A.S.P.E.R.

54

      Через открытые настежь окна верхнего этажа многоэтажки пробивался холодный ночной ветер. Разгонял алкогольный шлейф, стелящийся по комнате. Плазменный экран, где разыгрывалась классическая драма из мыльной оперы прошлого десятилетия, освещал полумрак комнаты. Хозяин квартиры сжал в ладони полупустой стакан с виски, услышав, как монотонность ночи прервал звонок в дверь. Выругавшись, Кристофер Бран поднялся с места, отставил напиток в сторону и нетвёрдым шагом направился в коридор. В последний миг замер у порога, прислушавшись к остаткам трезвости. Незваный гость ночью не мог принести добрые вести. Отступив на шаг, детектив услышал настойчивый повторный звонок.       — Крис, открывай, это я!       Услышав знакомый голос, детектив расслабил плечи. До затуманенного разума дошло, что проверить личность гостя можно через глазок.       — Что случилось? — Бран открыл дверь и уставился на соседа из квартиры напротив. Общались они редко — он даже не помнил его имени — но добродушно.       — У тебя работает электричество? — раздражённо спросил сосед. Сделал шаг вперёд и бесцеремонно оглядел чужую квартиру. Детектив не стал спорить и даже немного отодвинулся, демонстрируя, что в его жилище с электричеством всё в порядке. — Чёрт! У Гарри не работает интернет. Какие-то перебои весь вечер, и в самый важный день.       — Финальная игра? — вежливо поинтересовался Бран, поболтав виски в стакане.       — Да! — выпалил сосед и тут же развернулся. — Спасибо за помощь! Пойду звонить в жилищную компанию. Не то время и день они выбрали, чтобы в очередной раз проводить свои проверки!       Сосед успел гневно скрыться в своей квартире. Бран, пожав плечами, закрыл свою и уже собирался вернуться к работающему телевизору, но стоило сделать пару шагов, звонок повторился. Покачав головой от неугомонности соседа, Бран развернулся и распахнул дверь. Комок подступил к горлу, пальцы крепче сжали бокал. Киллер в чёрной одежде и маске стоял перед ним и направлял в живот дуло пистолета. Знакомый киллер. Он махнул рукой, намекая пройти обратно в квартиру, и Бран не стал препираться. Собственное оружие далеко — в ящике письменного стола. Бежать к нему чертовски глупо.       — Не поздновато для рабочего визита? — Бран с тревогой наблюдал, как демонстративно медленно, не опасаясь соседей, киллер заходит в квартиру и закрывает за собой дверь.       — Разве не говорят: «когда город засыпает, просыпается мафия»?       — Мефис?..        — Не угадал. — Киллер снял капюшон. Бран сжал челюсти, как только понял, что под маской в этот раз не сдержанный сын Пирса, с которым можно договориться, а его безумная дочка. — Но есть ещё шанс поразмыслить о цели моего визита.       Дэмьен дёрнула рукой с пистолетом. Всё ещё шумел телевизор, но Бран уже не слышал, о чём говорят на экране. Он послушно прошёл в комнату, как ему велели, в надежде, что, когда дойдёт до стола, шансы на защиту уравняются.       — Что хочет Сэмюэл? — спросил детектив в попытке избежать игры в «кошки-мышки», чем славилась девица напротив.       Та, не слишком раздосадованная тем, что её реплику проигнорировали, небрежно пожала плечами. Интуитивно детектив отступил, когда она снова приблизилась. Импульсивность, пожалуй, самое страшное, каким качеством может обладать киллер.       — Того же, чего и всегда, — не слишком конкретно ответила Дэмьен.       Бран бросил быстрый взгляд на стол, к которому отступил под дулом всё ещё направленного на него пистолета. Если он застрелит дочь мафиозного босса, пути назад не будет — придётся покинуть Вавилон этим же вечером. Но если это спасёт ему жизнь, цена не слишком велика. Однако, снова посмотрев в лицо смерти, детектив сглотнул. Дэмьен проследила за его взглядом. Заметила. Бран замер. Но девушка лишь снова указала пистолетом на стул. Детектив послушно присел и глянул на неё, просчитывая варианты. Смешно. Не может в такой крохотной девушке быть столько сил и агрессии. А он не настолько пьян сейчас. Успеет обезоружить её.       — Лови.       Бран едва успел схватить брошенный в него предмет. Небольшой, чёрный… Опустив глаза, невольно сглотнул.       — Зачем мне это?..       — Вдыхай, — всё так же ровно сказала Дэмьен.       По телу прошла волна ужаса. На спине выступил холодный пот. Дэмьен не могла знать… Сэмюэл!.. не мог знать.       — Нет, — тут же ответил Кристофер, откладывая вручённый парогенератор на стол.       — Придётся, — цыкнула Дэмьен, словно разговаривала с маленьким ребёнком. — Иначе будет хуже.       — Пусть будет, — согласился Кристофер. — Всё лучше, чем эта отрава. Я был в Ортэме. Видел, что она делает с людьми.       Дэмьен хмыкнула. Её следующее движение оказалось настолько резким, что при всей готовности Бран не смог его отразить. Закрыла собой ящик, где лежал пистолет, и вместо того, чтобы схватиться за оружие, он ударил по девичьему бедру. Хватка киллера на шее оказалась столь крепкой, что детектив ощутил острую нехватку кислорода. И вместо того, чтобы оттолкнуть девушку, схватить и повалить на стол, ударить… В панике вдохнул спасительный воздух. И тут же закашлялся от горького вкуса.       Он понятия не имел, как Дэмьен успела подсунуть ему парогенератор, пока пытался выкашлять дым, но уже чувствовал, как тот ядовито расползается в лёгких.       — Видишь, это не так страшно, — заметила Дэмьен, отходя назад. — А ты боялся… У него моментальное действие. Удобно для продвижения на рынке, — добавила она, когда Бран чаще задышал. Уселась в ближайшее кресло и принялась неотрывно наблюдать.       Эффект не заставил себя долго ждать. К учащённому дыханию примешались хрипы. Бран бешено завращал глазами и откинул голову назад. Дэмьен озадаченно нахмурилась. Через несколько секунд детектив схватился за голову и запричитал. Бормотания вскоре перешли в мольбы и тихие всхлипы. Бран выпрямился, принялся оглядываться так, словно его окружали со всех сторон. С шумом он отодвинул ящик и выхватил пистолет.       Дэмьен успела только дёрнуться, но детектив вместо неё выстрелил себе в голову. Тело отбросило назад, а пистолет с грохотом упал на пол. Цыкнув, девушка спешно поднялась. Успела схватить оружие, когда услышала шум за входной дверью. Выругалась и бросила оружие на стол. Забрала парогенератор из цепко сжатой ладони мертвеца и поспешила к выходу.       …Рэймонд резко открыл глаза. Яркий утренний свет ударил так сильно, что на миг показалось, ослепит. Со стоном киллер потёр веки, пытаясь привести себя в чувство. Только теперь он заметил, что находится на улице, а не дома. Прохожие благоразумно не обращали внимания на лежащего в луже у стены человека, пока тот с усилием старался подняться на ноги и хоть что-то разглядеть перед собой.       Это только сон. Побочный эффект смешения алкоголя и таблеток. Со временем, несмотря на предупреждения окружающих и собственные попытки бросить, стало лишь хуже. Если он, наконец, не пресечёт всё это, однажды проснётся не в луже, а посреди Вердже с верёвкой на лодыжках и камнем на песчаном дне.       Глубоко вдохнув, Рэймонд с трудом поднялся. Голова нещадно раскалывалась на части. Он совсем немного не добрался до подъезда. Преодолев теперь эту незначительную преграду, перешёл из солнечной улицы в мрачный подъезд и привалился к уже прохладной стене. Потребовалось постоять здесь ещё прежде чем продолжить путь. Пока он поднимался к себе, несмотря на всю прискорбность состояния, обоняние в очередной раз уловило пресловутый вишнёвый запах, разбавленный спиртом. Дэмьен?.. После того, чем они занимались в его машине, не удивительно…       Рэймонд остановился у порога, кинув ключи на тумбочку. Тот же запах, что был и в квартире Брана. И в лаборатории, когда Дэмьен била пробирки. Прошёл на кухню и налил стакан воды, а после киллер вспомнил. Ядовито-сладкий запах, оставшийся от дыма, что выпустил Мефис. Неужели достаточно пары вдохов рядом, чтобы и на Рэймонда накатил подозрительный сон?.. Но Мефис говорил, что эффект Ви-6: проживание счастливых моментов жизни, что и вызывало зависимость. А единственное, что раз за разом видел Рэймонд во снах — сплошная жуть. Примерно такая же, какую словил Бран под действием аналога Дэмьен…       Достав из кармана свои таблетки, Рэймонд задумчиво на них уставился. Нет. Не может такого быть. Дэмьен мало продвинулась в исследованиях. И форма её препарата не таблетированная, а, скорее всего, тоже в виде жидкости. Да и не стала бы она… Хотя с чего Рэймонду верить, что она бы не стала его травить за спиной. Это ведь весело. Дэмьен на всё способна. Он убедился. И хотя уже подозревал её и с трудом заверил себя, что ничего плохого Дэмьен не совершала, то было лишь самовнушение. Достоверных фактов, опровергающих это, по-прежнему нет.       В любом случае, чтобы понять, какая дрянь ломает его разум: будь то Ви-6 или любая другая, необходимо не только разобраться в химии этого чудодейственного вещества, но и в различных его аналогах. Как удобно, что буквально на днях им удалось раздобыть рецепт.       Достав телефон, Рэймонд цыкнул, разглядывая в очередной раз побитый экран, и набрал номер Дэмьен.       — Протрезвел? — послышался её весёлый голос.       — И тебе доброго утра. Ещё никого не успела убить? — поинтересовался Рэймонд, припомнив остатки дурного сна.       — Конечно, к обеду у меня обычно набирается парочка свежих трупов. Ближе к делу. Я занята.       — Чем?       — Аналогом, разумеется, — сказала Дэмьен таким тоном, словно со стороны Рэймонда слишком глупо этого не понимать. — Быстрее разберусь, быстрее забуду. Настроения на его изобретение как не было, так и не появилось.       — Ради него и звоню. Мне нужно глянуть рецепт.       — О-у, тоже решил податься в химики? В последнее время этих самоучек столько развелось — прямо-таки самая востребованная профессия Вавилона.       — Так ты дашь? — нетерпеливо спросил Рэймонд. — В конце концов, нашёл его я.       — Мог и не напоминать. Мне не жалко. Моя лаборатория находится в Китрихе, улица Дейвери. Пятый дом справа от перекрёстка.       — Лаборатория?..       — А ты думал, я со всем этим развлекаюсь дома? Давно бы уже его подорвала такими темпами. — Дэмьен хихикнула. — Только приходи вечером. У меня планы на обед. Всё равно до этого времени ты едва ли протрезвеешь.       — Смешно, — кисло сказал Рэймонд. — До вечера.       Он первый сбросил звонок. Дальше перекидываться колкостями не имело смысла — пустая трата времени. Мозг и так не соображал, не давая возможности даже толком понять, чего именно Рэймонд хочет добиться от Дэмьен вечером. Может, когда протрезвеет, умная мысль и сформируется в его голове. А пока оставалось только дождаться.

55

      Майкл ещё раз сверился со скинутым на телефон адресом. Пришёл он правильно. В том, какие ориентиры оставила Дэмьен, имелось определённое своеобразие, однако, на удивление, найти упомянутое место удалось без труда. Майкл сам предложил встречу. Впервые — как правило, они назначались её стороной, и его устраивало отсутствие инициативы с собственной. Но с момента наглого встревания Цина в их свидание, Дэмьен так и не написала, и Майкл стал волноваться, не сказался ли так на девушке стресс. Депрессия — не редкая реакция на созерцание убийства. Стоило отправить смс, Дэмьен ответила моментально, и когда Майкл неожиданно для себя предложил прогуляться, согласилась. Но, сославшись на большое количество срочной работы, предложила вместо уже давно привычной прогулки заглянуть к ней в мастерскую. Ничего плохого Майкл в этом не увидел и согласился.       Единственным неприятным во всём мероприятии был начавшийся ещё утром ливень, к обеду усилившийся настолько, что даже широкий зонт не спасал от того, чтобы верхняя одежда промокла насквозь. В ботинках неприятно хлюпало, дождь заливал всё так, что сложно было разглядеть окружение на ближайшие десять метров. Влага стекала по ресницам, и от частого моргания заболели глаза. Ничто не защищало от внезапно раскапризничавшейся погоды, и это портило настроение, подпитывая и так прокручивающиеся заевшей пластинкой мысли о том, как завершилось их с Дэмьен свидание. И превалирующим в этом были не объятия с девушкой, а распластавшееся по асфальту тело. Майкл не мог перестать думать об этом, когда остановился у двери лаборатории в надежде, что пришёл в итоге по правильному адресу.       — Не ожидала, что ты всё же придёшь. Проходи! — Дэмьен просияла, как только увидела его на пороге, и пропустила внутрь.       Из-за количества просмотренных в детстве однообразных фильмов — тех крох, что позволяли смотреть в приюте один раз вечером в выходной — при упоминании «мастерской» или «лаборатории» Майклу неизменно представлялись высокие резервуары с водой, где плавали выращиваемые в пробирках тела, множество стоящих рядами на старых деревянных столах колб, почему-то в воображении обязательно имеющие кислотно-зелёный или оранжевый цвет, банки с органами вдоль стен, с десяток странных часов на стенах, жестяные приборы неизвестного предназначения и другие не менее несвойственные реальности вещи.       — Это какие же фильмы вы там смотрели? — искренне удивилась Дэмьен, поморщившись, как только Майкл поделился с ней своими мыслями.       — Названий я не помню, но какие были, — пожал плечами Майкл. Виновато посмотрел на то, сколько воды с него натекло на пол и поставил у стены насквозь промокший зонт.       Вопреки воображению, место, где обитала и работала Дэмьен, было довольно простым. Единственное, что бросалось в глаза — творческий беспорядок. Всё находилось в каком-то подобии хаоса, в котором разобраться явно могла только его хозяйка. Майкл оглядел колбы с прозрачными жидкостями, разбросанные по столу инструменты и отвернулся.       — Как настроение? — Майкл решил начать издалека. Подавленной девушка не выглядела. Да и вообще, казалось, забыла, что произошло на свидании, с которого он поспешно отправил её домой.       — Прекрасное! — Дэмьен широко улыбнулась. — Один мой… коллега сильно облегчил мне работу. Правда, придётся немного переработать его вклад в общее дело под мои собственные интересы, но без него у меня бы и вовсе ничего не вышло. — Девушка посмотрела на Майкла как-то особенно многозначительно. — А у тебя с работой всё хорошо? Удалось разобраться с коллегой, толкающим других под колёса? — От того, как буднично Дэмьен произнесла это, Майкл на мгновение потерял нить мыслей. Даже в лице не изменилась. Хотя, может, ему только показалось? В последнее время Майкл ужасно спал, и недосып сказывался не только на работе, но и на повседневной жизни. — Это ведь тот самый, что постоянно ставит тебе палки в колёса? Надо же, каламбур… — Дэмьен усмехнулась, сняла латексные перчатки и бросила их на стол к пробиркам.       — Он самый, — пробормотал Майкл, невольно наблюдая за её действиями. Ему вспомнился судмедэксперт полицейского участка. Его безмятежная улыбка, пока рука находилась в глубинах мёртвого тела. Майкл неуютно повёл плечами, пытаясь выбросить из головы неуместную ассоциацию.       — Теперь понятно, почему часть коллег его боится, и «как» он расправляется с конкурентами, — хмыкнула Дэмьен. Стянув кожаный фартук, она бросила его рядом с перчатками и отошла от столика. Всего за несколько минут на столик рядом — так же уставленный пробирками с подозрительно горьковатым запахом — опустились две чашки с чаем, а сама Дэмьен уселась на стул и жестом указала Майклу на соседний.       — Джей Ди не был ему конкурентом, — хмуро возразил Майкл, присаживаясь. — Он был стажёром. Юный и очень наивный парень. В Цине видел едва ли не идола и смотрел на него вожделенными глазами.       — А был бы умнее — не оказался бы в такой ситуации. — Дэмьен закинула ногу на ногу. Достав из кармана сигареты, прикурила и выпустила дым в воздух. Майкл повёл носом, улавливая запах вишнёвого ароматизатора.       Он хотел бы поспорить, но решил промолчать. В какой-то степени, единственное, что его волновало — не случился ли у девушки нервный срыв после свидания с ним. Судя по всему, Дэмьен была абсолютно в порядке, а почему произошедшее не тронуло нежную девичью психику, не столь важно. Майкла это вполне устроило.       — Жаль, что произошедшее не удалось задокументировать, — откашлявшись, продолжил он. — На видео, например, записать. У меня был бы компромат на него. Жизнь на работе точно стала бы проще. Да и понять, что он не всесильный, Цину точно бы не помешало.       — В городе есть сеть камер — можешь проверить, попали ли они в их поле зрения, — предложила Дэмьен, почти не раздумывая. — Думала, вам, детективам, они всё равно, что телефон в кармане — постоянно пользуетесь.       — Не всё так просто. Но совет неплохой… — поняв, что исполнил цель своего визита, Майкл задумался, как бы ещё занять время до своей следующей встречи, ожидаемой через час. — Так значит… это твоя лаборатория? Расскажешь, чем здесь занимаешься, или это, как в фильмах, «совершенно секретно»?       — У тебя всё мировосприятие на фильмах строится? — улыбнулась Дэмьен. Однако в лице её появилось куда больше отзывчивости. Она указала в другую сторону, где у стены стояли механические приспособления с абсолютно неясной Майклу формой и функцией. — Вообще-то вот моя основная работа…       Судя по воодушевлению, с которым говорила, свою работу Дэмьен не просто любила, а обожала. О механике и электронике она говорила с таким воодушевлением, с каким даже матери не говорят о своих детях. Показывая Майклу собственноручно нарисованные эскизы в потёртом большом альбоме, Дэмьен бормотала всё быстрее и оживлённее. В рисунках и схемах Майкл не соображал абсолютно ничего. Даже близко он так же не понимал, о чём говорила ему девушка — всё равно, что неизученный иностранный язык. Однако один только её энтузиазм вызывал на лице улыбку и желание продолжать расспросы, не вникая даже в суть, лишь бы Дэмьен продолжала восторгаться в своём рассказе.       — А это что? — Майкл остановил ладонь Дэмьен, когда она уже почти добралась до конца своего альбома. — Выглядит знакомо…       Дэмьен замолкла и растеряно посмотрела на старый, смятый и затёртый рисунок. Эскиз походил на механическую руку, но в многочисленных схемах и линиях Майкл ничего не разобрал. Даже не был до конца уверен, действительно ли это такой вариант верхней конечности — больше походило на рисунок из комикса.       — Чем-то напоминает витто-протез компании Эшфорда… — Майкл помрачнел. Вспоминать об отце прямо сейчас не хотелось. Тот и так периодически давал о себе знать, и не самым приятным образом. Но ассоциация сложилась сама собой. К компании Майкла отец не допускал. Максимум чего ему удалось достичь — помощи на производстве препарата Ви-6. Компанию по протезированию же Айзек держал далеко от детей. Несбыточная мечта — как казалось Майклу в ранние годы.       Всё воодушевление Дэмьен резко испарилось. Она закрыла альбом и сжала его в руках. Всего за мгновение из пышущей жизнью и вдохновением изобретательницы она стала мрачной противоположностью самой себя.       — Правда похоже? — спросила она. Даже тембр голоса её изменился. Стал ниже.       — Э… — Майкл растерялся. — Не то, что бы я во всём этом разбирался… Просто напомнило. Они везде — реклама в каждом автобусе. Я сказал что-то не так? — опыт подсказывал Майклу, что с частью девушек порой, даже не понимая логики, стоит сразу признать свою неправоту и не задумываться о происходящем дольше, чем требуется. Лезть в рабочие мысли Дэмьен он не собирался, как и она не лезла в его. Пытаться разворошить её душу тоже не хотелось — они не подростки, чтобы развлекаться такими забавами. — Мне жаль, я не хотел.       — Всё в порядке. — От ещё одной резкой перемены настроения Майкл растерялся ещё сильнее. Дэмьен вмиг стала вновь весёлой и беззаботной. — Ты прав — реклама в каждом автобусе. Забей на это. Показать тебе, на что пришлось променять все мои механические шедевры?       Не дожидаясь ответа, Дэмьен развернулась к столам, где кипели над огоньком горелки колбы с прозрачной жидкостью. Рассказывала о новом проекте она уже с меньшим энтузиазмом, однако, запутавшись в обилии неизвестных терминов, Майкл с умным видом продолжал кивать. Он терпеливо ждал, что девушка вот-вот выдохнется, но, когда это произошло, за окном успело стемнеть.       — Похоже, я совсем тебя утомила. — Дэмьен лукаво улыбнулась, кажется, совсем не устав от бесконечных рассказов.       — Просто в последний раз настолько близок к химии я был только в школьных классах, — улыбнулся Майкл, усаживаясь обратно на стул с очередной чашкой предложенного чая.       — Правда? — внезапно спросила Дэмьен.       Майкл нахмурился. Её вопрос прозвучал будто… с подвохом. Но этого не могло быть. Девушка не могла знать ни о том, что его отец неофициально промышляет распространением самого жуткого наркотика в городе, ни того, что Майкл вовлечён во всю его сложную и хитрую систему. Поёрзав на стуле, детектив подумал, что когда хранишь какую-то тайну, любое, даже самое мелкое напоминание вызывает тревожное чувство, будто тебя поймали с поличным. И такая его неуместная реакция только компрометировала его.       — А разве может быть что-то ещё? — добродушно улыбнулся он, отхлебнув чай.       Взгляд Дэмьен сменился задумчивостью. Снова её вид как-то слишком кардинально преобразился, и в зелёных глазах заиграли искры печали.       — У меня… — неуверенно начала она. — Брат недавно подсел на наркотики. Ви-6. Слышал о таком?       Майкл сглотнул и отставил чашку в сторону.       — Да, кажется… о чём-то таком говорили в участке. Кто-то даже дело по этому поводу ведёт.       — Было бы хорошо, наконец, прикрыть их, — кивнула со всей серьёзностью Дэмьен. — Брат… не выкарабкается, скорее всего, — вдохнула она через силу. — Знаю, я верю в лучшее, но… голос разума всё равно подсказывает, что ничем хорошим его зависимость не закончится. А самое ужасное… — Она подняла блестящие глаза, и у Майкла что-то сжалось внутри. — Я понятия не имею, что толкнуло его на это… Всё ведь было хорошо. У него было всё… Зачем он это сделал?..       — Я не знаю… — зачем-то ответил Майкл, хотя глупее ответа на столь трогающий душу вопрос и придумать нельзя. Но звучало в голосе Дэмьен такое отчаяние, что всё внутри переворачивалось и стягивалось в тугой узел.       — Да… — пробормотала Дэмьен. — Конечно… Извини. Это всё тревога за его здоровье.       — Я понимаю.       На самом деле Майкл не мог точно сказать, разделяет ли беспокойство Дэмьен. Его старший брат — Азур — принимал уйму самой разной дряни, и не один раз Майкл вызывал скорую, когда у того останавливалось сердце. И каждый раз, когда рука замирала над девяткой и единицей на экране телефона, что-то всё же заставляло Майкла нажать и назвать диспетчеру адрес. Но никогда при этом Майкл не испытывал истинного страха за его жизнь. Пытался убеждать себя, что помогает из банальной человечности. Что именно это отличает его от того же Хейзела, который с радостью бы оставил любого из младших умирать с улыбкой, ведь всё наследство тогда отойдёт ему одному. Ещё бы и сам любезно повернул брата на живот, помогая задохнуться.       — Правда, понимаю, — внезапно выдал Майкл. — Мой брат тоже наркоман.       Дэмьен посмотрела на него в искреннем удивлении. На её лице даже отразилась растерянность — она явно не ожидала, куда повернёт диалог. Майкл и сам не ожидал. Он не просто не любил говорить о своей семье. Он никогда и ни с кем её не обсуждал. Ни с малочисленными друзьями, ни с небольшим количеством бывших партнёрш. Даже эта совершенно незначительная толика информации, брошенная для моральной поддержки, а не с целью открыть душу, уже показалась огромным шагом в какую-то пугающую пропасть.       — Тоже принимает Ви-6? — в глазах Дэмьен появилось нечто странное. Майкл глубоко вдохнул от внезапной тяжести диалога.       — Нет. Но он, по-моему, испробовал всю возможную дурь, какую смог найти в Вавилоне. Пять клинических смертей. Три из них рядом с мной. Насколько мне известно, его мать тоже была под кайфом, когда зачала его.       — Его мать? — Дэмьен нахмурилась.       — У нас с братьями общий только отец. Матери разные. Один раз, под кайфом… перед первой своей передозировкой брат что-то бормотал о ней. Я тогда ничего не разобрал, но его бешеные красные глаза вряд ли забуду.       — А отец? Закрывает на это глаза? Или брат сам не позволяет себе помочь?       — Он уже раз десять лежал в реабилитационных клиниках. Несложно догадаться, что безрезультатно. А отец… иногда мне действительно кажется, ему до нас совсем нет никакого дела.       — Уверена, это не так, — голос Дэмьен прозвучал искренне. — Просто ещё не случилось чего-то такого, чтобы он мог это доказать.       Майкл усмехнулся, а потом улыбнулся.       — Извини. Перевёл все стрелки на себя, когда ты высказала своё беспокойство.       — О, ничего страшного. — Дэмьен выглядела так, словно её действительно не волновало ни сказанное Майклом, ни собственные переживания, в которых она признавалась совсем недавно. — Оказывается, у нас с тобой куда больше общего, чем мне казалось на первый взгляд.       — Лучше бы это «общее» было чем-то вроде любимых фильмов, а не проблем в семье, — попытался отшутиться Майкл.       — Уверена, если упорно поискать, найдётся фильм, который нравится нам обоим.       Совместными усилиями тяжёлая беседа перетекла в непринуждённую. Оба собеседника, казалось, старались как можно быстрее уйти от неприятных тем, а потому диалог становился всё более примитивным, едва ли не скатываясь в абсурд. Однако, это помогало. Через время Майкл успел забыть о плохом, и, судя по улыбке Дэмьен, она тоже. Разговор, наконец, приобрёл нечто приземлённое и бытовое — так обычно и общаются парни с девушками, у которых нет изощрённого багажа за плечами, а последнее свидание не заканчивалось жестоким убийством. Время текло незаметно, и единственное, о чём теперь размышлял Майкл, что с Дэмьен приятно. Простое общение не обременяло и даже внезапное откровение не оставило за собой противного липкого осадка. В результате, когда Дэмьен впервые за весь диалог отвлеклась, достав завибрировавший телефон, Майклу показалось, что он буквально «пришёл в себя», как после алкогольного опьянения или затяжного глубокого сна. Он поморгал и растерянно огляделся, вылавливая в поле зрения элементы лаборатории. Через окно подкрался вечер — вдалеке загорелся первый фонарь.       — Кажется, мы с тобой совсем заболтались, — проворковала Дэмьен, клацая пальцем по экрану телефона.       — Похоже. Я отвлёк тебя от работы? Ты с самого начала говорила, что это важно.       — Вообще-то да, но и я хорошенько тебя отвлекла. — Девушка лукаво улыбнулась и стрельнула в него глазами. После столь длительного общения, Майклу показалось, что от этого взгляда у него внутри что-то замерло. — Увы, работа напомнила о себе. Ко мне должен зайти коллега, и, подозреваю, нас ждёт жаркое обсуждение будущего проекта.       — Тогда мне не стоит мешать. — Майкл поднялся и невольно глянул на рабочее место, где всё ещё лежали кожаный фартук и латексные перчатки. — К тому же, кажется, я опоздал на важную встречу.       — Оу. Мне жаль.       По-настоящему виноватой девушка, впрочем, вообще не выглядела. Это вызвало у Майкла улыбку.       — Не страшно, эту встречу всегда можно перенести. Так что, думаю, в рабочем плане мы с тобой квиты.       Дэмьен усмехнулась. Майкл поймал себя на мысли, что ему нравится этот немного странный, но милый жест. Мысль эта лишь заискрила сильнее, когда, провожая его из лаборатории, Дэмьен привстала и снова сама поцеловала его. Майкл невольно вспомнил их последний поцелуй, прервавшийся слишком кровавым образом, и дёрнулся в первый момент, но Дэмьен ухватилась за него, не дав полноценно отстраниться. Ассоциация прервалась, и Майкл отдался поцелую без лишних мыслей.       Впервые, прощаясь с Дэмьен, он подумал о том, что свидание вышло слишком коротким, и ему не хотелось бы его прерывать.       Дела насущные напомнили о себе слишком быстро — не успел Майкл отойти на приличное расстояние от улицы, где находилась лаборатория, настойчиво зазвенел телефон. Только сейчас Майкл обратил внимание на количество пропущенных звонков.       — Ты должен был позвонить ещё три часа назад.       — Должен? — приподнял бровь Майкл, остановившись на светофоре. — Кажется, это тебе нужна «сверхважная» информация, а не мне.       — И где ты сейчас? — после короткого молчания спросила Амбер.       — Скину адрес смс-кой.       Геолокацию Майкл выбрал подальше от мастерской Дэмьен. Мало ли что взбредёт в голову родственникам. Они, судя по всему, как и отец, готовы на любые мерзости для достижения целей. Временами Майкл пытался убеждать себя в том, что не такой, но ловил себя на мысли, что и эта неприятная черта передалась ему от родителя.       На назначенном месте он ждал не слишком долго. Только увидев, как к ближайшему дому подъезжает машина, Майкл вдруг понял, что дождь прекратился, а зонт он оставил у Дэмьен. Азур хлопнул водительской дверью. Брату так точно плевать на дождь и холод — лёгкая голубая ветровка не скрывала тонкой футболки. А сестра, показавшаяся следом, как всегда при параде даже в слякоть: длинная блестящая юбка и поверх этого кожаная обтягивающая талию куртка. Амбер по жизни старалась выглядеть эффектной, вне зависимости от того, нужно ли это обстоятельствам. Как будто жила последний день жизни, не желая умирать некрасивой и ненакрашенной.       — Не знал, что ты будешь в сопровождении, — сказал Майкл, как только Амбер остановилась рядом. Брат шёл на несколько шагов позади. От слов Майкла он усмехнулся и прислонился к фонарному столбу неподалёку. На его голову тут же капнули остатки дождя, и, поморщившись, парень натянул на голову капюшон.       — А что, какие-то проблемы? Уединиться с ней хотел? Так, вроде, давно уже подавил это бессмысленное желание.       Руки у него заметно подрагивали, пока Азур не сунул их в карманы ветровки. Следом он тут же достал сигарету и прикурил. Присмотревшись, Майкл подметил заплывшие красным глаза. Невольно повёл носом и почуял знакомый гадкий запах.       — И ты не боишься с ним ездить? — удивлённо посмотрел он на Амбер.       — Слежу, чтобы не вписался куда-нибудь. — Сестра безразлично пожала плечами. — И так столько тачек разбил.       — И всё ещё живой, кстати, — горделиво заявил Азур, поигрывая сигаретой.       — Однажды удача от тебя отвернётся. — Майкл не знал, говорил это с толикой затаённой надежды или с искренним нежеланием, чтобы жизнь брата так глупо оборвалась. Возможно, ни то, ни другое.       — Во всяком случае, пока что она мне благоволит. — Азур глубоко затянулся и уставился на проезжую часть, демонстрируя полное отсутствие заинтересованности в диалоге.       — Зачем ты с ним возишься?       — А почему нет? Он же мой любимый братик, — саркастично усмехнулась Амбер.       — Он тебе даже не родной.       — Как и все вы. Но Азур меня, в отличие от вас с Хейзелом, всегда поддерживал, да и вообще он хороший человек. Только зависимый. И мы с тобой оба знаем, почему. — Она в намекающем жесте изогнула тонкую бровь. — Давай ближе к делу. Или хочешь ещё обсудить семейные дела? Например, насколько Айзек доволен проделанной работой, или что ты потихоньку сливаешься с производства Ви. Какой-то ты действительно в последнее время странный стал. Не звонишь толком, не пишешь, на деловые встречи даже не ходишь. Проникся радостями мирской жизни?       — Занят на работе, — коротко ответил Майкл и тут же свернул диалог, перейдя к более важной теме. — Мне нужна твоя помощь. Рэймонд работал в одной из больниц и громко оттуда уволился. Я хочу, чтобы ты достала мне его последнюю историю болезни. Уверен, твои знакомые смогут её извлечь из архива без официальных запросов и вообще лишней шумихи. Я напишу тебе название больницы и отделения.       — Думаю, мне это по силам… — Амбер на мгновение замолчала, посмотрев в сторону, а потом в подозрении подняла глаза на брата. — Только зачем тебе это? Вроде как, это не совсем то, чего ждёт от нас Айзек.       — Айзек ждёт, что мы убьём друг друга быстрее, чем Рэймонда. Или думаешь, он действительно хочет нас «чему-то научить»?       — Думаю, из нас всех вы с Хейзелом сильнее жаждете того, чтобы папочка вас безмерно ценил и уважал. Неужели обычной любви вам обоим настолько мало? Обязательно играть в игру «у кого больше»?       — Из твоих уст это звучит лицемерно.       — Я не виновата в том, как он решил демонстрировать свою любовь. — Амбер состроила почти невинное и одновременно кокетливое лицо и демонстративно прижала ладонь к груди. — А что ты мне дашь взамен за эту помощь? Кажется, мы с тобой уже на что-то договаривались. О чём ты уже давно молчишь.       — Договаривались. На днях Цин прикончил одного человека. Толкнул под машину при свидетелях. — Амбер удивлённо округлила глаза, но прежде чем успела ответить, Майкл продолжил. — Этого твоему клиенту должно хватить для удовлетворения запроса.       — Да, более чем. Только есть у меня подозрение, что свидетель — это ты. А, учитывая, что тебя можно расценить как предвзятого, это не очень выгодное решение. У тебя есть доказательства? Больше одного левого свидетеля. Видеозапись, может, чей-то донос анонимный хотя бы? Что-то, с чем можно работать, а не пальцем в небо тыкать, говоря: «этот парень реально плохой, поверьте честному человеку».       Ответом Амбер стало молчание.       — Понятненько. Тогда давай так: я предоставлю тебе историю болезни, как только ты найдёшь мне любой вид доказательств. Очень честная сделка, согласен?       — Согласен, — хмуро ответил Майкл, уже прикидывая во сколько ему всё это обойдётся, и стоит ли оно того. — Но всё равно поспеши. Не хочу больше затягивать с этим дурацким делом. Имя Рэймонда мне скоро в кошмарах сниться будет.       — Всё зависит от тебя, mon amour.

56

      Таблетки в этот раз Рэймонд решил не принимать. Голову ломило от боли, всё тело разбирал на части тремор, а к глазам понемногу горячим приливом подбиралось ощущение, будто они сейчас вытекут из орбит, оставшись висеть на тугом сплетении нервов. Вытерев пот со лба, Рэймонд на ходу стянул очки и положил их в карман. Теперь они только мешали, усиливали боль. Зачем так мучить свой организм, ведь до этого дня ничего не мешало принимать таблетки, подозревая некачественный состав, не понимал даже сам Рэймонд. Но что-то внутри подсказывало — его всё достало. Организм бунтует, пусть и посредством ухода в мазохистичный припадок.       Неоновые огни вывесок резали глаза, и Рэймонд старался не смотреть по сторонам. Гудки машин и шум колёс звучали оглушающе громко, вызывая желание сжать голову руками, словно умалишённый. Ещё недавно заливающий улицы дождь прекратился, и теперь ботинки хлюпали по не успевшим стечь по стокам лужам. Пройдя через узкий проулок, Рэймонд пошатнулся и привалился плечом о стену. Усталость валила с ног. Он так и не смог достойно прийти в себя после утреннего пробуждения. Его разрывало от необходимости выбирать: выпить таблетки и словить заряд бодрости или отказаться от них и предаться своеобразному варианту синдрома отмены. Круговорот бесконечного и уже много времени как бесконтрольного приёма таблеток, постоянные смены поставщиков привели к тому, что Рэймонд уже не понимал, плохо ему с ними или без них. Что ему делать: принимать их или нет? Когда уже наступит то благословенное избавление от боли, которое ему так долго и навязчиво обещали?.. Или он проклят на веки оставаться в кипящем котле из боли и смазанных цветов из-за одной фатальной ошибки?       Мир перекосился. Остро вонзился в сознание мириадами разбитых осколков, впившись в глаза. Рэймонд зажмурился и прижал к ним ладони. В голове раздался хруст стекла под подошвами. Громкий плач и тихий визг. Бесконечное хныканье. И темнота. Долгая, настолько глубокая, что из неё не найти выхода. Он и сейчас в этой темноте. Нет огней неона, нет гласящих букв и унылых вывесок. Только дорога где-то вдалеке, скрип колёс и сотни шагов прохожих — они хлюпают по лужам, цокают по разбитому асфальту, и бесконечный шум раздражает. Так бесконечно раздражает. Играет на и так натянутых нервах дьявольским смычком. Хочется разорвать их в клочья, выключить, как это делается в плеере. Хочется, чтобы темнота, из которой нет выхода, развеялась, явив разуму истинные краски жизни.       Звук выстрела прозвучал оглушающе громко. Сперва показался частью непроглядной темноты. Но потом повторился. Рядом с лицом пролетела кирпичная крошка, оцарапала щёку. Рэймонд резко открыл глаза. Отшатнулся от стены. Нет больше темноты, звуки стали тише. Даже резь в глазах ушла. Только мир остался размазан противным красным оттенком, будто криворукий художник пролил на чёрно-белую картину краску и наспех попытался вытереть её салфеткой. Адреналин реальности. В ней справа мелькнул тёмный силуэт и тут же поспешно скрылся за углом. Не успел Рэймонд сообразить, что происходит и куда деться, как за спиной грохнул ещё один выстрел, и плечо обожгло режущей болью. Зашипев, Рэймонд схватился за повреждённое место и нащупал пропитавшую ткань влажность. Развернулся. Уловил взглядом ещё одного стрелка и, уже не раздумывая, метнулся за ним.       Нечёткие очертания переулков. Узкие улицы, обрамлённые высокими стенами домов без окон. Лабиринт поворотов, за которыми резко исчез и блеск огней, и шум машин. Остались только звук неровных быстрых шагов, тяжёлого от бега дыхания и растекающегося по телу адреналина. Погоня вышла недолгой. Так и не достав из кармана оружие, в каком-то безумно нелогичном и импульсивном упорстве Рэймонд за шкирку поймал промахнувшегося стрелка и рывком прижал к стене. Пальцы сомкнулись на тонкой шее, и до слуха донеслось:       — Здравствуй, mon cher.       Рэймонд заставил себя сосредоточиться до того, как механическим жестом сжал пальцы сильнее. Вгляделся в того, кого держал мёртвой хваткой. Знакомые очертания. У неё были красивые, похожие на свет, янтарные глаза. Теперь широко распахнутые, с плещущейся на дне жаждой опасности, залитые омерзительным алым.       — Дочурка Эшфорда?.. По-прежнему красивая, но всё ещё очень глупая.       — Меня успели раскрыть? — Амбер улыбнулась, не выдавая никаких признаков страха. В упор игнорируя пальцы на своей шее и даже не опуская к чужой руке взгляд. — Думала, мы сможем ещё немного покружить вокруг друг друга в этом страстном танго неизвестности.       — Это было бы весело, будь в неизвестности мы оба. В насущности, это хищное кружение вокруг меня.       — Очаровательно, что ты сам ставишь себя в позицию жертвы.       Рэймонд сильнее сжал пальцы. Амбер вдохнула, взмахнув рукой. Но за него цепляться не стала. Лишь стала ещё более неподвижной. Теперь в её теле угадывалось напряжение.       — Я не в настроении для игр, дети. Поэтому предлагаю сразу ответить на вопрос: какого чёрта вам всем от меня понадобилось?       — Разве кому-то от тебя что-то надо? Мы встретились случайно…       — Не надо!.. — Рэймонд тряхнул Амбер, ударив затылком о стену. Алые глаза болезненно зажмурились. Раздражение к ним разрослось только сильнее. — Время — ценный ресурс. Советую его не тратить попусту. Или понравилось, как в прошлый раз? У меня найдётся любой яд на твой вкус. — Он демонстративно достал из пиджака пачку с таблетками и поболтал их перед лицом опешившей девушки.       — Яд — долгоиграющий проект, а ты только что сказал, что время дорого.       — Ради этого я потрачу его.       — Приятно, что ради меня ты потратишь что-то настолько ценное.       Рэймонд ухмыльнулся. Фоновый шум всё ещё разрывал сознание, ощущаясь слишком громким в общем чувстве реальности.       — Болтунья…       Свободной рукой Рэймонд выхватил пистолет и выстрелил вбок. Повернул голову и довольно улыбнулся. Попал.       Второй стрелок, всё это время подбиравшийся к нему, пал на землю и схватился за раненное колено. Попытался дотянуться до обронённого в лужу оружия, и Рэймонд выстрелил снова, прострелив чужое запястье. У него неприятно алая одежда. Кровь гадким бордовым сочится по асфальту. Однако живое тело ещё шевелится. Его он тоже узнал.       — Хватит!       В голосе Амбер страх. Неподдельный. Наконец-то. Рэймонд уже решил, что и у неё проблемы с головой, но нет — чувствовать она всё-таки способна.       — Звучит так, будто ты не хочешь, чтобы твоего дружка убивали. Всё-таки в казино вы работали в паре. Всё ещё будешь отрицать, что просто проходила мимо, или бросишь, наконец, это никому не нужное притворство? Интуиция никогда меня не подводила, жаль тогда я к ней не прислушался. Ну что, mon cher, ещё один выстрел, и я подарю тебе чужое разорванное на куски сердце?..       — Не надо! — вся спесь резко ушла из интонаций Амбер, игривый настрой испарился. — Хорошо, попытка убить тебя провалилась. Так глупо и без плана нападать было плохой идеей. Моей. Меня слишком воодушевило, что ты случайно встретился на пути. Решила, это судьба…       — Судьба с кривыми руками. В темноте плохо видно? Или пальцы на курке задрожали? Меня всё это достало… — Рэймонд приблизился к лицу Амбер. — С самого начала и до этого момента. Вам — детишкам Эшфорда — нужна моя жизнь. И, если ты не расскажешь мне что за всем этим кроется, сперва я выпущу кишки ему. И, пока он будет медленно задыхаться от боли на грязном асфальте, займусь тобой. Если, конечно, ты не начнёшь говорить раньше, чем я сломаю тебе запястья, чтобы не мешалась под ногами, достану нож и подойду к нему. — Рэймонд ухватил Амбер за руку, задрав её, всё ещё не отрывая своего взгляда от её. — Дать тебе пару мгновений на раздумья, или начнём без жарких прелюдий… mon cher?       Амбер глубоко вдохнула. В уголках её обведённых выразительным чёрным глаз выступили слёзы, однако она не сморгнула их и даже не бросила взгляда в сторону своего сопровождающего.       — Это всё наш отец…       — Айзек Эшфорд? — прищурился Рэймонд. Амбер кивнула. — Зачем ему моя смерть?       — Нет, он не говорил убить… Он велел уничтожить, — произнесла Амбер негромко на одном выдохе. — У отца огромная империя и несчётное количество денег. Он тяжело болен и давно говорит о завещании. Но никого из родных сыновей не признал официально родными и не включил в него. Они много лет всеми возможными способами борются за шанс получить наследство. И, когда представился удобный случай, отец придумал для них новую возможность: тот, кто сможет уничтожить тебя, не убивая, грамотно, официально, того он признает родным и включит в завещание.       — Что за больная игра? — прошипел Рэймонд, с каждым произнесённым словом приходя во всё большую ярость.       — Стечение обстоятельств… В один момент ты убил восемь его инженеров, отвечающих за производство Ви-6, и в это же время Хейзел, Азур и Майкл готовы были поубивать друг друга за его признание.       Рэймонд замер на мгновение. Где-то он это уже слышал.       — Повтори.       Амбер забегала взглядом.       — На лаборатории Айзека стали происходить нападения. Убийства, взрывы, разорения и уничтожение продукта. Братья следили за этим и, наконец, нашли виновника — тебя. Айзеку не понравилось. Он всегда отличался… своеобразными идеями и решил выкрутиться из двух проблем сразу. Даже сами братья понимают, что это лишь попытка стравить их между собой, временно избавиться от зудящей проблемы, но не могут не пытаться бороться за его внимание.       — Что ещё стоит за этим? — Рэймонд прищурился, сжав шею девушки сильнее.       — Больше ничего… Это всё, что я знаю. Мне не нужна эта игра — я давно получила своё от папочкиного наследства. Только помогаю Азуру — сам он не в состоянии добиться чего-то, а жить ему на что-то нужно. А Хейзел и Майки настроены серьёзно. Они всегда хотели большего, чем мы с Азуром. Не трогай его, mon cher… — Амбер подняла руку и провела пальцами по плечу Рэймонда. С опаской и одновременнй настойчивостью. Киллер опустил взгляд, не ожидая такой отчаянной смелости после кровожадных угроз. — Он не представляет для тебя реальной опасности.       — Правда? Это не он вместе с тобой пытался сейчас меня пристрелить?       — Но ведь никто тебя не убил. Брось, это только игра… — Амбер с большей смелостью потянулась к Рэймонду и второй рукой. — Ты ещё с того вечера занял всё моё внимание. Я не могла перестать о тебе думать. Ты — хаос, результат взаимодействия с которым непредсказуем. Адреналин, который не получить обычным способом.       — Похоже, я дал тебе мало яда.       — Да ты и сам — как яд, — окончательно осмелев от ответного бездействия, Амбер положила обе ладони ему на грудь и повела ими ниже. — Мою душу ты уже отравил…       — Как приторно. — Рэймонд поморщился и оттолкнул Амбер от себя. Та, цокая каблуками по лужам, попятилась к брату и схватилась за шею.       — Однако этого достаточно, чтобы ты не выпустил мне кишки, — полузадушено произнесла Амбер. Своим телом она, словно специально, закрыла от Рэймонда брата. — Ты ведь не убьёшь меня, mon cher. Я чувствую эту искру между нами. Можешь прямо сейчас направить на меня пистолет, но мы оба знаем, если ты и выстрелишь — то только в воздух.       Рэймонд криво улыбнулся. Поднял пистолет и выстрелил. Амбер испуганно дёрнулась, несмотря на всю браваду. Крик снова разрезал тишину переулка. Азур за спиной сестры завозился в луже, напоминая, что всё ещё жив. Амбер тут же метнулась к нему, осев на колени и извозив в мокрой грязи длинную юбку.       — Передашь отцу, что не стоило этого делать, — сказал Рэймонд, когда она подняла к нему голову. — Если не побоишься рассказать, что раскрыла его планы.       — Мы ведь ещё встретимся.       Голос Амбер догнал его, когда Рэймонд уже почти скрылся из переулка. Останавливаться и продолжать беседу он не стал, не желая больше слышать, как тягуче она проговаривает «mon cher».       Оставшийся путь прошёл как в тумане. Кроваво-алом мареве, что от острой боли в плече лишь размазало мир перед глазами ещё сильнее. Рэймонд уже не различал дорогу до назначенного места. Но в мыслях растеклась редкая трезвость. Со скоростью летящей по трассе машины она выкладывала в единый, такой желанный пазл, чьи кусочки до этого лишь зудели, обронёнными осколками.       «За последние три месяца ты убил восемь человек. Всех по моей просьбе. Можно сказать, работаешь на меня почти три месяца. И я хочу, чтобы поработал ещё. Но теперь открыто, и… иначе».       Так сказал Сэмюэл в их первую встречу.       «Ты никогда не спрашивал, от кого заказы, Рэй! Тебе было плевать, ты просто жаждал крови! Я давал то, что тебе нужно, а ты не интересовался, на кого я работаю!»       Так сказал Харди, когда Рэймонд спросил, почему тот подтолкнул его к Пирсу.       «Дэмьен — дьявол во плоти, она убила уже пятерых».       Сказал он, пытаясь спасти от неё свою жизнь и подтолкнуть к ней Рэймонда.       «..от места производства больше ничего не осталось. Как и просил… Я просил — без лишних жертв… Это не лишние жертвы. Жертва — я. Это самозащита!.. А жертва провоцировала нападение?.. Возможно».       Столько раз Рэймонд спрашивал самого себя, почему всё случилось в один миг, словно сама судьба сплела вокруг него прочную паутину.       «Семья — единственное, что важно в этом мире, не так ли?»       Сказал Сэмюэл, пока Рэймонд, не обращая внимания на смысл слов, пялился на его дочку.       «Но давай, если всё же попадём в неприятности… я сделаю «бум».       Рэймонд не обратил внимания на повторяющиеся действия.       «Стоило мне попасть в больницу, Дэмьен качнуло в фазу мании. И в процессе она дала Брану свой вариант аналога».       Так сказал Мефис, и Рэймонд поверил.       «Сэмюэл хочет… Сэмюэл одержим… Сэмюэл…»       Постоянно повторяла Дэмьен.       «Его не устраивало, что, как только Эшфорд создал Ви-6, его бизнес пошёл в гору. Люди Эшфорда не раз пытались прикрыть его деятельность и покушались на жизни его людей. Сэмюэл много думал, что сделать с конкурентом. Не может он просто так прикончить его… Решил ударить по теневой стороне бизнеса. Изготовить собственный препарат, который составит бизнесу Эшфорда конкуренцию».       «Мефис начал употреблять…»       «Она была напугана… Сэмюэлу было плевать…»       «Я это не контролирую… Сэм обычно не прочь, чтобы меня пошатало…»       Дэмьен резко повернула голову, как только Рэймонд рывком открыл дверь её лаборатории и ввалился внутрь, врезаясь в косяк раненным плечом. Так и осталась стоять с ошарашенным видом около стола, держа в руке узкую пробирку с вязкой жижей в ней.       — Здравствуй, куколка. Я соскучился.