Незатянутая петля

      Новый день — очередной круговорот учебы. Я не отвлекался ни на что, только учился, учился и ещё раз учился. Пока ел, пока шёл в школу, в перерывах между уроками и на скамье запасных на физкультуре. Олимпиада была на носу, а мой главный школьный конкурент, кажется, совершенно забыл об учебе. То и дело тело покрывали мурашки и меня передергивало под чужим взглядом. Жутко.       Стас мне даже писал, звал пообедать в кафе, но я отказывал ему удалением полученных сообщений. Из-за этого он даже пару раз переспрашивал меня, приглашал ли поесть сегодня. Но мой ответ был одним. В больнице кормили более чем отлично. Ещё и витамины давали, чтобы я не слёг от зубрежки, поэтому даже из сугубо меркантильных целей я с ним не связывался.       Вторник прошёл под тем же соусом, лишь с дополнением, что и во время работы я слушал лекции исключительно по теме химии.       А ведь еще был итоговый выпускной экзамен, но я давно решил все задачки по нужным предметам, ещё летом, когда скрывался на крыше своей многоэтажки и подрабатывал репетитором у соседских детей.       Но таланта в разжёвывании материала у меня не было, поэтому эту работу пришлось свернуть. Вот зато Стас, будь он не столь богат по праву рождения, мог бы подняться именно на этом. Это его призвание.       И почему я снова думаю об этом ненормальном?!       Среда отличалась от остальных дней. Меня вновь вызвал директор, но, в этот раз открыто и, чтобы напомнить про завтрашнюю олимпиаду. В кабинете были ещё дети, с девятого по одиннадцатый. Всего человек семь, включая меня и Стаса. Я хотел поскорее уйти, не слушая чужих наставлений — у меня и без них дел было выше крыши. — Завтра в десять вас будут ждать по этому адресу. Ручки, черновик, голову не забываем. Наша школа очень сильно на вас надеется. Хорошо выспитесь и набирайтесь сил, ребята. — по-старчески кряхтел директор, а ребята кивали головами.       Я уже хотел уйти вместе со всеми, если не первее всех, но директор попросил меня задержаться. Стас скосил на меня недовольный взгляд и вышел последний, плотно прикрывая за собой дверь. Я обернулся к старику. — Что ты так смотришь, Чернов? — вскинулся директор, заметив мое недовольное лицо. — Я задержал тебя не для того, о чем ты подумал. Хотел спросить, тебя есть кому довезти до другого города? Если нет, я могу помочь с этим. — Нет, спасибо. — едва дослушав, оборвал я. — Как-нибудь доберусь, это не проблема. Ещё что-то? — Нет, иди. Набери завтра высший балл, Арсений. — махнул рукой старик и потерял ко мне весь интерес.       Выдохнув, я вышел и дернулся, заметив у двери выжидающего блондина. — Черт тебя дери, Белов! — прошипел я, едва не подскочив. Сердце билось где-то в пятках. — Что значит: «Не для того, о чем ты подумал?» — спросил Белов, отлипая от стены и подходя ко мне. Я было попятился, но вовремя сообразил, что можно просто идти вперед. — Директор просто хотел помочь мне с транспортом. Он помогает, потому что жалеет меня. — резко ответил я, хотя хотелось сказать, что я сосу его вялый хрен, чтобы меня не доставали такие маргиналы, как Стас. Вот бы у него лицо было, услышь он это. Правда, после меня бы обязательно избили и унизили, но только после школы. — Не ссы мне в уши, Арс. — покачал головой Белов, совсем не веря в мои складные речи. — Первые месяцы ему не было тебя жаль. — А тебе и того дольше, Белый. — закатил глаза я. На миг мне показалось, что блондин зарычал, но резко оборвал свои звериные позывы. Воцарилась тишина. Мы шли в сторону раздевалки. — Завтра в восемь буду ждать на стоянке у больницы. Если не прийдешь — поеду на олимпиаду один. — вдруг бросил парень, хватая меня за плечо и притягивая к себе. Он говорил твёрдо и отрывисто. — До завтра. — Стас отпустил меня и скрылся за поворотом. Я же ненадолго завис, соображая, что тот сказал. Замедленно кивнув, двинулся к раздевалке, разминая потревоженное плечо.

***

      Время — без трёх минут восемь, а я даже не знаю, какой автомобиль искать.       Да и не хотелось мне искать, с четырьмя пересадками я бы все равно рано или поздно добрался бы до места назначения. Проблема в том, что надо было рано.       Но все равно осматриваюсь, с сожалением понимая, что Белов меня наебал. На улице до непривычного тепло, поэтому я даже куртку не накинул, шёл так, в очередной тонкой чёрной кофте и потрепанных джинсах. — Ещё минута, и я бы уехал. — звучит из какой-то иномарки на дальнем углу больничной парковке.       Я направился к чёрному авто, с заднего сидения которого на меня смотрели зелёные глаза. Обойдя машину, дернул ручку и залез внутрь. Кожаный салон выглядел богато. Водитель за стеклом тоже намекал на обеспеченность семьи. Как и Стас в строгом костюме, сидящий у окна.       Машина тронулась, и я поспешно пристегнулся. Блондин скосил на меня скептичный взгляд и выдохнул: — Это необязательно. — Ага, дело твоё. — не стал припираться я. — Ты спал сегодня? — спросил парень, разглядывая мое лицо. Сам он выглядел более чем, словно только что снимался для обложки модного журнала. — Да, но только сегодня. — кивнул я. За учебой и работой было не до сна, но на лице его недостаток отразился только сейчас. Вот что делает хорошее питание, капельницы и дозы витаминов. — Долбаеб. Тогда спи ещё, нам полтора часа ехать.       Подумав, что это прекрасный план, чтобы не болтать со Стасом, вяло кивнул и, скрестив руки на груди, закрыл глаза.       Очнулся лежащий головой на коленях блондина. Тот мерно гладил мои длинные волосы и листал ленту в соц сетях. Лениво отмечая обилие пабликов про готовку, спорт и голых женщин, окончательно проснулся. И резко вскинулся, вздрагивая. — Что..? Как я..? — сонно пробормотал, отползая от идеально тёплой ноги парня. — Ты завалился, когда уснул. — убирая телефон, ответил Стас. Казалось, он был не рад моему уходу с его колен. — Но ремень..? — Ты начал скулить во сне, когда ремень перетянул тебе шею. Я его расстегнул и ты развалился уже на мне. Не переживай, во сне ты был очень милым. — не знаю, была ли это шпилька или подросток реально на полном серьезе назвал меня милым. — Я и не переживаю. — алея, ответил я, почему то больше всего верилось во второе. — Где мы? — Почти приехали, минут через пять будем.

***

      Олимпиада была… Легкой. Непростительно лёгкой, что мне даже пришлось поправить одно задание, составленное некорректно, выписать, чтобы потянуть время, альтернативные, так же верные варианты ответа и все равно я вышел из-за стола первым.       Сдав работу, получил приглашение на обед для всех прибывших. Организм, быстро привыкнув в наличию пищи в желудке, был только за. И я направился в столовую. Сел у окна, рассматривая задний двор, залитый лучами весеннего солнца, пока ещё скромную зелень и густые белые облака. Устало закрыл глаза, давая себе отдыха. Скоро прийдется вновь штудировать учебники, чтобы сдать экзамены, подавать документы в университет и уезжать.       Одновременно я и предвкушал будущее и боялся, что не справлюсь. Что все мои труды полетят прахом. Стас подсел ко мне неожиданно, отчего я дернулся. — Как написал? — спросил меня парень. — Сойдёт. А ты? — кинул взгляд на мажора я. Блондин выглядел понуро, но это его эмоциональное состояние могло было каким угодно и от олимпиады не зависело. — Кажется, эту работу нормально написали только мы с тобой. Ты видел, там ошибка в задании?       Я кивнул. — Ты здесь, чтобы поесть столовской еды со всеми участниками, я прав? — не унимался Стас. — Да, скоро накроют стол. Почти все уже написали. — Может, ну ее, эту столовскую еду? Пошли в ресторан, я плачу. Он тут, недалеко. — Не понимаю, зачем тебе меня кормить, Белов? — устало вздохнул я. Эта его идея обязательно накормить меня становилась все более сюрреалистичной. — Потому что ты мне нравишься и я хочу сгладить углы. Доказать, что я изменился и твёрд в своих словах. — так просто ответил парень, а у меня челюсть от удивления на пол упала. — Арс, я знаю, что был мудаком… — Был? — переспросил я, кривя бровями. — Но и ты не подарок. — закатил глаза блондин и протянул через стол руки, накрывая мои. Я слегка дернулся, но ладони не выдернул. Если сильно сопротивляться, хватка этого хищного клоуна только усилится. Знаем, плавали. — Мы просто поедим нормальную еду и я верну тебя в больницу. Ничего криминального.       Я медленно кивнул, внутреннее надеясь, что Стас не выкинет никаких приколов.       …И мы парада поехали в ресторан, блондин советовал мне самое вкусное, не забыв и алкогольную карту. Подумав, решил выпить, расслабиться, все равно потерянный паспорт у меня не спросили, а платил и вёз меня мажор.       Блюда выглядели вкусно, но я терялся в том, чтобы их правильно есть. Столовый этикет в мою черепную коробочку был практически не загружен. Зато Стас орудовал приборами, как аристократ.       Заметив мою неловкость, он улыбнулся и начал объяснять, что я делаю так, а что — нет. И хлеб надо отрывать, а не кусать. И в супе ложку от себя черпать. И приборы как класть рассказал. Я слушал и повторял, наконец попробовав крышечносные блюда, стоящие баснословных денег.       Стас рассказывал о своих путешествиях, о матери и стандартной жизни мажора. У меня не было ничего из того, что парень имел, начиная от полной семьи и заканчивая кэшем. Но я относился к этому философски. Ведь никогда не поздно самому сколотить неприличную сумму и обеспечить уже своих отпрысков.       Чтобы они могли кататься по миру и наслаждаться жизнью, как это делает Стас. Главное с воспитанием не прогадать.       Стас пытался развести и меня на откровенность. Но его вопросы про мать, директора, «парня и девушку» были мной стойко проигнорированны.       Уже пьяный, к своему стыду после пары бокалов, кое-как добрел до машины Стаса, не без его крепкого плеча и саркастичных подбадриваний. В этот раз не пристёгивался, расплываясь хмельной лужей по салону, и ловил дзен. Запоздало в голове мелькнула мысль, что некоторые препараты, которые выделяла мне больница, могли не сочетаться с алкоголем. Только поздно. Тронулись — и все, тошнота стала потихоньку накрывать неуловимым торнадо. Я просил о милости, предупреждал, что перепил. Стас шутил свои шутки про неумение выпивать и укачивание, но они быстро оборвались — на резком повороте желудок отверг вкуснейшие блюда и меня вырвало прямо на Стаса и дорогой салон.       Весь зелёный, выполз из остановившейся машины. Сполз в помятые мелкие елки и ещё раз очистил желудок. Сзади слышалась ругань Стаса и причитания водителя. Стерев тыльной стороной ладони горькую слюну, встал. Хотелось прополоскать рот и постирать одежду — запах частично переваренной пищи был не для всех.       Обернулся на Стаса — тот уже вышел на улицу и во всю раздевался, вытирая с себя частички содержимого моего желудка.       Водитель оттирал салон.       Мы остановились на небольшом съезде, а вокруг, помимо дорог, были лишь деревья да кусты. Все ещё едва-едва зеленеющее, скорее осенне-увядающее, чем весеннее. — Ты как, Чернов? — спросил меня Стас, подходя ближе. Мокрые штаны он не снял, зато покрытый мурашками от холода накаченный торс его был более чем гол. — Не очень. Такая вкусная еда пропала. — хрипло пожаловался я. — Ой идиот, я тебя ещё покормлю, лишь бы ты больше не блевал на меня. — Прости. — Сам виноват, думал, шутишь, а ты реально.. — бросив взгляд на салон, произнёс парень и поежился. — Полезли обратно, заедем в магазин за одеждой и по домам. — Зачем? — За тем, что ты, мой хороший, не только себе все вещи перепачкал. Требую компенсацию. — Боюсь, я не потяну люксовые бренды. Только если тебя не порадует турецкая синтетика. Или Чебоксарский трикотаж. — Ты и не платишь. Просто поможешь с выбором.       Хмыкнув, я подумал и кивнул, соглашаясь. Мы вернулись в салон, открыли окна, чтобы выветрить запах и поехали.       Стас подрагивал от холода, но форточку не прикрывал. Я тоже замёрз, только стойкость блондина, покрытого гусиной кожей, не давала мне попросить включить печку и закрыть окна.       Через десяток минут машина остановилась и мы вышли в незнакомом мне городке. Скромное ТЦ на пару этажей и десяток магазинов одежды, было не в стиле Стаса. Он одевался только в каких-то брендовых местах, да ещё и в классику. Или что-то на неё похожее. — Собери мне несколько образов, в которых я бы тебе больше всего понравился. — с порога огорошил меня парень. — А я пока посмотрю, есть ли что интересное на тебя.       Спрашивать о бюджетах, как и о том, есть ли в ТЦ магазины для клоунов, не стал. Просто кивнул и занялся тем, чем никогда не занимался.       Выбирал одежду для другого парня.       Крупный массмаркет встретил меня молодежными вещичками, и я всерьёз задумался о том, как бы приодеть Стаса, чтобы на него было приятно смотреть.       А ведь сначала думал о поиске самого ужасного костюма, который только мог быть создан. Но, почему то, не стал этого делать.       Прикинув размеры одежды блондина, схватил худи с азиатской тематикой, депрессивным изображением черно-белого ангела с золотыми крыльями и вязью желтых символов на чёрных рукавах. На бумаге звучит колхозно, но дизайнер постарался сделать так, чтобы, глядя на это, это хотелось носить. После наткнулся на дутые около спортивные штаны, резко сужающиеся на середине щиколотки и имеющие множество карманов. Носки с черно-желтым принтом с молниями и массивные белые кроссовки с кислотно-зелёной подошвой.       Стас нашёлся в разделе с кофтами, он задумчиво перебирал вешалки и не сразу меня заметил. — Ты закончил? — вскинулся он, осматривая мою фигуру. Я кивнул, протягивая парню вещи, чтобы тот оделся, а то весь женский персонал только и делал, что гипнотизировал парня ненасытными взглядами. Правда тому было плевать на эти взгляды, иначе он давно бы забрал верхнюю одежду водителя и кутался бы в нее. — Сейчас тогда примерю это, а ты одень то, что я положил на диванчик. — кивнув на что-то позади себя, улыбнулся парень. Аккуратно забрал вещи и скрылся в раздевалке. Я же двинулся к вышеупомянутому дивану.

***

— Ну, не плохо. — глядя в свое отражение, пробормотал я. То, что Стасу одежду подбирает профессионал, я догадывался. А вот то что у него нет ни чувства стиля ни знания о размерах одежды — нет. Потому как все, что я примерил, было мне или очень мало или очень велико. Выбрав самые простые рубашку и штаны, тихо попросил сотрудника магазина поменять мне вещи на нужный размер и даже это не помогло. Одежда подчеркивала мою дистрофичность и нескладность. А цвета делали кожу серой. Вздохнув, переоделся обратно в своё, облеванное, которое даже в сравнении выглядело лучше чем все то, что я мерил, и вышел к довольному собой блондину. Стас скалился, крутился в разные стороны и, не отрывая взгляда, смотрел в зеркало. Словно попугай, ей богу. Образ, выбранный мной, ему очень шёл, давал какую-то дикость до этого прилизанному и строгому на вид парню, поэтому я простил мажору эту минуту самолюбования. — Да у тебя талант, Чернов. — обернулся на меня зеленоглазый. Улыбка на его лице померкла, сменяясь неуверенностью — Ты уже померил, что я выбрал? Что-нибудь подошло? — Тебе спиздеть или нет? — спросил я, а потом вздохнул, меняя тему. — Да, тебе очень идёт. Намного свежее этих вечных рубашек и белых свитеров.       Парень вновь посмотрел в зеркало и довольно покивал своему отражению. — Ладно, можешь выбрать себе образ сам. Только пусть он сочетается с этим моим, понял?       Я медленно кивнул, и, ещё раз осмотрев Стаса, скрылся в ворохе одежды.

***

      Довольный, Стас вёл меня к машине. Ранее он развёл меня на совместное фото в обновках и сразу же поставил его на заставку телефона. Я же шёл рядом, поглядывая на этого придурка и внутренние радовался новым вещам. Бесконечная череда носки одних и тех же тонких чёрных кофт прервалась. Их заменила черно-синяя свободная футболка из плотной ткани, свободные штаны с принтами вдоль бедра, скрывающие мою тощую фигуру, дутая ветровка с крупной чёрной клеткой на белой ткани и чёрные берцы. Мне было внутреннее так хорошо от новой, да ещё и бесплатной одежды, что на лице сама собой то и дело появлялась лёгкая улыбка. Но от Стаса я ее предусмотрительно прятал.       Мы уселись на заднее сидение. Удивительно, но пахло из салона отменно, да и он сверкал даже ярче, чем до моего казуса. Стас притянул меня к себе, сгребая от окна и положил на мои плечи свою лапищу. Довольный, он скалился, пока я вяло пытался вырваться из хватки этого клоуна. — Ну и что ты дергаешься? Сиди на месте и наслаждайся, Чернов. — прошептал мне на ухо Белый, чуть раздраженно. Кожу обдуло жаром и щеки покрыл лёгкий румянец. — Мне тебе напомнить, что я тебя отшил, Белов? — закатил глаза я, все таки перестав дёргаться. — Ага, но и я сдаваться не намерен. Так что сиди и влюбляйся в меня. — Бегу и спотыкаюсь, Стас. Бегу и спотыкаюсь…

***

      Перед входом в больницу блондин задумчиво спросил: — Может мне тебе квартиру снять? Это как-то неправильно, жить в клинике. — Тебе просто некуда деньги потратить, да? — спросил я скептично. — Попробуй, не знаю, в фонд какой-нибудь копеечку выделить. А я пока и в больнице побуду. — Если хочешь, можешь пожить у меня. Там тоже кормят и могут поставить капельницу. — Ещё лучше. Знаешь, идея со съёмной квартирой уже не кажется мне такой плохой. Но не переживай, мне есть где жить.       «Правда, я бы хотел как можно дольше там не появляться»