Я, Мишель и Каллены. А кто такая Мишель?

      Едва мы выехали на шоссе, как Элис неожиданно сказала: — Кэт, Мишель, вам надо завязать глаза.       Что? Нет, спасибо, не люблю быть дезориентированной в пространстве, не зная где я. Наверняка, она не хочет, чтобы мы видели куда едем, но такие штуки совсем не по мне. — А зачем? — Я решила всё-таки узнать, для чего такие сложности. И тут в голову пришёл ещё один, вроде бы, веский аргумент, уж для Элис точно. — Тем более мы макияж с причёсками попортим. — Не попортите, мы всё сделаем аккуратно. Давайте, так будет веселей! — Я так понимаю, отвертеться не получится. Ну, можно «поспать»… — Ладно, ладно, Элис, договорились. — Ура!       Эльфийка взяла из сумки две чёрных повязки и я увязла во тьме. Я закрыла глаза, делая вид, что засыпаю и, стараясь отодвигать непрошеные мысли.       Дело в том, что я ужасно боюсь оказаться в темноте без возможности выбраться. Нас с Кэт разлучили, когда дядя сильно избил меня, я несколько дней была в коме, борясь с неумолимо надвигающимся забвением. Я будто летала в космосе без звёзд.* Когда врачи спасли меня, я первое время даже боялась засыпать, лишь бы снова не попасть туда.       Благодаря прошедшему времени и работе с психологом эта проблема почти прошла, но некоторые неприятные ощущения остались. Сестре я об этом не говорила и пока не собираюсь. Пусть прошлое останется в прошлом.       Расслабиться получилось на удивление быстро, я чувствовала только умиротворение и предвкушение предстоящего праздника.       Погруженная в свои мысли я и не заметила, как мы доехали. С двух сторон открылись двери, мне кто-то помог выйти. Я поблагодарила человека снявшего ленту, которым оказался Эдвард. Все вместе, мы двинулись в сторону светящегося в сумеречном полумраке здания. — А что за случай? — Я не обращалась ни к кому конкретно. Ответила мне Розали. — Благотворительный бал в честь 110 лет с 8 ноября 1893 года. — Получения права голосовать женщинами? — Да, я люблю историю. — Отличный повод. — Согласна. — Мы пересеклись взглядами и улыбнулись.       Войдя в огромный зал, я восхитилась прекрасному украшению. Атмосфера 19 века во всём великолепии.       Каллены пошли вальсировать, а я решила взять бокал сока и понаблюдать за другими гостями. Танцевать я не люблю и не очень умею, поэтому такое времяпровождение мне даже нравилось. Я обошла весь зал, вышла в сад, где выступали люди с лекциями о появлении традиции благотворительных балов и о поводе сегодняшнего события. Они оказались очень интересными и я вернулась в дом только после их окончания, и посмотрев на часы увидела, что прошло больше часа. Надеюсь меня не потеряли.       Оказавшись в освещённом пространстве, я увидела Кэт, Эвелин и неизвестного молодого человека за столиком неподалёку. А незнакомец, наверное, парень сестры. Я направилась к ним, чтоб познакомиться и пообщаться. — Привет, Кэт, Эвелин. А ты — Уил? — Привет! Да, это Уильям, мой парень. — Близняшка выглядела такой радостной и счастливой, что я сама невольно заулыбалась. — Рад знакомству. — Взаимно. Можно я присоединюсь к вашей беседе? — Конечно!       Примерно, минут через тридцать все снова пошли в центр зала. Кэтрин ушла с Уилом, Эвелин прошла рядом с Ником, нашим одноклассником. Тут я заметила подходящего Эммета и немного удивилась. Да ладно, если быть честной, я была очень ошарашена. — Мишель, приглашаю Вас на танец, — он поклонился, но на лице была широченная улыбка, портившая весь концерт. — Вынуждена отказать, так как имею весьма посредственные знания о танцах, тем более Ваша спутница может огорчиться, — теперь и я изо всех сил старалась не смеяться. — Думаю, она не будет возражать, а танцевать умею я, так что всё будет отлично. Это же бал, куда без этого? — Ладно, но только один.       Хорошо, что согласилась, на самом деле было очень здорово. И, вроде, я даже не очень часто наступала Эммету на ноги. — Благодарю за танец, — я присела в шуточном реверансе. — И я Вас тоже, — он поклонился и мы рассмеялись. — Правда, спасибо, было классно. — Обращайся.       Брат вернулся к остальной семье, а я поймала себя на мысли, что действительно воспринимаю Калленов как свою семью. Хотя мы знакомы полтора месяца, они стали не ближе Джины, с которой я жила 9 лет. С такой заботой ко мне относились только родные родители, и теперь я снова чувствовала давно забытую любовь семьи. И я знала точно, что это лучший День рождения за последние… нет, за всю мою жизнь.