Флористы

Тишина в зале была почти оглушающей. После напряжённого разговора никто не решался сделать первый шаг или сказать что-то лишнее. Флористы, окружившие Иэтсуну, внимательно наблюдали за Тсунаёши, чьё лицо было почти непроницаемым. Кайли наконец нарушил молчание, обращаясь ко всем присутствующим: — Мы здесь не для конфронтации. Давайте дадим себе шанс. Тсунаёши скрестил руки на груди, не отводя взгляда от брата. — Шанс? Ты действительно думаешь, что я так просто приму ваши речи? Иэтсуна сделал шаг вперёд, его взгляд был полон решимости. — Нет, я не думаю, что это будет легко. Но я знаю одно: если мы ничего не попробуем, мы никогда не узнаем, что могло бы быть. Тсунаёши устало вздохнул, затем махнул рукой. — Хорошо, начнём с малого. Расскажите мне, что у вас есть такого, чего нет у Вонголы. Кайли усмехнулся, сделав шаг вперёд. — У нас есть то, чего не сможет быть ни у одной мафиозной семьи, — сплочённость, которая идёт глубже любой клятвы. Тсунаёши хмыкнул, его голос был полон сарказма: — И вы думаете, что этого достаточно? Кайли ответил с лёгкой улыбкой: — Этого всегда достаточно. Тсунаёши явно хотел что-то возразить, но вместо этого только покачал головой. — Хорошо. Докажите. Он повернулся к своим людям, стоящим за ним, и жестом приказал им расслабиться. Воины Тсунаёши, которые до этого выглядели готовыми к бою, неохотно опустили оружие и убрали пламя. — У вас есть одна неделя, — сказал Тсунаёши, его голос стал холодным. — Докажите, что ваши слова не просто красивые речи. — Неделя — это достаточно, — кивнул Иэтсуна. — Увидим, — ответил Тсунаёши и вышел из зала, оставив своих людей в замешательстве. *** Флористы вернулись в своё убежище вместе с Иэтсуной. Там царила спокойная, почти домашняя атмосфера. Однако в этот раз напряжение ощущалось в воздухе. — Ты уверен, что мы поступили правильно? — спросил Кайли, присев рядом с Иэтсуной. — Да, — твёрдо ответил тот. — Тсунаёши нужно показать, что есть другой путь. — А если он не примет его? — вмешался один из флористов. — Тогда мы сделаем всё, чтобы он хотя бы задумался, — сказал Иэтсуна. Флористы переглянулись, но никто больше не задавал вопросов. *** На следующий день началась активная работа. Иэтсуна и флористы старались показать Тсунаёши и его людям то, как можно жить иначе. Они демонстрировали свои методы восстановления природы, возвращения ландшафта к его изначальному виду, показывали, как работают сообща. Некоторые из людей Тсунаёши смотрели на это с явным удивлением. Для них такие действия казались странными, непривычными, но, наблюдая за слаженной работой флористов, они невольно начали задумываться. Иэтсуна не оставался в стороне. Он лично принимал участие во всех заданиях, пытаясь подать пример. К нему часто подходили солдаты Тсунаёши, задавая вопросы, и он отвечал с искренностью, которая удивляла их. *** К середине недели произошёл неожиданный инцидент. Один из людей Тсунаёши, не привыкший к мирному подходу, решил устроить проверку, вызвав флористов на бой. — Вы говорите о мире, но что вы сделаете, если на вас нападут? — провоцировал он, держа в руках оружие. Кайли шагнул вперёд, его лицо оставалось спокойным. — Мы защитим себя, но без лишнего насилия. — Тогда докажи это! — мужчина бросился на Кайли. Однако тот лишь слегка повернул руку, и массивное растение вырвалось из земли, мягко, но твёрдо удержав нападавшего. — Мы используем наши силы, чтобы защищать, а не разрушать, — спокойно сказал Кайли. Многие из присутствующих, включая людей Тсунаёши, замерли, впечатлённые увиденным. *** К концу недели Иэтсуна понял, что время, проведённое вместе, начало менять отношения между группами. Некоторые из людей Тсунаёши начали проявлять интерес к методам флористов, задавать вопросы и даже предлагать помощь. Иэтсуна чувствовал, что первый шаг сделан. Теперь оставалось дождаться, примет ли Тсунаёши этот мирный вызов.