Система: «Спаси-себя-от-главного-героя»

***

История четырех наследников Преисподней ныне известна — падшая богиня лично избрала каждую душу, что, на её взгляд, показалась интересной и довольно устойчивой к лишениям. Но что же с самым первым наследником, память о котором сохранилась только у представителей власти? Какое же имя он носил и почему никто не желает вспоминать о нём? Князь Яньло и двенадцать судей ясно помнили день, когда Луноликая Покровительница наслала на него страшное проклятие и её последующие громкие слова: — Исчезни вовеки, нахальный отброс! Врата навсегда закрылись. После изгнания в мир людей, богиня надеялась уничтожить след о нём в собственной памяти. Она глубоко пожалела о своём выборе, ибо своими руками подарила шанс на возрождение монстру, не знающему жалости и покоя. Даже годы спустя Владыка Яньло не мог забыть о своём первом ученике, совершившем роковую ошибку. Этого не могло быть. Первый наследник лично воспитывался им и во всём ему подражал. В какой же момент, он отказался от учения своего наставника и встал на неправильный путь? В чём заключалась причина его странного поведения, приведшая к необратимым последствиям? Когда всё пошло по этому сценарию? Из-за кого он сошёл с ума? Кто виновен в его безумии? Возможно, начало этой истории спрятано под толстым слоем пыли и паутины. Хотя, вернее будет сказать, под толстым слоем земли, откуда не пробивается ни единый луч солнца. Именно здесь и заканчивается первая глава истории и начинается последующая. Возвращаясь к началу, к самым истокам, стоит упомянуть о юном мальчишке низшего происхождения, ведь он главный герой этой истории. Родом он был из одной мелкой деревушки на окраине города, в которую городские жители не осмеливались и сунуться. То ли неприветливые люди, то ли гнетующая атмосфера нищеты, царящая в нём, заставляли прочих идти мимо, не оборачиваясь. Здесь он и жил вместе со своей семьёй. Мальчик был вполне счастлив. Он рос в любви и заботе. Игрушками ему служили камешки, палки и комки соломы. Пусть детишки его возраста и не жили в той деревушке вовсе, он с превеликой радостью играл с собой, воображая себя избранным героем, священная миссия которого спасти жителей Поднебесной от неминуемой катастрофы, а все из-за кровожадного монстра, что вплёл невинных в свои жуткие игры. Иногда он заигрывался настолько, что забывал счёт времени. Матушка выкрикивала его имя, приглашая поужинать. Хоть блюда и были весьма скудными, каждое из них отличалось невероятным вкусом и это неудивительно — мальчик считал, что приготовленная его матушкой пища не может быть невкусной. Плошка риса с кусочками мяса — не это ли подлинное счастье? Вкусные блюда, приготовленные с душой, становились лекарством от всех бед. Мальчонка часто слышал запах жаренного крольчонка и различных трав, что придавали ему более пикантный и насыщенный аромат. Этот восхитительный запах исходил из соседних домов и вызывал жуткий голод. Желудок требовал пищи, которую мальчик не вкушал ранее. Тогда он прибегал к крайним мерам и похлопывал свой живот, чтобы тот успокоился и перестал урчать. Весьма печальная реальность для маленького ребёнка. Но вскоре произошло то, что привело в крайнее изумление: живот его дорогой матушки внезапно начал расти! Мальчик мог только в изумлении похлопывать глазами, да пристально изучать его. Большие глаза округлились, будто вылетели из орбит, а рот раскрылся так широко, что в него с легкостью могло залететь насекомое. — Матушка! Матушка! Почему твой живот с каждым днём становится все больше и больше? Ты заболела? — только представив себе такую возможность, мальчик ударился в слёзы, но добросердечная мать тут же успокоила его и ласково объяснила: — Вот глупости. Я совершенно здорова. А живот растёт потому, что в нём растёт малыш. У тебя скоро появится брат или сестрица, дорогой. Разве это не чудесная новость? Мальчик поднял голову, в недоумении посматривая то на матушку, то на её живот. Затем стерев следы недавних слёз, принялся изучать её раздувшийся живот и с изумлением воскликнул: — Не может быть! Как же он попал туда?! — не сумев объясниться, женщина только улыбнулась, но тут же на неё вывалился неподъёмный груз вопросов, на которые она чисто физически не успевала отвечать. И всё же, факт оставался фактом — скоро у него появится самый лучший друг и не имеет значения, будет им его брат или сестрица. Узнав об этом, мальчик не мог уснуть всю ночь. Все его мысли занимал малыш, который, по словам матушки, должен родиться, когда весь снег растает и расцветут деревья. «Скорей бы это время наступило!» — промелькнуло в мыслях. Однако его радость не разделял отец. Судя по изумлению, промелькнувшем на его тощем лице, он явно не ожидал услышать подобную новость. В тот же вечер между родителями вспыхнула громкая ссора. Во время таких моментов мальчик часто выбегал наружу и прятался в своём укромном уголке, где его никто не увидит, и закрывал уши да жмурил глазки, пока шум окончательно не стихал. О В последнее время отец с матерью часто ссорились, поэтому их смышлённый сын не попадался им на глаза в такие моменты, ведь мог получить оплеуху от отца. Увы, отрада мальчика не длилась слишком долго. Вскоре после этого матушка слегла с тяжелой болезнью. Ей было очень трудно подняться с постели. Видя, в каком состоянии пребывает его матушка, мальчик старался делать всё, что в его силах, лишь бы ей стало лучше. А отец, в свою очередь, пытался заботиться о больной, как только мог: работал в трое усерднее, но единственное, что он мог позволить, все еще был мешок риса да совсем немного мяса. Стало совсем тяжко, когда отец семейства потерял свою работу — его каллиграфическое искусство полностью наскучило народу, стоило явить свой лик другому мастеру, которому под силу были даже самые сложные узоры. С каждым днём его ремесло привлекало все меньше внимания, а затем и полностью лишилось его. Теперь он, сидя подле своей супруги, днями напролёт раздумывал о том, где добыть пищу, когда мешок риса полностью опустеет. Щеки женщины впали, а кисть истончилась, словно ветка из слоновой кости. Игры не приносили мальчику удовольствия, состояние его дражайшей матушки сильно расстраивало. Он сыпал вопросами отца: — Почему матушка никак не выздоровеет? Это всё из-за моего братика или сестрицы? Из-за них она заболела? Долгожданного ответа не последовало. Мужчина провалился в собственные думы, не обращая даже мимолётного взора к сыну. Шли дни, а состояние матушки только ухудшалось. Последняя тарелка рисовой каши была разделена меж ней и сыном; отец отказался от еды. И всё же, этого оказалось критически мало. Мальчик старался пережевывать каждую гранулу и есть настолько медленно, насколько возможно. Проглотив всего три ложки, мальчишка воскликнул, что наелся. Ему пришлось соврать во благо своего родителя. Наблюдая за данной трогательной сценой, отец семейства и бровью не повёл. Что-то в нём сломалось. Иногда он начинал говорить себе под нос что-то несвязное, иногда мог ударить себя по щеке и бесконечно долго таращиться на огонь. В такие моменты мальчик пугался. Сколько его не зови, отец никак не реагировал, словно его разум витал в далёких краях, откуда не возвращаются. Временами он пробуждался ото сна и слабо улыбался, но было в этой улыбке что-то неестественное и слегка пугающее. Одним вечером, укладывая сына спать, он присел подле него и завёл ненавязчивый разговор, в ходе которого задавал некоторые вопросы: — Ты ведь хочешь, чтобы твоя матушка выздоровела? Если ей станет лучше, малыш, находящийся в её животе, увидит этот свет. Разве ты не желаешь помочь? Знаю, ты стараешься, как можешь, но этого недостаточно, — его голос обрывался, немного вздрагивая. Мужчина не мог сохранить зрительный контакт более, чем на три секунды. С того момента, как он потерял работу, он сильно изменился. Мальчик без колебаний воскликнул: — Конечно! Я постараюсь еще больше, лишь бы матушке и малышу стало лучше! Сегодня мне сильно досталось от дяди Шу… но я не сдамся! Завтра я буду осторожнее и украду немного редиски с его поля! — болезненные синяки на спине ни чуть не беспокоили его. Мальчонка был готов рискнуть своим здоровьем ещё раз, дабы своровать съестного. Отец кивнул, а его грубая ладонь коснулась макушки мальчика. Из-за того, что в помещении было слишком темно, ему не удалось разглядеть его выражения лица, но тепло родительской руки убаюкало и он погрузился в сладкий сон. В ту ночь, ему приснился кошмар, от которого он не мог ни проснуться, ни убежать. Сначала он ощутил, как воздух заканчивается в лёгких, после чего последовала острая боль во всём теле, точно его разрубают на части. Утром следующего дня мальчик вскочил с постели, тяжело дыша. Протерев глазки, он подбежал к отцу и потянул за край одежд. Последний присел подле супруги и поил её горячим супом. — О-отец, мне приснился страшный сон! Мне было так больно! О?.. Отец, ты раздобыл еды! Где ты достал столько мяса? Ты украл его у дяди Шу? Он ведь тебя не заметил? А-то рука у него тяжёлая! Тебе бы сильно досталось от него! Ответов снова не последовало. Мальчик отошёл, не смея беспокоить своих родителей. Возможно, теперь матушка пойдет на поправку. Коснувшись своего живота, паренёк обнаружил нечто странное: он не чувствовал ни голода, ни жажды. Удивительно. Ещё до вчерашнего дня живот сильно болел от голода и отторгал воду, которой он заполнял пустой желудок. Мальчик обрадовался. Если ему не нужно больше есть, вся пища достанется матушке и малышу! Как чудесно! Дни проходили стремительно. Особенность, появившаяся ни с того, ни с сего, начала настораживать ребёнка. Отец совсем не обращал на него внимания, словно его не существовало. Матушка начала приобретать более здоровый оттенок лица, что не могло не радовать. Поднакопив силы, она приподнялась и спросила: — А где же мой сынишка? В последнее время я совсем не слышу его голос. Услышав данные слова, мальчонка ринулся в объятия матери, радостно воскликнув: — Матушка, я здесь! Я так рад, что тебе стало лучше! — Кажется, он играется снаружи, — послышалось за спиной. Мальчик повернул голову и узрел знакомую отцовскую фигуру. Опешив, он произнес: — Н-нет же… я прямо здесь! Отец! Матушка! Они проигнорировали его существование. Мальчик прождал некоторое время, прежде чем отойти в сторону и понурить взор. Почему отец сказал подобное? Почему матушка даже не заметила его? Похоже, они слишком устали. Им нужно время, чтобы отдохнуть и придти в себя. Прошло два дня, три дня, пять дней, десять дней… Мальчик забился в угол, обнимая себя за колени. Все эти десять дней родители не замечали его. Когда он решился было предпринять очередную попытку завладеть их вниманием, на него внезапно накатила тоска. Он не хотел больше двигаться или говорить что-либо. С трудом найдя в себе силы, он поднялся на ноги и выбрался наружу. Ослепительные лучи солнца не согревали, точно от них веяло холодом. Маленький мальчик переминал ноги, не зная, где его место, и куда ведут собственные ноги. Подчиняясь воле тела, он отдалился от дома и ступил в лесную чащу. В ней было так тихо, что невольно казалось, будто здесь возможно потерять слух. Обычно она казалась устрашающей, как если бы в ней обитали чудовища. Однако сейчас она не представляла из себя ничего особенного и стала совсем обычной, невзрачной. Следуя зову своего сердца, он прошел глубже, где обнаружил перекопанную землю. Слой снега был тончайшим, как волосок. Он присел на заснеженную землю и осторожно коснулся слоя инея. Что-то ему подсказывало, что под этой землей спрятано нечто драгоценное. Добравшись до того, что было спрятано глубоко под землей, мальчик оторопел и отскочил от ужаса: в этой самой яме лежали маленькие кости. Узрев их, он вспомнил всё, что произошло и полностью осознал одну ужасную вещь — эти кости принадлежали ему. — Какой кошмар. Родитель убил собственное чадо и расчленил, как мелкого зверька, — послышался неразборчивый шёпот. Высокая тень накрыла могилку, рассматривая кости, небрежно брошенные, после использования. Эта тень принадлежала величественному Владыке Яньло. Похоже, он явился в смертных, дабы забрать заблудшую душу, — Дитя, не пугайся. Этот слуга лишь пришёл сопроводить тебя. Мальчик испуганно поднял очи, в которых блестела влага. Голова разрывалась от мыслей. Он не понимал, где находится и что происходит. Мальчик отчётливо ощущал ужас, что прошелся по всему позвоночнику. Как бы ему не хотелось, слёзы не катились по щекам, словно его глаза полностью высохли. Схватившись за волосы, он потер глаза, в страхе поднять их вновь. Тогда Владыка Яньло подошёл к нему и заключил в утешающие объятия, приглаживая по спине. — Несчастное дитя. Мне жаль, что с тобой произошло нечто ужасное. Этот Князь поможет тебе избавиться от воспоминаний и сопроводит в другой мир, где ты получишь шанс на новую жизнь. Тебе только нужно пойти со мной. Владыка хорошо ладил с человеческими детьми и знал, как найти к ним подход. Мальчик стенал и кричал, однако вскоре принял чужую заботу, захлебываясь в пучине собственных чувств и бездонной печали. На подсознательном уровне человек перед ним внушал доверие и тревога медленно спадала. Севшим голосом он произнёс неуверенное: — Вы… правда поможете мне? Но почему именно я? Почему отец сделал это со мной? Я плохо себя вёл? Я плохой ребёнок? Отец разлюбил меня?.. Князю пришлось отмолчаться. Он не стал вываливать на маленького, еще совсем юного ребёнка столь страшную информацию. Погубив одну жизнь, отец этого мальчика отдал предпочтение другой, еще не рожденной. Владыка Яньло поднял его на руки и увёл в глубь лесной чащи, где можно легко заблудиться, если не знаешь дороги. Книга душ предоставила ему информацию об этом ребёнке — дату и даже причину его гибели. К сожалению, какой бы властью и силой не обладал достопочтенный Владыка, он не имел права вмешиваться в дела смертных и мог только ждать да наблюдать, как сторонний зритель. Вмешиваться в чужие судьбы категорически запрещено, ведь малейшее вмешательство в жизнь смертного может повлечь за собой необратимые последствия, ответственность за которые несёт сам Владыка. Иногда душам нужно время, чтобы осознать собственную гибель, после чего последовать за остальными в Диюй. Князь Яньло лично пришёл за маленьким мальчишкой, родитель которого беспощадно расправился с ним и сварил из него суп. Владыка взял чистую и невинную душу на руки и отвёл его как можно дальше от места, хранящего множество кошмарных воспоминаний. Мальчик молчал и только крепко держался за плотные одеяния своего спасителя. Недавние события оставили в его душе огромный шрам. Неизгладимые впечатления прожглись клеймом на ещё юной, совсем зелёной душе, не успевшей повидать мир, во всеми его странностями и разнообразной красотой. Князь с сожалением и скорбью прикрыл глаза, не в силах совладать с чувствами. Люди были ему симпатичны. Даже очень. Он искренне дивился их уму, изобретательности и поэзии, в которых воспевалась любовь к прекрасному. Но существовали в них и уродливые черты, принадлежащие демонам, такие как злость, ложь, коварство, алчность и самое страшное — убийство. Владыка Яньло лишь в некоторых, исключительных, случаях мог простить грех смертного — коль убийство было использовано во благо, с целью облегчить страдания. Данный случай посеял смуту в его груди. Безусловно, отец этого ребёнка совершил непростительный грех, однако эта палка имела два конца, ровно как и две стороны, в которой преобладала необходимость и отчаяние. У этого человека были свои мотивы, вовсе непонятные самому Князю. Вот что делает крайность с человеком: она подкрадывается незаметно и сидит на его плечах, ровно до тех пор, пока он не почувствует гнетующую тяжесть и не прогнётся под ней. Тогда-то она и ловит его в ловушку бесконечного греха, от которого не отмыться и не убежать. Этот грех навсегда останется с ним, и после смерти ему придется поплатиться. Владыка лично проследит за тем, как он искупляет грехи. Пока он раздумывал над причинно-следственной связью, врата Преисподней широко раскрылись перед ними. Вместе с Князем сквозь них прошли призрачные огоньки. Мальчик продолжал крепко держаться за него, как за спасительную соломинку. Владыка Яньло должен уже было отпустить юную душу, но тот упорно хватался за края его одежд. — Пожалуйста, не бросайте меня! Я… я не хочу туда идти! — призраки пугали его, а страж, что принимал мёртвых наводил ужас. — Они не навредят тебе. Все вы здесь по одной причине и все вы равны. Тебе, дитя, надлежит пройти через суд, а после ты вернёшься в свой мир. — Я не хочу возвращаться! — мальчик сорвался на крик, — Прошу! Позвольте пойти с вами! Я не хочу возращаться в свой прежний мир! Безумие. За всё то время, что Князь пробыл здесь, он впервые встречает душу, что не желает перерождения. Сколько бы жалости и сострадания он к нему не чувствовал, этот ребёнок не мог оставаться здесь. Только он приоткрыл губы, чтобы вынести приговор, как перед взором возник ночной небесвод, освещаемый крохотными огоньками — падшая богиня опередила его и поспешила ответить: — Дитя, почему ты не желаешь возвратиться к своей семье? Весьма странно, ведь все дети, которых я знала, плакали и просились домой. Князь не ожидал явления своей богини так скоро. В любое другое время она не сходит с неба и только безмолвно наблюдает за своими владениями. — Моя госпожа, не серчайте. Этот ребёнок заблудился только и всего. Луноликая бегло рассмотрела мальчишку, затем косо взглянула на Князя: — Эта богиня желает ближе познакомиться с этим ребёнком. — Моя госпожа, что вы задумали? — настороженно вопросил Владыка, пока падшая богиня протягивала руку мальчику. Тот неуверенно расмотрел её белую, как слоновую кость, ладонь. Внимание прежде всего привлекли бледность кожи и множество украшений, что сверкали, как звёзды. От неё исходила странная аура, совсем не такая, как у Владыки. Он был доброжелателен и располагал к себе, однако Покровительница была немного другой. Казалось, в её восхитительных глазах таился хитроумный план, а тёмные, холодные губы шептали коварные словечки. — Эта богиня кое-что покажет тебе. Идём. Мальчик побоялся ей отказать. Видимо, она обладает здесь огромной властью, раз его спутник остался в стороне, заикаясь. Богиня не вызывала у мальчика симпатии. Поэтому, отвергнув её предложение, он подошёл к Князю и схватил того за руку, будто демонстрируя свою неприязнь. Покровительница только разочарованно цокнула языком. На её красивом лице отпечаталась тень досады. Взглянув на проказного ребёнка сверху вниз, она протянула недовольное: — И как только ты посмел отвергнуть эту богиню? Владыка Яньло, чем же вы подкупили это дитя? Что вы ему обещали, раз он слепо идёт за вами? — Моя госпожа, поверьте своему верному слуге. Разве стал бы этот Владыка что-либо делать, лишь бы завладеть расположением ребёнка? — Безусловно, — оскалилась Луноликая. Мальчик крепко держался за одеяния Владыки, не думая отпускать ни на секунду. Падшую богиню охватила зависть. В тот же момент в её голове возникла довольно безумная идея. В груди, там, где при жизни располагалось сердце, что-то заблестело. Присмотревшись, Луноликая обнаружила причину блеска — то был естественный свет, исходящей из его души. Невероятно. Разве подобное возможно? Этот яркий свет исходит из самой глубины его души. Он точно кричит о том, что данная душа принадлежит невероятному человеку, к превеликому сожалению, жизнь которого оборвалась в юном возрасте. Жадность громко вскрикнула в груди богини. Стоит ли отправлять его на суд? Что за кощунство! Будет настоящим преступлением отправлять его на перерождение! Разглядев в нём потенциал, богиня отдала приказ: — Раз это дитя не хочет возвращаться в Поднебесную, то пусть так и будет. — Что? Но… моя госпожа! Мы обязаны следовать закону! — встрепенулся Князь. — Яньло, — сурово произнесла она, не повышая тон, — Не забывай, кто создал тебя. Я собственноручно возвела Диюй, а ты нужен мне лишь для того, чтобы держать это место под контролем! Не вмешивайся в дела этой богини и стой молча в стороне, как ты обычно и поступаешь. Веки тяжело рухнули, Владыке пришлось проглотить слова, вертящиеся на языке. Мальчик упрямо просился на руки, пока Князь сдержанно заложил ладони за спину. Луноликая предприняла очередную попытку завладеть доверием одарённого, но тот по-прежнему воротил нос. Ресницы на веках мужчины чуть дрогнули, всего на секунду в его очах проскользнула еле заметная ухмылка. Терпение и выносливость богини подходили к концу, а мальчик всё тянул канитель, вызывая ещё большее раздражение. Тогда она выдвинула условие: — Дитя, ты не вернешься в тот мир. Эта бессмертная пообещает, что больше ты не увидешь тех, кто причинил тебе боль. Но взамен ты, дитя, обязуешься служить этой богине. Ты будешь наделён невиданной силой, однако ценой за неё окажется твоя свобода. Коль посмеешь выказать неповиновение, я брошу тебя на растерзание самому жесточайшему из судей. В тело мальчика проник ужас. Эта женщина пригрозила ему страшным наказанием. Выбора нет. Мальчик обязан согласиться, иначе не завидна его участь. Обдумав её слова, он пришёл к выводу, что не хотел бы возвращаться в место, что причинило ему столько боли. Разжав туго сложенные пальцы, он медленно отдалился от Князя Яньло и боязливо шагнул в сторону Луноликой. Падшая богиня велела подняться кроваво-красной луне, что окрасилась в небесно-голубой. Данное явление происходило лишь раз в пять лет. Её свет служил благословением необходимым для жизни всех подземных существ. Но существовало одно табу: раз в пять лет все демоны обязывались собираться в Преисподней и преподносить подношения. Те, кто осмеливался бросать ей вызов, поплачивались собственной жизнью. В тот день на свет явился новый демон, душа которого частично обладала силой самой Луноликой. Его объявили первым наследником Преисподней и подарили новое имя — Бай Син.