Не слепое правосудие

      По дороге в Министерство, сидя в вагоне метро, Гарри снова думал. Вообще, в последнее время это стало одним из его любимейших занятий. В этот раз его, для разнообразия, страховал Кричер, а Добби присматривал за Гермионой и ее родителями, так что Гарри вполне мог себе позволить «погрузиться» в мысли, не особо присматриваясь к окружающим. А вспомнилась ему, почему-то, вступительная речь Снэйпа на их первом занятии по зельеварению. — Я не ожидаю, что вы и в самом деле поймете красоту нежно булькающего котла с его блестящим ароматом, хрупкую энергию жидкости, которая движется по венам, очаровывая разум, порабощая чувства… Я могу научить вас, как поймать славу, приготовить триумф, даже помешать смерти. — вот, что сказал тогда Снэйп.       Впрочем, ловить славу и готовить триумф Гарри не собирался. Ему это, выражаясь языком лондонского, да и не только лондонского, простонародья никуда не упало и ни во что не уместилось. А вот слова о хрупкой энергии жидкостей, движущихся по венам и очаровывающих разум заставили его задуматься. А еще этому поспособствовала нелепая и глупая смерть Сириуса. — Блядь, блядь, сука… — ругался про себя Гарри, — как бы это доказать? Вот чувствую, что есть что-то неправильное во всем этом. Да, даже, пусть доказательств не будет хватать для суда. Главное, что бы я точно был уверен. У кого же спросить совета? Может попросить о любезности мистера Грэй-Блэка? А, что? Вон как он лихо избавил меня от «довеска». Да и вообще, чувствуется, что человек он опытный, бывалый и много знающий. Глядишь и тут чего подскажет. Ладно, сосредоточимся пока на предстоящем заседании. Заседание началось с выступления Фаджа. Он сделал заявление о своей отставке. Сам Фадж выглядел еще более сдувшимся и постаревшим. Волосы еще больше поредели и окончательно поседели, щеки обвисли. В общем сегодня перед Визенгамотом предстал не бодрый, все еще полный сил и энергии волшебник, а старый-старый мопс готовящийся со дня на день отправиться в «поля вечной охоты». Его можно было-бы даже пожалеть, вот только Поттер делать этого не собирался. Он попросил у мадам Боунс разрешения и начал задавать Фаджу вопросы. — Итак, мистер Фадж, на прошлом заседании я продемонстрировал вам один документ. А именно, выписку из министерского указа от 7-го ноября 1981 года о передаче дома Поттеров в Фонд памятников. Подписан он Министром магии Багнолд, главой ДМП Краучем-старшим и, обращаю внимание Визенгамота, заместителем главы Отдела магических происшествий и катастроф… КОРНЕЛИУСОМ. ОСВАЛЬДОМ. ФАДЖЕМ. Так вот, вопросы: во-первых, какое вы, не будучи главой отдела, имели право подписывать этот указ, во-вторых, почему мне, как стороне пострадавшей, не была выплачена денежная компенсация, для приобретения жилья взамен изъятой недвижимости и в-третьих, а может компенсация все же назначалась, а вы, посовещавшись с Багнолд, Краучем и тогдашним финансистом решили, что деньги сироте ни к чему и присвоили их? Что вы нам всем ответите, мистер Фадж? — Мистер Поттер, — вступила в разговор Боунс, — давайте я потом отвечу отдельно на этот вопрос. А бывшему Министру Фаджу и так есть о чем подумать. Тем более, как я подозреваю, думать ему осталось не очень долго. Так, что пусть идет. — Хорошо, мадам Боунс, — согласился Поттер, — вот только, он может понадобиться в качестве свидетеля. Впрочем, если позволите, я хочу сказать ему еще «пару» слов. Мистер Фадж, как известно, скупой платит дважды, а тупой — трижды. Вы, заплатили: во- первых, своим здоровьем, во-вторых, своей репутацией и в-третьих, всем своим состоянием. Больше вопросов не имею. — Хорошо, мистер Поттер, — продолжила Боунс, — давайте послушаем о событиях вашего первого курса. А начнем мы, пожалуй, с момента получения вами приглашения в школу. — Нет ничего проще, мадам Боунс, — начал свой рассказ Гарри, — свое первое письмо я получил за неделю до наступления моего одиннадцатилетия. Правда, прочесть его я не смог, так как дядя забрал его у меня и сжег. После этого письма поступали ото всюду. Их приносили совы, они вылетали из камина, были, даже в яйцах, из которых тетя собиралась приготовить омлет. В конце концов дядя окончательно взбесился. Он погрузил нас всех в машину и мы отправились подальше от дома. Вот только, где бы мы не останавливались, нас везде находили письма. Закончилось это в ночь с 30-го на 31-е июля, на крохотном островке, в здании заброшенного маяка. Ровно в полночь появился Хагрид и я, наконец, смог прочесть свое письмо и узнал о том, что я, оказывается маг, а не ненормальный. — Стоп, мистер Поттер, — подняла руку Боунс, — мистер Уизли, — обратилась она к Перси, который все также продолжал исполнять обязанности секретаря, — после окончания заседания не забудьте размножить ваши записи и раздать их каждому присутствующему члену Визенгамота. Не думала я, что Статут может так в наглую нарушаться у всех под носом. Продолжайте, мистер Поттер, дальше я думаю, будет еще интересней. — Хорошо. Дальше, собственно, был день отъезда в Хогвартс. Дело в том, что Хагрид забыл рассказать мне о том, как попасть на платформу 9 и ¾ и если бы не семья Уизли, то я имел бы все шансы не попасть на поезд. — Будьте добры, остановитесь на этом моменте подробнее, — попросила Гарри мадам Боунс. — Ну, вначале я услышал, как какая-то женщина возмущается, что вокруг слишком много магглов, а затем она спросила с какой платформы уходит поезд. Как потом оказалось, это была миссис Уизли. Да и, вообще, речь, манеры, одежда — все говорило о том, что это волшебники. Вот так я попал на платформу и своевременно оказался в школе. — Ну, — Гарри на некоторое время прервал свою речь, собираясь с мыслями, — дальше был тролль, во время праздничного ужина на Хеллоуин. И только благодаря мне, Рону Уизли и счастливой случайности, в тот вечер в Хогвартсе не стало на одну ученицу меньше. — Тихо! — вновь прервала начавшееся «бурление» мадам Боунс, — напоминаю, что сейчас мы слушаем мистера Поттера. А все свои мнения, выводы и решения, мы озвучим позже, после окончания заседания. Продолжайте, мистер Поттер. — А дальше были: попытка столкнуть меня с метлы, во время матча по квиддичу, зеркало Еиналеж, ночная отработка в Запретном лесу и, в конце года, схватка с профессором Квиррелом, одержимым Волдемортом. Затем пребывание в больничном крыле и каникулы в доме у моих маггловских родственничков. Это, если коротко. — Хорошо, мистер Поттер. Сейчас объявляется перерыв на один час. Думаю, что нам понадобятся подробности. За это время авроры обеспечат нам присутствие людей, которые смогут дополнить ваш рассказ. Мистер Поттер, вы будете готовы продолжить свой рассказ? — Само собой, мадам Боунс, — ответил Гарри, — само собой.