Книга Первая: Восхождение Синеволосого Дьявола

      Я продолжал идти в самом конце конвоя. Охранник уже не подгонял нас, видя, что мы не задерживаем движение. Было очень неприятно ступать босыми ногами. Конвой двигался по сельской дороге, на которой лежало множество маленьких камешков, больно впивавшихся в ступни, но это — лишь часть беды. Видимо, на этом пути часто передвигались повозки со стеклом, которое иногда разбивались, после чего осколки оставались на поверхности земли. Вот они и резали ноги всем людям в нашем конвое, не считая двух охранников, которые обуты в сандали.       В воспоминаниях прошлого хозяина тела я пробыл достаточно долго. Этот мир меня серьезно заинтересовал. Появилось множество вопросов, ответы на которые я буду добывать любыми способами.       «Что такое чакра?», — это стало основной загадкой для всего. Пожалуй, первая мысль, посетившая мою голову, заключалась в том, что чакра — это замена человеческой крови. Но я быстро избавил себя от этой глупости, проверив свой пульс, а также, увидев, что мои ноги уже покрыты красной жидкостью.       "Мы ученые, Виктор.  Мы же создавали невероятные механизмы, способные двигать мир вперед, однако каждый ученый должен помнить, когда остановиться. Есть открытия, которые мир не готов увидеть, Виктор." — в голове всплыли слова Хеймердингера, который был явным борцом с магами. Он изначально был против нашего изучения Аркейна, однако под гнетом других членов Совета Пилтовера был вынужден капитулировать.       Раньше я не понимал его речей, считая его трусом — пережитком прошлого, который не может справиться со своим страхом, но сейчас, смотря на пройденный путь, я понимаю — я не умею останавливаться. Если меня что-то захватывает — у меня нет тормоза, способного остановить. Пусть у меня и благие намеренья, однако, порой, я не замечаю чувства других.       Вторая идея, посетившая меня на счет чакры, вылилась в целую теорию. Не буду занудничать и скажу, лишь её вывод — шиноби лишь проводники энергии. То есть сами по себе ниндзя не являются источниками этой чакры, а лишь используют окружающую среду для выработки этой самой энергии.       Откуда я взял такую гипотезу? На руке Джейса всегда покоилось доказательство моих слов, но об этом позже…       Еще меня заинтересовало устройство взаимодействия в этой вселенной. Из слов отца бывшего хозяина тела я понял, что все ниндзя относятся к какому-то определенному клану. Обычные люди тоже могут стать ими, но для них на этом пути воздвигаются серьезные преграды в развитии.       Есть два основных фактора — знания и гены. В целом, первое можно попытаться раздобыть — особые тренировки для развития этой чакры, её особенности и тому подобное. Да, даже наблюдая за этими ниндзя — я уже могу сделать некоторые выводы.       С генами все на порядок сложнее — у многих на крови написано быть сильными, но это не просто талант — это целая предрасположенность, которой другие не обладают. Её тут называют улучшенный геном. К примеру, клан Хьюга обладает особыми глазками — Бьякуганом, а у клана Широгане есть талант к особым нитям чакры, который, самое забавное, они не просто унаследовали от какого-то предка, а приобрели эмпирическим путем…       Так или иначе, я попал в мир, где ценят, в первую очередь, силу. Знания и мозги здесь уходят на второй или даже третий план, поэтому ниндзя — это, своего рода, уникальные солдаты, способные выполнить любую задачу. Среди таких не так много одиночек. В основном, все стоит вокруг кланов ниндзя, которые формируются на основе какой-то исключительной особенности каждого члена, которой не могут обладать ниндзя из других кланов. Вся земля в этом мире поделена между богатыми людьми. Это правители земель, можно сказать, но их называют здесь по-другому — дайме, но об этом мне еще предстоит узнать более подробно.       Старик рядом со мной хрипел на каждом шагу. Его дыхание напоминало скрип ржавых петель. Ему было за шестьдесят, не меньше. Грязь на его рваной одежде засохла коркой, словно была второй кожей. Время от времени он спотыкался, и тогда цепи звенели, как проклятые колокольчики, а охранник лениво покрикивал:       — Не задерживай шествие, дед. Или хочешь, чтобы твои кости удобрили эту дорогу? Я мельком взглянул на соединяющий узел цепи. Металл был холодным и скользким от пота, но в одном месте явно протерся — тонкая нить блестела на солнце, как намёк на надежду.       — Мальчик, не смей… — старик внезапно схватил меня за запястье. Его пальцы дрожали, но сжимали, как тиски. — Они ниндзя. Разорвут тебя, как собаку.       — Ниндзя? — Я медленно повернул голову к нему. Его глаза были мутными, как грязное окно, но в них мелькнуло что-то… знакомое? Страх? Или предупреждение?       — Я видел, как они разрывали людей на куски… — Он резко закашлялся, и на ладони осталась красная нитка слюны. — Кости хрустели, как сухие ветки. Где-то вдали прокричала ворона. Охранник за нами насвистывал — фальшиво, но бодро.       Я резко поддел цепь ногой. Звон металла разнесся по дороге, но никто, кроме старика, не среагировал.       — Эй, что там?! — охранник обернулся. Его рука потянулась к подсумку на поясе, но слишком медленно.       Мышцы спины напряглись, как тетива лука — тело помнило то, чего не знал я. Прыжок — удар в висок, точный, как удар молота по наковальне. Хруст. Запах железа — кровь брызнула на мои пальцы. Локоть в нос — хрящ поддался с мягким хлюпом. Охранник рухнул на колени, потом лицом в пыль.       Тишина.       Кровь на руках пахла медью и солью — странно знакомый запах, будто из другого детства. Вороны кружили над колонной, как настоящие стервятники, готовые позариться на чужую добычу.       Глаза старика расширились — в них мелькнуло нечто большее, чем страх. Узнавание? Надежда, что его мучители наконец получат по заслугам?       — Стихия молнии, Молниеносный разряд! — Крик второго охранника прозвучал, как гром среди ясного неба.       Воздух взорвался бело-голубым светом. Я рванулся в сторону, но молния всё равно хлестнула по плечу — будто кто-то вогнал под кожу раскаленный клинок. Боль ударила, как раскалённый гвоздь, вбитый в сустав. Тело свело судорогой, пальцы непроизвольно сжались, будто ловя невидимые нити.       — Это… не магия… — Я скрипнул зубами, чувствуя, как энергия пульсирует в мышцах.       — Ублюдок! — первый охранник, шатаясь, поднялся. Сапог врезался в висок, и тьма сомкнулась.