По ту сторону зеркала

— Подай соус, пожалуйста, — Чимин, не отрываясь от готовки, протянул руку в сторону небольшого кухонного острова, где, распластавшись на столешнице, сидел Тэхен. Тот, отвлекшись от листания новостей в смартфоне, передал стоявшую рядом бутылку. — Спасибо. Неделя пролетела относительно незаметно. Все это время омега медленно пытался привыкнуть к новым препаратам. Радовало то, что с началом приема других подавителей его перестала преследовать постоянная мигрень, да и утренняя тошнота отошла на второй план. Но на их место прибыла тяжелая сонливость, из-за которой парень мог весь день провести в постели, изредка вырываясь в реальность из зыбкой дремоты. Благо, обращать внимание на странное состояние омеги было особо некому: оставшиеся альфы, приватизировав Хосока, опять прописались в компании, а у Чимина и своих проблем вполне хватало. После разговора с мамой Чонгука он, намотав сопли на кулак, старательно собрал себя в пока бесформенную кучу, чтобы начать постепенно вылепливать из нее что-то больше похожее на человека. В редкие моменты бодрствования Тэхен отрешенно наблюдал, как друг молча заново выстраивал по кирпичикам душевную оборону, склеивал разбитую маску и латал треснувший внутренний стержень. Прикрываясь пустяковыми домашними делами, привычным чтением или желанием отдохнуть Чимин постепенно восстанавливал то, что было разбито чужим необдуманным решением. Тэхен знал, насколько это сложно — вернуться в прежнюю колею после большого потрясения. В такие моменты тебе становится не до чужого внимания, сочувствия и уж тем более жалости. Ты кропотливо перебираешь в голове каждый прошлый шаг, каждое брошенное слово, чтобы в итоге, рано или поздно возвести новую стену без старых изъянов. Чимин неторопливо втягивался обратно, каждым, даже вроде незначительным, диалогом аккуратно прощупывая почву, испытывая свои возможности и пределы. Он все еще ограждал себя от излишнего общения со всеми, даже с Тэхеном, но уже не избегал чужого внимания, отвечал и позволял недолгие зрительные контакты. Сегодня они, впервые за неделю, даже позавтракали всей командой. Тэхен тоже в кой-то веки соизволил выползти из-под одеяла, присоединившись к остальным. Все неторопливо возвращалось на круги своя, разве что за столом их было всего шестеро, а вместо привычного зеленого чая, в кружке омеги был заварен ненавистный крепкий кофе, разбавленный молоком. Парень надеялся, что хотя бы его горечь заставит сонный мозг пробудиться и прийти в более-менее рабочее состояние. Есть на удивление не хотелось, да и вкус кофе появлению аппетита не сильно способствовал, поэтому Тэхен просто лениво наблюдал за остальными ребятами, поедавшими омлет, приготовленный Джином. В конце трапезы Чимин вызвался приготовить ужин, на что парни, если и удивились, то вида не подали. Джин лишь махнул рукой, попросив не спалить им общагу, после чего они снова полным составом уехали в студию, оставив омег одних в квартире. О том, что на самом деле произошло тогда в танцзале омега так и не осмелился рассказать никому, кроме Юнги. С ним, в общем-то и вариантов особо не было: Тэхену было необходимо поменять таблетки, что хранились у альфы, а особо внятных вариантов оправданий парень не видел. Он не стал вдаваться в подробности, лишь вкратце все обрисовал, на что Шуга мрачно поджал губы, привычно опустив излишние комментарии. Только уточнил, уверен ли тот, что новый препарат сработает. Тэхен ответил честно: не проверит — не узнает. Блокатор был сильнее своего предшественника, поэтому в ежедневной рутине он вполне должен сработать. А после доктор Хван все равно выпишет что-то другое. Негромко постучав лопаткой по бортику, Чимин выключил варочную панель и накрыл сковороду крышкой, после чего мельком взглянул на настенные часы. Время близилось к семи. С губ омеги сорвался тихий вздох, привлекший внимание Тэхена. Моментально вскинув взгляд, парень озадаченно посмотрел на напряженного друга, что непривычно насупив брови, лихорадочно дергал длинные рукава объемной кофты. Затем он дернулся, словно что-то надумав, спешно обогнул кухонный остров и, приблизившись к Тэ, порывисто прижался к нему со спины, носом зарывшись в русый загривок. Чужое теплое дыхание тут же вызвало волну мурашек, хлынувших вниз по спине, но Тэхен лишь, поймав друга за руку, чуть откинулся назад в попытке прижаться сильнее. — Ты нервничаешь что ли? — Чимин, будто ежик, тихо фыркнул тому в затылок, вызвав у омеги непроизвольную улыбку. — Серьезно? — А вдруг им не понравится? — едва разборчиво пробубнил друг, на что Тэхен не смог сдержать смешка. — Во-первых, ты отлично готовишь. Во-вторых, пусть только попробуют что-нибудь ляпнуть. — И что ты сделаешь? — Накормлю их своей стряпней, — просто ответил омега, на что Чимин, прыснув, и положил подбородок ему на плечо. — Ууу, страшно. Надо как-нибудь рассказать остальным, что ты готовишь не хуже меня. Шуточно нахмурившись, парень слабо пихнул друга, получив в ответ тихий смех, отозвавшийся облегчением в груди. В нем звучал отголосок прежнего Чимина — упертого мечтателя, противостоявшего всему миру, бесстрашного и несломленного. — Эй, не смей портить легенду! Меня вполне устраивает, что Джин боится подпускать меня к плите. — Это нечестно, — обиженно протянул Минни, после чего Тэхен почувствовал мстительный тычок в бок. Зашипев рассерженной кошкой, он попытался вывернуться из цепких рук друга, но тот крепко держал его, задушено смеясь в плечо извивавшегося омеги. Что ни говори, а физических сил у Чимина было побольше, поэтому парню оставалось лишь рассерженно пыхтеть в бесполезных попытках выбраться. Сонливость и слабость незаметно отошли на задний план, уступив место азарту. Чудом не свалившись со стула, Тэхен кое-как развернулся лицом к Чимину и замер, вглядываясь в покрасневшее лицо омеги. Тот продолжал посмеиваться, по-лисьи сощурив глаза, а затем привычно вплел пальцы в взъерошенные волосы друга, чуть вытягивая пряди, убирая отросшую челку с лица. В ответ парень, чуть помедлив, доверчиво уткнулся лбом ему в грудь, молча позволив путать свою шевелюру. Недели оказалось достаточно, чтобы по-настоящему оценить столь обыденные для них моменты, которых все же иногда не хватало. «Я соскучился.» «Я тоже.» Входная дверь хлопнула, разрушив хрупкий кокон умиротворения, окруживший омег, а после до них донесся нестройный хор голосов, заставивший Чимина резко отпустить друга и сделать неловкий шаг назад. Его взгляд тут же впился в дверной проем, за которым шумели прибывшие альфы. Наблюдавший за парнем Тэхен лишь досадливо нахмурился, мигом почувствовав чужое напряжение, что ярко контрастировало с ненадолго воцарившем спокойствием. Момент был безнадежно упущен: едва расслабившийся рядом с другом Чимин тут же испуганно отгородился, спрятавшись за колючим взглядом, заранее защищаясь. — Минни, — омега хотел было вновь потянуться к другу, как в проеме показалась взъерошенная голова Джина. — О, вы тут. Отлично, — мельком оценив обстановку в кухне и убедившись, что все цело и невредимо, альфа сфокусировал взгляд на парнях. — Накрывайте на всех, мы сегодня полным составом, — Тэхен на слова старшего успел лишь озадаченно вскинуть бровь, вопрос благополучно застрял в глотке, стоило на пороге появиться еще одному человеку, что неуверенно замер в проходе с небольшой дорожной сумкой за плечом. — Привет, — парень застыл в невольном оцепенении, во все глаза разглядывая потрепанного Чонгука, что, запихнув руки в карманы серых спортивок, устало смотрел в ответ со едва заметной ухмылкой на губах. И хотел бы Тэхен так откровенно не пялиться на макнэ, однако удержаться не смог. Он изменился. Черты лица похудевшего за гон альфы заострились, пропали искренне любимые омегой щеки, позволив изучающему взгляду зацепиться за точеные скулы и непривычно очерченную линию челюсти. Волосы младшего были небрежно зачесаны назад, открыв лоб парня и накинув ему пару лет, визуально выводя Чонгука из ранга миловидных, обнимательных и тискательных подростков в ряд тех, кому Тэхен бы дал и, возможно, даже не раз. «Горяч», — непроизвольно промелькнуло в его голове, заставив омегу, глупо хлопнув глазами, отвиснуть и максимально незаметно сглотнуть. В голове против воли зародились совсем не те мысли, однако Тэхен заставил себя сосредоточиться на внутренних ощущениях. Он хотел удостовериться, что подавители работают как надо и купируют воздействие чужих феромонов, но то ли Чонгук заметно ослабел после измотавшего его гона, то ли расстояние между ними было слишком большим, ибо юноша не чувствовал даже отголосков чужой силы, что казалось странным. Простого нахождения в одном помещении явно было недостаточно. Молчание затянулось, перетекая из забавного в неловкое. Осознав это, Тэхен, придав лицу нейтральное выражение, медленно перевел взгляд на пока не ушедшего Сокджина, что все еще маячил у входа, и со всей возможной серьезностью спросил: — Ты кого сюда привел? — Черт его знает, выдали вместо мелкого, сказали накормить и спать уложить, — не растерявшись, фыркнул в ответ Джин, заставив стоявшего рядом Чонгука моментально растерять всю свою маскулинность и возмущенно округлить глаза. — Да хен! — Смирись, мы еще по дороге единогласно решили, что ты — подкидыш. Вон, Тэхен тоже с нами согласен, — ловко увернувшись от прилетевшей в него сумки, старший альфа с громким хохотом оперативно ретировался, сбежав в свою комнату и бросив младших одних. Глядя на развернувшуюся картину, Тэхен, прикрыв рот ладонью, не сдержал игривого смешка, на что получил сердитый взгляд, полный праведного негодования. — Не смей их поддерживать, они меня уже задолбали! — еще один невольный смешок сорвался с губ омеги, и Чонгук всем своим видом было приготовился к гневной тираде, но, устремив взгляд чуть в сторону, неожиданно осекся и побледнел, окончательно лишившись былого задора. — Хен… Сердце Тэхена пропустило удар, а кровь отхлынула от лица, стоило осознанию вспыхнуть в разуме. Резко повернув голову, юноша растерянно посмотрел на Чимина, что все так же неподвижно стоял неподалеку и сверлил Чонгука взглядом, полным страха, смешанным со злобой, что невозможно было скрыть за каменной маской безразличия. Не моргая, он с силой сжимал пальцами несчастную толстовку, натянув рукава до предела. Он определенно видел в макнэ неприкрытую угрозу, пусть тот был напуган не меньше омеги. Ему наверняка рассказали о произошедшем, просто не могли не рассказать. Впервые их противостояние было построено на страхе друг перед другом, и это все лишь усложняло. Теперь один был скован цепями ужаса, а второй не знал, как себя вести в сложившихся обстоятельствах. Даже хеном Чимина назвал с перепугу, чего не происходило со времен их дебюта. Судорожно выдохнув, Тэхен неуверенно протянул дрожавшую руку к другу и еле слышно произнес: — Чим, — омега крупно вздрогнул и зажмурился, сбросив с себя оцепенение, после чего, покачнувшись, пулей вылетел с кухни, чудом не сбив тут же отшатнувшегося в сторону альфу. Заметив, что Чонгук намерен рвануть следом, юноша вскочил с места и крепко вцепился тому в запястье. — Не смей, — грубо рявкнул он, не позволив младшему совершить ошибку. Хмурый взгляд столкнулся с потерянным, недоуменным. Гук с легкостью мог бы вырваться, но не стал, покорно остановившись. Заметив это, Тэхен, прикрыв глаза, смягчил голос. — Не делай глупостей. Он не готов с тобой сейчас говорить. — Он… Блять, он боится меня. — Естественно боится. Он и остальных боялся. И парней, и стафф. Просто, — отпустив чужую руку, омега потянулся ладонью к лицу парня и аккуратно повернул его к себе, заставив взглянуть того в глаза. — Просто ему нужно время. Такие потрясения не проходят по щелчку пальцев, — не удержавшись, он ласково провел пальцами по похудевшей щеке альфы в попытке передать хоть толику собственной уверенности. Растерянность в зрачках напротив странно напрягала, хотелось избавиться от нее. — Рано или поздно Чимин поймет, что ты не представляешь для него угрозу. И тогда у тебя появится шанс с ним поговорить, — неожиданно Чонгук поймал ладонь юноши и, нахмурившись, уставился на тонкую кожу его запястья, с которой еще не успели до конца сойти синяки от пальцев, хотя Тэхен всю неделю стабильно натирал их мазью с троксевазином. — Гук-а… — Это тоже я сделал? — настала его очередь серьезно смотреть в глаза омеги, и Тэхен не смел отвести взгляд, медленно утопая в их гипнотической темноте. То, как альфа мгновенно менялся, незаметно переходя из роли нерешительного подростка в серьезного мужчину, искренне поражало. Тэ и сам иногда этим грешил, но лишь в качестве игры на зрителя, в то время, как макнэ явно не контролировал подобные трансформации образов. — Только не ври мне, хен. — И не собирался. Как по мне, это небольшая плата за то, чтобы минимизировать последствия. — А если бы я тебе руку сломал? — Значит, у меня была бы сломана рука, — просто ответил юноша, но, увидев, как помрачнело лицо напротив, поспешил продолжить. — Я не мог не вмешаться. Еще неизвестно, как бы все обернулось, не влезь я тогда между вами двумя. Послушай, — он не спеша высвободил кисть из руки альфы, но лишь для того, чтобы положить ее тому на грудь, скрытую под свободной толстовкой. — Ты можешь себя накручивать, но ты не виноват. Это понимаю и я, и парни, и… Чимин, думаю, тоже, — Тэхен боковым зрением заметил высветленную макушку Юнги, что, сложив руки на груди, тенью замер у входа в кухню, безмолвно наблюдая. Чонгук, на удивление, на его присутствие никак не реагировал, лишь рассеянно слушал голос омеги, потупив взгляд, отчего юноше сложно было понять, вникал ли макнэ в его слова или же незримо погряз в собственных мыслях. — За нашу безопасность отвечают определенные люди, которые не просто не справились или переоценили свои возможности. Их там попросту не было. И твои родители их предупреждали о возможных последствиях. — Я не хочу, чтобы вы меня боялись. — Я и не боюсь. Сейчас важно лишь то, чтобы ты сам не начал нас отталкивать из-за страха навредить. Потому что если ты так сделаешь — я тебе врежу. — Зря только костяшки собьешь, — слабо усмехнулся в ответ альфа, и Тэхен со странным облегчением увидел искорки игривости во взгляде напротив. — А вот и не зря, если это поможет собрать твои мозги в кучу, — сделав шаг вперед, омега прижался к парню, крепко обняв, и ненавязчиво уткнулся носом ему в шею, прикрыв глаза. Чуть помедлив, он неглубоко вдохнул, затем еще, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Тэхен терпеливо ждал хоть чего-то, хоть малого отклика организма, но инстинкты молчали, словно и не было того взрыва неделю назад. Никаких волнений, никаких мурашек по телу. Никакого запаха. Просто ничего. Лишь расслабляющее тепло, стоило рукам Чонгука приобнять его в ответ. Облегченно выдохнув, Тэхен открыл глаза, тут же встретившись с вопросительным взглядом Юнги, который все также стоял поодаль, выжидая. Альфа хотел удостовериться, что все было хорошо. Пусть макнэ никак и не реагировал, важнее ему были чувства омеги. И тот чуть заметно кивнул, позволив юноше успокоиться. Теперь все будет хорошо.

***

— Твою мать, почему мы раньше никогда сюда не ходили? — Югем по-детски крутил головой по сторонам, разглядывая обстановку незнакомого клуба, на что остальная компания негромко посмеивалась. — Тебя и сейчас здесь быть не должно, — фыркнул тому в ответ развалившийся на диванчике Мингю. — Тебе двадцатник только через два месяца стукнет. — Что за претензия, я тут вообще-то не один такой. — Я в отличие от тебя не отсвечиваю, заметь, — тут же ответил сидевший рядом Минхао, что что неспешно помешивал соломинкой лед в коктейле, что красиво переливался во вспышках софитов. — Да и никто бы из нас тут сейчас не сидел, если бы не сонбенним. — Да уж, нехреновые у твоего хена связи, Гук. Сюда кого попало не пускают, насколько мне известно, — поддержал парня расслабленный Джехен, на что тот, оторвавшись от созерцания алкоголя в бокале, метнул быстрый взгляд в его сторону, но тут же вернулся к своему незатейливому занятию. Чонгук сидел, откинув голову на спинку диванчика и пьяно прикрыв глаза. Он не знал, сколько они уже тут пробыли, сколько выпили и сколько костей перемыли всем и каждому, пока обсуждали накопившиеся за полгода новости. Услышав обращение, он неохотно разлепил глаза и, лениво повернув голову, уставился на Джехена, медленно переваривая сказанное. Тут сложно поспорить: в качестве презента на прошедший день рождения Тэхен умудрился провести их в клуб, где отдыхала исключительно элита Сеула. Попасть сюда без приглашения изнутри нереально. А с учетом того, что он протащил сюда всю их шоблу, включая несовершеннолетних, следовало предполагать, что за ним стоял кто-то достаточно известный или влиятельный. И не то, чтобы этот клуб сильно отличался от других: та же темнота, разрываемая вспышками света, та же беснующаяся на танцполе под биты толпа, та же лаунж-зона на втором этаже, куда хен их сразу увел, стоило им пройти охрану. Но вот окружавший контингент заставлял Чонгука понервничать. Большинство этих людей альфа встречал лишь в рабочее время: на премиях, шоу, мероприятиях. И видеть их в обыденной жизни он не привык. Тэхен же, напротив, чувствовал себя, словно рыба в воде. Он плавно лавировал в толпе, иногда останавливаясь для приветствия и краткого общения с людьми, которых сам Чонгук наблюдал разве что издалека или вообще лишь по телевизору. И это почему-то напрягало его еще сильнее. В итоге, посидев недолго в их компании, Тэхен улизнул с незнакомыми Чонгуку альфами и бетами, оставляя «малышню» веселиться без его надзора. Все, что помнил парень дальше, так это странная волна недовольства из-за его ухода и несколько шотов, выпитых с коротким перерывом, чтобы ее заглушить. Помогло не очень, однако Чон позволил себе немного расслабиться и отвлечься, впервые после гона. Его предупреждали, что будет сложно. Что будут крыть ярость и необъяснимая агрессия, выливающиеся в похоть. Что эмоции выйдут за свои пределы. Что будет тошнить от еды и резких запахов. Что возможны небольшие провалы в памяти. Но никто не рассказал ему о страшной боли, выворачивающей суставы. О диком страхе и непонятной, гнетущей тоске. О том, что «небольшой» провал в памяти продлится двое суток, а после придет невыносимое чувство агонии. Как бы смешно ни звучало, но Чонгуку в какой-то момент начало казаться, что его тело хотело перестроиться, как у оборотней во всех этих дурацких фэнтезийных сериалах. Его клыки чесались так, что их хотелось вырвать, тело горело, мышцы сводило от напряжения. В конце третьего дня он уже просто беззвучно скулил от боли в искусанную им же подушку, как побитый щенок. На четвертый день пришли родители, которых состояние Чонгука напугало явно больше, чем его самого. Его обкололи обезболивающими и релаксантами, после чего парень все же смог провалиться в беспокойный сон на пару часов. А там все пошло по второму кругу. Снова боль, жар, зудящие десна, желание чего-то необъяснимого, чего рядом не было. Парень был готов разреветься от инстинктивной безысходности, что разрывала его на части. Он не помнил, что произошло тогда в танцзале. Просто в какой-то момент накрыло болезненное состояние слабости. Хосока не было, лишь Чимин, что с привычной уже раздражавшей язвой отвечал на каждую его реплику. А после темнота. И неконтролируемые эмоции. Гнев, злоба, ярость, необъяснимая агрессия… Чонгук не видел, не слышал, но чувствовал. Его тогда словно не до конца отключили от собственного тела. Эмоции топили его волнами, будто разбушевавшееся цунами. И парень думал, что захлебнется, как неожиданно на место бесконтрольной злости пришло нечто иное, больше походившее на желание. Это была не похоть, нет. Чонгук так и не смог понять, что это было за чувство, однако оно принесло странное, правильное спокойствие. Спокойствие, что разрушилось так же спонтанно, как и появилось. Внезапно возникшая волна страха сменилась всепоглощающей яростью, заставившей парня отключиться окончательно. И лишь потом от матери Чонгук узнал, что натворил в бессознательном состоянии. На пятый день, когда вся боль вдруг ушла, оставив после себя лишь скребущее чувство тревоги, что моментами всплывала по сей день. — Меня глаза подводят, или мы все это видим? — неожиданно четко послышалось со стороны, вынудив Чонгука вынырнуть из собственных мыслей и взглянуть на сидевшего неподалеку Донмина. Тот, склонив голову набок, слишком заинтересованно смотрел в сторону бара. Мингю, глядевший в ту же сторону ехидно усмехнулся. — Ну теперь понятно, что за связи у твоего хена, Чонгук. — Это что, GD? — вопрос Югема заставил нахмурившегося Чона все же обернуться и приглядеться. У бара стояла компания из нескольких человек; парень бы и не обратил на них внимание, если бы не ярко-синяя куртка Тэхена, что цветным пятном выделялась на фоне темных аутфитов других людей. Тот, слабо улыбаясь, расслабленно стоял в руках знакомого им всем альфы, откровенно игнорируя собственническую хватку на своей талии, будто это было обыденным для него явлением. Сам Джиен со смехом что-то рассказывал своим друзьям, что окружали неожиданную парочку. Под ребрами больно кольнуло, отчего парень нахмурился, но глаза не опустил, продолжив молча наблюдать за хеном. За разговором друзей он уже не особо следил. — Странно. Разве Джиен не по омегам? — неуверенно спросил Минхао. Джехен на это утвердительно качнул головой. — Ну да. Его часто раньше с девчонками видели, но в последнее время он как-то пропал. Я думал, что из-за работы… — А оказывается, что из-за парня-беты, — пьяно фыркнул Мингю, прервав Джехена, на что тот раздраженно закатил глаза. Они все вроде и привыкли к его выходкам под градусом, но большинство это все равно подбешивало. Неожиданно Ким нагнулся через стол и пихнул напряженно сидевшего Чонгука, что все еще не обращал на него никакого внимания. — А может, и не беты вовсе, а, Чон? Не хочешь нам ничего рассказать? Отвлекшись, парень недоуменно взглянул на изрядно пьяного друга, чей неаккуратный вопрос с запозданием дошел до далеко не трезвого мозга. Что он хотел этим сказать? Тэхен — и омега? Что за тупая мысль. Только такому идиоту как Мингю могло прийти подобное в голову. Абсурдность чужого предположения едва задела альфу, однако вместо того, чтобы привычно рассмеяться и ответить саркастичной шуткой, Чонгук почувствовал, как медленно, но верно начал закипать, поддаваясь непривычной, чужеродной агрессии: — Херню не неси. Тэхен — не омега. — Да ладно тебе пиздить, развлекаетесь наверняка, а остальным заливаете, что он — бета, чтоб не делиться, — Чонгук упустил момент, когда его тело среагировало на чужие слова, и он, перегнувшись через столик, вцепился в ворот майки Мингю, притянув того к себе. Жалобно звякнули задетые бокалы и тарелки с закусками, но Гук не обратил на них никакого внимания. — Рот закрыл, пока я тебе все зубы не выбил, — прорычал он, зло сверкнув потемневшими глазами, отчего все присутствовавшие моментально заткнулись и перевели взгляд на парней. Над столиком повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь битами музыки с первого этажа. Первым, на удивление, пришел в себя Бэмбэм. Недолго сомневаясь, бета неторопливо, дабы не спровоцировать, привстал с места и аккуратно расцепил парней, вытаскивая помятую ткань из сжатых пальцев Чона, после чего примирительно произнес: — Остынь, Гук, этот кретин спьяну никогда вовремя рот закрыть не умел… — Это кто тут кретин еще, а? — тут же заорал Мингю, в очередной раз привлекая нежелательное внимание соседних столиков. Сидевший рядом Донмин тут же попытался отодвинуться, убрав свой коктейль подальше от буйного альфы. Бэм в ответ раздраженно поджал губы. — Ты и кретин. Они сколько лет в одной комнате жили, серьезно думаешь, что, будь Тэхен омегой, он смог бы это скрывать от четверых альф? Это невозможно, — он смотрел прямо в глаза Мингю, не моргая. Чонгук тем временем вновь сел на свое место и раздраженно зачесал рукой волосы назад. Он был уверен: если Мингю опять что-нибудь ляпнет, то он не сдержится и съездит ему по лицу, после чего их выставят из клуба всей честной компанией. Однако тот молчал, и альфа, прикрыв глаза, в итоге шумно выдохнул сквозь сцепленные зубы в запоздалой попытке успокоиться. Стоило признать, после гона эмоциональный фон у Чонгука и без того был не особо устойчивым, а под алкоголем он и вовсе не успевал отследить внезапные вспышки гнева. Возможно, их неудачное столкновение так бы и закончилось, если бы в почти затухший разговор не вмешался Ыну: — Я бы не был так категоричен. Омеги на многое способны, чтобы скрыть свою природу, — он сделал небольшой глоток из бокала и чуть поморщился от вкуса теплого алкоголя. — Сомневаюсь, что GD просто взял и променял омег на бету, пусть и симпатичного. — Вот видите? Я не один так думаю! — Твою ж мать, Донмин, прекрати его поддерживать, — раздосадованно рыкнул Джехен, но тот в ответ закатил глаза и раздраженно фыркнул. — Я всего лишь высказываю свое мнение. Или это в вашей альфачьей компании запрещено? — А я всего лишь заставлю тебя прикусить твой болтливый язык, — опасно сузив глаза, прохрипел Чонгук, заставив Ыну вновь переключиться на него и нервно хмыкнуть. — Ты не тронешь меня, Чон. — Я бы не был так категоричен, — тут же отзеркалил Чонгук его фразу, заставив друга, наконец, замолкнуть и отвести глаза. Затем парень вновь бросил взгляд в сторону бара, однако Тэхена там уже не было, как, впрочем, и за другими столиками. В толпе синяя куртка хена тоже не обнаружилась. — Серьезно, хватит. Это было уже слишком, — Югем хмуро наблюдал за происходившим. Они редко грызлись между собой, ибо предпочитали не задевать друг друга особо едкими комментариями, а тем более касаться кого-то из близких. — Слишком? Это просто шутка, Гем, не за чем драматизировать, — Мингю выдал ехидный оскал, словно не его буквально минуту назад Чонгук тряс над столом, как тряпичную куклу. Правду говорят, что некоторых алкоголь лишает инстинкта самосохранения. — Дерьмовая шутка… Сам Чон внимательно сканировал отдыхавших людей тяжелым взглядом в попытке обнаружить Тэхена или кого-то из тех, кто стоял с ним у бара, однако вся компашка Джиена как сквозь землю провалилась. В груди зарождалось непривычное чувство тревоги. Сидевший рядом Югем тоже заметил странное состояние друга, поэтому ненавязчиво коснулся плеча альфы. — Гук… — Сейчас вернусь, — скинув руку друга, альфа слишком резко встал и чуть покачнувшись, вышел из-за стола. Джехена поведение парня тоже напрягло. — Чонгук, стой. Не дури. Давай я с тобой пойду. — Ты со мной поссать пойдешь? Может, еще член подержать поможешь, а то я сам не справлюсь, — Чон вскинул бровь, даже не пытаясь скрыть остаточную агрессию, что бурлила по венам после стычки с Мингю и Донмином. Последнее, что ему сейчас было нужно, так это приятельский конвой. Джехен на фразу друга тяжело вздохнул и вскинул руки вверх, сдавшись. Он явно не горел желанием зазря огрести от нестабильного альфы. Окинув компанию взглядом и убедившись, что никто за ним не последует, Чонгук молча развернулся и нетвердо направился в сторону туалетов. Ему было необходимо остыть и привести мысли в порядок. Чудом не сбив никого по пути, парень вошел в туалет и, сделав еще пару шагов, тут же замер истуканом. У раковин спиной к нему стоял Тэхен собственной персоной и спокойно мыл руки. Он был лишь в тонкой, белой футболке, в то время как его приметная куртка аккуратно лежала рядом на тумбе. Заметив макнэ в отражении зеркала, юноша взглядом прошелся по его внешнему виду и после насмешливо сощурил глаза. — Вижу, вы отлично отдыхаете, — склонив голову набок, иронично проговорил он, тонко намекнув на потрепанный вид младшего, а Чонгука словно ледяной водой окатило, отчего он почти протрезвел, стоило ему заметить на открытой ключице Кима покрасневший засос. Может, Тэхен и не омега, но вот то, что он развлекался далеко не с бетой или омегой, Чон начал понимать, стоило ему чуть поглубже втянуть носом воздух. От юноши разило альфой так, что Чонгуку с его слишком чувствительным обонянием хотелось выйти из туалета. Но он не мог. Его будто к месту пригвоздило неожиданным осознанием того, что еще минуту назад казалось пьяным бредом. Он ведь никогда не интересовался личной жизнью Тэхена, а тот и сам не любил откровенничать. В их общении редко присутствовали темы отношений, разве что вскользь и не на личных примерах. На посиделках со старшими юноша обычно отмалчивался или мастерски уходил от темы, четко строя границы и демонстрируя свое нежелание делиться сокровенным. Почему Гук вообще решил, что Ким спал именно с девушками — непонятно. Чону почему-то казалось это вполне себе разумеющимся, хотя доказательств у него никаких не было. Поэтому и вопросов не возникало. Зато теперь их был целый вагон. Заметив излишне пристальный взгляд макнэ, Тэхен вопросительно вскинул бровь, выключил воду и повернулся к нему лицом: — Что? — Ты явно развлекаешься получше меня, — Чонгук мрачно кивнул на его засос, заставив хена нахмуриться и вновь взглянуть на свое отражение. Послышалось недовольное шипение. — Вот блять, — юноша чуть нагнулся над раковиной, приблизившись к зеркалу, и пальцами аккуратно провел по покрасневшей коже. — Ну какого ж хрена? Говорил же не кусаться. Опять от визажистов выслушивать… Пока Тэхен ворчливо бурчал себе под нос ругательства, альфа, воспользовавшись моментом, в открытую рассматривал его силуэт со спины. Просто «симпатичный бета»? Как бы не так. Когда юноша действительно хотел, то он мог дать фору любой омеге из их окружения, и Чон не видел смысла отрицать очевидное. Да и сам парень не то, что бы был ханжой: у него были знакомые, которые могли себе позволить развлечься с людьми своего пола, и Гук относился к подобным экспериментам вполне нейтрально. Страдать в их среде консерватизмом — та еще дикость. Но почему-то в отношение Тэхена его нейтральность не сработала. Возможно, потому что Ким даже и не пытался ему довериться, хотя Чонгуку казалось, что их отношения находились в необходимых пределах. Глубоко на задворках сознания возникла неприятная, до боли дурацкая, детская мысль, что тот же Чимин наверняка был в курсе этого. А Чон неожиданно чужого доверия как-то не заслужил. И от этого хотелось уколоть, да побольнее. — Да ладно тебе, хен. Нам альфам сложно удержаться даже от таких банальных меток, — едко хмыкнул Гук едва слышным голосом, однако в тишине туалета комментарий прозвучал достаточно четко и громко. Тэхен не повернулся, но напряженно замер, стоило язвительным словам сорваться с губ макнэ. Альфа понял, что попал в самое яблочко, когда заметил в отражении моментально похолодевший взгляд юноши, что наточенной спицей впился в него. Чонгук же в ответ раздраженно толкнул языком в щеку. Ким не метался и не пытался придумать какую-нибудь отговорку, как на его месте поступили бы многие, лишь молча следил и ждал дальнейших действий альфы. Он явно собирался защищаться нападением, ждал момента, как загнанный в угол хищник, и выпившего Чона это почему-то раззадорило. Обманчиво расслабленно сунув руки в карманы джинсов, он медленно направился к хену. — GD, не так ли? Хах, вот это я понимаю… Он сам на тебя клюнул, или пришлось постараться, чтобы набиться к нему в компанию? — Тэхен пристально наблюдал за альфой через зеркало, и когда тот подошел почти вплотную, он развернулся к нему лицом и сложил руки на груди, будто отгораживаясь. Чонгук успел заметить тусклую искорку испуга в глазах напротив, прежде чем ее потушило ненатуральным ледяным спокойствием. — А я все думал, чего ж ты вечно отмалчиваешься. Приблизившись к юноше, Чон вытащил руки из карманов и уперся ими в тумбу по обе стороны от Кима, буквально отрезав любые пути отступления. Запах Джиена стал невыносимым, поэтому Гук начал дышать не полной грудью и сквозь зубы. Помогало все равно не очень. Чужие феромоны оседали на языке, отдавая неприятной горечью. И ему это не нравилось. Повисло тяжелое молчание. Если поначалу хен с вызовом смотрел ему в глаза, то теперь взгляд юноши бегло скользил по лицу альфы, что было слишком близко. Чонгук наклонился достаточно, чтобы их глаза были на одном уровне, и теперь с интересом наблюдал, как Тэхен раз за разом задерживал взгляд на его приоткрытых губах, при этом нервно облизывая свои. — Какого хрена тебя вообще волнует, с кем я провожу время? — наконец, тихо проговорил он, на что Чонгук криво усмехнулся. — Трахаешься… — Тем более, — юноша откинулся назад в попытке увеличить расстояние между ними, но альфа не позволил ему этого сделать. Тогда Тэхен выставил руку вперед, упираясь напряженной ладонью ему в грудь, сохраняя остатки личного пространства нетронутыми. В его глазах скользнуло раздражение. — Ради интереса, тебе в принципе альфы доставляют, или этот какой-то особенный? — Тебя это не касается, Чонгук. Моя личная жизнь, а уж тем более постель — это не твоего ума дела, — он безуспешно толкнул парня в попытке выбраться из незатейливой ловушки с гордо поднятой головой, однако альфа даже не сдвинулся с места. Еще толчок — и ноль результатов. Собравшись с силами, Тэхен вновь впился в альфу острым взглядом и твердо произнес. — Отпусти меня. — Я и не держу. — Ты меня понял, — да, Гук прекрасно понимал. Длинные пальцы Тэхена больно надавливали на его грудные мышцы в попытке отодвинуть альфу от себя, но Чон не думал поддаваться, хотя и сопротивления особо не оказывал. Он сделал финальный шаг вперед, вжав юношу в тумбу своим весом, заставив Кима в итоге вцепиться в его плечи, удерживая равновесие. — Чонгук. — М? — Ты пьян, и я не хочу бить тебя. — За что? — с губ альфы сорвался негромкий смешок, что заставил Тэхена скривиться, будто от зубной боли. — За то, что нос суешь, куда не следует. Вот поэтому я ничего тебе и не говорил… Внезапно за спиной грохнула дверь, а тишину взорвал пьяный хохот, отчего они с Тэхеном вздрогнули. Хотя гомон быстро прервался, после чего послышалось сконфуженное: — Упс, похоже тут занято, — дверь вновь закрылась, а помещение погрузилось в молчание. Не прошло и секунды, как старший с неожиданной силой отпихнул от себя отвлекшегося альфу, после чего холодно произнес: — Сегодня я сделаю вид, что ничего этого не было. Но если ты еще хоть раз попытаешься задеть меня или зажать, как какую-то девку, я клянусь, я переломаю тебе руки, — под конец фразы юноша сорвался на низкий рык, от которого у Чонгука побежали мурашки по спине. Его глаза потемнели от едва сдерживаемой ярости и презрения. — Наслаждайся отдыхом, — небрежно схватив с тумбы куртку, Тэхен быстрым шагом покинул туалет, напоследок громко хлопнув несчастной дверью и оставив Чонгука наедине с его мыслями.

***

— Надеюсь, у тебя была серьезная причина притащить меня сюда, — нервно хмыкнул Тэхен, кинув мимолетный взгляд в огромное панорамное окно, что тянулось вдоль всей стены, открывая гостям великолепный вид на ночной Сеул. Сидевший напротив Джиен усмехнулся, ладонью откинув высветленные волосы назад. — Давай хоть раз притворимся адекватной парой. Я между прочим долго думал, куда нам с тобой выбраться, — заметив у омеги взгляд, полный скептицизма, он тут же рассмеялся. — Ладно, не я думал. Но я попросил менеджера. — Ага, и забыл предупредить, что я не особо дружу с высотой, — закатив глаза, фыркнул юноша. Не то, чтобы он был действительно недоволен: благо столик был на достаточном расстоянии от окна. — Не гунди, Тэ. Признай, что тебе нравится, — протянул альфа, с самодовольной ухмылкой откинувшись на спинку стула. Бесспорно, вид был впечатляющий. Тэхен вновь бросил взгляд в сторону окна, откуда было видно реку Ханган, стараясь не опускать глаза вниз. Не зря это место считалось одним из самых романтичных в столице. Легкий полумрак, нарушаемый лишь мягким светом свечей, приглушенная музыка и шикарный ночной Сеул с высоты птичьего полета. Сам юноша едва ли рискнул бы сюда пойти по своей воле. Во-первых, из-за несчастной боязни высоты, что частенько портила ему жизнь, а во-вторых, из-за нереальной дороговизны этого места. Пусть он и начал наконец зарабатывать, Тэхен все равно пока не мог себя заставить потратиться на нечто большее, чем среднестатистический фаст-фуд. — Черт с тобой, это круто, — согласился в итоге юноша, на что альфа довольно кивнул. — Я так и знал! — Не ты, а твой менеджер. Боюсь представить, куда бы ты привел меня своими силами. — Хм, я шарю в отличных барах, — омега поджал губы, стараясь не рассмеяться, что не ускользнуло от внимания Джиена, который тут же наигранно насупился. — Ну не умею я в романти́к, не смей меня осуждать. У их столика неожиданно появился официант с бутылкой красного вина. Разлив алкоголь по объемным бокалам, он так же бесшумно удалился, не смея больше нарушать покой посетителей. Альфа хмыкнул. — И все же я правда хотел сегодня посидеть как положено, — он поднял бокал, дождался, пока Тэхен возьмет свой и лишь после этого сделал глоток. — Хм, неплохо. Омега, прикрыв глаза, неспешно пригубил вино, смакуя. Явно дорогое, чуть вяжущее, оставляющее послевкусие вишни и корицы на языке. Начало было отличным, даже слишком. У Тэхена, наученного горьким опытом, складывалось впечатление, что ни к чему хорошему этот вечер не придет. По крайней мере, для него. Вновь взглянув на Джиена, юноша слабо усмехнулся и отставил бокал в сторону. — А у нас есть повод? — он сощурил глаза с легкой хитринкой во взгляде, однако альфа стал неожиданно серьезным. В груди потянуло от неприятного предчувствия. — Не то, чтобы, — Джиен замолчал, явно подбирая нужные слова. — Просто, боюсь, это наша с тобой последняя встреча. В подобном плане, конечно, — он глубоко вздохнул и отвел взгляд в сторону панорамного окна. Тэхен же молча ждал продолжения, чувствуя, как внутри все медленно опустилось. Нет, они изначально состояли в свободных отношениях и не претендовали на верность до гроба со стороны друг друга. Фактически, они лишь использовали друг друга для удовлетворения потребностей их организмов, как бы грубо это не звучало. Про великие чувства разговора не было. Он, в общем-то сам настоял на этом, Джиен лишь дал необходимое согласие. Однако, как ни крути, Тэхен не мог отрицать, что этот альфа был вполне ему приятен, даже симпатичен. И удобен. Да, омега привык к нему и не собирался отрицать очевидного. И уж что, а подобное заявление в планы юноши совсем не вписывалось. — Я встретил кое-кого. И надеюсь, что у нас получится построить что-то серьезное, — тем временем продолжил Джиен, вновь повернувшись к нему лицом. Над их столиком повисло молчание, из-за чего альфа неловко усмехнулся. — Твою ж, как по-уебански это прозвучало… — Да уж, ты бы хоть порепетировал что ли, — нервно хмыкнул в ответ Тэхен. Вновь взяв вино в руки, он прикончил его в несколько больших глотков, после чего отставил пустой бокал в сторону. Манерничать больше не хотелось. — Ну колись, кто она? — Почему сразу «она»? Я — человек, не ограниченный предрассудками, — тут же последовал ответ, из-за которого омега не смог сдержать негромкого смешка. — Ну что? — Джиен, мне не десять лет, чтобы кормить меня подобной лапшой. Когда дело касается действительно серьезных отношений — это всегда будет девушка, — юноша рукой подозвал официанта. Тот тут же приблизился, наполнил его бокал и хотел было уйти, как Тэхен его остановил. — Оставьте вино, пожалуйста, — официант молча кивнул, поставил бутылку на стол так, чтобы она не мешала гостям. Альфа удивленно вскинул бровь. — Решил напиться? — Нет, просто теперь не вижу смысла во всей этой прелюдии, — криво улыбнувшись, Тэхен сделал глоток. — Ну так что? Тяжело вздохнув, Джиен тоже отпил вина, окончательно посерьезнев и расслабившись. Действительно, к чему все эти маски, если правда уже выложена на поверхность. Теперь перед Тэхеном сидел взрослый, почти тридцатилетний мужчина с рассудительным взглядом, а не вечный балагур и душа компании, коим его видели большинство. — Она не айдол, сразу скажу. Ее не так давно перевели ко мне в стафф, но присмотреться к ней было время, — альфа небрежно покрутил бокал в пальцах, наблюдая как рубиновая жидкость переливается в мягком свете свечей. — Хм, не знаю, чем она меня так зацепила, но я наконец-то вновь хочу попробовать. Может, что и выйдет. Омега негромко хмыкнул. — Вот видишь, ты теперь еще один положительный пример в моей теории, — он бросил на Джиена насмешливый взгляд. Все всегда происходило по одному и тому же давно подготовленному сценарию. Без исключений. Однако тот неожиданно отрицательно покачал головой. — Ты сейчас, наверное, смеяться будешь, но у меня был момент, когда я хотел предложить тебе встречаться, — вопреки предположению насмешливая улыбка юноши заметно поблекла а брови удивленно взлетели вверх, стоило ему услышать слова альфы. — Представляешь, сидел как-то и думал «а почему бы и нет?». Мы отлично ладим, не надоедаем друг другу и не злимся на постоянные разъезды. Можно же добавить немного от настоящих отношений во все это? — он негромко усмехнулся. — А потом понял, что ты меня за такое предложение точно выставил бы без шанса на возвращение. Не хотелось так тупо расходиться. Ты же совершенно не доверяешь людям, у тебя это по взгляду видно. Даже не знаю, есть ли хоть кто-то кто знаком с тобой настоящим, — он одним глотком допил вино и выдохнул. — В общем, в итоге эта мысль была похоронена под тонной рабочих моментов и больше не всплывала. — Ну и хорошо, что не всплывала, — Тэхен откинулся на спинку стула и напряженно провел пальцами по высветленным волосам. Под ложечкой засосало от неприятной правдивости чужих предположений. — Мне бы не хотелось ругаться с тобой. Тем более по такой идиотской причине. — Вот об это я и говорю. Не знаю, кто так тебя обидел, Тэ, но я хочу сломать этому человеку пару-тройку костей. — Жизнь меня обидела, позволив появиться на этот свет, — Тэхен, прикрыв глаза, выдавил из себя болезненную ухмылку и пальцем провел по тонкому стеклу бокала. Конечно, были определенные люди. Были обстоятельства. Но эта история была не для ушей Джиена. Да и вообще ни для чьих ушей. Это не касалось никого, кроме его самого. Это была лишь его проблема.