Записки психопата

Недавно мне звонили из университета, чтобы официально заявить, что я потеряла грант. Это было неприятно, но я почти не испытывала сильных негативных эмоций, пока во время разговора не выяснилось, что они перепутали мне программу. Дело в том, что мой университет имеет уклон в точные науки, и иностранцы, изучающие точные науки, начинают обучение сразу со второго курса, так как весь первый год изучаются вводные предметы вроде философии. И когда я поступила, меня тоже направили сразу на второй курс, а у юристов совсем не так. Теперь я понимаю, почему мне так тяжело, я пропустила все основы своей программы. Я просто окаменела от возмущения, когда услышала, как учителя называют это забавной случайностью. Я вывернулась наизнанку, чтобы попытаться справиться с нагрузкой, которой у меня даже не должно было быть. И они ничего не собираются делать с этим “недоразумением”. Я не смогла с ними поспорить, да и о чём бы я спорила? Если по правилам государства, надо сдать все предметы для продления гранта и при завале хоть одного, он теряется. И он уже потерян, его отменило государство, а не один учитель из моего университета. Опустошённая, я пошла своим привычным маршрутом до макдональдса и сидела, бездумно жуя еду. Во мне вдруг что-то надломилось, дело в том, что я, наконец, поверила в систему, когда поступила в университет. Я поверила, что, если играть по правилам и очень стараться, можно выжить и добиться всего, что ты хочешь. Все же говорят, что упорство и усердие залог успеха. Главное работать и хотеть и прочий бред, и всё будет хорошо, но теперь я сомневаюсь в этом. Потому что я искренне старалась и прилагала усилия, и к моему провалу привели не мои ошибки или недостаток усердия, а равнодушие учителей, которые даже не удосужились проверить, какая у меня должна быть программа. Я ужасно разозлилась впервые за несколько последних лет. Я была действительно хорошей ученицей, я следовала правилам игры, но оказалось, что для того, чтобы выиграть, нужно, чтобы кто-то, имеющий власть, был бы вообще заинтересован в честной победе. *** От обиды и злости у меня появился какой-то ресурс сконцентрироваться на чем-то, и я выбрала роман “венера в мехах”. Очень увлекательное чтиво, если ты больной извращенец, а мне повезло такой быть. Суть книги сводилась к цитате: “кто позволяет себя хлестать - тот заслуживает того, чтобы его хлестали”. По неизвестным мне причинам, мне очень сильно импонировали истории, где мужчины сходили с ума и теряли всё из-за похоти. Не знаю, присуще ли такое поведение женщинам, но мне доводилось общаться с мужчинами, сходящими с ума от простого вожделения женщиной. Это выглядело немного смешно, жалко и пугающе, но больше, все-таки, наверное, очень привлекательно. Мне нравится идея о всепоглощающей страсти, перерастающей в безумие, конечно, пока мы говорим про безобидные вещи, а не про “преступления на почве любви”. Есть в этом что-то такое, как простое стремление совокупления, пройдя фильтр самых потаённых и иногда отвратительных желаний, превращается в бушующую, неудержимую бурю, сметающую и разрушающую на своём пути всё: моральные устои, состояние, репутацию. Не это ли прекрасно? А “преступления на почве любви”? Как простая похоть может заставить человека пойти на убийства и куда более страшные вещи? Я пытаюсь это представить, жизнь, в которой каждая секунда натянута как струна и наполнена желанием, желанием удовлетворения своих первобытных инстинктов, но ты не можешь их утолить простым сексом. Как, возможно, отодвигаются границы, как маньяков вначале пугают их фантазии, и как они заходят всё дальше и дальше, и барьеры в голове разрушаются. Я не уверена, что их изначально пугают их фантазии, я думаю так лишь потому, что сужу их по себе. Мои фантазии с годами становятся хуже и хуже, и меня это пугает. Как раньше вещи, которые казались мне слишком, становятся объектом моих мыслей и желаний. Я слышала, что в этом виновато порно, которое со временем развращает любого человека, и именно этим и опасна порно-зависимость. Я не знаю, правда ли это, но открытым остаётся вопрос, как же так вышло, что простое удовлетворение одного инстинкта, сделало нас такими больными и извращёнными. Почему каждая детская травма отражается в тебе новым фетишем, каждый из которых страннее и безумнее предыдущего. *** Сегодня я созванивалась с другом, и нам было почти не о чём говорить. Он был очень встревожен и рассеян, но не говорил о своих отношениях, хотя, очевидно, только о них и думал. Поскольку об отношениях он говорить не хотел, а ни о чём другом и не мог, разговор не особо клеился. Я так и не сказала ему про грант, я хотела, но мне вдруг стало становится так одиноко при разговоре с ним, что наше общение превращалось в пытку, превращалась в гротескную картину, в очередной раз показывающую как я далека от всех остальных людей. Пока мы говорили, я почти физически ощущала эту насмешку над собой неизвестно от кого. Насмешку над тем, что я, наивная дурочка, поверила, что я могу иметь друзей, что кто-то меня поймёт, что я вообще дойстойна этого понимания и принятия. Мне было безумно нужно, чтобы мой друг сделал шаг ко мне и успокоил, но, к сожалению, я не понимала, что это невозможно, что сейчас он не может спасти меня, потому что ему самому нужно спасение. И я злилась, потому что он не видел моих мучений и не понимал меня. А сама я, в тоже время, не видела его мучений и не понимала его. Так что разговор получился никаким, и в итоге мы оба вздохнули с облегчением, попрощавшись.