Спрятанная

Несса.

— О, пожалуйста! Пожалуйста, позволь мне пойти и посмотреть на них! Теперь они моего возраста! Это единственная причина! Я обещаю, что не позволю себя увидеть! Альбус вздыхает, но его глаза мерцают, и я знаю, что победила.  — Ладно. Гарри приедет в этом году – обязательно присмотри за ним. Но обещай мне, что тебя никто не увидит, — говорит он, произнося последнюю фразу довольно строго. Я киваю и вскакиваю, крепко обнимаю его за шею и сжимаю, заставляя старика хихикать. Я быстро отпускаю его и выбегаю из кабинета, используя свои обычные потайные ходы, чтобы спуститься за пределы вестибюля, где я вижу Минерву, ожидающую прибытия первокурсников. Она замечает и улыбается, обнимая меня одной рукой в знак приветствия.  — Полагаю, Альбус позволил тебе посмотреть, — размышляет она. Я волнительно киваю. — Первокурсники будут здесь в любую секунду, так что тебе лучше исчезнуть, – советует она. Я киваю и бегу к паре колонн, прижимаясь к ним всем телом и прячась. И как раз вовремя. Целая группа людей с грохотом поднимается по лестнице, болтая друг с другом и останавливаясь, когда Минерва выходит вперед.   – Добро пожаловать в Хогвартс. Сейчас вы пройдете через эти двери и будете распределены по факультетам. Их четыре. Гриффиндор, Пуффендуй, Когтевран и Слизерин, — говорит Минерва. Пока она говорит, я осматриваю толпу, замечаю рыжеволосого мальчика, стоящего рядом с черноволосым мальчиком в очках. Я чуть ли не задыхаюсь. Гарри Поттер. — Пока вы здесь, факультет — ваша новая семья. Любые высокие достижения или усилия принесут вам очки; любое нарушение правил, и вы их потеряете. В конце года факультет, набравший наибольшее количество очков, выиграет кубок – это большая честь. А теперь, пожалуйста, подождите здесь минутку, – говорит Минерва, уходя. Как только она исчезает из виду, светловолосый мальчик выходит вперед и встает перед Гарри.  – Значит, это правда? Гарри Поттер прибыл в Хогвартс, – протягивает он, вызывая немедленное бормотание. – Я Малфой. Драко Малфой. Рыжеволосый рядом с Гарри хихикает. — Тебя имя рассмешило? – Драко усмехается. – Даже не буду спрашивать, как тебя зовут. Рыжие волосы, обноски ... ты, должно быть, Уизли, – говорит он с отвращением. Я хмурюсь. Альбус предупреждал меня о таких людях, которые думают, что лучше всех остальных только потому, что чистокровные. Я сама не чистокровна. Альбус сказал мне, что мой отец был магглом. Он умер вместе с двенадцатью другими магглами на улице однажды ночью. Человек по имени Сириус Блэк убил их всех. К счастью, сейчас он в Азкабане, так что больше никому не сможет навредить. Но Альбус всегда учил меня никогда не судить никого по семье или крови, только по личности. И Драко мне уже не нравится. Я выглядываю из-за колонны еще немного, как раз вовремя, чтобы увидеть, как Драко поворачивается обратно к Гарри.  — Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться. – говорит Драко, протягивая Гарри руку и бросая злобный взгляд на Уизли. Гарри смотрит на свою руку, а затем снова на Драко.  — Спасибо, но я думаю, что сам могу понять, кто чего достоин, — нахально говорит Гарри. Я чувствую, как на моем лице появляется ухмылка, и мне с трудом удается подавить смешок. В этот момент появляется Минерва и хлопает Драко по плечу, заставляя его отступить в очередь. Он бросает свирепый взгляд на Гарри, а затем его взгляд скользит туда, где стою я. Его глаза встречаются с моими, и я успеваю разглядеть в них удивление, прежде чем он моргает, и я пользуюсь шансом нырнуть обратно за колонну. Мерлинова борода! Он видел меня! Нет! Этого не может быть! Всю свою жизнь я прожила в замке – целых одиннадцать лет, и меня никогда раньше не видели. Но теперь этот глупый мальчишка Драко все испортил. Как я могла попасться? Мне следовало как следует спрятаться! Я вижу, как все входят в Большой зал, и быстро бегу вокруг задней части, к секретному проходу, о существовании которого знаю только я. Это приводит меня прямо к началу зала, за учительский стол. Северус замечает, привыкший к моим внезапным появлениям, и улыбается, затем снова поворачивается ко мне, делая свое обычное хмурое лицо. Или, может быть, он хмурится только потому, что сидит рядом с Квиринусом Квирреллом. Я улыбаюсь. Дядя Сев всегда ненавидел Квиррелла. То ли потому, что он профессор Защиты от Темных искусств, а Северус всегда хотел получить эту должность, то ли из-за чего-то совершенно другого, я не уверена. Тогда я решаю рассказать Северусу о мальчике Драко. О том, как он увидел меня. Северус поймет. Он всегда понимает. — Гермиона Грейнджер! Довольно симпатичная девочка с пышными волосами выходит вперед и садится на табурет. Минерва надевает ей на голову старую, грубую сортировочную шляпу, и через некоторое время она отправляет Гермиону в Гриффиндор. Все хлопают, а девушка улыбается, занимая свое место за ало-золотым столом.  – Драко Малфой! Светловолосый мальчик идет вперед, слегка нахмурившись. О, Мерлин. Может быть, он хмурится из-за меня. О, это было бы нехорошо. Надеюсь, он забудет обо мне после праздника. Блондин садится на табурет, и старая шляпа едва касается его головы, прежде чем отправляет его в Слизерин. Ха, я могла бы и сама догадаться. Не то чтобы со Слизерином что-то не так, конечно, я бы не возражала быть в этом факультете. Или, может быть, Когтевран подошел бы мне больше... — Рональд Уизли! Рыжеволосый мальчик вздыхает и садится на табурет. Шляпа остается на его голове всего пару секунд, прежде чем он попадает в Гриффиндор вместе с Гермионой. Весь стол аплодирует, множество других рыжеволосых мальчиков встают и хлопают Рональда по спине. Они, должно быть, его братья. Ах, да, близнецы Уизли. Два проказника, с которыми я должна быть очень осторожна. Видите ли, на первом курсе они украли у Филча карту школы, на которой отмечены несколько секретных проходов. Несколько проходов, да, но не все. Далеко не все. Я думаю, что люди, которые составляли карту, были довольно небрежны. В любом случае, на карте также показаны следы каждого человека в замке – где они находятся. Очевидно, всплывает мое имя, но только имя. По какой-то причине там не отображается фамилия. Я думаю, Альбус подстроил все так, чтобы, если карта когда-нибудь попадет не в те руки, никто не узнал бы, кто я на самом деле. Я никогда не знала своей фамилии, а Альбус мне не говорил. Только потому, что я его, конечно, не спрашивала, иначе он, вероятно, сразу же мне все расскажет. Конечно, эти два нарушителя спокойствия много раз пытались найти меня, но им это не удавалось. Скрытые проходы, о которых я знаю, но которых нет на карте, очевидно, не отображаются, поэтому я просто прячусь в одном из них, а близнецы меня так и не находят. И никогда не найдут. – Гарри Поттер! Весь зал замолкает, когда черноволосый мальчик подходит к табуретке. Он садится, и шляпа остается на его голове очень долго, прежде чем, наконец, отправляет мальчика в Гриффиндор. Он радостно улыбается и практически вприпрыжку бежит к столу, где все безумно аплодируют, а близнецы Уизли снова и снова кричат: – С нами Поттер! С нами Поттер! В этот момент, глядя на всех таких счастливых, смеющихся и улыбающихся, я хмурюсь и смотрю в пол, глубокая печаль пронзает мое сердце. Конечно, у меня есть Альбус, Минерва и Северус, но... Я всегда хотела иметь друга своего возраста. Я выросла, вынужденная избегать каждого ребенка, которого вижу. Практически каждого взрослого тоже, но я всегда хотела, чтобы у меня был кто-то моего возраста, с кем можно было бы общаться. Вздохнув, я прокрадываюсь обратно в свой потайной ход, убедившись, что вход полностью запечатан и недоступен для тех, кто не знает, как войти, то есть для всех, кроме меня, затем выползаю из него. Я иду по пустым коридорам, все еще держась поближе к стенам на случай, если кто-нибудь подойдет ближе. Я направляюсь на кухню, нажимая на грушу, чтобы войти через отверстие в портрете. Сразу же несколько усталых домашних эльфов окружают меня, спрашивая, не хочу ли я чего-нибудь поесть. Я тепло улыбаюсь им всем. — Да, спасибо. Если вы, конечно, не возражаете, – вежливо говорю я. Я знаю всех домашних эльфов по именам, так же, как они знают меня. Альбус познакомил меня с ними, когда я была совсем маленькой, так что, думаю, можно сказать, что я частично выросла на их попечении. Они всегда хорошо кормят меня, и я всегда могу рассчитывать на угощение, если захочу. Один домовой эльф бросается вперед, держа в руках тарелку с прекрасным ужином.  – Спасибо, – благодарю я, садясь у камина с несколькими эльфами, в то время как другие идут собирать кое-какие вещи. Я ем свой ужин медленно и вдумчиво, не в силах перестать думать о двух вещах.  Во-первых, мальчик Драко, и думает ли он, что я была просто частью его воображения, или он знает, что видел. Я надеюсь, он думает, что ему просто показалось. Никто – никто – не должен знать, что я существую. За исключением домашних эльфов, которые поклялись хранить тайну, Альбуса, Северуса и Минервы. Они единственные, кто могут знать. В противном случае есть шанс, что один из последователей Волдеморта или он сам, если он вернется, узнают. Не могу этого допустить.  Во-вторых, тоска. Я не могу не завидовать Гарри и всем остальным в зале. Конечно, у них может и нет семьи, как и у меня, но, по крайней мере, у них есть друзья. У меня их нет. Если не считать эльфов или троих взрослых, которых я знаю. И я их не считаю. Ну, может быть, я посчитаю дядю Сева, он самый лучший. Честно. Он действительно такой. Я не знаю, почему некоторым людям он не нравится. Он может показаться немного злым, если вы не знаете его как следует. Но мне нужен друг. Кто-то моего возраста. Кто-то, с кем я могу посмеяться и посплетничать, поговорить. Но этого никогда не случится. *** Северус. Вот кого мне нужно найти. И немедленно. Я пробегаю в подземелья, пригибаясь и петляя по проходам, которые знаю как свои пять пальцев. Я должна добраться до Северуса. У него, наверное, занятия. Мерлин. Ну что ж, я просто прокрадусь внутрь и подожду, пока все закончится. Я прокрадываюсь в заднюю часть класса и выглядываю через крошечную щель в стене, оглядывая класс. К моему удивлению, это класс моего возраста. Слизеринцы и гриффиндорцы. Гарри болтает со своим рыжеволосым другом, сидя рядом с девушкой с пышными волосами. На другой стороне комнаты я замечаю Драко, сидящего между двумя мальчиками, которые, вероятно, могли бы сойти за валуны. Вот какие они толстые. В комнате воцаряется тишина, когда двери с лязгом открываются, и в комнату входит Северус.  – На этом уроке не будет дурацких взмахов волшебной палочки и глупых заклинаний, — строго говорит он, резко поворачиваясь лицом к классу. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая чувства… я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки, — говорит он, вызывая у меня ухмылку. Северус всегда жалуется на свои занятия и на то, что все отстой в зельеварении. Кроме меня. Он хвалит меня, говоря, что я практически готова к уровню ТРИТОНа по его предмету. Я говорю, что это все из-за него — он действительно великий учитель. Честно говоря, удивительно, как много он знает. Северус всегда говорит мне доверять инструкциям, но менять их, если я считаю, что они неправильны. Иногда он намеренно дает мне неправильные указания, просто чтобы посмотреть, что я с ними сделаю. Северус, поворачивается к Гарри, который что-то пишет в своей книге. Ах, милые, если есть что-то, что вы должны знать о дяде Севе, так это то, что если вы не уделяете ему максимум внимания, даже если записываете то, что он говорит, у вас неприятности. Гарри поднимает глаза и откладывает перо. Северус подходит к нему.  — Гарри Поттер... наша новая... знаменитость, — усмехается Северус. Я хмурюсь. В этом году у Гарри будут проблемы. Северусу он не нравится. И я хочу знать почему. Конечно, это не только потому, что он писал? Может быть, так оно и есть...  — Поттер, что получится, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни? Я подавляю смешок. Легко! Напиток живой смерти. Гарри, однако, молчит. Гермиона, девушка с густыми волосами, сидящая рядом с ним, поднимает руку в воздух.  – Вы не знаете? — говорит Северус, поднимая брови. Гарри качает головой. — Давайте попробуем еще раз. Если я попрошу вас принести мне безоар, где вы будете его искать? В желудке козы. Проще простого. Гарри выглядит еще более смущенным. Гермиона садится прямее, ее рука машет в воздухе. Боже, даже я знаю ответ, но я не настолько отчаялась, чтобы поделиться им с классом. Хотя я уверена, что она неплохой человек — просто всезнайка. – Я не знаю, сэр, — бормочет Гарри.  — Хорошо, Поттер, а в чем разница между волчьей отравой и клобуком монаха? Нет разницы, они одинаковы. Боже, этот парень действительно невежественен. Впрочем, остальная часть класса выглядит так же – кроме Гермионы. Девушка встает со своего места, размахивая рукой. — Я не знаю, — тихо произнес Гарри. — Но мне кажется, что Гермиона точно знает, почему бы вам не спросить ее? Я ловлю себя на том, что ухмыляюсь. Там, где этому мальчику не хватает знаний, он компенсирует нахальством. Он мне уже нравится. Северус презрительно смотрит на него сверху вниз. О да... наверное, это не очень хорошая идея отвечать ему взаимностью... он может быть довольно противным – я видела, как это происходило. — Сядьте! — рявкает Северус на Гермиону, отчего ее глаза расширяются, и она немедленно садится на свое место, склонив голову. Я хмурюсь. Это было не очень приятно. Однако я вижу, как Драко начинает хихикать. Наверное, я была права — он не очень милый. И, похоже, ему не нравятся ни Гарри, ни Гермиона. Или Рон, если уж на то пошло. В этом году он может доставить им немало хлопот.  – Из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы и который является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, также известное как аконит. Поняли? Так, все записывайте! – кричит Северус. Стоит большой шум, когда класс мешкает, хватая свои пергаменты и перья. Обычно Северус так преподает – он говорит что-то, а ученики слушают, а потом записывают. – Поттер? Десять очков будут сняты с Гриффиндора за вашу наглость, – говорит Северус сквозь шум. Я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Гарри. Он выглядит разъяренным. Мальчик открывает рот, чтобы что-то сказать – вероятно, о том, как это несправедливо, но Рональд пинает его под столом и что-то шепчет ему на ухо, заставляя замолчать. Ну что ж, Северус никогда не благоволил Гриффиндору. И ему определенно не нравится Гарри. Я наблюдаю, как проходит оставшаяся часть урока. Северус довольно часто хвалит Драко, унижая всех остальных, особенно Гарри и бедного мальчика по имени Невилл Лонгботтом. Он выглядит таким грустным, нервным и напуганным. Мне жаль его. Я поговорю об этом с Северусом. Когда он проходит мимо столов, то насмехается над студентами и говорит им, что они делают неправильно, и иногда, если ему нравится человек – или он не полностью ненавидит его — он даст несколько советов. Когда Северус проходит мимо Гермионы, он просто стискивает челюсти и ничего не говорит о ее идеальном зелье. Эх, тогда она, должно быть, ему не очень нравится. Он проходит мимо Драко и хвалит его варево, но оно не идеально. Даже я могу сказать это отсюда. Я хмурюсь. Северус всегда был очевиден в отношении своих фаворитов. И я счастлива сказать, что я — абсолютная любимица. Я нахально улыбаюсь, когда все собирают свои вещи и выходят из комнаты. Немедленно выбираюсь из своего укрытия и улыбаюсь, обнимая Северуса. Он улыбается мне сверху вниз, затем вздыхает.  – Ненавижу эти занятия, — ворчит он, отстраняясь от меня. Я хихикаю. – Гермиона доставила тебе неприятности. Почти такая же умная, как я, – саркастически говорю я. Северус закатывает глаза, но на его губах играет легкая ухмылка. Он садится за свой стол, а я сажусь на него, скрещиваю ноги и кладу голову на руки, глядя на фигуру, которой я так восхищаюсь, но которая меня смущает.  – Но ты доставил Невиллу неприятности. Он испугался тебя, – говорю я прямо. Северус отрывается от своей работы, и его левая бровь приподнимается еще выше, чуть ли не до линии роста волос.  – И что бы ты хотела, чтобы я с этим сделал? Северус пристально смотрит на меня. Я пожимаю плечами.  – Будь с ним повежливее. Я знаю, что он ужасен в зельеварении, но одна из причин, по которой у него не очень хорошо получается, заключается в том, что он уже тебя боится. Северус ничего не говорит. Я слегка улыбаюсь, зная, что он воспринимает мои слова всерьез. – Похоже, тебе нравится мальчик Драко, – говорю я, быстро меняя тему. Северус едва заметно кивает.  – Да, я знаю его отца – Люциуса Малфоя. Не знаю, нравится мне этот человек или нет. Если я буду хорошо относиться к его сыну, он скажет обо мне своему отцу в хорошем свете. Драко рассказывает своему отцу все, что делает, – говорит Северус, снова наклоняясь, чтобы заняться своей работой. Мои глаза расширяются, и я некоторое время молчу.  – Мерлин, – наконец выдыхаю я, заставляя Северуса резко посмотреть на меня. — Что такое? — спрашивает он, каким-то образом чувствуя, что что-то не так.  – Драко действительно все рассказывает своему отцу? – тихо спрашиваю я, мой голос едва слышен. Дядя Сев хмурится, но кивает.  – Да, практически все. Зачем тебе? Я открываю рот, но слова не выходят. Я пытаюсь еще раз.  – П-потому что Д-Драко видел меня, – шепчу я. Я тереблю свои пальцы и смотрю на колени, но это не мешает мне чувствовать, как взгляд Северуса прожигает дыру в моей голове. Некоторое время мы сидим в тишине, прежде чем он, наконец, отвечает.  – Он видел тебя? – тихо переспрашивает зельевар. – Да! Альбус позволил мне спуститься, чтобы посмотреть, как прибывают все первокурсники пару дней назад, и я выглядывала из-за колонны. Он встретился со мной взглядом, но я исчезла в ту же секунду, как он моргнул! Я собиралась сказать тебе сразу, но тебя не было видно на празднике, и после этого я заснула на кухне. Я не знаю, что делать! Особенно, если он расскажет своему отцу! Тогда больше людей узнают! Что произойдет, если он не думает, что ему просто померещилось? Что, если он действительно уверен в том, что видел? Я не... — Я начинаю что-то бормотать, но Северус перебивает меня.  – Все должно быть в порядке. Ты уже сказала Альбусу? Я качаю головой, и он вздыхает, но, клянусь, я вижу в чёрных глазах немного гордости – счастлив, что он был первым, к кому я обратилась. – Что ж, нам придется сказать ему. И сделай так, чтобы он тебя больше никогда не увидел. Таким образом, он, вероятно, подумает, что ты ему просто померещилась, – говорит Северус. Я киваю, но затем мои карие глаза встречаются с его черными, когда мне приходит в голову внезапная мысль.  – Но если я расскажу Альбусу, он больше никогда не позволит мне гулять по замку! Северус вздыхает.  — Как насчет того, чтобы я поговорил с ним за тебя? Я расскажу ему о Драко. Уверен, что Альбус не будет слишком суров. В конце концов, ты живешь здесь уже одиннадцать лет, и тебя никогда раньше не видели, – успокаивает он. Я киваю, просто надеясь, что Северус прав.