Система: «Спаси-себя-от-главного-героя»

***

Сердце ушло в пятки только от одного звука, что эхом отразился в глубине души. Он звучал слишком отчетливо для галлюцинации. В голове все перемешалось, ноги корнями приросли к земле. Неведомый страх заставлял его сердце колоться учащенней. Дрожащие губы приоткрылись, однако Хуа не мог произнести ни слова. Словно его губы были зашиты, а горло связано проволокой. «Кто ты?!» — хотел выкрикнуть он. И словно в ответ на его немой крик, голос прозвучал вновь: Как ты мог забыть обо мне? «Где ты, черт возьми?!» — он остервнело искал глазами того, кто решил так жестоко над подшутить. Внезапно, всего на секунду, перед глазами мелькнула незнакомая тень. Белая тень, которая исчезла точно также, как и появилась. Сознание Хуа Фансяня помутнело, и он рухнул на колени. Зрачки стали размером с булавочную головку, в глазах отпечатался чужой образ. Фэн Хуа схватился за грудь. Скрючившись, будто в приступе он все повторял: «Больно, больно, как же больно». Син Юэ в панике переводил взгляд с одного на другого, не зная кому оказать помощь. — Эй! Что с вами?! — Хозяин, мне больно… — завыл Фэн Хуа. Хуа Фансянь не слышал ничего, кроме гула в ушах. Он сжал руки, заскрипел зубами, пытаясь перетерпеть колющую боль. Затем он почувствовал, как некто приподнял его за подбородок. Он не мог разглядеть его лица, но отчетливо слышал его голос и ощущал, как на его лицо легла тошнотворная улыбка. Я буду наблюдать за тобой, дорогой. Давай встретимся в скором времени. Жду не дождусь нашей встречи. «Заткнись! Заткнись! Заткнись!» — все повторял юноша. Он хотел закрыть глаза, закрыть уши лишь бы не видеть и не слышать, завопить во все горло, позвать на помощь. У самого сердца, под одеждой, послышался треск, после которого янтарно-багровое пламя драконом окутало тело беззащитного Хуа. Огненный дракон рычал и искрился. Почувствовав облегчение, Шуан Хуа обессиленно рухнул на землю. Огненное существо воспарило, затем его тело рассыпалось искрами и обратилось пеплом. Дракон исчез, на его месте возник маленький рыжий мальчик. Чжу Цюэ оградил Хуа Фансяня своим телом. Его янтарные глаза свирепо искали источник опасности, но тот словно испарился. Чжу Цюэ оглянулся на Син Юэ, в руках которого лежал Фэн Хуа. Последний тяжело дышал, с трудом сохраняя сознание. — Что здесь произошло? — Не знаю, — Син Юэ не мог подобрать правильных слов, дабы изложить ситуацию, — Господин Хуа вдруг одеревенел, а глазами все искал кого-то. Затем Фэн Хуа начал стенать о том, как ему больно и я… — Успокойся, — Чжу Цюэ ободряюще сжал его плечо, — Сейчас их жизни ничто не угрожает. Я должен доложить об этом хозяину, а ты позаботься о них. — Я ничего не сделал… — пробубнил Син Юэ, — Как в тот день… — Перестань обвинять себя во всем! Тогда ты ничего не сделал не потому что не хотел, а потому что не мог! И Фэн Хуа знает об этом! Син Юэ ничего не ответил, только крепче прижал к себе тело Фэн Хуа, который пребывал в полусознании. Несмотря на слабость в теле, Фэн Хуа сжал его палец, и стиснув зубы, процедил: — Син-сюн, ты такой дурак… Ты же знаешь… какой я живучий… — глубоко выдохнул демоненок, — От такого не помру… — напоследок он смог выдавить из себя улыбку. — Сейчас он не в лучшем состоянии. Жизненная энергия вытекает из него, — констатировав сей факт, Чжу Цюэ бегло прошелся взглядом по телу Хуа Фансяня, — Скорее всего, у господина Хуа случился шок, из-за чего и потерял сознание. Я могу оставить их на тебя или ты снова будешь заливаться слезами и глотать сопли? — Оставь их мне. Мой возлюбленный Хуа, ты рад нашей встрече? Я так скучал по тебе~ Не скажешь мне ни словечка? Кто-то шептал в ухо сладкие слова полные яда, а кому-то приходилось их покорно выслушивать. Должно быть, он снова оказался в страшном сне, который не отличить от реальности, но проснуться он не мог: ни глаз открыть, ни пальцем пошевелить. Перед глазами была кромешная тьма, а виной всему черная кружевная лента, что так плотно прилегала к глазам. Он сидел на стуле с высокой спинкой, руки и ноги же привязаны к нему. Хуа Фансянь пытался развязать руки, отчего ощущал жгучую боль в запястьях. Голову заполнила одна мысль: «Быстрее, быстрее, быстрее!» Хочешь покинуть меня? Мы же только начали. Это так невежливо с твоей стороны. Под ленту проникли ледяные руки. Голос над ухом и не думал стихать. Он продолжал озлобляюще шипеть, растягивая каждое скверное слово. Мой дорогой, ты ведь жаждешь узнать, кто я такой? Тебе так страшно? Ах, тебя пугает моя подавляющая аура. Но, прошу, не бойся, я не причиню тебе вреда. Я ведь так сильно люблю тебя~ Одна рука продолжала покоиться на глазах, а вторая плавно опустилась на шею. Холодные пальцы мягко поглаживали кадык ходящий ходуном. Помимо прохлады, Хуа Фансянь ощутил, как что-то впивается в его горло. Небольшой дискомфорт перешел в сильную боль. Что-то стягивало его шею настолько, что дышать становилось практически невозможно. «Р-развязать!..» С пеной у рта юноша стремился освободиться. Его руки были стерты в кровь, запястья окрасились в ненавистный багровый, однако он словно не чувствовал боли, и все продолжал тщетные попытки. От его усилий лента на глазах ослабла. И первым, что он увидел было его лицо. Хуа Фансянь сидел перед зеркалом. Белые одеяния были окрашены в алый, словно кровавые бутоны распустились. Чуть опустив глаза он смог разглядеть свою шею. Шипы терновика вонзались в его плоть, высасывая кровь капля за каплей. Он услышал жуткий хохот позади себя, но не смог и головы повернуть от страха. Дорогой, ты испортил весь сюрприз. Я не позволял снимать повязку. Последним, что он помнил, было то, как тот человек выколол ему глаза своими острыми ногтями и свой истошный вопль. — Хозяин! Хозяин! — издалека был слышен знакомый голос. — Дыши глубже! — Ха-а… ха-а… — перед глазами все еще возникали недавние образы. Он искал об что можно опереться, но он был лишен возможности шевельнуться и он прекрасно это осознавал. Тогда чья-то маленькая ручка утешительно обхватила его ладонь. — Придите в себя! Здесь нет никого кроме нас! Неожиданно Хуа Фансянь ощутил холодную руку у глаз. Это знакомое чувство заставило содрогнуться с новой силой, однако вскоре он почувствовал успокоение. Дыхание потихоньку выровнялось и он вновь заснул. В этот раз ему посчастливилось увидеть блаженный сон, а все благодаря Син Юэ. Он использовал свою магию воды, и накрыв глаза ладошками, окутанные водой, принес ему покой. — С ним все будет хорошо? — Фэн Хуа сжал руку своего новоиспеченного хозяина. — Вода обладает целительными свойствами. Я только помог ему придти в себя. Недавний сон утомил его, так что пусть отдохнет еще немного, — пояснил Син Юэ. Он выглядел равнодушным, но не мог пройти мимо того, кто нуждается в помощи. — Раз ты так говоришь, то поверю тебе на слово, — он облегченно вздохнул, затем перевел взгляд на Син Юэ. Тот заметил на себе его пристальный взгляд и смущенно опустил глаза, — И когда ты только стал таким? Син Юэ, которого я знаю и бровью бы не повел. — Это не так… — Да-да, как скажешь, — Фэн Хуа приподнялся и шагнул к подземному озеру, — Эй, Син-сюн давай искупаемся? — … — демон медленно помотал головой. Фэн Хуа только хмыкнул и снял с себя верхнюю одежду. Затем, озаренный очередной гениальной идеей, он снова повернулся в сторону своего любимого друга. — С тобой точно все нормально? — Син Юэ был обеспокоен недавним состоянием Фэн Хуа, — Тебе стоило бы поберечь себя. — Не беспокойся, я полностью восстановил свои силы. — И все же… — прошептал он. — Быть может мне принять свой истинный облик? Ты ведь не можешь перед ним устоять, так? — он оголил плечо в попытке соблазнить, но Син Юэ отвернулся. — Угомонись уже, не переводи тему, — упрекнул он. — Если бы мы были одни, ты точно не оставил бы меня замерзать одного, — он обхватил себя руками. Последний кусок ткани упал с его тела. Ветер подхватил одеяния и накрыл ими спящую тушку Хуа Фансяня. Фэн Хуа пальцами ноги коснулся воды. Он уже хотел войти в воду, но ощутил на себе обжигающий взгляд Син Юэ. Тот не мог отвести глаз, от каждого изгиба на его идеальном теле. Истинный облик Фэн Хуа приковал к себе васильковые глаза Син Юэ. — Дыру хочешь прожечь, м? Или у тебя в мыслях что-то непристойное? ~ Син Юэ прикрыл рот ладонью. А когда снова обрел возможность говорить, произнес невнятное: — Твоя спина… — Ах, ты об этом? Через всю спину тянулись три уродливых шрама, единственный изъян в его идеальном теле. Его фарфоровая кожа и прямая спина были испорчены ими, но придавали некий шарм. Однако чем больше Син Юэ разглядывал его спину, тем больше раскаивался в душе. — Разве ты не мог исцелить эти раны? — Мог, но не стал. Не хочу забывать те дни, ведь они тоже часть нашей истории, — после этих слов Фэн Хуа все же зашел в воду с головой. Позже он вынырнул и издал удовлетворенный возглас. Подплыв к берегу, он сложил руки и снова попытался уговорить Син Юэ: — Син-эр, мне одиноко без тебя~ — В другой раз, — отмахнулся смущенный демон. — Ловлю на слове. Но одним купаньем ты не отделаешься, ха-хах! Не мог бы ты принять свой истинный облик? Я жутко по нему соскучился, — наигранно вздохнул юноша. Фэн Хуа не ожидал, что Син Юэ выполнит его просьбу. Его глаза загорелись и с улыбкой до ушей он торжественно произнес: — А-ах, маленький Син-эр само очарование, но истинный словно небожитель! — Фэн Хуа снова погрузился в воду, почувствовав себя рыбкой, Син Юэ же остался сидеть у берега наедине со своими мыслями, разъедающими его голову. «Прости. Прошу, прости». Очень скоро Хуа Фансянь проснулся. Его пушистые ресницы затрепетали, и алые очи столкнулись со сводами пещеры. «Что за? Где я? Снова сон?» — отличить сон от реальности стало непосильно тяжелым бременем для его душевного состояния. С каждым днем его сны становились все хуже и хуже, а детали в них пробирали до костей. Он был накрыт верхней одеждой Фэн Хуа. С грехом пополам приняв сидячее положение, он осмотрелся и увидел только Син Юэ, который сидел в позе лотоса и медитировал. Ощутив на себя взгляд, он вернулся в реальность и деликатно спросил: — Как вы себя чувствуете? Вам стало легче? — Д-да, я в порядке. А где это мы? — В моих владениях, — Син Юэ предвидел, что после его слов Хуа Фансянь запутается пуще прежнего и продолжил, — Все, что вы сейчас видите, является моей территорией и только я имею к ней доступ. Демоны способны уединяться в своих владениях и восстанавливать там силы. Как видите, это моя собственная обитель и ни одна живая душа не посмеет оказаться здесь без моего на то дозволения. — Думаю, я понял. Должен сказать, здесь очень красиво, — подземное озеро очаровавывало своим видом. Казалось, оно сверкало и одаривало светом каменные своды. — И так спокойно… — Мы можете остаться здесь в ближайшие несколько дней, — предложил Син Юэ, вновь принявший облик ребенка. — Нет, благодарю за предложение. А где Фэн Хуа? — Син Юэ вытаращил глаза, поскольку неожидал моментального отказа со стороны юноши. — Я здесь! — вынырнул демон ветров. Брызги разлетелись в стороны и Хуа Фансянь рефлекторно прикрылся рукой. — Ты полон сил, да? — тепло улыбнулся парень. — Угу! Ци этого места просто невероятна! — Согласен, здесь чудесно, но я хочу уйти. Син Юэ, ты не знаешь, где сейчас Хэ Сюэ? Связавшись с хозяином по духовной связи, Син Юэ ответил: — Хозяин попросил аудиенции у императора для обсуждения дел касательно империи. — Отлично, — Хуа Фансянь медленно встал на ноги, сетуя на небольшую боль в спине и снова обратился к демону, — Не поможешь мне выбраться? Каждый встречный в знак уважения склонял голову перед ним. И каждый раз он проходил мимо. В его жизни не было ничего иного кроме войны, моря крови и бесчисленных сражений, а все из-за его нечеловеческого таланта. Он хотел совсем не этого, он не хотел отнимать жизни. Этому юноше было всего двадцать лет отроду, но вся империя признала его героем еще в восемнадцатилетнем возрасте. Ведь во время войны только этот юноша отличился своим упорством и безжалостностью к врагу. Когда войска потеряли своего генерала, он сумел повести за собой войско и привести его к победе, путем хитрых тактик. А после военного похода в его честь было организовано пышное празднество. Император взял юношу к себе на службу и передал ему пост советника-генерала. Юный Хэ был счастлив, ведь это означало, что ему больше не требовалось беспокоиться о том, чем питаться завтра. Он сможет жить в роскоши, как того хотели многие. В один миг у него появилось все, о чем мечтали его сослуживцы. Но о чем мечтал он сам? Поднимая глаза к небу, он не мог вспомнить. Странные образы мелькали в его воспоминаниях, но все они проносились невыносимо быстро. Когда же он погружался в мысли о прошлом, его голова жутко раскалывалась. А после головной боли следовали бессонные ночи. Прошло всего два года с того момента, как он занял пост советника, однако Хэ Сюэ уже чувствовал невыносимую усталость. Что ни говори, а он был слишком юн для столь тяжелой ноши. Всего за два года он успел принять участие в трех войнах и увидел все ее ужасы. Но совсем недавно в клетку волка впустили хитрую лисицу, что имела особенность становиться пугливым зайчонком. Несмотря на страх перед устрашающим волком, лисица все равно совала свою любопытную мордочку в пасть к волку. Северный волк терпеть не мог рыжую хитрицу, но со временем потеплел к ней душой и позволял ей спать подле себя. Но когда настал день спустить шкуру с лисы, волк оскалился против хозяина, словно рычал: «Не смей трогать моего друга». Каблуки его сапог стучали по полу все громче, по мере того, как он приближался в тронный зал. Погруженный в свои мысли, Хэ Сюэ не успел заметить присутствие постороннего. Всего за мгновение его припечатали к стене. — Теперь ты не уйдешь! — Даже не думал об этом, — улыбнулся советник. Хуа Фансянь встав на цыпочки, угрожающе навис над грудью Хэ Сюэ. Он приложил ухо к его сердцу, и умиротворенно вздохнул: — Так гораздо лучше. — Почему ты не остался во владениях Син Юэ? К счастью, он смог предупредить меня о возможном похищении с твоей стороны. — Я, конечно, прошу прощения за свою бестактность и грубость, но, черт возьми, Хэ Сюэ, позволь мне постоять с тобой так всего минуту! — умные мысли и инстинкт самосохранения преследовали его, но он был быстрее. Пристыженный до корней волос, Шуан Хуа все же не отцепил рук от его спины. «А ведь раньше я пытался убежать от тебя всеми возможными способами. Я так легко поддался твоему очарованию». — Хуа Фансянь, что ты увидел сегодня? Чжу Цюэ рассказал мне о том, что произошло сегодня. — Ничего хорошего, — пробормотал он, — То ли это было слишком отчетливое видение, то ли на меня нацелился некто пугающий и решил таким образом предупредить о себе, — вспоминая недавнее, а в особенности сон, Хуа Фансянь вздрагивал. «Такими темпами я заработаю себе психологические травмы». — Предупредить, говоришь? Я слышал, что после пробуждения ты не мог пошевелиться, кричал и стенал. Это как-то связано с тем существом? «Ах, да, сонный паралич. И все из-за того куска дерьма!» Хуа Фансянь не хотел отвечать. Советник, заметив его нежелание говорить, только ласково поглаживал его по спине. — Прости, Его Величество ждет тебя. — Ничего, пусть подождет еще, — Хуа Фансянь хотел было отстраниться, но Хэ Сюэ крепко прижал его к себе. Он слушал как быстро бьется сердце в чужой груди, как оно набирает темп и стучит боевым барабаном. Именно этот звук приносил успокоение в его душу. К счастью, вся прислуга была занята подготовкой к предстоящему торжеству, иначе не обошлось бы громких слухов о тайном романе советника и наложника императора. — Хочешь выйти за пределы дворца? Через три дня намечается большой праздник. — советник нарушил неловкую тишину, возникшую между ними, и решил сделать первый шаг. — Хах, как ты узнал, что я хотел выйти в город? — усмехнулся Хуа. — Тогда давай возьмем Вэнь Лина? Хочу, чтобы он увидел страну, которой будет править. — Да, как пожелаешь, — советник невесомо поцеловал его в макушку так, что Хуа Фансянь даже не заметил этого. — Твое сердце забилось быстрее. — И кто же виновник, интересно?