Спрятанная

Драко.

– У Альбуса нет секретного оружия! – восклицает она. Я просто хмурюсь. – Ты уверена? Она кивает головой. – Уверена! Они заняты чем-то другим. И сказали это только для того, чтобы остановить Долорес от пыток Гарри – а это... это... что ж, это ужасно – и еще потому, что они не хотели говорить ей, что на самом деле делали. Подожди, что, ты говоришь, сказал Гарри, когда вошел дядя Сев? – спрашивает она, останавливаясь и поворачиваясь, чтобы посмотреть на меня. Я хмурюсь, вспомина. – Эээ... что-то вроде ”Он держит Бродягу в том месте, где что-то спрятано"...? – отвечаю я, не знающий, почему этот фрагмент так важен. Внезапно Несса застывает на месте, уставившись на меня широко раскрытыми от ужаса глазами. – Министерство магии! – восклицает она. Я хмурюсь. – Хм? – Министерство магии! – повторяет девушка, – До этого года Альбус немного рассказывал мне об Ордене – ты, вероятно, знаешь эту организацию – и они говорили о чем-то, за чем охотится Волан-де-Морт! И Альбус говорит, что это было спрятано в Министерстве магии, в Отделе тайн! Тогда я не придавала этому особого значения – была больше сосредоточена на том факте, что мне не удастся выйти из комнаты, – поэтому я не могу вспомнить, что он сказал. Какая-то... ах, чушь. Я не знаю. Итак, они направляются в Отдел тайн, потому что это то место, где все спрятано. "Он" - это, очевидно, Волан-де-Морт. Итак, Волан-де-Морт поймал Бродягу в... Подожди, я уже слышала это имя раньше. Где я могла слышать? – спрашивает Несса, продолжая расхаживать по комнате, разговаривая сама с собой. Внезапно она останавливается, ее рука взлетает ко лбу, и девушка раздраженно закрывает глаза. – Уф, я такая глупая! Карта Мародеров! – восклицает она, прежде чем выбежать из комнаты. Я хмурюсь, совершенно растерянный, но все равно бегу следом. Несса направляется по темным коридорам, держась поближе к стенам, к классу Снейпа. Он поднимает взгляд, когда мы входим, в его глазах мелькает намек на удивление, прежде чем выражение его лица становится каменным, как обычно. – Сев! Ты должен предупредить их! – восклицает Несса. Снейп только вздыхает. – Нам просто нужно подождать и посмотреть, что произойдет. Я хмурюсь, крайне сбитый с толку. – Значит, ты уверен, что это ловушка? – спрашивает Несса. Снейп кивает. – Уверен. – Черт, – бормочет Несса. – Язык, – произносит Снейп, но в его глазах неприкрытое веселье. Несса просто смотрит на него, заставляя меня ухмыльнуться. Но потом ухмылка исчезает, когда я вспоминаю, что понятия не имею, что происходит. – Эээ, не мог бы кто-нибудь из вас поделиться тем, что происходит? Несса поворачивается ко мне и вздыхает. – Волан-де-Морт смог проникнуть в разум Гарри, будучи в состоянии манипулировать им. Очевидно, у Гарри было видение – в последнее время у него их было довольно много – о том, как Волан-де-Морт удерживает Сириуса в Министерстве магии, в Отделе тайн. Что на самом деле невозможно, потому что Сев только что предупредил Сириуса о видении, и он был у него дома. Так что, очевидно, все это ловушка, чтобы Гарри отправился в Министерство, где, держу пари, его будет ждать куча пожирателей смерти, – объясняет она, заставляя мои глаза расшириться. Дерьмо. Мой отец. *** Я ЧЕРТОВСКИ НЕНАВИЖУ ПОТТЕРА! ОН ПОСАДИЛ МОЕГО ОТЦА В ТЮРЬМУ! Все ненавидят меня, потому что, очевидно, я был тем, кто сделал его жизнь несчастной, но – да ладно! – должно быть наоборот! С первого курса, когда Поттер решил, что ненавидит меня, он был абсолютным придурком, но никто из его тупых друзей не понимает этого, потому что они ослеплены тем, что он "избранный". И я думал, что Грейнджер, по крайней мере, будет умнее. Но, по-видимому, нет. – Драко! Тебя ждут внизу! – слышу я голос моей матери, зовущий меня из гостиной. Да, сейчас каникулы. И да, я снова дома. Но моего отца здесь нет. Вместо этого он застрял в Азкабане из-за глупого Поттера и его глупых друзей. Я встаю со вздохом, пытаясь взять себя в руки, прежде чем отправиться вниз. Тетя Беллатриса, вероятно, тоже там – она жила с нами в последнее время, потому что ее дом был продан, пока она отсиживала срок. И... ну, есть еще кое-что, что я, наверное, должен сказать. Волан-де-Морт определенно вернулся. Я уже знал это раньше, но сейчас это больше похоже на пощечину. Почему, спросите вы? Потому что он иногда остается в нашем доме. Ага. Верно. И это еще одна причина, по которой я должен взять себя в руки. Потому что есть небольшой шанс, что он может быть там прямо сейчас. Конечно, я молюсь Мерлину, чтобы этого не случилось, но... ну, никогда не знаешь наверняка. И это самая страшная часть. Потому что я никогда не просил Волан-де-Морта останавливаться в моем доме, когда ему захочется. И моя мать тоже. Мы оба ненавидим это. Наверное, потому, что мы его боимся. Хотя тете Беллатрисе это нравится. Всякий раз, когда он приходит и остается, она всегда следит за тем, чтобы находиться с ним в одной комнате, помогая ему, даже когда он в этом не нуждается. Иногда она так сильно "помогает", что он начинает на нее сердиться. Но Темный Лорд никогда не причиняет ей вреда и не избавляется от нее. Она слишком ценна. Почти наверняка его самый верный последователь. Как будто она в него влюблена! Странно, знаю. Я поднимаю глаза и тут же делаю глубокий вдох. Дерьмо. Волан-де-Морт здесь. Прямо здесь, прямо сейчас. Моя мать улыбается мне, но улыбка натянута. Я подхожу к Волан-де-Морту и тете Беллатрисе, которая как всегда рядом с ним. – Ах, Драко. Рад тебя видеть, – говорит Темный Лорд, улыбаясь и показывая свои тонкие, заостренные желтые зубы. Я подавляю дрожь. – Я тоже рад Вас видеть, – вот что я отвечаю, причем довольно натянуто. – Ну, надеюсь, когда-нибудь это произойдет, если не сегодня. Здорово. Значит, он знает, что я лгу. Что ж, по крайней мере, он еще не убил за это. Я имею в виду, всегда во всем нужно искать плюсы.. верно? – Полагаю, тебе интересно, почему я позвал тебя сюда? Киваю, на этот раз искренне. – Я подумал, что нам было бы неплохо сначала немного поболтать, а потом мы сможем приступить к делу... Я слышал слухи о молодой девушке. Гриндельвальд. Прячется в замке Хогвартс. Ты случайно ничего о ней не знаешь? У меня сразу же кровь стынет в жилах. Я чувствую, как бледнеет мое лицо – что о чем-то говорит, учитывая, каким бледным оно обычно бывает. Сейчас оно, наверное, белое, как простыня. Или белее. Я не совсем уверен. Моя челюсть сжимается, как и кулаки, до такой степени, что не могу ответить ему, даже если бы захотел. Но не хочу этого делать. Вообще. Но с другой стороны... он Волан-де-Морт. Если я не отвечу ему, это может означать смерть. Если только он не в хорошем настроении. Тогда он мог бы пощадить меня. Но я не уверен. – Драко? – спрашивает мама, глядя на меня слегка обеспокоенно. И я знаю, почему она волнуется. Потому что я еще не ответил Волан-де-Морту. И я должен это сделать. – Не волнуйся, Нарцисса. Драко может не торопиться, если пожелает. Но, честно говоря, мне больше не нужно, чтобы он отвечал, – говорит Темный Лорд, заставляя меня проклинать себя. Мерлин! Он же Легилимент, не так ли?! Темный маг улыбается жуткой змеиной улыбкой, и кивает головой. – Да, это так, Драко. И я понял, что ты очень хорошо знаешь эту девушку. Что она на самом деле очень много значит для тебя, – говорит он своим обычным спокойным собранным голосом. Голосом, от которого у всех мурашки пробегают по спине, но в то же время он требует, чтобы его слушали. Я не утруждаю себя опровержением информации – он и так знает, что это правда. И теперь я чувствую себя полным дерьмом. Потому что технически, даже не желая этого, я только что отдал кучу знаний и воспоминаний о Нессе единственному человеку, у которого их не должно было быть. Я предал ее. – Не волнуйся, Драко. Я знаю, что ты неравнодушен к этой девушке. Но чего, я думаю, ты не понимаешь, так это того, что она мне тоже небезразлична. Я не хочу причинять ей боль. В любом случае, я хочу заботиться о ней. Помочь ей с ее удивительной продвинутой магией. Помочь ей... — начинает Волан-де-Морт, но я перебиваю его. – И использовать ее, – говорю я немного ехидно. Знаю, что не должен был прерывать его, и знаю, что может случиться со мной, но ничего не мог с этим поделать. Теперь я определенно сожалею об этом, видя, как Волан-де-Морт поднимает одну из своих несуществующих бровей. – Да. Не буду этого отрицать. Если она присоединится к нашей стороне, она может стать, возможно, самым мощным, самым полезным... я должен сказать, оружием? – спокойно спрашивает он, заставляя меня снова сжать кулаки. – Она не захочет работать на тебя, – говорю я сквозь стиснутые зубы. Мать кладет руку мне на плечо. – Драко, – строго говорит она. Я знаю, что она волнуется. И я тоже должен. Любой, кто когда-либо разговаривал с ним так, как я только что, был бы уже мертв. Вау. У него должно быть либо действительно хорошее настроение, либо какой-то коварный план, для которого я ему нужен, либо сегодня у него много терпения. Вероятно, второй вариант больше подходит. Я дрожу. – Все в порядке. Ваш сын просто очень заботится о девочке, вот и все. Видишь ли, он еще не доверяет мне полностью, – говорит Волан-де-Морт моей матери. Она просто стискивает челюсти, ничего не говоря. Я тоже молчу. В любом случае, это правда. – Драко. Пожалуйста, подойди сюда, – говорит или, скорее, приказывает Темный Лорд. Его голос остается прежним, спокойным, но глаза становятся жестче, и я знаю, что теперь он серьезен. Мамина рука отпускает мое плечо, и я делаю шаг вперед. А затем еще один шаг. И еще один. И еще один. Пока я не оказываюсь прямо перед ним. Он снова улыбается своей тонкой, острозубой улыбкой. – Я хочу спросить тебя о нескольких вещах. Прежде всего, как бы ты хотел стать одним из нас? Должным образом? Мои глаза расширяются, и, клянусь, сердце останавливается. – Ты хотел бы стать настоящим пожирателем смерти, Драко? Работать на меня должным образом, как это делает твоя семья? У тебя такой большой потенциал! Ты сможешь делать много удивительных вещей. Так что ты скажешь? – Он бы с удовольствием! – вскрикивает тетя Беллатриса. Темный Лорд просто кивает ей. – Спасибо за твой вклад, Беллатриса, но думаю, что он должен принять решение сам, не так ли? Моя тетя просто кивает, склонив голову. – Конечно. Я даже не утруждаю себя тем, чтобы оглянуться на мать, зная, что она будет смотреть на меня широко раскрытыми от беспокойства глазами и едва заметно качать головой. Обычно это был бы простой выбор. В любой другой день я бы категорически отказался. Но... мой отец в тюрьме, так что, может быть, я мог бы заменить его? Я слышал, что Волан-де-Морт злится на него за то, что его поймали, так что, возможно, если я буду работать на него, он больше не будет злиться на моего отца. Это определенно позитивно. Конечно, вся ситуация в целом обычно была бы негативной. Я практически буду под контролем Волан-де-Морта. Возможно, мне придется убивать людей. Возможно, мне придется их пытать. Мне придется жить, скрываясь от Министерства. Подальше от большинства других студентов. Я все время буду испытывать стресс и страх. Буду жить в ужасе от того, что если не сделаю то, что Волан-де-Морт хочет, меня за это убьют. Так что пока я собираюсь отказаться. Нет, определенно нет. Я открываю рот, чтобы сказать "нет", но внезапно мне в голову приходит мысль. Несса. Если я стану пожирателем смерти, я смогу защитить ее. Если Волан-де-Морт каким-то образом захватит ее и будет держать в заложниках, или использует ее, или что-то еще, я могу составить ей компанию. Помоги ей справиться со всем. Прижму ее поближе, когда она будет напугана. Я могу сделать все, что в моих силах, чтобы убедиться, что она никоим образом не пострадает. Конечно, Несса может возненавидеть меня за это, когда узнает, но думаю, поймет. Я надеюсь, она поймет. И даже если она этого не сделает – даже если она абсолютно возненавидит меня – стоит ли оно того? Абсолютно. – Я сделаю это, — твердо говорю я. Волан-де-Морт улыбается, хватая меня за левую руку, в то время как тетя ухмыляется. Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, что мать выглядит испуганной. Он прикладывает кончик своей палочки к моему предплечью, и я прищуриваюсь от боли, когда темная метка отпечатывается на моей коже. Ощущение жжения проходит, и я открываю глаза, Темный Лорд отпускает мою руку. Я смотрю вниз на черный символ, который теперь навсегда останется со мной. Черный череп со змеей, выползающей изо рта. Я стискиваю челюсти, не уверенный в том, сделал ли правильный выбор или нет. Но потом я вспоминаю Нессу. Да. Да, я принял правильное решение. И я никогда не пожалею об этом, пока могу обеспечить ее безопасность. Темный Лорд улыбается мне сверху вниз. – Очень хорошо, Драко. Перейдем к делу. Теперь, когда ты работаешь на меня, у меня есть два приказа. И я должен получить слово, что ты согласишься выполнить их в полной мере. Ты дашь мне слово? Я сжимаю челюсти. Если я соглашаюсь, то должен делать то, что он говорит, но я же не знаю, на что соглашаюсь. Но теперь, когда я под его контролем, думаю, мне очень повезло, что он дает мне выбор. Обычно он просто приказывал пожирателям смерти пойти и что-то сделать, и если они терпели неудачу, то умирали. Я сглатываю и киваю. – Да. Да, даю слово, – говорю я, мой голос звучит твердо. Теперь Темный Лорд улыбается. И я имею в виду действительно улыбается. Эти прежние улыбки были крошечными по сравнению с большой злой ухмылкой, которая сейчас растягивается на лице. – Хорошо. Очень хорошо, – говорит он, заставляя меня слегка вздрогнуть. Мерлин, на что я только что согласился? – Итак, первое, что я хотел бы, чтобы ты сделал, – это то, что я не могу выполнить с тех пор, как впервые пришел к власти много лет назад. У меня никогда не получалось, потому что я никогда не знал, как подойти к тому, что хотел сделать. Но теперь – теперь – я думаю, что знаю. Я бы хотел, чтобы ты, Драко, убил Альбуса Дамблдора. Я замираю. Убить Дамблдора? Но... – Я вижу, ты в сомнениях. Рассскажи о том, что у тебя на уме. Я не против ответить на любые вопросы или обсудить первое задание, – произносит Темный Лорд своим обычным спокойным голосом, выжидающе глядя на меня. – Н-ну, это п-просто так... ну, во-первых, если Вам, одному из величайших волшебников всех времен, не удалось этого сделать, то как это сделаю я? Вместо того чтобы разозлиться, Темный Лорд просто снова улыбается. У него сегодня слишком много терпения. И это хорошо. По крайней мере, для меня. – Потому что я первый человек, которого любой идиот ожидал бы увидеть убийцей Дамблдора. На тебя, с другой стороны, вряд ли подумают, потому что по мнению окружающих ты, будучи студентом, не совершил бы подобного деяния. Тебе не обязательно убивать его напрямую. Я понимаю, что в первый раз убить кого-то может быть очень тяжело. Ты мог бы, например, отравить его или использовать проклятие империус на ком-то, заставив того делать грязную работу. Но если тебе действительно придется убить его напрямую, тогда, конечно, я и остальные мои последователи защитим тебя, так что не о чем беспокоиться на этот счет. Я просто медленно киваю головой. Хорошо. Я определенно убью его косвенно. Даже если бы это был кто-то, кого я ненавидел больше всех остальных – Поттер – я никогда не смог бы убить его напрямую. Никогда. Но Мерлин, Несса возненавидит меня. Я должен убить единственного человека, который практически был ее матерью и отцом в одном лице. Единственного человека, который заботился о ней всю ее жизнь. Единственного человека, который может обеспечить ее безопасность. – Я... я просто не думал, что буду убивать кого-то так рано. Темный Лорд просто кивает, но ничего не говорит об этом. – И как бы мне не хотелось обременять тебя чем-то еще сверх того, что уже есть, мне действительно нужно, чтобы ты сделал это дело. И на этот раз это должен быть ты. Если тебе не удастся убить Дамблдора, я буду разочарован, но есть другие, которые тоже могут убить его. Но для следующего задания... есть только одна возможность, и только один человек, который может это сделать. И эта возможность предоставляется в конце предстоящего учебного года, и этим человеком должен быть ты. Хочел бы ты узнать? Я просто киваю, мысленно подготавливая себя ко всем ужасным вещам, которые он может приказать выполнить. Но никакие размышления не смогли бы подготовить меня к тому, что он скажет дальше... Он подходит совсем близко ко мне и наклоняется, пока его губы почти не касаются моего уха, говоря так тихо, что никто, кроме меня, не может его услышать. – Я хочу, чтобы ты привел ко мне Ванессу Гриндельвальд. ***

Северус.

– Как долго? – спрашивает Альбус. Я еще раз смотрю на его почерневшую руку и пожимаю плечами. – Год... возможно. Он смотрит на меня снизу вверх, и я тут же стискиваю челюсти, резко разворачиваюсь и начинаю уходить. – Северус,– твердо говорит он, требуя, чтобы я остался. Я останавливаюсь как вкопанный и медленно поворачиваюсь к нему лицом. Он сидит на своем обычном месте за своим столом. – Мы оба знаем, что Волан-де-Морт поручил мальчику Малфою убить меня. Я сильно сомневаюсь, что он сможет сделать это до конца этого года. И потом, я все равно буду почти мертв. Ты должен быть тем, кто убьет меня, Северус. Только тогда Волан-де-Морт будет полностью доверять тебе, – твердо говорит он, как будто приказывает. Я сжимаю челюсти, образ одного человека проплывает в моем сознании. Несса. Она никогда не простит меня. Если я убью Альбуса, единственного человека, в котором она видит отца, родительницу, на кого можно равняться – единственного человека, который может позаботиться о ней должным образом – спрятать ее, обеспечить безопасность, тогда она никогда, никогда не простит меня. Потому что она доверяет мне. Я знаю это. Она так сильно мне доверяет. И она любит меня так, как если бы я был ее отцом. И я люблю ее, как будто она была моей дочерью. И забрать кого-то, кого она любит так же сильно, как меня, если не больше... предать ее вот так... это немыслимо. – Ты когда-нибудь задумывался о том, что требуешь от меня слишком многого? Твой блестящий ум когда-нибудь приходил к выводу, что я больше не хочу этим заниматься? – в отчаянии спрашиваю я. Дело не только в Нессе. Я не хочу терять кого-то еще. Два человека, которых я люблю... Если я убью Альбуса, то потеряю его. Я потеряю единственного человека, который знает, кто я на самом деле. Где моя истинная преданность и почему она там. Единственного человека, который верит в меня. Единственного человека, который доверял и заботился обо мне больше всех остальных. Но я потеряю не только его, я также потеряю Нессу. Моя маленькая девочка. Уйдет, потому что больше не сможет мне доверять. Уйдет, потому что, если она не может доверять мне, то не может доверять никому. Уйдет, потому что она ненавидит то, что я сделал, кем я стал. Уйдет, потому что я предал ее. Не хочу потерять кого-то еще так же, как потерял Лили. Честно говоря, не думаю, что смогу с этим справиться. – Но ты должен. И ты это знаешь. Это единственный способ для тебя остаться в живых. Если ты не убьешь меня, тогда Волан-де-Морт не будет доверять тебе. Ты будешь одним из первых людей в его списке целей, и, видя, что у тебя все еще есть Темная метка, тебя будет легко отследить. Ты это знаешь. И если ты беспокоишься о том, что Несса будет совсем одна, то она не будет. У нее будет Минерва. Я точно знаю, что Минерва сделает все, что в ее силах, чтобы позаботиться об этой маленькой девочке — она любит ее, как свою собственную дочь. Как, я уверен, и ты. И я знаю, что это, должно быть, тяжело, но... что ж, если Волан-де-Морт каким-то образом доберется до нее, то, по крайней мере, ты будешь рядом, чтобы защитить ее. Даже если она тебе не доверяет, я знаю, что ты будешь заботиться о ней. И Драко тоже. С ней все будет в порядке, – пытается он успокоить меня. Но я не поддамся на уговоры. – Экспекто Патронум, – шепчу я, вспышка серебра вылетает из конца моей палочки, прекрасная туманная лань вылетает из комнаты. – После стольких лет? – спрашивает Альбус, внезапно понимая, почему я не хочу потерять его и Нессу. Почему я не могу позволить себе потерять ни одного из них. Потому что тогда я буду сломлен. По-настоящему, по-настоящему сломлен. И знаю, что если это случится, я никогда не исправлюсь. – Всегда.