с тобой… можем помириться, — он потёр затылок и снова обернулся на собеседницу, сделав пару шагов спиной вперёд. — Кроме того, ты знаешь, когда я расстроен, могу выпить немного лишнего… — Ничего страшного. Со всеми случается, — не в силах терпеть его мямление, успокоила Гермиона. — Мне кажется, что вчера мы оба не совсем отдавали себе отчёт о том, что делали, и лучше всего будет… — Я был немного расстроен, — перебил её Уизли, а затем одумался и эмоционально всплеснул руками. — То есть сильно. Сильно расстроен. — Рон, слушай… — Ты же знаешь, — он продолжил, невзирая на её попытки заговорить, — я бываю слишком сентиментальным и не могу удержать в себе свои переживания. — Чего? — с сомнением уточнила ведьма, сведя брови вместе. — Ну, знаешь, я же не мог постоянно доставать Гарри… — Рон неловко втянул воздух сквозь зубы и поёжился. — А в барах иногда попадаются очень необычные собеседники… самые разные… — он натужно вдохнул и раздул щёки, пытаясь подобрать слова. — И темы такие бывают… Он выглядел как ребёнок, который разбил мамин флакон с духами и теперь пытается на ходу придумать складную историю с котом, маракасами и тремя гусеницами, чтобы его не ругали. И выходило у него, мягко говоря, паршиво: артистизм изрядно хромал, красноречие дёргалось в болезненных конвульсиях, а фантазия издавала жалобные предсмертные хрипы. Ещё чуть-чуть, и нервная система Уизли впадёт в кому от передозировки лирическими паузами и многозначительным мычанием. — И там так получилось… — выискивая взглядом «якорь», за который можно зацепиться, Уизли наткнулся на цветы, и его лицо вытянулось от удивления. — Это от кого? — Видимо, — нахмурившись, Гермиона машинально сжала послание и сложила руки на груди, — не от тебя. — От коллег? Или… — Или всё-таки главное, что не от тебя, — повторила Грейнджер, чувствуя, как воздух накаляется. — То есть Скиттер была права? — оскорблённо повысил голос он. — Ты с ним спишь? На этом вопросе стало совершенно ясно, что адекватного разговора не сложится. Чтобы Гермиона ни сказала и как бы себя ни повела — скандал неизбежен. — Ну да, я со всеми «ними» сплю. Без исключения, — пожала плечами она. — Вчера просто свободное окно было между одним «ним» и другим «ним». Вот, захотелось разнообразия. Изумлённая физиономия Рональда на пару секунд озарилась тяжёлым мыслительным процессом, а затем просияла выражением «Я всё осознал». Обычно это не сулило ничего хорошего, а скорее наоборот — он ничего не понял, но будет с пеной у рта доказывать обратное. — Значит, я не зря всё рассказал Рите, — расплывшись в ехидной усмешке, волшебник запустил руки в волосы. — Она мне говорила, что он за тобой по пятам ходит… В голове Грейнджер что-то щёлкнуло, но она лишь плотно сжала губы, не желая обсуждать свои домыслы с Уизли, а уж тем более оправдываться. — Что ты несёшь? — скривилась ведьма, скептически покачав головой. — Что ты рассказал Скиттер? — А твоё финансирование? — игнорируя её вопрос, обернулся Рональд. — Это спонсирование ведь не для программы и всеобщего блага… — он в несколько больших шагов подошёл к ней почти вплотную и процедил сквозь зубы: — Это оплата. Пощёчина звоном отразилась от стен и зеркал, заставив пространство содрогнуться. Уизли стиснул челюсти и глубоко вдохнул. Так глубоко, что почти слиплись ноздри. Играющие бешенством желваки пару раз сократились, а чуть ниже скулы проявился красный след от женской ладони. Молодой человек судорожно пробежался взглядом по полу и уставился на свою собеседницу: — Дверь можешь не закрывать. Она и не собиралась. Гермиона опустила веки, слушая, как тихо удаляются мужские шаги, а вместе с входной дверью захлопывается и долгая история их с Роном отношений. Он сказал глупость на эмоциях и, скорее всего, пожалеет об этом ещё до того, как спустится по лестнице до первого этажа, но болезненный отпечаток останется навсегда. Теперь им действительно нужно время, чтобы отдохнуть друг от друга. Много времени. Распечатанный конверт, зажатый в кулаке, обжигал кожу. Бросив помятое послание на стол, ведьма отодвинула стул, который со скрипом проехался ножками по паркету. В пустой квартире этот скрежет показался особенно драматичным, как длинный итоговый росчерк в книге с открытым финалом. Не похоже на свободу, больше напоминает горечь. Как бы Гермиона ни желала отделаться от продолжения отношений с Уизли, она не хотела заканчивать на подобной ноте. У него тоже наверняка скопилось много мелких претензий и недовольств, которые он не озвучил, но разговоры в союзе не были сильной стороной. Рон сводил всё в шутку или в порно, и до уточнения причин дискомфорта дело доходило крайне редко: им было либо слишком смешно, либо на них было слишком мало одежды. Да, неправильно, но боггарт разберёт, как должно быть правильно. Им обоим казалось, что они уже выросли, но они оба не были правы. Молодость прощает ошибки, позволяет вольности и любит эксперименты. На лице Грейнджер появилась непроизвольная вымученная улыбка. Весь происходящий кавардак в жизни показался ей таким захватывающим и интересным. Её взгляд упал на потрёпанный кусочек пергамента, и волшебница задумчиво прикусила ноготь на большом пальце.

Разве не этого ты хотела?

Новая жизнь.

Новые возможности.

Новые скандалы.

Только мысли и принципы старые…

Уж от них так просто сбежать не выйдет.

Хмыкнув, ведьма вытащила небольшую записку из конверта и усмехнулась.

«Только не говори им, что ты отойдёшь на минутку за вазой»

Это не было похоже на обиду или упрёк. Больше как ненавязчивое напоминание о своей персоне и не угасшем интересе. Изящно. Грамотно. Чрезмерно открыто. Постучав пальцами по стеклянной поверхности стола, Гермиона прикусила щеку, стараясь сложить все известные факты воедино. Во-первых, Рональд волей-неволей побеседовал со Скиттер, а значит, на днях в свет выйдет статья или целый цикл, в зависимости от того, насколько бывший молодой человек был разговорчив. Но на процесс печати новых сплетен ведьма никак не сможет повлиять. «Ежедневный пророк» — независимое издание, и нападки от работницы Министерства магии сделают только хуже. Во-вторых, Грейнджер сильно недооценила любопытство Драко к своей персоне. Помимо «случайной» прогулки в магловскую пекарню, которую посещает ведьма, аристократ довольно часто появлялся в общественных местах, где она проводила время: матчи по квиддичу, бары, выставки. Фраза «он за тобой по пятам ходит» начала приобретать более буквальный смысл, чем вкладывал в неё Уизли. Гермиона не считала себя настолько восхитительной, чтобы её колдографии хранили под подушкой и разводились с жёнами ради её взгляда. Это было бы идиотизмом. Однако пренебрегать доводами главной скандальной журналистки современности будет не меньшей глупостью.

Задавать вопрос в лоб глупо.

Даже если Малфой не будет отрицать,

то в детали вряд ли посвятит…

Да и зачем они мне?

Мало ли кто на кого дрочит.

Хотя иронично выходит.

Легче проверить границы симпатии самой.

Это не должно быть сложно…

Обернувшись на зеркальную стену, Грейнджер поджала губы. Она так и не смогла найти заклятие, побочным эффектом которого были бы разводы на серебряной поверхности. Однако в одной из книг ведьма отыскала способ проверить, использовалась ли зачарованная отражающая поверхность в последнее время. Такой капризный материал, как тот, из которого производили зеркала, плохо впитывал магию, а потому при каждом применении давал весомый выброс энергии и критично реагировал на раздражители, временно чернея от цветов зверобоя и моли. Не долго думая, ведьма взяла сумочку и направилась к двери, чтобы защёлкнуть замок после ухода Рональда. Они обязательно нормально поговорят, но позже. Сейчас ведьма собиралась посетить лавочку с травами в Косом переулке, пока не стало совсем поздно и продавцы не начали вывешивать таблички «закрыто» на дверях своих магазинчиков. Задержав дыхание, Гермиона представила узкую улочку с каменной кладкой, и пространство исказилось. Она не была уверена, что за серебряным отражением кто-то скрывается, но если за ней наблюдают, то определённо лучше узнать об этом как можно раньше. Поначалу ведьма даже думала, что ей придётся снова сменить жильё, но поняла, что это будет зависеть только от того, кто находится по другую сторону отражения. Она не сошла с ума и не страдала эксгибиционизмом, однако, прикинув количество плюсов, решила для начала выяснить, как часто это происходит. Благо кандидатура на пост наблюдателя была всего одна. Купив пакетик засушенных бутонов моли, Грейнджер прошлась по соседним магазинам, чтобы подобрать идею как максимально незаметно вплести своё приобретение в интерьер. И самым ненавязчивым вариантом оказался вьюнок, а вернее, его лозы, которые можно было пустить вдоль всей стены между зеркалами и подсадить на него искусственно оживлённые цветы. Садоводческие мероприятия заняли почти весь вечер и привели Гермиону к двум очевидным мыслям: из неё хреновый флорист и ещё более хреновый дизайнер. Утешала только необходимость столь странного времяпрепровождения. Утро четверга прошло скомкано и впопыхах. Мало того, что ведьма никак не могла нормально уложить волосы, так ещё и забыла протоколы переговоров с ирландским медцентром, из-за чего пришлось вернуться обратно домой. Никакого завтрака и приличного макияжа — день не задался с самого начала. А когда Грейнджер, открыв дверь в свой кабинет, наткнулась на Валери, стоящую у стола Клары, то не сдержалась и закатила глаза. — Доброе утро, — писклявый голосок чужой помощницы прорезался даже сквозь вуаль ментального матерного негодования. — Мисс Грейнджер, я должна вам передать… — Доброе, — сухо фыркнула Гермиона. — Вашего начальника не будет, вы принесли правки, я всё поняла, — она положила на стол толстую папку и потёрла лоб средним пальцем. — Начните с Кларой разбор правок, я ничего не соображаю без кофе. — Я здесь не совсем за этим, — сделав пару шагов к своей собеседнице, протараторила Валери. — Бухгалтерия двумя уровнями ниже, — лениво цокнула языком Гермиона. — Официальное закрытие проекта потребует нескольких недель согласования. Физиономия Валери на мгновение приобрела отрешённый вид, но уже спустя секунду волшебница поправила свои очки и продолжила: — Учреждения северной и северо-восточных областей полностью согласились на предложенные вами условия и предоставят вам на согласование три варианта медицинских книжек для эльфов, чтобы вы выбрали наиболее подходящий. Удивление стало слишком мягким словом для определения всего спектра эмоций, которые посетили ведьму. Каким образом инвестор узнал о кучке нудных старых колдомедиков, стоило спросить неловко улыбающуюся Клару, которая прикрывала лицо пергаментом, видимо, рассчитывая, что её выражение лица никто не заметит. Но больше Грейнджер интересовало, когда Валери успела урегулировать эти вопросы, ведь они были озвучены лишь вчера вечером. — Мне точно нужен кофе, — выдавила Гермиона, опустив ладони на стол. После короткого стука дверь почти моментально открылась, привлекая к себе внимание всех находящихся в кабинете. Сердце ведьмы долбанулось о рёбра так сильно, что в ушах зазвенело. — Прошу прощения, задержался, — констатировал Малфой с большим стаканом в руках и неторопливо прошёлся до гостевого кресла, попутно бросив Валери: — Ты можешь вернуться к консалтингу израильского рынка здравоохранения и провести рабочий день в свободной форме. Расписание для юбилея фонда уже на моём столе? — Будет к обеду, — молниеносно отреагировала волшебница. — Хорошо, — поставив стаканчик на стол Гермионы, Драко чуть склонил голову. — Мы можем начать или в вашем кабинете есть особые предварительные ритуалы? Грейнджер опустилась на своё место, а Валери максимально незаметно и тихо покинула помещение, не издав ни единого звука. В воздухе не витало никакой нервозности, как в их прошлую встречу, даже напротив — аристократ стал более расслабленным. Он взял документы, которые протянула хозяйка кабинета, и аккуратно пододвинул стаканчик к ней ближе. — А это?.. — уже заранее примерно зная, что услышит, всё же поинтересовалась Гермиона. — Латте с карамелью. Я же так и остался должен, — пролистав пару первых страниц, спокойно ответил Драко. — Когда мы планируем начать тестовый запуск? — В следующем месяце, сразу после выдачи Министерством лицензий на обслуживание эльфов в рамках проекта. Находиться с Малфоем в одном кабинете на протяжении трёх часов без желания убивать было непривычно. Волшебник оказался весьма конструктивным, когда дело касалось трудового процесса. Никаких двусмысленных намёков или разговоров на отвлечённые темы. Гермиона даже смогла наконец-то расслабиться и выдохнуть, отмахнувшись от всех предрассудков. Однако, как только Клара вышла на обед, Драко почти сразу достал из внутреннего кармана пиджака конверт и придвинул его в сторону ведьмы. — Мне незачем давать взятки, — коротко бросила она, мельком взглянув на знакомую крафтовую упаковку. — Глупо давать взятку картой клуба «Закрытое пространство», — оперевшись виском на костяшки пальцев, ответил волшебник, не отрываясь от чтения условий сотрудничества с ирландским медицинским центром. Одно из самых спорных мест магической Британии по праву занимало именно это досуговое заведение. Насколько Гермиона была осведомлена, они предоставляли своим клиентам пустое белое заколдованное помещение, которое считывало их настроение и выстраивало окружение, исходя из их личных предпочтений на момент пребывания внутри. Так, один из гостей мог оказаться в батутном центре, а другой на берегу моря. Но иногда случались и более пикантные истории. — Я думала, мы уже решили этот вопрос, — процедила Грейнджер, чуть приподняв подбородок. — Мне показалось, — Драко перевёл на неё взгляд и приподнял бровь, — что он остался открытым.

А его совсем ничего не смущает?

Видимо, нет.

Но дождался, пока Клара выйдет…

Перестраховался?

Или хотел быть более корректным?

Я так гадать до конца столетия могу.

Начнём с условий…

— Вряд ли ты хочешь подружиться спустя семь лет после школы, — вдохнув чуть глубже, она сцепила руки в замок. — А личные отношения с женатыми мужчинами я не выстраиваю. — Хорошо, — убрав конверт обратно, равнодушно ответил Малфой. — Есть ещё какие-то нюансы? — А этого мало? — хмыкнула Грейнджер. — Хотелось бы знать весь список причин отказа, чтобы избежать их на следующей неделе. — Думаешь, на следующей неделе мои взгляды изменятся? — хмыкнула она. — Нет, разумеется, — размеренно ответил он, — поэтому я и прошу огласить все нежелательные факторы. Гермиона не смогла сдержаться и рассмеялась. Он говорил об этом так легко, словно его вообще не беспокоило ни собственное семейное положение, ни её предвзятость. Однако, наткнувшись на прямой терпеливый взгляд, ведьма почувствовала, как по позвоночнику пробежал короткий импульс сомнения. — Хорошо, — иронично кивнула она. — Значит, пусть будет список.