Лучше умереть стоя, чем жить на коленях!

Императрица Татьяна Фёдоровна с лёгкой улыбкой смотрела на английского министра магии. Люциус Малфой явился на встречу на пятнадцать минут раньше назначенного срока и теперь, явно пытаясь скрыть волнение, метался по малой гостиной Русского дворца, как называли дом императора Олега в Лондоне магические жители Туманного Альбиона. Сейчас сиятельный лорд мало напоминал вечно холодного и надменного политика, которым его привыкли видеть, слишком волновался за судьбу своего сына. Татьяна прекрасно понимала состояние Малфоя-старшего и не осуждала его. Семья для императорской четы всегда была одним из главных приоритетов. Семья и Родина. Ради семьи стоило жить, за Родину – умереть. - Ваше Императорское Величество, - Люциус, наконец, заметил стоящую в дверях женщину и отвесил почтительный поклон, - простите, не заметил вас. - Не страшно, - Татьяна Фёдоровна грациозно опустилась в ближайшее кресло и указала лорду Малфою на соседнее. – Присаживайтесь, господин министр. Мой муж скоро будет, а пока… не откажите даме в беседе. - Зовите меня Люциусом, - лорд, справившись с волнением, устроился по удобнее и подарил императрице заученную улыбку. – Ваш супруг что-то говорил по поводу брачного контракта… - Ах, да, - Татьяна хлопнула в ладоши, и перед ней материализовалась одетая в пышное серебристое платье домовуха. – Светозара, принеси, пожалуйста, договор с моего стола. - Хорошо, госпожа, - пискнула личная помощница императрицы и исчезла, чтобы тут же появиться вновь, удерживая в тоненьких ручках небольшую стопку бумаги. - Это стандартный брачный контракт, заключаемый в нашей семье, - Татьяна Фёдоровна передала бумаги Люциусу, - я бы хотела, чтобы вы с ним ознакомились и внесли свои поправки. Три дня вам хватит? - лорд Малфой кивнул. – Вот и чудесно, а сейчас… расскажите, чем живёт современная Англия. Я слышала, что в Лондон приехал наш русский балет. Люциус слегка скривился; конечно, порядочному аристократу необходимо быть поклонником какого-либо искусства, или хотя бы делать вид, но… любые виды творчества прожжённого политика прельщали мало, отчасти может потому, что в массе своей были маггловскими. - Вы знаете, мне сейчас не до этого. На моё правительство свалилось столько дел, что на выкрутасы магглов и грязнокровок просто не остаётся времени. Уже произнося последние слова, Люциус понял, что в чём-то ошибся. Приветливое лицо русской императрицы внезапно превратилось в холодную каменную маску. Женщина гордо выпрямилась и с большой долей презрения посмотрела на аристократа: - Не ожидала от вас такого, лорд Малфой. Вы мне казались умным человеком. Откуда же такая ограниченность? - Боюсь, я вас не понимаю, Ваше Величество, - Малфой-старший недоумённо посмотрел на Татьяну Фёдоровну. - Скажите, - задумчиво протянула царица, - вы почитаете Госпожу? - Магию? – переспросил Люциус и быстро ответил. – Конечно. - Вы считаете, что Она всегда права? - Это же Магия, - лорд Малфой всё ещё не понимал, куда клонит императрица. - Она ничего не делает и не даёт просто так. - Изумительно, как вы противоречите сами себе, - Татьяна Фёдоровна удручённо покачала головой. – Вы превозносите нашу Госпожу, преклоняетесь перед ней, но отвергаете одаренных Магией. И я сейчас говорю не только о, как вы выражаетесь, грязнокровках, но и о волшебных народах. Простите, но Госпожа любит всех своих детей одинаково. - Вы светлая? – Люциус не смог скрыть лёгкого презрения в голосе, а императрица заразительно расхохоталась. - К счастью я не жительница Западного мира. Это у вас Мерлин с Морганой не смогли совместно пользоваться полученным от Магии наследством, и, в конце концов, поделили его пополам. У нас такого безобразия не было. Но если вас это успокоит: я жрица Смерти, или, по вашему – некромант. - И вы так свободно об этом говорите? – глаза лорда Малфоя расширились от шока, а Татьяна лишь фыркнула. - В моей стране этим никого не удивишь. Каждый маг волен развивать тот талант, которым наградила его Госпожа. Кстати, жрецы и жрицы Смерти одни из лучших целителей. Интересно, правда? Некроманты – это Тьма. Целители – Свет. - Но как такое возможно? - Люциус, подумайте… разве мы можем дать определение добру, не зная, что такое зло? Любить мир, не имея представления о войне? Всё это диалектическое единство, одно не может существовать без другого. И тем милее Свет, что мы знаем, что такое Тьма. Я читала работы вашего Тёмного лорда. В них есть много рационального, но кое-что в корне не верно. Например, это ваше отношение к магглорождённым. А вы знаете, что они подарок Госпожи для нас, чистокровных. - Не может быть! – Люциус вскочил со своего места и снова заметался по гостиной. - Может, - Татьяна Фёдоровна тонко улыбнулась. – Простите, но нас магов не так много, и в чистокровных семьях, где не обновляется кровь, начинается вырождение. К седьмому поколению оно уже заметно. Сильно падает магический потенциал. Наши предки увидели это довольно давно, а ещё они поняли, что если вводить в род магглорождённых, кровь обновляется, и дети от таких браков невероятно сильны. Раз в семь поколений в каждый род входит магглорождённый, это позволяет нам сохранять очень высокий уровень магических сил. Кроме того, с детей от таких браков снимаются все родовые проклятия. Недаром у нас проклинают только до седьмого колена. Мы следим за тем, чтобы к нам попадали уже подготовленные волшебники. Хорошо знающие традиции мира, в котором им предстоит жить. Одиннадцать лет для интеграции слишком поздно. Она должна начинаться с рождения. Но знаете… - императрица слегка пожала руку лорда Малфоя, - давайте отложим нашу беседу до лучших времен. – Дорогой, - Татьяна повернулась к вошедшему императору, - я могу позвать мальчиков? - Конечно, тем более старец Симион уже приготовил ритуальный зал. Люциус, вы не против прогуляться до России?