Четвёртая стена

— Я могу тебя спросить, Лайт, — L, похоже, смирился с тем, что Лайт будет его обнимать и просто стоял, принимая свою участь, — почему ты так жаждешь остаться в родной временной ветке? Лайт дрожал, от агрессии, от эмоций. — Потому что я не хочу умирать, это же очевидно! — Да, но... где гарантия, что тебя не убьют там? Я расскажу всё штабу. Грудная клетка Лайта содрогнулась от краткого смешка, L чувствовал это своей, потому что во время разговора Лайт не прекращал прижимать его к себе. И эта его тактика, к величайшему сожалению детектива, работала: L не мог справиться со своими чувствами. — Думаешь рассказать им про аниме? — Лайт смотрел ему в глаза — снисходительный, высокомерный взгляд, но скрывающий душевное тепло, заботливый взгляд карих глаз, как самый дорогой чай в мире, успокаивающий тело и душу. Сопротивляться Лайту было задачей высшего класса. — Я попробую. — L, они тебе не поверят. Даже я... — Попытка не пытка. — Зная тебя и твои пристрастия к пыткам — это вопрос. Лайт шутил с ним, они не были на том уровне доверия и в той ситуации, чтобы шутить над таким. Из этого следовало, что Лайт находится в очень шатком состоянии психики. Он то злился и желал его убить — копию, но всё же это тело тоже представляло собой того, кого он знал, как L. То Лайт прижимал к себе. И всё же тошнота добралась до него. — Отпусти меня, мне не очень хорошо, — тихо сказал L, и руки Лайта перестали обнимать его спину, Лайт отошёл на шаг и сказал: — Мне — тоже. «Что происходит?» — L наблюдал, как побледнело лицо Лайта, а затем раздались колокола. — Ч-чёрт, это перемещение, L! — Лайт схватил его за руку и сильно сжал кости, до боли. «Любовь Лайта проявляется именно так?» — подумалось L, когда поднялся сильный ветер. — Ты прав... Тогда прощай? — Нет, L, я держу тебя за руку. Может быть получится... *** От перемещений дико раскалывалась голова и подташнивало. L оказался в компьютерном кресле. «Почему же так плохо?» — ответом на этот вопрос стали остывший чай и градусник на столе. — Мы опять в Иллюзорном Канто... Чёрт! Это даже не реальный мир! — Лайт сидел рядом, в другом компьютерном кресле, и бесился вне себя от злости. Но его можно было понять: эти финты реальностей достали даже L, а он был в депрессии и сил реагировать было куда меньше. — Хотя, наш тоже — не настоящий. Поэтому тогда, когда мы разбирались, ты сказал, что Иллюзорный Канто — настоящий? Потому что наш родной мир также не существует, но для нас является настоящим. Хороший сарказм... — Ну, это не совсем сарказм, Лайт... L сделал усилие над телом, чтобы приподняться и подойти к окну. — Живот болит, уф. — Да, ты же болел до перемещения. И надо было тебе переться больным на улицу в грозу? — Я впечатлён, ты понял, что я сделал... Да, я искал барьер. И это была необходимость, Лайт. Но лучше боль в животе, чем дырка в голове. — Температура заставляет тебя прозревать, L. Может, тебе чаще болеть? — Не смешно, Лайт, — осудил L. — Моя голова тоже болит, как будто ты меня таки пристрелил. — Не пристрелил я тебя! — крикнул Лайт, но тут же выровнял тон до дружеского и даже поддевающего: — Это слишком лёгкое для тебя наказание. — Для меня? По-моему, ты что-то путаешь, Лайт. Но я не удивлён, ты же Кира. Лайт предпочёл промолчать и не реагировать на эту провокацию, он выуживал из карманов бежевого пальто лекарства. L внимательно следил за тем, как баночки и пачки беспорядочно кладутся на дерево компьютерного стола, и перекладывал по форме и цвету. Вышло от синего к красному. — Ты действительно их купил... — L произнёс с выдохом, крайне удивлённым тоном, и закашлялся. — Ну, не то, чтобы купил... Я — преступник, L. Я фактически их украл! — Лайт кратко рассмеялся. — Я знаю, что ты — преступник, Лайт. — Это была шутка! Но я, — Лайт хмыкнул, — действительно их украл, иначе меня бы начала подозревать полиция. И ты. Лайт положил лекарства себе в карман пальто ещё до убийства Грегга Томпсона, этого бывшего мужа Мисы... Мины. Было бы опрометчиво идти на кассу и их покупать, если перед тобой только что умер мужчина. Он просто вышел из аптеки, сыграв шок. Но сигнализация не включилась — место даёт сбой?.. «Интересно, как там Миса?.. » — Мне нужно... — ... вернуться на место преступления, — закончил за него L, и Лайта передёрнуло от того, насколько это было похоже на его сон про могилу L. — Нет, я спас человека, L! — Лайт злился и протестовал, не принимая обвинений в свою сторону. Он выключил электрический чайник, положил пакетик чая в свежую чашку, заварил и протянул L. — Держи, чай с перечной мятой, это должно помочь от живота... Повезло, что он оказался в учительском столе. И он ещё не испортился, дата пригодна. — Я не удивлён, что тебе повезло, Лайт, — сказал L, забота Лайта его смущала, он попытался скрыть свои чувства в нападении. L кивнул и взял чашку, кипяток согревал дыхание, но сопли так и норовили упасть в чай. Лайт протянул ему ещё и салфетку. — Спасибо, — L высморкался. — Я видел Мису, L, — продолжил Лайт, заваривая свой чай и присаживаясь на кресло рядом. L заинтересовался. — Её бывший муж разбил бутылку с лекарством прямо в аптеке и кинулся на неё. Что мне было делать, L?! Да, я убил его. Поэтому мы переместились. Но ты это знаешь. — Ясно... — Что-то ты не сильно воодушевлён на счёт Мисы. — Один Кира — это проблема, а два — ещё большая беда, — однако чай Лайта согревал. — Нет, она... не помнит ничего. — Вот это уже интересно. Нам нужно будет её допросить, Лайт. Найди её. — Я постараюсь. *** L остался один. Странно — перемещение застало его на улице, но вернуло на кресло компьютерного класса в иллюзорной школе Лайта. L был уверен: он нарушил сценарий и не должен был идти искать барьер, поэтому Иллюзорный Канто вернул его в исходную точку. «Но в целом, почему нас с Лайтом забросило в Иллюзорный Канто? — размышлял L, бронируя отель для себя и Лайта на всякий случай. — Лайт что-то не так сделал? Он думал меня убить. Вероятно, в этом причина. — В голове разблокировалось воспоминание, как Лайт из одной временной ветки сказал ему, что он скрывает что-то важное от своего Лайта. L нахмурился, обнимая свой живот. Есть хотелось. А Ватари он не встречал. Но если есть Миса, возможно, что и Ватари. Он — не ключевой персонаж, надежды мало, но... L стал заказывать доставку из ресторана. — Как ключевые персонажи мы перемещаемся. — Лучший отель в Иллюзорном Канто был забронирован, а доставка обещала приехать через 25 минут. — От наших действий что-то зависит. У Лайта в этом — инициатива и преимущество. Лайт вроде как выбросил самое большое количество цифр на игральных костях. Но я тоже важен. Иначе бы я не переместился вместе с ним. Если строить теорию так, то тот Лайт прав — я не говорю Лайту о своих чувствах, и это влияет на перемещения...» L озлобленно посмотрел в окно — на бушующий дождь. Лайт убил даже в посмертии. Он спасал Мису, и, похоже, это правда, но вывод неутешительный: если L влюблялся, этот человек обязательно убивал. Так было с ББ. Ещё одно воспоминание из далёкого прошлого... Кира убил 23 преступника с интервалом в час только, чтобы подобраться к нему ближе. ББ убивал, чтобы L обратил на него внимание. L не покидало чувство, что Лайт делает также. Лайт — Кира, он не мог не убить, даже если бы это была не Миса. В любом случае, это злило. L сильно сжал свои локти и стиснул зубы, всматриваясь в дождь за окном. «Я, что, ревную опять?..» У L не могло быть нормальных человеческих отношений, даже таких, как когда-то у Лайта с Мисой. L признавал, что слишком странен для романтических отношений. Те, кто ему нравились, либо устраивали феерическое шоу самосожжения перед его глазами — обязательно перед глазами L, чтобы он всё видел. Либо убивали для него — больше и больше, тысячи, только, чтобы позлить, поиграться, бросить вызов. Иногда L думал, что лучше было бы вовсе не влюбляться. Но появление чувств к примерному гражданину, который соблюдает закон... — вероятность этого составляла менее 1%. L всегда привлекали загадки, они тянули, даже если это значило рискнуть жизнью — особенно, если это значило рискнуть жизнью! Это будоражило кровь и давало чувство экзистенции. Если человек близок к смерти, всё ощущается очень ярко. L вздохнул. Сам виноват. Он слишком любил загадки. А Лайт был самой великолепной из них. *** Фиолетовые крылья рассекли перед Лайтом порывы ветра с дождём. — Ааронна! Привет! — Здорова, красавчик! Рада тебя видеть. Хе-хе. Как твои делишки? — Ты мне льстишь, — Лайт чуть заметно покраснел, доставая Тетрадь Смерти из коробки, которая находилась в земле. Пластмассовый контейнер с полиэтиленом внутри защищали её, и Тетрадь бы в любом случае не промокла. А в лесной чаще было легко дышать. — О, ты что, не видел себя в зеркало? И как тебе перемещения во времени, хе-хе? — Ты не предупреждала об этом! — Я сама не знала, я ведь новичок... — Прекрасно... Почему мне всегда достаются шинигами, которые стараются ничего мне не говорить? — О, красавчик, шинигами часто и вправду ничего нельзя говорить. Но я тебя не обманываю. Я по факту не знала. Так как тебе, понравилось? — Вначале было любопытно, но затем я заскучал, — соврал Лайт. «Если я правильно разгадал её характер, ей важно меня удивить. Ну так давай, действуй, Ааронна, расскажи мне что-то полезное...» — Тогда я тебе кое-что скажу. «Да! Я знал! Ааронна у меня на крючке! Всё идёт по плану!» Лайт бросил ей яблоко, Ааронна откусила от него. — Спасибо. Ты знал, что боги смерти не могут прикасаться к яблокам в мирах иллюзий, пока это не сделает владелец Тетради Смерти? Я бы с радостью его украла, но это невозможно. Несправедливо, да? — Ага... — согласился Лайт. — Но у тебя есть я. — Это шикарно! — У меня всё ещё иногда болит ожог. Ты что-то об этом знаешь? — Да-да, — Ааронна чавкала яблоком. — Я предупреждала, что это будет долго. Но это пройдёт... В общем, я прилетела, как узнала, что ты снова здесь. Я узнала одну любопытную информацию от старших... — Не томи? — Короче, тут такое дело... ты не только не можешь убивать L, как и, ну, он — тебя, если, конечно, ты не хочешь умереть, но и... — Ааронна преподносила важную информацию весёлым тоном, —если кто-то из вас, двоих, погибнет — в любой реальности —крышка не только вам, но и всем, связанным реальностям. И всем жителям из них. Ну, в общем, всем крышка. Какое же вкусное яблоко! Ты правда бог! Я буду боготворить тебя! Лайт остолбенел, перебирая информацию в голове. — Ты имеешь в виду настоящих нас, а не копии? — Да, я про вас, настоящих, — тебя и L. Остальных ты можешь убивать, красавчик. Только берегись полиции и своих бесчисленных врагов, хе-хе. Лайт раздражённо стиснул зубы, нервно поглаживая свой лоб. — Ты уверена? — Да. Вам всем — крышка в случае смерти настоящих тебя или L, — Ааронна говорила весело и беззаботно. — Вы — важные персонажи, всё-таки. «Важные персонажи...» — Но мы же уже умирали! — Это было тогда, до того, как вас отправили сюда, в этот мир иллюзий посмертия, это своеобразный перевалочный пункт. — Иллюзорный Канто... — О, ты его даже назвал! Я восхищена, мой бог! Иллюзорный Канто, надо будет запомнить... Какое же яблоко! Я говорила, что обожаю тебя? — Теперь все будут умирать вместе с нами? — игнорируя радость Ааронны, уточнил Лайт. — Да, но... это уже будет окончательно, хе-хе.