Решительные меры

— Все газеты и журналы пишут только о вас с Гарри, — сообщила за очередным семейным ужином Персея, кидая на стол скрученную в трубку стопочку прессы. — Меня завалили письмами со школы. Все хотят знать, правда ли вы встречаетесь или это слухи. У меня рождественские каникулы, Том, я не намеревалась проводить их в качестве твоего личного секретаря. Том взял в руки яркий журнальчик и увидел на обложке себя, вполне недвусмысленно прижимающего Поттера к кирпичной стене позади Дырявого котла. Вот проныры! И когда только успели сфотографировать? Том так и знал, что у той кучи мусора странная форма. — Просто не отвечай, — пожал он плечами, просматривая другие издания. Том уже забыл, что на прошлой неделе они занялись сексом прямо в туалете ресторана. Кто-то запечатлел их, выходящих из кабинки — растрепанных и с яркими губами. — А может, вы просто дадите официальное интервью? — поинтересовалась сестрица. — Меня уже достал нескончаемый поток писем! Вы вместе уже полгода, сколько можно тянуть с этим? — И правда, Том, — закивала бабушка. — Что в этом такого? У вас же всё серьёзно! Просто дай интервью. Пригласи журналистов к нам в дом, я проведу им экскурсию, потом устроим семейную фотосессию… Том покосился на её новое платье и понял, почему в последнюю неделю она скупает все тряпки в самых дорогих бутиках Лондона и закрасила раннюю седину в темных волосах, которую раньше категорически отказывалась трогать, считая, что она придает ей загадочности. Наивный. Он винил во всем Блэка, который бегал за бабулей с истинно собачим упрямством. Бабушка держала его на расстоянии, но исправно покупала обновки и сделала подтяжку груди. — Гарри не хочет, чтобы мы давали интервью, — резко ответил он, стиснув зубы. — Почему? — спросила мама. Если бы Том сам знал. На работе они особо не скрывались, но официально никому ничего не сообщали. Поэтому вокруг них бродили слухи, один другого страшнее. Кто-то считал, что Поттер опоил Тома приворотным. Кто-то наоборот. Были даже такие, которые обвиняли Тома в использовании Поттера для продвижения по карьерной лестнице. Слухи множились, разрастались, и скоро этот информационный пузырь должен был взорваться громким скандалом. Но Гарри упорно не давал никаких комментариев в прессе и Тому запретил. Сначала Том не беспокоился на этот счёт. Они любили друг друга, и им не было резона кричать на всех углах о своих чувствах. Но потом пошли слухи, их стали замечать то тут, то там, и всем стал интересен официальный ответ. А его все не было. Гарри бегал от журналистов, как от драконьей оспы. Газеты и журналы строили сотни предположений, и вопросы сыпались со всех сторон. Том действительно начал переживать, но когда пытался спросить об этом Гарри, тот только отмахивался и лез с поцелуями. Том не решался давить. У Гарри был сложный период: из камеры предварительного заключения сбежал маньяк, которого они ловили почти два года. Все силы аврората были брошены на его поимку. Тому тоже доставалось. Маньяк сбежал, пока они с Гарри хандрили и прогуливали работу, к тому же у него были личные счёты к этому ублюдку. Он с ума сходил из-за него. — Может, он просто боится? — предположил отец. — Он ведь никогда не состоял в официальных серьезных отношениях. — Может, — тяжело вздохнул Том, без аппетита поедая салат. Отношения оказались куда сложнее, чем он предполагал. Поттер постоянно торчал на работе, что, конечно, оставляло Тому много времени на учебу, но в то же время подбешивало. Он часто получал ранения, кидался в самую гущу битвы и вообще был типичным Гарри Поттером — героем со страниц газет. А ещё он раскидывал одежду по дому, не мыл посуду и заседал в туалете по полчаса, потому что действительно купил словарь и учил новые слова. Тому со многим пришлось мириться. Он довольно быстро привык к бытовым привычкам Гарри, прекрасно осознавая, что и сам не подарок. Но с чем он смириться не мог, так это с секретами и недоговорками. — Мне поговорить с Джеймсом? — поинтересовался отец, но словно вскользь, как будто его это совсем не задевало. — Нет! — тут же возразил Том. — Мы сами справимся со своими проблемами, папа. Даже не вздумай жаловаться! Ещё не хватало вмешательства родителей. Том до сих пор припоминал им их заговор. Он посмотрел на мать, но и она выглядела слишком уж спокойной. Она сделала новую прическу на днях и теперь разглядывала себя во всех отражающих поверхностях. Том немного успокоился. Если родители считают, что это не проблема, значит, никакой проблемы нет. А Перси переживет, ей пора научиться контактировать с людьми без применения слов «женоненавистник» и «абьюзер». Он вернулся домой и услышал из ванной страшные звуки, как будто простывшего певца оперы пытали бензопилой. — Я с вурдалаками гулял, вдали шумел камыш, никто не слышал, как кричал в лесу больной малыш… — Мерлинова подмышка, и почему я его люблю, — застонал Том, опознав пение своего ненаглядного Поттера. — Тебя что, Маркус покусал? — он распахнул дверь в ванную. — Я серьезно, мне становится страшно за тебя, Гарри. — А что, неплохая же песня, — весело ответил Поттер, перекрикивая шум воды. — Что-то в ней есть, знаешь. Может, мы с ним создадим свою группу, как думаешь? Что-то вроде «Сатана и сын». — Тебе нельзя петь, за твое завывание на тебя кто-нибудь дементора натравит. Скорее всего, это буду я, — с улыбкой ответил Том и вдруг замер. Вода, стекающая на белый кафель, была розовой. — Тебя ранили?! — заволновался Том и прямо в одежде залез к нему в кабинку. — Ты в порядке? Гарри странно улыбнулся. Его зеленые глаза без очков нездорово блестели. — Все в порядке, только задели чуть-чуть, — он потерся мокрым носом о нос Тома и сладко поцеловал в губы. — Я добывал тебе подарок. Том закусил губу, разглядывая его лицо с лихорадочным румянцем. Со всеми этими тревогами он и забыл, что у него день рождения завтра. — Так добывал, что тебя ранили? — недовольно спросил он, обнимая своего придурочного аврора. — Не уверен, что хочу видеть этот подарок. — Тебе понравится, обещаю, — прошептал ему на ухо Гарри и поцеловал в шею. Том прикрыл глаза, испытывая острое облегчение. Гарри вернулся относительно целым и невредимым, это главное. А все его странности обязательно найдут свое объяснение.

***

На работе Тома ждал сюрприз. — Его поймали! Поймали Лондонского душителя! — встретила Тома взволнованная секретарша. — Гарри Поттер лично выследил его и арестовал! Вот это подарок на новый год! Том замер перед своим столом, разглядывая огромную корзину черных роз. Так вот, что это был за подарок… Том прибьёт Поттера. — Отчёт на вашем столе, мистер Крауч просил закончить как можно скорее, чтобы предоставить общественности достоверную информацию, также вам нужно подготовить пресс-релиз… — затараторила секретарша. Том тяжело сел в свое кресло и взял в руки стопку колдофото из корзинки с цветами. — Мда, — протянул он, разглядывая стоящего у стенки связанного душителя. — У Поттера точно не все дома. На задней стороне карточки было выведено кривым поттеровским почерком: «с днем рождения, любимый». С тремя ошибками. Вопреки всему, в груди Тома поселилось необыкновенное тепло. Ему хотелось смеяться и целовать Поттера до умопомрачения. Придурок знал, как важно для Тома было убрать ублюдка с улиц Лондона. — Ох, дед, зачем же ты это делал? — тяжело вздохнул Том, разглядывая окровавленное лицо своего родного деда Марволо. Мама ещё не знала, какое увлечение нашел её отец на старости лет. Он душил молодых девушек и парней немагов, видимо, таким образом вымещая свою злобу. Том боялся каждую секунду с тех пор, как узнал, кто такой душитель и что он сбежал из камеры. Он окружил дом родителей мощной защитой, навесил на них кучу защитных амулетов, но все же не мог быть уверен, что он не доберется до них. Родители продолжали жить обычной жизнью, не подозревая, какая угроза нависла над их семьей. Гарри знал, как он переживает. И все это время методично выслеживал Марволо. Ради Тома. Это и правда был замечательный подарок на день рождения. Том с трудом протолкнул воздух в легкие и прикрыл лицо ладонью, чтобы коллеги не увидели, как влажно заблестели его глаза. У Тома было много проблем после побега деда. Ему повезло, что у него было алиби на тот день: именно тогда Кингсли Бруствер вломился в его квартиру и застукал Гарри и Тома на полу в прихожей. В противном случае Тома бы отстранили от должности и отправили на допрос, потому что кровные связи многое значили в мире магов. — Том? — услышал он сквозь шум в ушах обеспокоенный голос Гермионы. — Ты в порядке? — тихонько прошептала она. — Я… Да, я в порядке, — Том быстро вытер глаза рукавом мантии и распрямил плечи. — В порядке. — Гарри очень старался, — улыбнулась женщина, взяв в руки поздравительное колдофото. — Это выглядит странно, конечно, но по мне так это лучше, чем если бы он написал тебе песню и попросил крутить её по колдорадио весь день. — А он хотел так сделать? — ужаснулся Том. — Вру, он хотел попросить МАРКУСА написать для тебя песню. А потом записать и отправить на колдорадио. Я его отговорила, — с гордостью ответила Грейнджер. — Поэтому он нашел другой подарок. — Спасибо, — Том действительно был преисполнен благодарности. — Я бы не вынес его преждевременной кончины от рук меломанов. Том оценил по достоинству её дружбу. Гермиона была умна, саркастична и, что самое главное, исключительно гомосексуальна, так что Том не мог представить лучшей подруги для Гарри. Ох не зря он подозревал её в ревности к секретарше… — Я защищала свои барабанные перепонки, так что всё нормально, — подмигнула ему женщина и ушла в свой кабинет. Том убедился, что никто на него не смотрит, быстро сорвал одну розу, достал свой личный дневник из нижнего ящика стола и спрятал бутон вместе с колдофото меж страниц. Никто не посмеет назвать его сентиментальным. Потому что никто об этом не узнает. Ха! Да он точно гений. — Том! — рявкнули из кабинета Крауча. — Пресс-релиз, живо! Том мысленно пожелал Краучу словить подагру как можно скорее и уселся за работу.

***

— Силами нашего аврората было установлено местоположение… — Гарри выступал, стоя за небольшой трибуной в атриуме перед кучей журналистов. Их было так много, что Тому пришлось заколдовать глаза, иначе он бы ослеп от вспышек колдокамер. Журналисты толпились от каминов до фонтана, толкая друг друга локтями и громко выкрикивая свои вопросы. Пришлось наколдовать внушительную сцену, чтобы все представители власти были хорошо видны. Тут были сам министр Фадж, Крауч, Грейнджер, Грозный Глаз, Бруствер и, конечно же, Гарри Поттер и Том. — А почему мистера Риддла не отстранили от дела? — крикнула какая-то противная мелкая девчонка с ужасными зелеными волосами. — Разве это не конфликт интересов? Том был готов к таким вопросам, поэтому все подробно расписал в пресс картах для всех участников. — Мистер Риддл не участвовал в расследовании с тех пор, как была установлена личность душителя, — без запинки ответил Поттер, хотя всё это было полным враньем. Том больше всех мечтал поймать деда. — От него скрыли все материалы дела, а также… Фадж одобрительно кивал, даже не представляя, что на самом деле творилось в это время в аврорате. — Мистер Поттер, как вы прокомментируете тот факт, что у Тома Риддла был конфликт с обвиняемым? Насколько стало известно нашей редакции, мистер Риддл напал на мистера Гонта в возрасте двенадцати лет, а затем наложил запретительный ордер на приближение к его семье? Мистер Риддл уже тогда знал, кем является его дед? Том прочистил горло, привлекая к себе внимание. — Нет, я не знал, — спокойно ответил он журналистам. — Мистер Гонт не раз нападал на мою семью на почве ненависти к магглам, поэтому я принял решительные меры, чтобы защитить своих близких. Я не раз обращался в соответствующие органы с просьбой проверить его деятельность, но, как вы знаете, наши законы не позволяют службам вмешиваться в жизнь волшебника, если он не использует магию против магглов. А мистер Гонт не использовал магию. Если бы мистер Гонт случайно не убил волшебника, перепутав его с магглом, то расследование никогда бы не началось. По рядам волшебников прокатилась волна негодующих ахов. Том про себя улыбнулся, краем глаза наблюдая за побледневшим Фаджем. Но радость его длилась недолго. Народ немного повозмущался тому факту, что магглы так плохо защищены от волшебников, а потом внезапно нашел новую тему. — Мистер Поттер, а что вы скажете о слухах, которые ходят о вас с мистером Риддлом? — спросил полненький белобрысый журналист. — Не из-за него ли вы так яростно ринулись на поиски душителя? Том замер, кинув косой взгляд на начальника, но Крауч выглядел очень спокойным и расслабленным, даже доброжелательным. Не к добру это. — Это моя работа — ловить преступников, — ярко улыбнулся Поттер. — Уверяю вас, я поймал душителя исключительно ради благополучия всех граждан Англии магической и немагической. — Да, но КАКИЕ ОТНОШЕНИЯ связывают вас с мистером Риддлом? — не унимался мелкий толстяк. Том только успел открыть рот, чтобы поставить его на место. — Это пресс-конференция о душителе из Лондона, а не о… — взвился было Фадж, но Гарри его перебил. — Что ж, я отвечу, — спокойно улыбнулся Поттер. Он подошел к Тому и под удивленные вздохи журналистов опустился перед ним на одно колено. Том застыл на месте, не в силах пошевелиться. Он паническим взглядом пробежался по толпе замерших в предвкушении журналистов и вдруг увидел то, что увидеть не ожидал. В атриуме стояли Поттеры, Блэк и Риддлы всем составом. Все нарядные, как будто собрались на телепередачу. Перси показала ему большие пальцы, поднятые вверх, и Том понял, что пропустил очередной заговор. Так вот для чего были все эти новые прически и шмотки! — Я и мистер Риддл встречаемся уже продолжительное время, — начал говорить Поттер, глядя на Тома искрящимися глазами снизу вверх. — Я люблю мистера Риддла. А он, как я смею надеяться, любит меня. Поэтому, в его день рождения, я хочу задать ему один важный вопрос. Журналисты, кажется, даже дышать перестали. Как и Том. — Ты чего делаешь, Поттер, немедленно поднимись! — с яростью прошипел Том, но Поттер только влюбленно улыбнулся и достал из кармана небольшую черную бархатную коробочку. — Том, ты выйдешь за меня? — Гарри раскрыл коробочку, и Том увидел на белой подушке тонкое золотое кольцо. Первым его порывом было выругаться и обматерить Поттера. Вторым порывом — стукнуть и поцеловать. А третьим… — Да, чёрт возьми, я выйду за тебя, но ты ещё об этом пожалеешь, — не своим голосом прошептал Том, порядком разозлившийся из-за такой подставы. Он протянул руку, и Поттер надел золотой ободок на его безымянный палец. Том свел брови, с трудом сдерживая свои эмоции, улыбнулся Гарри, а потом сказал уже громче: — Я согласен. Громкие аплодисменты оглушили их. Гарри поднялся на ноги и стиснул Тома в крепких объятиях, закрывая собой от поднявшейся шумихи. — Ну ты и придурок, — выдохнул ему на ухо недовольный и одновременно счастливый Том. — Обязательно было устраивать такой спектакль? — Как я мог молчать о том, что собираюсь взять в мужья такого красавчика? Предки бы никогда мне этого не простили. А твоя бабушка меня бы запинала, она так хотела попасть в газеты. И без свидетелей ты ни за что бы не согласился! Ты так жесток ко мне! — рассмеялся в ответ Гарри. — С днём рождения, будущий муж. — Фу, звучит отвратительно. Давай просто по именам, — Том прижал его ближе к себе и поцеловал под одобрительные свисты из толпы. — Да что происходит? Какой-то балаган! Как министр я требую… — завопил Фадж. — Заткнись, дай посмотреть! — В него, к радости всех собравшихся, прилетел чей-то ботинок, подозрительно похожий на берцы Блэка. Толпа начала рукоплескать и свистеть с удвоенной силой. Том про себя расплылся в счастливую лужицу. На его помолвку деда упекли за решетку и кинули в Фаджа ботинок. Что может быть лучше? — А дома я сделаю тебе такой минет, что ты имя свое забудешь. И больше никогда не буду раскидывать носки по углам, — прошептал Гарри, и Том понял, что лучше всё-таки быть может.