Прекрасная эпоха

      Когда в нее уже в третий раз воткнули иголку чуть ли не под прямым углом, Аликс не смогла сдержать ругательства за сцепленными от боли зубами. Хелен равнодушно хмыкнула, перечитывая от скуки одну и ту же статью в газете уже третий раз, девушка, снимавшая с Аликс мерки, виновато пробормотала извинения.       — Долго еще? — проворчала Аликс, недовольно поморщившись, когда модистка опять чуть уколола ее в бок. — Я уже есть хочу.       — Ей вообще можно есть, — Хелен обратилась к девушке, но никак не к Аликс, из-за чего та скривилась еще сильнее, — или стоит поголодать пару месяцев, чтобы влезть в хоть какую-то приличную одежду?       Аликс возмущенно открыла рот, но не нашла слов на такой беспредел и только развела руками.       — Отнюдь, — успокоила ее модистка, что-то записывая в блокнот, — мисс следует только носить корсет, чтобы поддерживать мышцы и внутренние органы. Женщины — хрупкие создания…       — Чтобы я еще и вздохнуть нормально не могла? — занегодовала с новой силой Аликс. — Ну уж нет.       Хелен глянула на нее поверх газеты, скептически покачала головой.       — Я же не задохнулась за тридцать лет. Зато будешь держать спину прямо, и она не будет болеть.       — У меня и так не болит, — фыркнула Аликс.       — Это пока.       Аликс еще что-то недовольно проворчала, взглянула на часы — они провели здесь уже чуть ли не час. Хелен вытащила ее в город, заявив, что они поедут в Вест-Энд и будут прогуливаться по самым красивым местам, но вместо этого Аликс оказалась обманом загнана в какое-то модное среди аристократов ателье. Она еще припомнит это Хелен.       К счастью, вскоре пытка закончилась, и они вышли на широкую улицу — на богатой улице Стрэнд, в самом сердце Лондона, казалось, было все для роскошной жизни. Аликс хотелось еще немного поворчать на Хелен, но она решила распорядиться временем и возможностью мудрее — забыть о предательстве, которое Хелен все равно бы не признала, и вдоволь насладиться прогулкой.       — Это Мэттью? — Хелен вдруг остановилась перед окном белокаменного здания, с интересом посмотрела за стекло и, вдруг улыбнувшись, кому-то махнула. — Да, это определенно он! Пойдем-ка.       — Куда опять? — Аликс не успела ничего понять, но ей осталось только пойти за Хелен. — Кто это? Куда ты меня опять ведешь?       Хелен повела ее к утопающим в арке массивным дверям. На белом фасаде здания выделялись красные плитки — точно шахматные клетки — с нарисованными шахматными фигурами на некоторых. Аликс задрала голову и увидела выведенное вычурным почерком название — «Симпсонс».       Аликс попросилась было остаться снаружи, но ответа на свою просьбу не получила, и, вздохнув, шагнула за Хелен за стеклянные двери, которые для нее учтиво придержали швейцары.       Холл ресторана поражал своим великолепием, пускай и не был столь же потрясающим, как интерьеры Санклера. Высокие потолки с лепниной возвышались над Аликс с Хелен, в стеклах отражался яркий свет старинных хрустальных люстр. Мраморный пол был до того чист, что в нем можно было разглядеть собственное отражение — и это с не самой лучшей погодой. В воздухе пахло чем-то очень вкусным и дорогим.       Аликс обвела взглядом зал еще раз и заставила себя больше не глазеть по сторонам так уж откровенно — привыкнуть к все еще непривычной роскоши было трудно.       Их тут же окружили лакеи, подхватив одежду, во главе с высоченным метрдотелем.       — Мы составим компанию лорду Олдриджу, — Хелен улыбнулась метрдотелю, — проводите нас?       Тот не стал даже каких-то вопросов задавать, легонько поклонился и пригласил следовать за ним. Проходя мимо столов, уставленных серебром и фарфором, Аликс казалось, что все посетители глазели на них, на нее. Она нервно поправила одежду, надеясь, что все в порядке, и постаралась идти за Хелен так, чтобы казаться как можно незаметнее.       Метрдотель привел их к столику у того самого окна и откланялся. Этих двух мужчин Аликс видела впервые, а Хелен, казалось, знала их обоих слишком хорошо.       — Леди Хелен, — тот, что выглядел старше, красивый голубоглазый брюнет, встал из-за стола, широко улыбнулся, приветствуя старую знакомую, — какая приятная неожиданность!       — Прогуливались с подругой по магазинам, — Хелен осклабилась и повернулась к второму джентльмену, что тоже встал. — Лорд Блейк, правильно понимаю, что мне не стоит больше надеяться встретить Мэттью без вашей компании?       Молодой Блейк сдержанно улыбнулся и тут же глянул на своего друга. Мэттью только рассмеялся.       — Составите нам компанию? — предложил он, кивнув на стол. — Ты с…       Аликс неловко улыбнулась, когда взгляды новых знакомых обратились к ней. К счастью, Хелен тут же вмешалась и избавила ее от необходимости представляться самой.       — Мисс Александра Флетчер, моя подруга, — Хелен повернулась к Аликс: — Лорд Олдридж и лорд Блейк, мои… друзья. Будь мы не в обществе, я бы представила их как Мэттью Торнтона и Мартина Кёртиса, — тише прибавила она.       Мэттью почтительно кивнул ей, а Мартин, к удивлению Аликс да и Хелен, протянув ей ладонь для рукопожатия, вместо этого аккуратно поднес ее руку к губам и поцеловал, смотря снизу вверх прямо в глаза. Аликс хотелось повернуться к Хелен и уточнить, нормально ли это, но она застыла от удивления.       — Ravie de vous rencontrer, — проворковал Мартин, выпрямившись, чего Аликс, разумеется не разобрала, и галантно отодвинул стул для нее, приглашая.       Придя в себя, Аликс что-то ему неразборчиво ответила, и тут же опустилась на стул. Хелен хотела было сесть рядом, но Мэттью вдруг наклонился к ней:       — Раз уж ты здесь, можно тебя на пару слов?       Хелен неуверенно посмотрела на него, затем на Аликс, которую эта просьба смутила сильнее всех. Не хотелось оставлять ее одну на растерзание Мартина, но интерес был сильнее.       — Конечно, — Хелен улыбнулась Мэттью и бегло дотронулась до плеча Аликс: — Развлекайся.       Когда они отошли из главного зала в более тихий и укромный уголок, Мэттью придержал Хелен за локоть, дождался, когда пройдет парочка официантов, и заговорил:       — Рад, что удалось поймать тебя в такой обстановке, — улыбка Мэттью стала какой-то странной, и Хелен почувствовала, как его пальцы сжали ее локоть сильнее — больнее. — Не хотелось бы решать дела на публике, а ждать удобного случая я уже не мог.       Хелен недоумевающе посмотрела на него, попыталась ненавязчиво отдернуть руку из его хватки, но безуспешно. Стало как-то совсем неуютно.       — Не переживай, — Мэттью не прекращал улыбаться. — Лишь хотел сказать, чтобы ты не смела больше вымещать свою злость на моей жене.       — Что? — Хелен по-настоящему опешила, ожидав чего угодно, но никак не подобного обвинения. — Что ты такое говоришь? Я никогда не вымещала на Эстер…       Мэттью шикнул, жестом показал ей молчать. Хелен впервые подумала, что все-таки очень плохо знает его, пускай они были знакомы почти десять лет. Хелен думала, что Мэттью был обычным — просто хорошим парнем, готовым иногда на какие-то социально неприемлемые авантюрки.       — Не знаю, что у тебя стряслось, но если тебе нужна помощь, то попроси, и мы постараемся помочь, как сможем, правда, — Мэттью поджал губы. — Но если ты приходишь только для того, чтобы портить кровь, изволь делать это с кем-то другим, а не с моей женой. Ясно?       Хелен было ничего не ясно. Она не могла вспомнить ни единого серьезного случая, когда могла бы специально или ненароком обидеть Эстер, к тому же виделись они в последнее время редко. Хелен невольно вспомнила их последнюю встречу, когда она, изнемогающая от тоски по Аликс, которую считала уже чуть ли не погибшей, пришла к подруге. Может, дело было в том, что она всего лишь не хотела делиться с ней подробностями? У Хелен было право не делиться подробностями.       — Это было всего один раз! — оправдываясь, вздохнула от потрясения Хелен. Она уже давно забыла о той мелкой размолвке, даже не придала ей значения. — Я тогда была ужасно зла, но сейчас…       Мэттью снова остановил ее жестом.       — Я — не Эстер, — он медленно покачал головой. — Она терпит твою тиранию двенадцать лет, но я такое отношение не потерплю. Так что имей в виду, — Мэттью очаровательно улыбнулся, но выглядело это жутко, — еще раз моя жена расстроится из-за тебя, и мы будем говорить совсем по-другому.       Хелен прищурилась. Неужели он посмел угрожать ей? Этот наивный и самоуверенный дурак, который еще несколько лет назад не имел ни положения, ни богатства. Если он продолжит терять немногих друзей и наживать врагов столь же резво — Торнтоны быстро вернутся к истокам своей непутевой семейки.       — Это угроза?       — Дружеское предупреждение, — пальцы Мэттью на ее руке расслабились и отпустили, Хелен тут же отпрянула в сторону. — Я люблю тебя и не хочу портить отношения, но благополучие Эстер мне дороже. Пойми правильно: нет ничего важнее семьи, какой бы неправильной она ни была. Так что, мы договорились?       Нахмурившись, Хелен молча кивнула. Она была рада, что они отошли у всех с глаз долой, иначе на них бы сейчас смотрел весь ресторан. Или она думала, что на них бы смотрел весь ресторан.       — Чудно, — Мэттью улыбнулся привычным образом, жестом предложил ей вернуться к столу, пропуская вперед. — Прости, если перегнул. Эстер тогда очень расстроилась, и я хотел убедиться, что этого не повторится…       Дослушивать его Хелен не стала, поспешив убраться из этого места восвояси. Она решительно направилась за Аликс, пока ей в голову не пришли ответные слова для Мэттью, который совершенно спокойно следовал за ней. Хелен хотелось развернуться и хорошенько отхлестать этого гада при всех за то, что он посмел что-то ей высказать.       Вернулась она на нервах. Хелен не отвлекло даже то, что Аликс с Мартином она застала за весьма непринужденной беседой.       — Все нормально? — Аликс обеспокоенно посмотрела на Хелен.       — Да-да, — Хелен отмахнулась, невольно глянула на Мэттью, который выглядел совершенно обычным, словно это не он отчитывал ее минуту назад. — Идем, мы уходим.       — Ты же хотела что-то сказать, — напомнила Аликс, потянувшись за бокалом — его-то ей когда принести успели? — Мы разве не для этого сюда пришли?       Хелен вспомнила и выругалась про себя еще сильнее — всколыхнувшаяся обида на Мэттью заставила ее позабыть обо всем на свете и выставить себя не в самом приглядном свете. Хелен процедила улыбку, нервно усмехнулась, в мыслях матеря Аликс — разве она сама не хотела поскорее отсюда уйти, какого черта сейчас она оттягивала этот момент лично? На мгновение Хелен показалось, что на самом деле она уже не хотела уходить — казалось, Аликс увлеклась компанией Мартина гораздо сильнее, чем она сама могла подумать.       — Точно, — Хелен издала нервный смешок, махнула рукой. — Совсем из головы вылетело: мы еще пошлем официальные приглашения, но, пожалуйста, не планируйте ничего на начало Сезона — будем ждать вас на приеме в честь дня рождения отца.       — Будем рады посетить вас, — усмехнулся Мэттью. — Предупрежу Эстер сегодня же, не возражаешь?       Хелен мотнула головой. Тем временем Мартин выпрямился, аккуратно отодвинул стул Аликс, когда она нехотя вставала.       — С нетерпением жду следующей встречи, — сказал он явно не Хелен. Аликс неловко улыбнулась       — Все, пойдем, — Хелен кивнула в сторону выхода Аликс, но, когда та поколебалась, пришлось посмотреть на нее очень красноречиво, как Хелен еще ни разу не глядела на Аликс. Та тут же последовала за ней. — До встречи! — Хелен изо всех сил натянула улыбку, когда смотрела на Мэттью, и даже соизволила кивнуть Мартину на прощание, только тот был занят тем, что улыбался Аликс.       Аликс кивнула на прощание обоим, но Мартина еще рискнула поблагодарить за компанию, и тот вмиг просиял, что она немного смутилась. Ей так не улыбались раньше, ей не предлагали выпить хорошего вина и непринужденно побеседовать о… о чем же они говорили? Аликс не могла вспомнить ни слова из той беседы ни о чем. Смысл был в том, что ее новая жизнь разительно отличалась от привычной, и Аликс даже не знала, нравится ли ей это или ее смущает подобное внимание к себе. В дальнем углу зала Аликс обернулась и со странным ощущением поняла, что они оба продолжали смотреть на нее.       — Когда я говорю «идем», это значит, что мы встаем и уходим, ясно?! — внезапно Хелен преградила ей дорогу, и говорила она непривычно жестко, шипела, что змея. — Не надо выставлять меня рассеянным посмешищем перед всеми!       Аликс резко остановилась, чуть не затоптав вставшую перед ней Хелен, недоумевающе нахмурилась. С чего это та так взъелась на нее?       — Я д-думала, ты просто забыла, и решила напомнить! — оправдалась Аликс. — Я ничего плохого не имела в виду, я хотела помочь!       Пока лакеи подавали им верхнюю одежду, Хелен молчала. Аликс уже подумала, что она так и не ответит, но на улице Хелен повернулась к ней снова.       — Хочешь помочь — делай, как я скажу, и не возникай, — отрезала она, отвернувшись и зашагав быстро-быстро, что Аликс еле поспевала за ней. — Лезь в кэб, — Хелен нервно указала Аликс на открытую дверь экипажа, у которой стоял уже недоумевающий Джефф. — И не вздумай оправдываться, пока я тебя не спрошу. Лучше вообще закрой рот и молчи, пока я тебя о чем-то не спрошу.       Аликс так и сделала. Вид из окна был гораздо интереснее и, чего уж скрывать, приятнее вида разозлившейся не пойми на что Хелен. Светлые богатые фасады Вест-Энда были однообразны, но Аликс ни за что бы не сказала, что широкие чистые улицы привлекали ее меньше, чем сеть родных переулков Ист-Энда. Аликс не верилось, что всю жизнь она прожила в этом городе. Аликс не верилось, что Джек мог быть в нескольких милях от нее.       — О чем вы говорили? — так резко спросила Хелен, что Аликс и не сразу поняла, о чем шла речь. — С Блейком, пока мы с Мэттью отошли. Что вы так увлеченно обсуждали?       — А, с Мартином? — переспросила Аликс, словно она могла говорить с кем-то еще. — Да ни о чем.       Хелен кивнула, изо всех сил выдавливая из себя улыбку. Хелен была не против, чтобы они остались вдвоем, но совершенно не так, ей хотелось устроить все самой и потом, конечно же, узнать подробности — так она могла держать все под контролем. А сейчас выходило так, что она зря появилась в «Симпсонс», опозорившись, упустив момент и натянув отношения с Аликс.       Хелен выдохнула сквозь стиснутые зубы, хотела было расслабиться и откинуться на спинку сиденья без сил, но сдержалась. Аликс вовсю рассматривала вид из окна, прижавшись к холодной стене, а Хелен не могла позволить себе такое поведение даже наедине с ней. Она снова вздохнула, прикусила губу, приговаривая про себя, что ничего страшного пока не случилось, что все еще нормально и вообще пока складывается неплохо. Не в точности так, как хотела Хелен, но если в конце результат будет ей удобным, то какая разница?

***

      Аликс сбилась со счета, сколько кругов она уже намотала по салону. Она зачем-то глянула на часы — была четверть до полудня — Аликс даже не была уверена, что Растон явится в какой-то определенный час, он ничего не говорил об этом. Но ей почему-то казалось, что он явится ровно в полдень.       Еще немного побродив бесцельно по первому этажу Санклера, Аликс вновь вернулась в салон, вздохнула, поняв, что прошло только пять минут. В ожидании время тянулось слишком медленно, Аликс бухнулась в кресло, уперлась взглядом в часы и принялась от безделья отсчитывать секунды: десять, тридцать, минута пятнадцать, пять минут, девять минут и пятьдесят восемь секунд…       Аликс закрыла глаза в предвкушении, но спустя две секунды, ровно в полдень, ничего не произошло. Только часы прогремели на весь салон и принялись отбивать двенадцать ударов. Аликс невольно вздохнула, встала, прошла к лестнице — какой смысл ждать Растона, если он никак не явится? — еще раз оглянулась на дверь и уже твердо решила убраться отсюда.       За спиной раздался громкий стук в дверь.       Аликс вздрогнула, обернулась и не увидела в салоне ни одного лакея, не то что дворецкого, никого, кто мог бы открыть дверь. Пару секунд она еще колебалась, а потом все же сорвалась с места, подскочила к двери, открыла ее.       И к огромному облегчению увидела недоумевающее лицо Растона, так и застывшего в проходе.       — Я тоже рада вас видеть, — с сарказмом в ответ на его молчание произнесла наконец Аликс, пропуская его в дом.       Растон молча отряхнулся от снега, снял цилиндр. Откуда-то вынырнул лакей, который тут же подхватил у него пальто.       — Не ожидал увидеть вас первее всех, — только и сказал ей Растон, пожав плечами. — У меня встреча с лордом…       — Да-да, — Аликс махнула рукой, закатила глаза. — Милорд подойдет через пару минут, извольте подождать в такой-то комнате. Так обычно же говорят? — она посмотрела на лакея, но тот как-то неопределенно мотнул головой, то ли кивая, то ли качая ей. Аликс шумно выдохнула. — Тогда оповестите его, мы подождем в голубой гостиной. Ну что, идем? — Аликс обратилась уже к Растону, который так и не знал, куда себя деть. Он лишь жестом показал ей, чтобы Аликс вела его куда надо.       И Аликс провела его в одну из многочисленных гостиных, не самую большую комнату замка с голубыми стенами, светлой мебелью и фортепиано в центре комнаты. Хелен говорила, что интерьер этой комнаты был вдохновлен Версалем. Аликс не знала, что такое Версаль, но сделала тогда задумчивое лицо. Растон с интересом осмотрелся, видимо, впервые оказавшись здесь, и обратился к Аликс:       — Вижу, вы неплохо освоились.       — Пришлось, — ответила Аликс с такой интонацией, чтобы он прочувствовал, по чьей вине ей пришлось осваиваться в Санклере. Растон неловко повернулся к какой-то картине, изображающей морское сражение, — то что нужно для комнаты с голубыми стенами. — Ну а вы почему здесь?       Растон медленно отвел взгляд от полотна, не поворачивая головы, перевел его на Аликс — выглядело это странно, но Аликс радовало, что он хотя бы не игнорировал ее и не кривил морду.       — Продлеваю аренду.       Прекрасно, значит, она сможет донимать его еще несколько месяцев, если в этот раз ничего не выйдет. А потом Аликс внезапно вспомнила разговоры с Хелен о ее отце, и ей стало как-то не по себе от того, что лорд Хорниголд мог и Растона втянуть в свои игры. С одной стороны, ей должно было быть все равно на него, но с другой — Аликс посчитала своим долгом уберечь хорошего человека от опрометчивого решения.       Она осмотрелась, убедилась, что они одни и их никто не слышит.       — Я бы не вела дела с этим человеком.       Растон недоумевающе нахмурился, повернувшись к ней в этот раз полностью, и весь его вид показывал, что он готов очень внимательно слушать. Аликс, прикусив губу, продолжила:       — Я узнала, что граф Хорниголд… нечист на руку. Он может предложить вам какую-то «выгодную» сделку или еще что-то, что приведет вас к разорению, — Аликс решила опустить подробности, чтобы не терять время. — Будьте осторожны.       Сначала ей показалось, что правда настолько удивила Растона, что тот и слова вымолвить не мог. Недолго он внимательно смотрел на нее, будто бы пытался понять, не лгала ли это она, но потом напряжение спало с его лица, он вздохнул и покачал головой:       — Думаете, я не знаю?       Аликс была уверена, что он не знал.       — Что?! — воскликнула от удивления она, но, опомнившись, замолчала, понизила голос: — Что вы несете? Он может вас ободрать, а вы…       — А я прекрасно это понимаю и даже, возможно, позволю ему преуспеть, — закончил за нее Растон и, увидев по секундам нарастающее недоумение Аликс, даже будто бы чуть улыбнулся. — Все в порядке, но я признателен за ваше беспокойство.       Аликс так запуталась, что даже пропустила мимо ушей, как он поблагодарил ее. Она потерла лоб, ущипнула себя за переносицу и, наконец, прислонилась спиной к фортепиано, очень удачно оказавшемуся под боком. Она хотела предупредить его, предостеречь от ошибки, потому что… неважно, почему, главным было то, что Растон, зная мотивы Эммета Картера, хотел позволить ему себя обокрасть? Это даже звучало как полный бред, это просто не могло быть правдой. Или в случае Растона могло?       — Я ничего не понимаю, — Аликс напряженно помассировала висок. — почему?       — Я разве не говорил вам, что меня мало что интересует в жизни? — Растон снова улыбнулся очень печально, как мог только он. — Безрассудные сделки — все, чем я могу заниматься, это все, что мне осталось.       Ответ, очень честный, как показалось Аликс, запутал и смутил ее еще сильнее. Она точно лезла не туда, куда стоит, не в свое дело, как съязвила бы Роуз, но Растон своими загадочными ответами просто не оставлял ей выбора — все же он не стал бы говорить и этого, захоти сохранить все в тайне. Аликс только набралась духу спросить его об этом, но в комнату вошел кто-то еще, и пришлось прикусить язык.       — Ого, вы рано. Мы ждали вас через пару часов, — Хелен улыбнулась Растону, в упор игнорируя вопросительный взгляд Аликс — они же договаривались, что Аликс решит с Растоном при случае вопрос с ее работой, но, стоило этому случаю представиться, Хелен мешала ей!       Растон тут же встал, стоило Хелен появиться, молча кивнул ей в знак приветствия. От предложения выпить чая, пока он ждет лорда Хорниголда, Растон вежливо отказался. Хелен, продолжая приветливо улыбаться, медленно подошла к нему.       — Papá сейчас спустится, можно пока поговорить с вами tête-à-tête? — спросила она, наклонив голову. Аликс это все очень не понравилось, но она молчала.       Растон, видимо, тоже не был в восторге от ситуации. Он неспокойно прокашлялся, выигрывая для себя заминку, чтобы подумать. Потом он быстро глянул на Аликс, словно прося ее о помощи, и та замешкалась, не ожидав такого от него.       — Да, хорошо, — Растону пришлось сдаться, когда пауза переросла в неловкую. Аликс под нос выругалась, виновато посмотрела на Растона, который уже отвернулся от нее. — Что случилось?       Хелен промурлыкала игривое «не-а». Растон недоумевающе нахмурился, но уже в следующую секунду остолбенел, потому что Хелен ненавязчиво, словно случайно, дотронулась до его ладони. Аликс скрипнула зубами. Растон тут же отнял руку, но не резко, так, будто он ничего и не понял, а касание Хелен действительно вышло случайным — такой жест не расстроил бы никого, а недопонимание не стало бы причиной большой неловкости. Аликс выдохнула с облегчением.       — Пойдемте, — чуть не пропела Хелен с такой интонацией, которую Аликс слышала только от Мэри, когда та, изрядно выпив, цепляла клиентов. Аликс бы нашла сотню оправданий Хелен, уверила бы себя, что та не имела ничего такого в виду, просто была излишне вежливой и совершенно случайно заговорила как прожженая искусительница. Но потом Хелен совершенно невозмутимо дотронулась до плеча Растона, скользнув пальцами вниз, взяла его под руку.       Аликс слышала, как собственное сердце колотилось где-то в мозгах. Кровь прилила к голове, она шумела и бурлила в ушах, и Аликс думала, что она, наверное, вся раскраснелась то ли от стыда, то ли от возмущения. Она не успела понять, что за эмоция это была, потому как в следующую секунду Хелен ненавязчиво повернулась к ней через плечо и посмотрела на Аликс с такой торжествующей ухмылкой, что той стало не по себе. Что только Хелен творила, ради чего она устраивала этот фарс? Аликс почувствовала, как крышка фортепиано, к которому она прижималась все это время, заскрипела под впившимися в дерево ногтями.       Но уже в следующую секунду Растон высвободил от хватки Хелен свою руку, не слишком агрессивно, но вполне ясно дав понять, что с ним Хелен искать нечего. Хелен ничуть не смутилась, все продолжая улыбаться, но радость ее стала совсем натянутой. Аликс в мыслях порадовалась, что Растон вел себя как последний мерзавец со всеми, а не только с ней.       Как ни в чем не бывало Хелен махнула ему рукой, поманив за собой в соседнюю комнату. Растон, очевидно, сжал челюсти, но ничего не сказал и молча последовал за ней.       — Перейдем к делу, — стоило дверям за ними закрыться, Хелен тут же изменилась в лице, заговорила совсем по-другому, серьезно и уверенно. Она кивнула Растону на диван — видимо, разговор предстоял серьезный.       — И что за дело? — спросил Растон, присаживаясь на мягкий диван. Хелен устроилась в кресле напротив, села прямо, напряженная, как натянутая струна, готовая вот-вот лопнуть и ударить обидчика.       — Аликс хочет вернуться в Оакенфилд, — Хелен не стала церемониться, сразу выложила то, что так сильно ее беспокоило.       Ответом ей было молчание. На лице Растона не дрогнул ни один мускул, он как ждал подробностей, так и продолжил сверлить Хелен взглядом.       — Она наверняка еще найдет способ поговорить с вами об этом, — продолжила Хелен, нервно сцепив пальцы, — но имейте в виду, что все должно окончательно решиться здесь и сейчас.       — Тогда почему я обсуждаю это с вами, а не с ней? — усмехнулся наконец Растон.       — Потому что в данный момент за ее судьбу отвечаю я, — совершенно серьезно отчеканила Хелен. — Я знаю лучше, что ей нужно. И работа поломойкой — точно не то. Чтобы ей не пришлось портить себе жизнь и терять годы до того, как она поймет, насколько же крупно ошиблась, сделайте милость нам всем, откажите ей в просьбе.       Растон опять усмехнулся, положил ногу на ногу и чуть покачал носком. Хелен невольно оценила, какая чистая и блестящая у него была обувь, да и сам он выглядел безупречно, как всегда. Она поднялась взглядом выше, выхватила цепочку от часов, уходящую в карман жилета, туго завязанный галстук… Хелен бы с удовольствием притянула Растона к себе за этот галстук, с властной усмешкой заставила делать то, что угодно ей. Хелен усмехнулась лишь своим мыслям, пока что отмела их — заняться Растоном она еще успеет, сейчас есть дела поважнее — поднялась взглядом еще выше и наткнулась на прищуренные стальные глаза.       — А если я не согласен? — хмыкнул Растон, выдерживая ее взгляд. Хелен тоже не спешила отступать.       Она неторопливо выпрямилась, не сводя с него взгляда, медленно шагнула вперед. Растон не шевельнулся.       — Можете сделать по-своему, — Хелен натянула улыбку еще сильнее, ее глаза жутковато блеснули, — но ни к чему хорошему никого из нас это не приведет. Вы решили, что я вас к чему-то склоняю? — она низко рассмеялась, но не села на диван рядом с Растоном, как тот уже подумал, Хелен прошла дальше и оказалась у него за спиной. — Нет, ни в коем случае. Это полностью ваш выбор, — Растон резко повернул голову, когда Хелен сзади невзначай коснулась его плеча. Она тут же рассмеялась снова, отняла руку, обошла его и все-таки присела рядом, с той стороны, где места между Растоном и подлокотником было меньше, чтобы быть к нему ближе. — Принимайте такое решение, какое хотите, в конце концов и вас наши дела теперь касаются. Но подумайте хорошенько, чем рискуете и что получите в каждом случае. Стоит ли оно того?       Повернувшись к ней, Растон невольно пошатнулся, потому как Хелен оказалась слишком близко, но куда-то деться от нее он не мог, ее присутствие словно приковало к месту.       — Так что вы решили? — с мягкой улыбкой спросила Хелен, непринужденно поигрывая волосами. Запах ее духов добрался и до Растона.       Растон медлил с ответом, и тогда она, решив воспользоваться моментом его замешательства, чуть приблизилась, ее пальцы коснулись его колена — Растон встал так стремительно, что рука Хелен зависла в воздухе.       — Я вам не скажу, — процедил он, ничуть не скрывая своего отвращения, прежде чем стремительно выйти.       Хелен только усмехнулась, медленно поднялась, поправила платье, пускай оно и помялось не так сильно, как ей бы хотелось, и тоже направилась к выходу.

***

      Минуты тянулись невообразимо медленно. Аликс уже исходила всю комнату, не зная, куда себя деть от странного беспокойства, внезапно напавшего на нее.       «И чего я только так волнуюсь?» — усмехалась она себе каждую минуту, но ответа так и не находила. Аликс переживала, что Хелен увела Растона у нее из-под носа, когда она так хотела поговорить с ним о работе, и боялась, что второй раз его не застанет — хоть идти сторожить выход. Аликс злилась, что не завела этот разговор сразу же, стоило ему переступить порог, но тогда она могла бы показаться навязчивой, а это могло оттолкнуть Растона только сильнее. Аликс нервировало, что ее вообще настолько сильно волновал человек, которому она была совершенно безразлична — иначе он бы не выставил ее за двери Оакенфилда так легко.       Мыслей было слишком много, чтобы сконцентрироваться на чем-то одном. Аликс присела на оказавшуюся очень кстати рядом банкетку перед фортепиано, тяжело вздохнула, подперев голову руками. Голова разгуделась от напряжения, нужно было срочно отвлечься, заняться хоть чем-то.       Аликс осторожно приподняла крышку, коснулась белоснежных клавиш — раздался аккуратный приятный звук. Аликс наугад клацнула еще по паре клавиш, мелодия не складывалась, что было неудивительно, но все равно какое-то созвучие в мешанине из случайных звуков было, или ей так казалось.       Рядом послышались шаги. Аликс воровато обернулась через плечо, увидела сестру Хелен и тут же захлопнула крышку, будто пыталась замести следы. Это было бесполезно, она уже попалась.       — Нет-нет, не останавливайся, — Эдит жестом призвала ее продолжать. — У тебя неплохо получается.       Аликс прыснула, откинула крышку и небрежно провела пальцем по нескольким клавишам, вырывая из инструмента плавно нарастающий звук. Это было хотя бы чуть-чуть похоже на музыку, совсем не то, что она «играла» до этого.       — Я впервые в жизни притронулась к пианино, — призналась Аликс и тут же скрипнула зубами, — у меня получается полная бессмыслица, не надо меня жалеть.       — Это рояль, — поправила ее Эдит и прислонилась к корпусу инструмента боком. — И я тебя не жалею. Для того, кто впервые в жизни притрагивается к роялю, у тебя получается замечательно.       Аликс вздохнула, еще немного невпопад поклацала по клавишам. Музыка, вернее, корявые звуки, что вырывались у нее из-под пальцев, прекрасно отражали настроение Аликс. Такие же уродливые, несуразные, неуместные… Аликс сжала челюсти и случайно прикусила щеку до крови, остервенело стукнула по клавишам. Эдит дотронулась до ее руки до того, как Аликс успела с грохотом опрокинуть крышку.       — Не злись, — предостерегла она. — За инструмент нельзя садиться в таком состоянии, ничего хорошего из этого не выйдет.       — У меня никогда не выходит ничего хорошего, — проворчала Аликс, потупив взгляд. С появлением леди Эдит в комнате она стала чувствовать себя еще более неловко и оттого злилась на себя еще сильнее.       Эдит тихо усмехнулась, приблизилась к ней, молча спрашивая разрешения сесть рядом на банкетку. Аликс так же молча подвинулась.       — Если ты ждешь, что все будет даваться тебе без всяких усилий, ни в чем не преуспеешь, — начала Эдит, нежно коснувшись матовых клавиш, но не нажимая их. — В музыке, как в жизни, даже самые неприглядные мотивы можно превратить в нечто… прекрасное.       Аликс закатила глаза, но слишком откровенно вздыхать не решилась. Эдит кивнула ей, предлагая сыграть что-нибудь, и Аликс снова наугад брякнула сразу по нескольким клавишам, вырывая не самый мелодичный звук. Казалось, с этим было невозможно что-то сделать, это было слишком ужасно и нелепо, чтобы называться музыкой. Эдит дотронулась до ее руки, подвинула всего один палец, чтобы он касался черной клавиши.       — Давай-ка еще разок.       Аликс послушалась, ничего особо не ожидая, но в этот раз звук был совершенно другим — мягким, звонким, правильным. Из такого можно быть соткать приятную мелодию. Аликс сыграла аккорд еще раз, убеждаясь, что ей не почудилось, удивленно посмотрела на Эдит.       — Но как это?       — Иногда для гармонии нужно кое-что поменять, — усмехнулась Эдит и тоже сыграла пару аккордов, которые вместе уже складывались в какую-то внятную мелодию. — Иногда самому до правильного решения додуматься трудно, но это не значит, что правильный выбор не поможет сделать кто-то иной.       Аликс еще разок нажала на те же клавиши, попробовала наугад потыкать другие, нащупывая благозвучные сочетания, чуть подумав, рискнула сыграть их все вместе — в этот раз получилось гораздо лучше, чем в первый, сейчас она угадала.       — Хелен тоже музыка давалась легко, — пожала плечами Эдит.       — А я здесь при чем? — недоумевающе посмотрела на нее Аликс, но Эдит так и не ответила.       К счастью, в коридоре послышались шаги, и прежде, чем в комнату вернулась немного разозленная Хелен, Аликс смогла расслышать голос Растона в салоне. Тут же подорвавшись с места, она поспешила за ним. Хелен обреченно вздохнула, провожая ее взглядом.       — Вот это драма, — задумчиво протянула Эдит вслед.       Казалось, Хелен только сейчас заметила присутствие сестры. Пару секунд она подозрительно хмурилась, но потом отмахнулась.       — Драма? — переспросила Хелен и язвительно рассмеялась. — Какая еще драма? Ты своих глупых книжек начиталась?       — Такая, которую тебе, видимо, никогда не понять, — многозначительно вздохнула Эдит, и не было понятно, вздыхала ли она по Аликс и ее трудностям, или по себе и своим неудачам, или по Хелен и ее равнодушию.       Хелен фыркнула, напряженно прошлась по комнате, пока сестра аккуратно закрывала крышку рояля. Увидеть Эдит в компании Аликс — последнее, на что рассчитывала Хелен.       — До тех пор, как я вошла сюда, — начала она, потирая переносицу, — мне не показалась, что вы с Аликс вдвоем… играли?       — Да, — Эдит чуть улыбнулась, вставая из-за инструмента. — А что?       Хелен качнула головой, задумчиво глянула на сестру, пытаясь уловить подвох. Никакого подвоха не было, Эдит была совершенно искренна. И Хелен просто не ожидала такого от нее, пускай и знала, что ее сестра — не самый плохой человек.       — Ты одна из всех захотела провести время с ней. Почему?       Эдит кивнула, поняв, к чему Хелен вела. Она не думала, что сестру в самом деле беспокоит отсутствие желания у членов семьи общаться с новой родственницей. Эдит также не думала, что Хелен догадывалась об истинных причинах отсутствия этого желания: домашние попросту боялись и не знали, как подступиться к совершенно незнакомому человеку. Эдит первой рискнула превозмочь этот страх, в конце концов она ничего не теряла.       — А почему нет? Ревнуешь? — она усмехнулась, глядя на напряженное и недоверчивое лицо сестры. — Ладно тебе, матерью мне самой уже не стать, не лишай меня удовольствия побыть тетушкой. Доброй тетушкой, какой у нас с тобой не было.       Сначала Хелен колебалась, не решаясь поверить. Но Эдит казалась такой честной, что она просто не могла найти ни единой причины, чтобы не поверить сестре. Хелен с облегчением усмехнулась в ответ, и обстановка вмиг разрядилась.       — Доброго дядюшки Фредерика тебе не хватило?       Эдит хотела было что-то ответить, но промолчала. Это не укрылось от Хелен.       — Что, я не права? — переспросила она, прищурившись. Хелен слишком хорошо отличала, когда сестра говорила правду, а когда — лгала.       — Права, — тяжело вздохнула Эдит, тут же отвернувшись к окну, скрестив руки на груди. Вся ее поза выдавала нежелание продолжать разговор, но Хелен была вынуждена настоять:       — Эдит, в чем дело?       — Да ни в чем, — небрежно бросила сестра и даже повернулась к ней, чтобы уверить, что дело и правда не стоило внимания Хелен, но в этот же момент в гостиную вернулась Аликс.       Она была жутко расстроена чем-то, и это не мог скрыть даже ее привычный налет равнодушия. Сестры переглянулись, Хелен равнодушно пожала плечами, словно ее состояние дочери ничуть не волновало, и тут же подчеркнуто заняла себя рассматриванием торчащей из рукава нитки. Эдит непонимающе уставилась на племянницу.       — Что случилось? — Эдит обратилась к ней.       — Ничего, — буркнула Аликс, шагая так грозно, что становилось страшно. — В том-то и дело, что ничего не случилось.       Аликс на мгновение остановилась перед Хелен, очень странно посмотрела на нее, и та, соизволив оторваться от своего очень важного занятия, вопросительно приподняла бровь, качнула головой, как бы спрашивая, в чем дело. Аликс только махнула рукой и так же стремительно вышла за дверь. Хелен презрительно фыркнула.       Эдит вопросительно посмотрела на сестру, и наедине та позволила себе довольно усмехнуться. Этого хватило, чтобы без подробностей понять, что произошло.       — Ох, ну и гадина же ты, — раздосадованно бросила Эдит сестре и тоже поспешила оставить ту в одиночестве.       — Что? — спросила ей вслед Хелен, разведя руками. — Что я сделала не так? Все, что я делаю, я делаю на благо нашей семьи, ты меня слышишь?!       Эдит ее не слышала.

***

      Аликс подожгла сигарету, растерла замерзшие руки. К вечеру резко похолодало, и находиться на улице без движения дольше пяти минут было все менее приятно. В воздухе пахло зимой, было настолько свежо, что Аликс и подумать не могла, насколько чистым может быть воздух за пределами рабочих кварталов. Она прикрыла глаза, выпустила из легких едкий дым и на мгновение представила, что она снова в Уайтчепеле, где нет такой жуткой неопределенности, где все хорошо, а близкие — живы и в себе. Роскошь, которую Аликс не замечала и не ценила.       — Не помешаю?       Аликс вздрогнула — она так задумалась, что не заметила даже приближающихся шагов, — сдержала желание поморщиться — уж кто, а леди Эдит точно не была виновата в решении Растона не принимать Аликс обратно в Оакенфилд, так что и злости ее она не заслуживала.       И все-таки Аликс промолчала.       Не встретив возражений, Эдит подошла ближе, но рядом не села, чтобы не смущать еще больше, пристроилась за скамьей, оперевшись о ее спинку локтями.       — Похолодало, — подметила она, а вслед за ее словами в воздухе клубился легкий пар. — Вот, держи. А то отморозишь руки, придется отрезать.       Аликс недоумевающе уставилась на Эдит, которая протягивала ей пару перчаток. Та мягко улыбнулась, призывающе махнув перчатками еще раз.       — Я шучу. Хелен так пугала меня в детстве. Перспектива расставаться с конечностями пугала меня до одури, так что приходилось слушать старшую сестренку, — Эдит отрешенно улыбнулась воспоминаниям давно ушедшего детства. — Сейчас я понимаю, что она так проявляла заботу обо мне. Как могла.       — Очень… своеобразный способ выразить чувства, — пробурчала Аликс, натягивая перчатки — они были по руке, словно их шили специально для нее. — Уверены, что это действительно была привязанность, а не обязательство заботиться о младшей?       — А какая разница? — Эдит пожала плечами, и Аликс подумала, что никакой разницы действительно не было, — главное, результат был положительным.       Аликс глубоко вздохнула, позволяя студеному воздуху перемешаться с табачным дымом в легких. Решив, что на добро следует отвечать взаимностью, предложила сигарету Эдит, но та вежливо отказалась.       — Двадцать лет назад Хелен стащила у кого-то из слуг портсигар, — начала рассказывать Эдит с все той же задумчивой улыбкой. — Берти был еще слишком мал да и мог по неосторожности растрепать все родителям, так что сообщницей своего преступления она выбрала меня: пока взрослые ужинали, Хелен затащила меня в какую-то гостевую спальню и поделилась находкой. Я сдалась после пары затяжек, Хелен держалась до последней сигареты, пока не позеленела и не прожгла случайно дыру в ковре. Потом оказалось, что в ту ночь как раз в той спальне, насквозь пропитавшейся запахом табака, должен быть заночевать старый друг отца… — Эдит вздохнула и тут же покачала головой, не сдерживая улыбки. — Зато есть, что вспомнить.       Аликс в голос рассмеялась. Было ничуть не сложно представить Хелен в такой истории, но все равно рассказ вызвал неподдельную улыбку.       — У меня была похожая история, — с запалом начала она. — Мэри, моя подруга, решила, что пришло время меня хорошенько напоить, но она не учла, что я, по своей неопытности, свалюсь под стол после пары стопок джина, — Аликс хихикнула, вспоминая, как тогда ей было плохо, но насколько же сейчас казалась смешной та история. — Сначала она полквартала тащила меня до дома, потом убеждала отца, что моей вины в произошедшем нет — это она чуть ли не насильно напоила меня, а остаток ночи Мэри просидела рядом со мной, следя, чтобы я не померла…       Эдит тоже тихо улыбнулась — Хелен вскользь упоминала, кем была та самая Мэри, самая близкая подруга ее дочери, — и она была рада, что воспоминания о ней вызывали у Аликс не только печаль и сожаления, но и улыбку.       — Зачем вы мне это рассказываете? — Аликс повернулась к ней, посмотрела, пытаясь уловить подвох. — Хелен послала выставить себя в приглядном свете?       — Нет, вообще-то я вышла прогуляться вслед за тем маленьким чудовищем, — Эдит указала на черненькую пушистую собачку, которая в нескольких метрах от них остервенело расправлялась с отломанной веткой кустарника, — но подумала, что будет неплохо завести разговор. Я терплю Хелен тридцать три года, — Эдит вздохнула, улыбаясь. — Временами с ней просто невозможно, так что мне ли не знать, как с ней ужиться?       Аликс поежилась от поднявшегося ветра. Эдит кивнула в сторону дома, но она покачала головой, отказываясь.       — Я злюсь не на нее, — насупившись, призналась Аликс и скрестила руки на груди. — Просто… меня злит, что все выходит наперекор моим планам. Я только-только взяла свою жизнь в свои руки, а у меня ничего не выходит! И какой тогда в этом толк?       — А ты думала, что все будет сбываться по твоему желанию? — Эдит с нескрываемым удивлением посмотрела на Аликс и про себя сделала выводы, что та — точно дочь Хелен. — Дорогая, ты попала всего лишь в Санклер Касл, а не в сказку про Золушку. Просто так ничего не дается, за свое счастье надо побороться.       — А если я не знаю, с кем и за что мне бороться? — совсем жалобно произнесла Аликс, поджав губы. — Я отчаянно ищу выход, но вокруг меня ни одной открытой двери, только тьма.       — Тьма когда-нибудь рассеется, — Эдит улыбнулась, дотронулась до ее плеча. — Метаться в поисках решения и биться в закрытые двери — не лучшая идея. Иногда лучше и правда отступить и позволить всему разрешиться — когда-нибудь какие-то двери все равно откроются. Подумай об этом позже, а пока, — Эдит повернулась в сторону дома, озаренному теплым светом, — пришло время чая. Идешь или будешь дальше мерзнуть?       Аликс кивнула, выпрямляясь. В словах Эдит была правда. В холодные зимние вечера нет ничего лучше горячего чая.