Феникс

В восемь утра, приём у врача это прямо подходящее время для плохих новостей. Меня трясло всю дорогу, что мы ехали туда. Голова показалась ужасно тяжёлой, будто в неё запихнули гирю. Ощущения просто отвратительные. Хочется вырвать, выплюнуть, отпустить эту «тяжесть». В глазах двоилось. Я захотела обратиться к господу, но боюсь что он всё равно не услышит моих писков. «Жизни без сна не бывает, милая. Жизнь без сна уходит быстро». — Дочка, всё нормально? — спросил папа обеспокоено, и я кивнула. Честно не хочу, чтобы произошёл какой-нибудь инцидент на дороге из-за меня. И к тому же... мама. — Всё нормально, — более уверенным голосом, постаралась сказать я, делая вид, что смотрю в окно. Папа насторожился, но допрашивать не стал. Примерно через шесть минут, мы уже доехали до здания наверху, которого большими синими буквами было написано «доктор Z». Руки вспотели от нервов. — А можно я всё таки зайду одна, а? Идти за ручку с родителями к кабинету врача? Это не очень... эм, ну... нормально. — Не говори глупостей, Изабелла, — отмахнулась мама.   Папа великодушно мне улыбнулся. — Пускай зайдёт только твоя мама, — сказал он, и я расслабленно вздохнула. — Спасибо, пап. Ты всё равно ничего не пропустишь.     Папа кивнул, а затем я заметила что-то странное в нём... — Пап, ты что плачешь? Ну пап, ты серьёзно? — Иди уже, Белла. Не плачу я. Просто сорняк в глаз попал, вот он и слезится.   Я обняла его, и спустя минуту зашла в кабинет напротив которого мы стояли, вслед за мамой. Я оглянулась, помещение оказалось не большим, а врач далеко не старым и с белыми с усами, как я его представляла. А простым мужчиной, максимум лет тридцати со светло-блондинистыми волосами, голубыми глазами и широкими плечами. Он либо в прошлом был бойцом мма, либо явно ходит в спортзал, но таких мышц от природы не бывает точно. Мама и он очень активно любезничали о прошлом, о моем детстве, о... его детстве, о... и оказывается, мы с ним вместе играли во дворе, и он сын врача мамы, который периодами заменяет своего отца, ах да ещё... мама ему доверяет. — Изабелла, рад встрече, — протянул руку он, и я неловко улыбнувшись её пожала. Незнакомый мне парень ведёт себя так, будто знает меня тысячу лет, и только потому что мы пару раз голышом купались в одном бассейне, серьёзно? Мне был год, отроду. Единственное, что меня волновало это мороженое и почему деревья такие зелёные.   Я присела на кожаный диван напротив него, и рядом со мной села мама. — Ариэла, вы тоже будете присутствовать? — пытаясь скрыть удивление, поинтересовался врач. — Естественно, — кивнула мама, без капельки смущения или неловкости. — За дверью ещё ждёт мой папа, — подначила я, и парень рассмеялся. — Будем надеяться вы зря волновались, — улыбнулся парень, — и так, Изабелла... — он открыл какой-то кожаный блокнот, — сколько часов в день ты спишь? — Уже третий день, я сплю по три часа. — Бывает что ты толкаешься во сне или кричишь, может быть панические атаки? — Нет. — Сталкивалась с галлюцинациями, потерей равновесия? — Нет. — Чрезмерная потливость или внезапное снижение веса?   Я отвела свой взгляд в окно и задумалась. — Я... вчера упала в обморок из-за того, что два дня ничего не ела от нервов. Больше ничего приметного за собой не наблюдала.   Он посмотрел на меня, и на мгновение замер, улетев в свои мысли. — ...Хорошо. Тебе нужно только сдать кровь в соседней лаборатории на проверку гена PRNP. Это ген ответственный за развитие подобного заболевания. А до этих пор, я пропишу тебе лекарства от бессонницы и стресса, договорились?   «Это не контракт», — захотелось мне выкрикнуть, — «речь идёт о моем здоровье, а не о деловой сделке, вы мой врач, так будьте добры сделайте всё, что можете и разойдёмся».   Я сдержанно кивнула и улыбнулась. — Конечно. — И оставь свой номер ну или кого-нибудь другого, чтобы я смог связаться с вами, как только станут известны результаты.   Я нахмурилась. Почему-то мне показалось странным оставлять незнакомому человеку свой номер телефона, хоть это и врач. И я уверена, что у меня включился инстинкт самосохранения, ведь он всё-таки мужчина, и в голове всплыла картинка его в чёрном капюшоне и с топором перед порогом моей квартиры поздно ночью.  Я быстро отмахнулась от своих страшных мыслей и продиктовала номер. Пускай лучше мне скажут для начала, умру я через три года или нет, чем моей беременной матери или отцу. Терранс (так оказывается зовут моего врача) сказал, что никаких симптомов кроме начавшейся бессонницы, у меня нет и прописал таблетки. Я сдала кровь в лаборатории, и результаты мне должны сказать завтра. Мама успокоилась, папа узнав обо всём, что сказал Терранс, тоже. После я уговорила родителей на то, чтобы я сама поехала домой, купив по дороге необходимые таблетки. Они были категорически против оставлять меня. А я категорически хотела к себе в свою квартиру. Мне уже необходимо было моё личное пространство и ретушь. Родители сжалились и сказали, что позвонят утром, чтобы узнать, как мне спалось. Чему я и так ни капли не сомневалась.   За мной заехал Джейден, и попрощавшись с родителями, я уехала с ним. — Красотка, честно говоря, меня в дрожь кинуло, когда ты позвонила и попросила забрать тебя из больницы. Ты снова грохнулась в обморок?   Я весело покачала головой. — Слава богу, нет. Хотя... лучше бы это был простой обморок, да нет же, Джейден. Я по другому поводу тут была.   Он перевёл свой внимательный взгляд с руля на меня и обратно. — История долгая и несчастная, — пригрозила я. — Но а каков же конец истории? Счастливый или несчастливый?   Я пожала плечами. — Пока что, не знаю. Но надеюсь, на лучшее.   Уже было около десяти часов. И я знатно проголодалась. Как только приеду домой, приготовлю шоколадные фонданы и аппетитную пасту в сливочном соусе с помидорами и сыром. И самое главное, вино! Нужно подговорить Джейдена составить мне компанию. И не забыть заехать в аптеку.                                                               *** Шесть часов вечера. Я валяюсь в постели и продолжаю просмотр сериала, который начала совсем недавно, «как избежать наказания за убийство», уже начала смотреть третий сезон. Первый и второй сезон оказались безумно интересными, как и персонажи и сюжетные повороты. А социальные темы, которые раскрываются через сюжет придают сериалу ещё большую глубину. Он нереально крутой. Жестокий, реалистичный, жизненный, и актеры играют на высоте. В комнате стало темно, потому что после нашего совместного завтрака с Джейденом, я вообще ничего не делала и никуда не вставала. И вдруг, мой телефон зазвонил. На экране высветился незнакомый номер. Я ответила, откинув сомнения в сторону. — Привет, Белла, это Терранс. Я получил твои анализы. — Как?! Сегодня?! — вскочила с места я, взбудораженная охватившими меня эмоциями.   Я почти что была уверена на все сто процентов, что здорова. Особенно, когда Терранс позвонил мне вечером. Ведь, как правило, врач не стремиться испортить жизнь своим пациентам ужасными новостями, чтобы сообщить их, не дожидаясь следующего утра. — Изабелла... Фатальная семейная инсомния – заболевание, основным проявлением которого является тяжёлая длительная бессонница, нарушение циркадных ритмов, впоследствии присоединяются галлюцинации, дизартрия, тремор, миоклония, атаксия, помнишь я спрашивал тебя обо всём этом,  у тебя не выявилось никаких симптомов? — Ну и... Не хочу слышать то, что он скажет дальше, потому что это явно не то, что я хочу услышать. — И вот, причиной фатальной семейной бессонницы является мутация D178N гена PRNP. Изабелла... у тебя выявлены вероятно патогенные варианты, но прошу тебя сейчас не отключайся. Выслушай. Во первых, не факт, что эти анализы правильные. Всякое может быть. Сдай в других лабораториях. Убедись, чтобы наверняка. Всё равно попробуй выпить сегодня таблетки, если вдруг не подействует или станет хуже, позвони мне.   Мои руки тряслись. Телефон просто дрожал на ухе, а взгляд уставился в одну точку. — Сколько мне осталось, Терранс? — спросила я. Голос стал поникшим и тихим. Губы начали дрожать. — Белла, это не... — ЕСЛИ это правда... то сколько мне осталось, Терранс?   Я услышала на том конце трубки его усталый вздох. — От трёх месяцев до трёх лет.   Так мало. Мой максимум это всего-то какие-то три года? По щекам начало катиться слезы. Я мгновенно вытерла ладонью правую щеку. — Терранс, если вдруг кто-то из родителей позвонит, не говори им об этом, ясно?   Он замолчал. — Терранс! — потребовала я, истерическим голосом. Я больше не могу держать себя в руках. — Ариэла беременна. Конечно, я этого не сделаю. — Спасибо, — сухо ответила я и выключила телефон. Я зарылась головой в подушку и просто орала на всю глотку. Я кричала и кричала, до тех пор, пока горло окончательно не охрипло.   Твою мать. Я не могу поверить в то, что со мной происходит. Не может быть такого вообще. Три года? Три года?! Какие-то три года ничего не решат в моей жизни. Они же ничего не решат. Я снова начала плакать.   Дальше все мои действия были на автомате. Я схватила свою сумочку, накинула белую толстовку сверху своих джинсов, вызвала такси и поехала в бар. Терять всё равно мне больше нечего. Я ни раза в жизни не напивалась. Ни разу в жизни не ездила в бар, к тому же поздно ночью, к тому же, одна. Есть много вещей, которых я ни разу в жизни не делала, потому что берегла здоровье и своё тело, потому что хотела себе долгую и счастливую жизнь. Помогло ли всё это? Пффф. Чёрта с два! Отныне пофиг на все эти тупые правила. К дьяволу их всех! Я буду делать, что захочу. И пусть кто-то попробует меня остановить.                                   *** — Что хотите попробовать, мисс? — спросил молодой парень, вытирая свои драгоценные стаканы. Я приехала в лучший бар города, а он практически пустовал. Везение или неудача? — Что-нибудь вкусное. — К примеру.   Я задумалась. Если бы я знала. Я же вообще не бывала в барах. Но... очень много слышала названия популярных коктейлей, которые давно мечтаю попробовать. — Можно виски с колой и льдом, ещё алкогольный мохито тоже со льдом, коктейль голубая Логуна и Робби Рэй, — я чуть-чуть подумала, — да... пока всё.   Бармен уставился на меня во все глаза. — Сюда приедут твои подружки, чтобы составить тебе компанию? — Нет. Я буду пить это всё одна, — улыбнулась я, сдержанно. — Но ты это всё не выпьешь, — сказал он, доставая какой-то напиток из полки.   Он УЖЕ меня бесит. На вид совсем мальчик, наверное, моего возраста, может чуть старше. Кудрявые каштановые волосы, зеленые глаза и не очень высокий рост. — Какая тебе разница, э... Рэй, — я прочитала имя на его бэйджике, — я за всё заплачу сразу и оставлю щедрые чаевые, если приготовишь мне всё быстро и без вопросов. — Хорошо, Королева. Но имей ввиду, я предупредил тебя. — Прозвучало как угроза, мистер, — я согнула свою идеально выщипанную бровь. — Это был дружеский совет, — просто ответил он, пожав плечами, — сейчас всё будет готово.    Я кивнула и перевела свой взгляд на маленький телевизор, висящий недалеко от меня. На нем шло какое-то неизвестное мне шоу. Девушка искала ключи в ящиках со змеями и червяками и передавала их парню. — Да уж. У девчушки явно гормоны заиграли раз она полезла в ящик с крокодилами. Я услышала мужской голос позади себя и обернулась.   Перед моим взором стоял парень. Высокий, довольно широкоплечий с темно-каштановыми волосами, медового оттенка глазами и лёгкой усталой улыбкой на губах. — Рэй, дружище можно мне стакан виски со льдом?! — крикнул он, не сводя с меня своего взгляда и сел на соседний стул, — так и... что тебя привело сюда в будний день? Бросила парня? Или он тебе изменил?   Я нахмурилась и просто покачала головой. В обычный день, я бы закатила серьёзный спор из-за тупости его вопросов, но только не сегодня... Да и парень он не усмехался надо мной, задавая вопросы, а внимательно наблюдал за моей реакцией. — Было бы здорово, если бы просто изменил парень, такое ещё можно пережить, — горько произнесла я, и начала пить свои виски с колой и льдом, Рэй и незнакомец поздоровались и обменялись парой непонятных для меня фраз. Незнакомец снова перевёл своё внимание на меня. — То, что парень изменил значит можно пережить. А что нельзя? Я пожала плечами, не поворачиваясь в его сторону. Во первых, говорить об этом не хотелось, особенно с первым встречным. Во вторых, кто поверит, если я скажу, что я в скором времени умру от недостатка сна, поэтому пришла запивать горе? — Я Алек, — произнёс он, и я снова повернулась в его сторону и присмотрелась. Глаза у него были на самом деле, очень грустные то ли уставшие, хоть на губах играла улыбка, он явно был не на веселе. — Изабелла, если официально. Но я привыкла больше к Белла.   Алек кивнул. Рэй принёс ему виски, и он сделал глоток. — Так что такого с тобой случилось, чего нельзя пережить, Белла? Честно? Ты меня заинтриговала.   Я нервно фыркнула и уставилась на свой стакан, после ещё одного глотка. — Есть только одна вещь, которую человек не может пережить, — произнесла я, глядя на отражение в стакане, на котором виднелись мои безжизненные голубые глаза. — И что же это? Я повернула свою голову в его сторону. «Смерть, конечно». Единственное, что человек не может пережить — это смерть. Вот только вслух произносить не захотела. — Это тебе загадка, — улыбнулась я. Он, что-то сказал о том, что совсем плох в разгадывание загадок, а я что-то ответила, и у нас затянулся разговор мы говорили обо всём: о жизни, Боге, Вселенной, феминизме, о политике, об искусстве... в общем, обо всём. До этого вечера, я и не догадывалась, что столько знаю, и что я такой хороший собеседник. — Вот только одну вещь я упустила, — сказала я, будучи уже бесповоротно пьяной. — Какую? — улыбнулся он, глядя мне в глаза. Такой же бесповоротно пьяный. — Зачем сюда пришёл ТЫ, — я тыкнула в него указательным пальцем и рассмеялась, — чтобы забыть что?   Он смотрел на меня и смотрел, и не отводил взгляд. — Я уже не помню. — Врёшь. — Не хочу вспоминать. — Александр! Он замер. Видно его редко называют по полному имени. А может это и не его имя вовсе? Я что-то совсем запуталась. Голова идёт кругом от этих коктейлей-моктейлей. Но на удивление, рассудок я сохраняла трезвый. — Чёрт, — он вздохнул и опустил свою голову на стойку, — я ненавижу одного человека. И из-за него я ненавижу всё вокруг и свою жизнь тоже. Иногда, просто хочется сдохнуть. Если бы не алкоголь и сигареты, я бы наверняка покончил с собой, — произнёс он, а затем будто пожалев о сказанном, поднял на меня свой взгляд полный раскаяния, — прости... — Кто этот человек? — прервав его, спросила я и прислонилась ближе к нему. На нем был чёрный свитер, но с открытой шеей, и я почувствовала запах его парфюма. Мне вдруг захотелось коснуться его, — она разбила тебе сердце? — Белла, — произнёс как-то сдержанно и отстранившись, — ты безумно пьяна... лучше не стоит. — Я же просто спросила. — Ты поняла о чём я, — улыбнулся он. — Так значит, ответ на мой вопрос «да»? — горько заметила я.    Он снова смотрел мне в глаза. Господи, до чего же он красивый. Обволакивающий голос, глаза и... губы. Он будто зачарованный провёл своей ладонью по моей щеке, и я не в состоянии сопротивляться, и совсем не желая это делать, закрыла глаза.   Его рука продолжала скользить по моему лицу, шее вверх и вниз, и обратно очень долго. Помню, что по приезду домой, я планировала принять душ. Теперь он и не нужен. Я и так вся мокрая. — Почему ты тянешь? — спросила я, оставаясь уже без грамма терпения. — Я не могу позволить себе больше. — Но я этого хочу. — И я тоже. Поверь. Но встав с этого стула, ты даже на ногах не устоишь. Вряд ли, твой пьяный язык понимает, что говорит, — по-доброму усмехнулся он. — Перестань. Всё со мной нормально. — Белла, нет. Не нормально. — А если я смогу устоять на ногах? Если выдержу? — Всё равно, нет, — с улыбкой ответил он.   Я встала с места. Стоять на ногах, сохранив равновесия и вправду оказалось сложно, но не из-за пьяни. А потому что я устала. — А если я разденусь прямо тут? М? Тогда внутренний джентельмен затихнет, надеюсь?   Он встал с места и наклонился ближе к моему лицу. — Ты не будешь тут раздеваться, — произнёс он, глядя в мои глаза. — Это что указ? — непослушным голосом переспросила я. — Это просто утверждение. — Так... значит ты не веришь, что я на это способна. — Неа, — ответил он и сел обратно на свой стулик, чтобы закончить пить свой робби рэй.   Козёл. Не стой я тут в джинсах и толстовке, я бы сделала это легко. Легко и красиво. Но модель вог Изабелла Прайс сейчас выглядела как последняя оборванка. И далеко не сексуально. Поэтому если я и начну раздеваться. То со стороны, будет смотреться просто смешно. Поэтому я сдалась и просто направилась к двери. — Ты куда?! — окликнул меня он. — Домой, куда же ещё! Вот только к сожалению, одинокая и совершенно неудовлетворённая.   Как назло, как только я вышла из здания начался дождь. Очень сильный. Но очень тёплый. Никогда в нашем городе не было такого тёплого дождя.   Я увидела как из здания вышел Алек и достал ключи от машины. А единственная машина, что тут стояла, это последняя модель ауди, я знаю потому что, точно такая же есть у брата Джейдена. — Я отвезу тебя. — А я не хочу. Мне нравится дождь! — крикнула я, потому что большие капли резали воздух. — Не глупи! Ты заболеешь! Вот на этой ноте, я громко расхохоталась. Очень истерически и горько. В груди кольнуло. И через время из моих уст уже вырывался не хохот, а всхлип за всхлипом. Сдержать всё внутри просто не удалось. Это безумно тяжело. Я больше не боюсь заболеть. Плевать даже если подхвачу инфекцию. Плевать даже если меня переедет машина. На всё плевать. Всё перестало иметь значение.   Я почувствовала как моя голова опустилась на его грудь. Мокрую, но всё равно тёплую. Как его ладони начали водить по моим волосам.   И я подняла свой заплаканный взгляд на него.   «Пожалуйста, заставь меня забыть обо всём. Пожалуйста, вдохни в меня новую жизнь. Поделись своей грустью. Поделись со мной своими чувствами. Своей болью. Я снова хочу чувствовать себя живой. Хотя бы ненадолго». — Поцелуй меня... Дважды просить его не пришлось. Он нежно коснулся моего подбородка большим пальцем и прильнул к моим губам. Я закрыла глаза и обхватила руками его шею, притягивая к себе, наслаждаясь и проводя пальцами по его коже, зарываюсь ими в его волосы и продолжая двигаться вдоль его тела. Дождь лил по нам как из ведра, далеко с неба. А высоченные здания закрывали нас от всего мира.                                                        *** До моей квартиры мы ехали очень медленно, потому что из-за дождя появились сильные пробки и ничего не было видно.   Он укрыл меня своей спортивной серой курткой, которая лежала на заднем сидении. — Алек, мне всё равно на этот насморк, — вымолвила я, с трудом дыша, потому что воздуха почему-то не хватало. — Это ты сейчас так говоришь. — Включи кондиционер. Мне жарко, — потребовала я. — И не подумаю. — Пожалуйста, Алек. Он бросил на меня свой насмешливый взгляд, и снова впился вниманием в дорогу. — Нет. Я устало охнула и откинулась на спинку сидения. Закрыла глаза. Ноль ощущений. Не могу... — Алек... — Мм. — Я очень сильно хочу спать. — Мы уже почти доехали. Скоро поспишь. — Не смогу. Я не смогу уснуть.   Он снова весело улыбнулся, пялясь на стекло и стараясь что-то там разглядеть. — Почему это не сможешь? Я шмыгнула носом. — Потому что... Смысл делится сокровенным с незнакомцем? Он всё равно исчезнет из моей жизни. А если не исчезнет он, то точно исчезну я. И это гораздо хуже расставания, потому что после расставания люди всё равно могут видеть друг друга, злится и обижаться друг на друга. А смертнику — прощается всё. Да и этот парень, явно не воспринимает всерьёз ни одно моё слово.   Мы тормознули у здания моей квартиры. Я скинула с себя его куртку и открыла двери. — Спокойной ночи, Алек. Он пару раз моргнул и протер глаза, будто стараясь разглядеть меня. — Спокойной ночи, Изабелла... Уверен, ты хорошо сегодня будешь спать. Я буду твоим астральным хранителем. — Это как? — Это как ангел хранитель. Разница лишь в том, что я человек. — И в том, что он ангел. — ...Иди уже, — произнёс он неохотно и откинув свою головы на спинку сиденья.    И я побежала в здание, пытаясь спрятаться от этого страшного ливня.