Спрятанная

Драко.

– Эм, профессор Снейп? — окликаю я, заглядывая в класс. Снейп отрывается от своей работы. — Да, Драко? — Могу я поговорить с Вами минутку? — спрашиваю я, заходя в кабинет и садясь за ближайшую к его столу парту. Он кивает и откладывает перо, сосредоточив все свое внимание на мне. — Я хотел спросить вас о нескольких вещах, — говорю я, не зная, с чего начать. — Прежде всего... у вас есть племянница? Ее, случайно, не зовут Несса? Реакция Снейпа мгновенна. Он замирает, все его тело напрягается, глаза расширяются, а рот приоткрывается. Его кожа становится на несколько оттенков бледнее, чем обычно. Некоторое время он молчит, но, наконец, ему удается заговорить.  — Откуда ты знаешь о Нессе? Я пожимаю плечами, не уверенный, стоит ли говорить ему, что видел Нессу несколько раз. — Я не уверен, знает ли об этом профессор Дамблдор, но я видел ее не один раз. На самом деле, довольно много. И я знаю, что никогда не должен был ее замечать, хотя и не знаю, почему. А потом я разговаривал с Поттером на днях, и, очевидно, он слышал, как она разговаривала с Дамблдором и МакГонагалл в больничном крыле, и она назвала Вас "дядя Сев", – объясняю я. Снейп долго и пристально смотрит на меня. Наконец, он снова заговаривает. — Послушай меня очень внимательно, Драко. Я расскажу тебе о Нессе, если ты поклянешься не рассказывать об этом ни одной живой душе. Ни одному из твоих друзей, и уж точно не Поттеру и своему отцу. Это понятно? Я просто киваю, зная, что сдержу свое слово. Снейп, должно быть, тоже понимает это, потому что продолжает. — Я не должен никому об этом рассказывать, даже Альбусу или Нессе. Да, это было бы лучше всего... — рассуждает он, как бы про себя. Затем профессор снова смотрит на меня и делает глубокий вдох, начиная рассказ, который я так хотел услышать.

Несса.

Из множества страшных зверей и чудовищ, которые бродят по нашей земле, нет никого более опсаного и смертоносного, чем Василиск, также известный как Король Змей. Это существо, выведенное темными волшебниками. Херпо Фол был первым, кто вывел Василиска; он добился этого, заставив жабу высиживать куриное яйцо, в результате чего появилось существо, известное как Василиск. Разведение василисков было запрещено в средние века. Его методы убийства наиболее удивительны, поскольку, помимо его смертоносных и ядовитых клыков, взгляд прямо в глаза Василиска немедленно убьет жертву, в то время как непрямой контакт просто заставит окаменеть. Пауки боятся Василиска, ибо он их смертельный враг, а Василиск пугается только от крика петуха, который для него смертелен. Василиск классифицируется как существо XXXXX класса, что означает, что это убийца, которого нельзя одомашнить из-за его огромной силы. Поскольку Василиск по-прежнему остается змеей, змееуст может взять Василиска под свой контроль. Это зависит от отношений с змеем. Я ухмыляюсь, глядя на листок бумаги. Монстр из комнаты — это Василиск! Наконец-то я нашла нужную книгу, которая привела меня прямо к ответу! Я должна рассказать Северусу! Или Минерве. Или Альбусу. Или всем троим! Или, может быть, мне стоит рассказать Гарри. Или Гермионе. Хотя она похожа на человека, который мог бы разобраться во всем самостоятельно.  Закрыв глаза, я делаю то, о чем раньше никогда бы не подумала. Вырываю страницу из книги. Слегка поморщившись, я ставлю книгу обратно на полку, комкая листок бумаги в руках. Не знаю, кому расскажу, но я должна избавиться от этого чувства. Сейчас же! Я спускаюсь в кабинет Альбуса. Его там нет. Нахмурившись, я бросаюсь к его столу и открываю ящик, вытаскивая одну из безделушек, которую подарила ему довольно давно.  — Альбус Дамблдор. Деревянные фениксы немедленно исчезают, и поверхность становится чистой, в нем появляется Альбус. Мерлин. Я ругаюсь себе под нос. Он идет по территории. Сегодня матч по квиддичу! Пуффендуй против Гриффиндора. Тьфу! Это означает, что все будут присутствовать на игре! Ну, практически все. Обычно это было бы хорошо, но в данный момент хочу избавиться от этого открытия! Я потратила недели, перечитывая буквально каждую книгу на своей полке и полке Альбуса, прежде чем нашла ту, которую хотела. И теперь я поняла, что это за существо. Я имею в виду, я знала, что это должна быть какая-то змея, потому что Гарри — единственный человек, который может слышать, и он единственный змееуст в школе. Мне просто нужно было убедиться, что это был Василиск, а не просто какая-то другая змея. Но теперь все сходится! Миссис Норрис, должно быть, видела глаза Василиска сквозь воду на полу. Колин, должно быть, видел Василиска через свою камеру, а Джастин, должно быть, видел змея через сэра Николаса. Призраку досталось по полной программе, но он уже мертв, так что...  Вздохнув, я прихожу к решению: пойду в библиотеку. Может быть, там будет студент, и я смогу оставить для него подсказку. Тогда он сможет рассказать об этом остальным. Или я могла бы просто дождаться окончания матча, но не хочу. Я найду кого-нибудь, пусть они и поставят это себе в заслугу. Так школа будет в безопасности. Войдя в библиотеку через один из потайных проходов, я вижу знакомую пушистую шевелюру, склонившуюся над книгой. Гермиона! Я ухмыляюсь, но прежде чем успеваю оставить ей подсказку, она вырывает страницу из книги, комкая ее в руках. У нее блестят глаза. Может быть, она догадалась, что это существо – Василиск! Она достает из кармана зеркальце, и я обнаруживаю, что тоже отражаюсь в нем. Она, наверное, проверяет, не прячется ли Василиск за углом. Умная девчонка!

Гарри.

 — У пуффендуйцев нет ни единого шанса. Мы тренировались невероятно усердно, я знаю, что мы выиграем этот матч, – говорит Оливер, когда мы выходим на поле, все занимают места на трибунах. Я киваю в знак согласия, но останавливаюсь, когда к нам подходит МакГонагалл.  — Матч отменен, — говорит она, заставляя мои глаза расшириться.  — Вы не можете отменить квиддич! — заикается капитан. – Вы отведете остальных членов своей команды в общую комнату. Мистер Поттер, вы пойдете со мной, и мы найдем мистера Уизли. Есть кое-что, что вы оба должны увидеть, — говорит она, глядя на меня. Я хмурюсь в замешательстве, но все равно иду с ней, мы находим Рона на трибунах, а затем направляемся обратно в замок. Она ведет нас по коридорам к больничному крылу. Я останавливаюсь как вкопанный. — Гермиона... – в ужасе шепчет Рон. Гермиона, наша любимая подруга, лежит на больничной койке... окаменевшая. Ее рот открыт от шока, а глаза широко распахнуты от ужаса. Мы медленно подходим к кровати и смотрим на нее сверху вниз.  — Это было найдено у нее. Можете что-нибудь сказать о нем? —спрашивает МакГонагалл, поднимая зеркало. Мы качаем головами.   — Нет, – тихо говорю я. – Мистер Поттер, есть еще кое-что, что вам нужно увидеть. Следуйте за мной, пожалуйста. Она направляется в заднюю часть больничного крыла, где стоит односпальная кровать с задернутыми шторами, чтобы никто не мог видеть, кто внутри. Я следую за ней, оставляя Рона рядом с Гермионой. Она слегка раздвигает шторы, и мы оба входим. Профессор закрывает шторы за нами. Я пристально смотрю на лежащую девушку. Да быть не может… Еще одно тело. Кто-то еще, кто окаменел. Ее кожа побледнела, глаза широко открыты, рот тоже открыт, как будто она собирается что-то крикнуть. Левая рука крепко сжата, в то время как правая вытянута перед собой, ее ладонь тянется, как будто она пытается кого-то предупредить.  — Ее нашли позади мисс Грейнджер. Мы считаем, что она пыталась предупредить Гермиону о... ну, что бы это ни было за чудовище из тайной комнаты. Извините, мистер Поттер, – говорит она. Я даже не могу ничего сказать. В глубине души всегда знал, что есть шанс, что Гермиона окаменеет. В конце концов, она магглорожденная. Но Несса... Я думал, что мы с ней могли бы устраивать маленькие тайные встречи и обсуждать Тайную комнату. В конце концов, она очень умна, намного умнее Гермионы, и это о чем-то говорит. Я смотрю на нее целую вечность, в конце концов придвигаю стул и сажусь рядом, поглаживая ледяную руку.  — Гарри? – спрашиваем Рон. Я поднимаю глаза. МакГонагалл уже ушла. Вздохнув, я встаю, раздвигаю занавески и направляюсь к выходу, закрывая их за собой. Я сталкиваюсь лицом к лицу с Роном.  – Что там внутри? Я пожимаю плечами.  — МакГонагалл просто хотела показать мне Мандрагоры. Они почти готовы, – вру я. Рон пожимает плечами, вероятно, поверив мне.  – Пойдем. Нам нужно идти на занятия, – говорит он. Я киваю, следуя за ним, бросаю последний взгляд на задернутые занавески вокруг больничной койки, на выходе смотря и на Гермиону.

Драко

. — Профессор Снейп? Я вернулся, — говорю я, постучав, прежде чем войти в его класс. К моему легкому удивлению, он расхаживает взад-вперед перед столом, выглядя невероятно обеспокоенным. Казалось, он меня не слышал.  — Профессор Снейп? Вы обещали, что расскажете мне остальную часть истории Нессы сегодня днем, – говорю я громче, привлекая его внимание. К моему удивлению, он садится на пол, откидывая голову на стол. Я хмурюсь и направляюсь к нему.  – Что-то не так? Какое-то время он не отвечает, но когда профессор это делает, у меня такое чувство, будто меня ударили в живот.  – Несса окаменела. Вместе с мисс Грейнджер. Очевидно, она пыталась предупредить мисс Грейнджер о том, что должно было произойти, — едва удается ему выдавить. Я замираю. Едва знаю эту девушку, — но такое чувство, что я только что что-то потерял. Я не знаю, что сказать, как реагировать.  – Простите, — наконец удается мне сказать. Очевидно, Снейп воспринимает это хуже, чем я. Даже если Несса не его племянница, она ему как дочь. Снейпу требуется некоторое время, чтобы взять себя в руки, но в конце концов он встает и собирается сесть обратно за свой стол.  – Все в порядке. Итак, я рассказал тебе о том, что она Гриндельвальд, и о том, что ее мать, Мария, была близка с Дамблдором, поэтому он заботится о Нессе. Я также говорил, что Волдеморт охотился за Марией, и он никогда не знал, что у нее была дочь, не так ли? — спрашивает Снейп. Я киваю, садясь напротив него, с нетерпением ожидая продолжения истории Нессы. Я прихожу к Снейпу уже довольно давно; каждый раз он рассказывает мне немного больше. – Но я не рассказал, почему Волдеморт охотился за Марией. Я ничего не говорю, ожидая, что он продолжит. – У Марии был экстраординарный талант, который Волдеморт считал очень полезным. Она могла превратиться в совершенно другого человека без какого-либо зелья. Оборотное зелье – это зелье, которое позволяет пьющему превращаться в кого-то иного. Мария была метаморфом, но более могущественным. Вот почему Волдеморт охотился за ней. И когда родилась Несса, он был у нее на хвосте, вот почему она умоляла Дамблдора принять Нессу, а затем покончила с собой, – повествует он, заставляя меня широко открыть глаза и продолжать смотреть на Снейпа, внимательно слушая.  – Итак, Дамблдор верил, что у Нессы будут те же способности, что и у ее матери. Поэтому на последних летних каникулах он ее обучал.  — А она знает? — спрашиваю я, не в силах сдержать свое любопытство. Честно говоря, я не знаю, почему меня так интересует Несса... Снейп кивает. – Да, она знает. Я чертовски испугался, когда она вошла в мой класс в моем обличье, – говорит он, заставляя меня ухмыльнуться. Черт, теперь я хочу познакомиться с ней как следует. – Но это еще не все. Несса не только обладает способностями своей матери, но и является настоящим метаморфом, способным превратить только одну часть своего тела во что-то другое. МакГонагалл обучала ее, и теперь она может превращать части себя в части животных, а не просто изменять себя. Это очень впечатляет. Но этот дар – проклятие. Последнюю часть Снейп произносит довольно строго, заставляя меня нахмуриться. Как это может быть проклятием? Снейп, должно быть, прочитал мои мысли, потому что отвечает на мой незаданный вопрос. – Это проклятие, потому что, если Волдеморт когда-нибудь вернется и узнает, что у Марии был ребенок, он отправится за ней. Но... если он узнает, что у нее больше способностей, чем у ее матери, тогда он захочет выследить ее и сделать частью своей армии еще больше. Вот... вот почему Дамблдор пытался прятать ее все эти годы, почему ее мать умоляла его спрятать девочку, почему она кралась по замку и старалась, чтобы ее не видели, и почему она была так напугана, когда прибежала ко мне, сказав, что ты заметил ее, – он делает паузу, отчего мои глаза расширяются. Так она боится меня... Обычно, когда кто-то боится меня, я бы стал дразнить их по этому поводу. Но... по какой-то причине... я чувствую себя плохо. Плохо. Плохо, что Несса, девушка, которую я никогда раньше не встречал, боится меня.  — Потому что, если кто-то знал бы о ее существовании и о ее силах, тогда они могли рассказать кому-то еще, и в конечном итоге, если новость попадет не в те руки, Волдеморт может узнать, – заключает Снейп. Я просто киваю, мой мозг работает сверхурочно, чтобы все переварить.  — Следовательно... тебе не разрешается никому рассказывать, потому что из-за тебя Ванесса Гриндельвальд может оказаться мертва. Если ты каким-то образом станешь причиной ее смерти, рассказав кому-то... Я заставлю тебя заплатить за это. Кроме того, у меня тоже будут неприятности из-за того, что я рассказал тебе, – очень твердо говорит Снейп. Я просто киваю, зная, что в любом случае мне и в голову не придет кому-нибудь рассказать.  Единственное, о чем я могу думать, возвращаясь в свою спальню, – это Несса. Несса окаменела. Нессу нужно было спрятать подальше. Несса не знала никого, кроме трех учителей. История Нессы. Что у нее нет родителей. Что у нее есть экстраординарные способности, которые также могут стать проклятием. Какая она супер-пупер умная – сдала экзамены с отличием, когда ей было всего одиннадцать. Как она, вероятно, могла бы разгадать секрет Тайной комнаты. Как бы я хотел с ней познакомиться. Как я не хочу, чтобы она меня боялась. Как бы я хотел просто поговорить с ней.  Я протискиваюсь мимо Пэнси, вхожу в общую комнату, поднимаюсь прямо в свою спальню и ложусь на кровать. Я пропустил ужин, разговаривая со Снейпом, но на самом деле не возражаю. Я все равно не голоден. Что ж... по крайней мере, я знаю кое-что, из-за чего мне не так грустно. Все о Нессе. Мне не разрешено рассказывать Поттеру. Он до сих пор ничего о ней не знает! Ха! И у него больше нет шансов встретиться с ней. Так что технически... Я на шаг впереди. Я бы с удовольствием ткнул ему этим в лицо, но мне не позволено ему ничего говорить... Ну что ж, думаю, я могу просто жить с осознанием того, что, как всегда, выше этого шрамоголового.

Гарри

. – О, это вы двое... Тогда заходите, – говорит Хагрид, кладя свой арбалет на стол и начиная наливать нам чай.  – Для чего это, Хагрид? – осторожно спрашивает Рон, указывая на оружие. Хагрид поднимает голову.  – Да просто так… Ничего… — замялся он. — Я в общем… того, ожидал… Садитесь… Чай приготовлю… Я смотрю на Рона, и мы оба хмуримся. Что-то случилось.  – Ты уже знаешь про Гермиону? – спрашиваю я, меняя тему, когда мы с Роном садимся, я складываю мантию-невидимку и кладу ее себе на колени.  – Да, конечно.. знаю, – отзывается Хагрид, наливая в чашку слишком много чая, из-за чего он переливается через край.  — Эм... Тогда ты знаешь, кто наследник? — спрашиваю я, решив не упоминать воспоминание, которое я увидела в дневнике Тома Реддла. Хагрид резко смотрит на меня и поднимает палец.  – Теперь тебе нужно…  Но его прерывает звук стука в дверь. – Под плащ! – Шикает он, я хватаю свой плащ и накрываю им Рона и себя. К моему удивлению, да и Хагрида, судя по всему, тоже, Фадж и Дамблдор входят в его хижину.  – Неважные дела, Хагрид. Хуже некуда. Надо что-то решать. Четыре нападения на полукровок. Дело зашло слишком далеко. Министерство обязано принять меры. Ты пройдешь со сной, – говорит Фадж, заставляя меня нахмуриться. Забрать его? Значит, Фадж знает, что человек, открывший Тайную комнату, – Хагрид?  – Забрать меня…? В Азкабан? Вы же знаете я бы никогда... Дамблдор! – Что вам нужно понять, министр, так это то, что я полностью доверяю Хагриду... — начинает Дамблдор, но его прерывает открывающаяся дверь Хагрида. К моему удивлению, входит Люциус Малфой.  – А вы… вам… что здесь надо? — рассвирепел Хагрид. — Вон… да! То есть… прочь из моего дома! – Мне, милейший, не доставляет ни малейшего удовольствия пребывание в этом, с позволения сказать, доме. – Усмехается Люциус. Я стискиваю челюсти. Так вот откуда у Малфоя это высокомерное отношение. Все Малфои одинаковы. Ха! По крайней мере, я на шаг впереди Малфоя относительно девушки. Дамблдор рассказал мне ее историю, и я познакомился с ней! Не может быть, чтобы Малфой был проворнее! И я все равно не могу ему рассказать. Не то чтобы мне этого хотелось, конечно. Я возвращаюсь к разговору.  — Обратите внимание, проголосовали все двенадцать… — говорит Люциус, протягивая лист бумаги Дамблдору. – Разумеется, Люциус, раз Попечительский совет требует моего смещения, я должен подчиниться. — соглашается Дамблдор, заставляя мои глаза расшириться. Он просто уйдет? Просто так? Люциус и Дамблдор направляются к двери, Фадж и Хагрид остаются.  – Ну же, Хагрид, — просит Фадж. Тот прочищает горло. — А тот, кто что-то ищет, пусть, значит, за пауками идет, за пауками, говорю. Они-то уж выведут куда надо. Я все сказал. — говорит Хагрид, хватая свое пальто и направляясь к двери. — И насчет еды… кому-то надо будет кормить Клыка. Пока… это… ну, то есть пока я не вернусь. — продолжает полувеликан, направляясь к двери, оставляя Фаджа выглядеть очень потерянным и сбитым с толку.  Министр выходит сдедом, захлопнув за собой дверь. Я стаскиваю с себя плащ.  — Что нам теперь делать? — Теперь, когда Дамблдора больше нет...  Я замолкаю на полуслове, глядя на подоконник. Пауки снуют к трещине в стекле и наружу, в траву.  – Пошли, – говорю я, хватаю фонарь и направляюсь на улицу, Рон и Клык следуют за мной. Паучий след продолжается, все маленькие паукообразные направляются в лес.  — Хагрид сказал следовать за пауками. Пошли. – Но они направляются в лес! — хрипит Рон, его голос неестественно высокий и время от времени надрывается. А, точно. Он боится пауков. Однажды Фред превратил плюшевого мишку в гигантского паука, когда ему было три года, и с тех пор он их боится. Я игнорирую этот факт и продолжаю идти. Клык следует за мной по пятам.  — Почему пауки? Почему не бабочки? – спрашивает Рон все еще высоким голосом. Он напуган. Мне страшно. Но я хочу получить ответы больше, чем боюсь. Я хочу выяснить, что случилось с Нессой. И с Гермионой, конечно.