Protego Horribilis

Беллатрикс неотрывно следила за тем, как Гермиона устраняет последствия недавнего дружеского визита. Разумеется, полноценную уборку санитары проведут ближе к утру, но оставлять им слишком много поводов для сплетен она считала неприемлемым; понять же этот простой мотив, как оказалось, дано далеко не всем. - Зачем ты это делаешь? - почти насмешливо осведомилась Блэк, пока девушка собирала в стопку перепачканные обрезки бинтов и окровавленные ватные диски. Грейнджер пожала плечами. - Чтобы завтра эта история не обзавелась лишними деталями, - она обвела помещение взглядом, выискивая упущенные следы крови или антисептических растворов. Но единственным напоминанием о произошедшем оставался лишь треклятый корсет, который женщина даже не подумала привести в надлежащий вид. Возможно, она не могла это сделать самостоятельно... хотя, с другой стороны, она ведь как-то справлялась с ним каждое утро? - Мои глаза здесь, - Беллатрикс шевельнула рукой, указывая на свое лицо, и в этот раз в ее голосе сквозила абсолютно ничем не прикрытая издевка. Гермиона моргнула, выныривая из собственных мыслей. Она что, только что пялилась? Но в самом деле - как вообще завязать эти узлы, если они за твоей спиной?! В скольких местах надо сломать себе руку, чтобы это получилось? - Зашнуруйте его, пожалуйста, - доктор кивком указала на спорный предмет одеяния, стараясь не думать о том, как это выглядит. - Вся клиника будет обсуждать визит Рона в крови, не следует добавлять еще одну тему. - Почему же? - промурлыкала Блэк, слегка переменив позу и, прекрасно осознавая, что ее корсет практически перестал выполнять свою функцию. Края черной блузки слегка разошлись в стороны, обнажая баснословно дорогое кружевное белье. - Очень даже пикантно для этой богадельни. Или здесь все врачи поголовно дали обет целомудрия? - Уверяю, даже Майра поняла бы, что Рон не... Позади темных, почти беспросветно черных зрачков прятался хищник, почуявший добычу и готовый еще немного поиграть со своей жертвой. А любимыми развлечениями для этой женщины явно были те, что ставят окружающих исключительно в неловкие и неуютные положения, и она не испытывала никаких угрызений совести по этому поводу. По спине Гермионы пробежал холод осознания, и рука с использованными стерильными перчатками замерла над мусорным ведром. - ...что? Причем тут врачи? Улыбка Блэк стала еще шире; еще немного - и меж полных алых губ блеснут самые настоящие клыки зверя. Довольно сдержанного, впрочем, - когда ему это нужно. Позволить себе попасться на такую пошлую уловку — стыдно и глупо. «Она привыкла выбивать людей из колеи, пользуясь преимуществами своей внешности, статуса и привилегий. Но я не стану тем, кого она легко прогнёт под себя.» - Мисс Блэк, - сдержанно заговорила Грейнджер, - в нашей клинике не принято смешивать работу с личной жизнью. Инцидентов не было и не будет. Можете оставить корсет как есть. Только не бросайте обувь или предметы интерьера в медсестер и санитаров, когда они будут шептаться про ваш внешний вид. Разумеется, если кто-то не желает выполнить даже простую просьбу, то и более сложную не воспримет всерьез; Беллатрикс ожидаемо не ответила ни отказом, ни согласием. Вместо этого она резко шагнула к неприкрытой двери и нажала кнопку селектора. - Эй, принеси кофе сюда... как это место правильно называется? Грейнджер опешила, но подоспела ровно в тот момент, когда в коммуникаторе затрещали обрывочные реплики не менее удивленного секретаря. - Чт.. а? То есть… Э… Где док... - Майра, это доктор Грейнджер. Прости, мисс Блэк не вполне точно выразилась... - Я вполне ясно выразилась! - прорычала Беллатрикс, и от ее голоса, кажется, вздрогнул даже металлический стол. "Признаки истероидной акцентуации - как по учебнику." Пока все складывается относительно неплохо — все живы, все целы, клиника не разгромлена и никто не погиб под ударом острейших каблуков. Если пациентка ведет себя (почти) прилично и намерена поговорить, то пусть это станет частью терапии. Хотя не является ли молчаливое согласие Гермионы той самой капитуляцией перед волей, которой она несколькими мгновениями ранее поддаваться не планировала? ...Эта дилемма разрешилась быстро — аргументация об экономии времени и необходимости беседовать с пациентом успокоила взвившееся было чувство собственного достоинства. - Майра... пожалуйста, принеси нам два кофе в перевязочную. Мисс Блэк выразила желание провести сеанс терапии здесь. Спасибо. Селектор был выключен демонстративно и с таким нажимом, будто Гермиона собиралась вдавить его в стену. Она не сводила с Беллатрикс взгляда, в котором без всякого труда читались как упрек, как и намерение поддерживать диалог в сугубо профессиональном ключе. Стоит честно признать, что эта женщина — непростительно красива; живое подтверждение тому, что убивающие проклятья действительно существуют, только действие их гораздо тоньше и элегантнее, нежели просто смерть (пусть и в муках). И вдова Лестрейнджа не просто знала об этой своей особенности, а совершенно точно пользовалась ею, наверняка — довольно успешно. Проблема в том, что не все удержались бы на этапе, когда приятное приключение еще не превратилось в нечто большее; единожды поддавшись на чужое внешнее совершенство, Гермиона непременно проиграла бы и оказалась в беде, с последствиями которой справляться очень болезненно и долго. Беллатрикс очевидно опасна, ее ни в коем случае нельзя воспринимать как женщину. Только сухой и безупречно-выдержанный подход, иначе она немедленно переведет игру в свою пользу. Стать трофеем даже в мыслях звучало оскорбительно, и следовало бороться за то, чтобы эта перспектива никогда не стала реальной. - Ты слишком с ними любезничаешь, - ядовито заметила Блэк. — Они не стоят ни единого слова, кроме того, что связано с их работой. Или тебе нравится пресмыкаться, доктор Грейнджер? В этот раз фамилия и должность были названы правильно, но звучало это так, словно обсуждалась очистка выгребной ямы. Надо сказать, подобные мелкие детали ударяли по выдержке сильнее, чем хотелось бы. - В обычных человеческих кругах, далеких от вас, мисс Блэк, люди в общении предпочитают взаимоуважение без попыток поставить себя выше других, - сквозь зубы, стараясь дышать размеренно и ровно, ответила Гермиона. — Не все, но большинство. И я не считаю, что… - Брось, - отмахнулась Беллатрикс. — Ты судишь лишь со своей жалкой высоты. А если бы ты оказалась на моем месте, ммм? Зная, что это даёт? Тоже тратила бы свои драгоценные «спасибо» на мусор, который не стоит и секунды внимания? - Да. В глазах вдовы Лестрейнджа отчетливо проступила неприязнь. - Ты даже не думала над ответом. Ты лжешь, лицемерка. - Лицемерие, - ледяным тоном проговорила Грейнджер, - это приписывать другим людям качества, которые есть только у тебя. И верить, что остальные — такие же, как т... Изнурительную магию момента разрушил шелест двери. - К... кофе, доктор, - пробормотала секретарь, протягивая небольшой планшет с двумя большими бумажными стаканами кофе. Пациент и врач, которую прервали на полуслове, смотрели друг на друга так, что кто-либо из них по итогу запросто окажется в травмпункте. - Закрой дверь с той стороны, - рявкнула Блэк, и, прежде чем Грейнджер успела что-либо возразить, Майра спешно сунула той оба напитка и выполнила требование. Стремительная дробь каблуков по коридору почти мгновенно угасла, и на миг показалось, что никто и вовсе не приходил. - Возьмите, - Гермиона почти насильно вручила пациентке капучино, - и сядьте. На кушетку. У нас есть более важные темы для обсуждения, - вся сталь в голосе, какую только удалось продемонстрировать, ни на мгновение не охладила пыл бывшей супруги Лестрейнджа. Но та медленно позволила своему лицу отразить недобрую ухмылку и лишь потом двинулась с места, с высоко поднятой головой и горделивой осанкой, которой могла бы позавидовать Елизавета Вторая, шествуя на собственную коронацию. - Какая же дрянь, - пробормотала Блэк, садясь и закидывая ногу на ногу. — Ее даже виски не исправить. - Виски не будет, - напомнила Грейнджер. Она остановилась у стены напротив; требования к ведению переговоров обычно не приемлют смотреть сверху вниз на собеседника, но самомнение Блэк определенно стремилось в небеса, поэтому технически они сейчас почти на равных. — Я понимаю, что некоторые темы без виски сложно обсуждать, но мы все-таки попробуем. Расскажите о своем отношении к мужу. Беллатрикс напряглась, по ее лицу пробежала опасная тень. - Считаете, я могла его пристрелить? - Нет, - честно ответила Гермиона, сделав глоток. Кофе и впрямь был отвратительным. — Мой вопрос связан и с вашим состоянием. Очевидно, что в ваших отношениях присутствовали разнообразные аспекты, которые… - Да никаких аспектов, - выплюнула Блэк, сжав стакан так, что несколько капель пролились на кушетку. — Мы оба знали, что этот брак — только ради бизнеса. И я поставила Рудо перед фактом, что не собираюсь с ним спать, пусть удовлетворяет свои… потребности где-то еще. При соблюдении нескольких условий, конечно. - Каких? Беллатрикс нахмурилась. - Не приводить никого в дом. Сделать так, чтобы никто из этих «интрижек» не звонил. И самое главное, - она подняла на Грейнджер тяжелый взгляд. — Не допускать, чтобы эта грязь просочилась в прессу. Мы оба соблюдали эти требования. Никакой верности или супружеского долга, - ее губы искривились от отвращения, - никто никогда не ждал. Если бы только не эти проклятые записки с номерами… Боже, как сильно я хотела его придушить временами. Мечтала, чтобы он напился до чертей и въехал в столб, избавив мир от себя, а меня — от необходимости видеть эту рожу. Я не раз говорила об этом, когда мы… выясняли отношения. Как в тот вечер. Пауза. Беллатрикс смотрела куда-то в стену, даже не замечая, что от нее ждут ответа. И когда Гермиона раскрыла рот, чтобы озвучить вопрос, диалог неожиданно возобновился. - В тот вечер он был так зол, что швырнул в мою сторону бутылкой виски. Я пообещала разбить ее ему об голову, но он уехал раньше, чем я смогла это сделать. К сожалению. - Как думаете, куда он направлялся? Его могли ждать или он просто решил, допустим, проветриться? — осторожно спросила Гермиона, понимая, что от ответа на этот вопрос может в будущем зависеть не только мнение следователя, но и ее собственное мнение относительно степени виновности подопечной. В глазах вдовы Лестрейнджа лишь на мгновение показался страх. Настоящий, не наигранный или отрепетированный, в этом можно было поклясться, и хотя он немедленно сменился привычной маской раздражения, Гренджер поняла — что-то в этой истории не так. Произошло что-то еще, что в конечном итоге привело Родольфуса к тому самому выстрелу. - Мне все равно, - резко отозвалась Блэк, почти слышно скрипнув зубами. — Я не следила за ним. Мне нужно было выговориться, я позвонила Цисси, а вместо помощи она со своим мужем, черт бы его побрал, потащили меня в клинику. Потому что у меня, видите ли, случилась истерика. Она просто хотела, чтобы по возвращению Рудо я не врезала ему по голове… чем-то тяжелым. - Холодильником? — пошутила Гермиона, но выражение лица Блэк оставалось слишком серьезным, чтобы отреагировать на юмор. — Простите. Я бы предположила рояль, учитывая статус вашей семьи, но решила, что это будет слишком… - Вычурно? — усмехнулась женщина. Грейнджер покачала головой. - Тяжело. Насколько я могу видеть, ваша меткость отточена на менее… крупных предметах, - например, на том злосчастном сапоге, полетевшем во врача на недавнем обходе. — Он поднимал на вас руку? - Никогда. Рудо знал, что я могу ответить, или по какой-то другой причине, но нет, ничего подобного он себе не позволял. Почему-то это известие принесло с собой некоторое облегчение. Жертвам домашнего насилия зачастую требуется серьезная работа над своими мыслями и жизненным укладом, прежде чем они поймут, что любое рукоприкладство — повод для разрыва отношений, а не попыток их сохранить. - Это хорошо, - искренне улыбнулась Грейнджер. — А если отвлечься от, скажем так, внутрисемейных конфликтов, вы находили друг с другом что-то общее? Может, какие-то увлечения или темы для разговоров? Или напротив, неразрешимые противоречия? Если я правильно помню, вашему браку почти десять лет, и… - Почти, - перебила ее Блэк, тем не менее, соглашаясь. — В течение которых мы виделись пару раз в неделю, иногда реже. Все, что мне было нужно, - чтобы он оставил меня в покое, кроме случаев, когда мы разыгрывали семейную пару на некоторых унылых мероприятиях. В остальное время он мог убираться куда угодно, как, собственно, и я. Нам не было нужды разговаривать. «Удивительно. Прожить почти десять лет с человеком и не испытать ни малейшего желания узнать его чуть лучше, чтобы сделать этот брак хотя бы терпимым…» Тем не менее, это объясняло многое. У четы Лестрейнджей был невероятных масштабов особняк, почти замок, и все эти годы оба супруга жили как совершенно чужие друг другу люди. Соседи по улице или даже по кварталу, изредка делавшие вид, что их все еще связывают крепкие узы брака, когда того требовали официальные заголовки. Родольфус находил отдушину в своих многочисленных похождениях, и, вероятно, Беллатрикс поступала аналогичным образом. С ее внешними данными и умением, когда нужно, приглушить свою язвительную натуру, она наверняка шагала по ковру из разбитых сердец и случайных связей, в которых могла находить умиротворение (помимо виски). Иначе все сложнее объяснять то, почему ее абсолютно не волнует степень пристойности ее внешнего облика, излишне откровенного не только для больничных стен, но и для любых общественных мест в целом. Странно другое — если их общение было именно таким, то кажется, что и поводов для скандалов практически нет; тем более таких, когда чешутся кулаки. Настолько, что приходится выражать гнев не словесно, а действием, и пусть бутылка не задела Беллатрикс, но степень конфликта очевидно должна быть из ряда вон выходящей, не просто очередной листок с чужим номером и стоимостью «нормочаса». Есть что-то еще, о чем она не говорит, но что совершенно точно отравляло жизнь им обоим все это время и, возможно, влияет до сих пор. И, вероятно, даже не единственный фактор. Как сложно с этими высокопоставленными семьями… Гермиона потерла переносицу, задумавшись, и вдруг заметила, что Блэк продолжает наблюдать за ней. - Что, неприглядная картина? — иронично поинтересовалась женщина. — Ты ожидала истории о несчастной неразделенной любви? - Вовсе нет. На самом деле ситуации, подобные вашей, - не редкость, и статус здесь ни при чем. Правда, они не всегда заканчиваются тем, что кто-то из супругов погибает. И если такое происходит, то зачастую у новоиспеченных вдовы или вдовца был и повод, и способ изменить... положение дел в свою пользу. - Осторожнее, - сверкнула глазами Блэк. — Я могу решить, что меня допрашивают. Или пытаются осудить, не имея на это права. У тебя его нет. Гермиона кивнула. - Верно. Но я не пытаюсь осуждать вас. Я хочу понять, что сильнее повлияло на вашу эмоциональность. Вы ревновали своего мужа? - К этим малолетним шлюхам? Пф. Меня больше волновало, чтобы за Рудо не начала охотиться какая-нибудь дурочка с ребенком в подоле, которая наивно считает, будто может на что-то претендовать. Но он решал такие проблемы сам, - Беллатрикс покачала носком сапога, словно ставя подпись на невидимом документе. — Мои личные проблемы тоже его не касались. «Такие проблемы — значит, какие-то конкретные, а не все. Просто иметь это в виду». - Вы предпочитаете решать их самостоятельно или все же с помощью семьи? - С помощью связей. Советую попробовать — понравится, - едко ухмыльнулась Беллатрикс. — У вас тут отдыхала половина лондонских шишек, неужели ты не взяла чей-нибудь важный телефончик? Или, может быть, парочку… - Правилами клиники это запрещено, - Гермиона переступила с ноги на ногу, так как левая голень почему-то стала затекать. — Гар… доктор Поттер также просил не привлекать бывших пациентов по личным вопросам, поскольку это нарушает правила конфиденциальности и не только их. Поэтому нет, никто из нас этого не делал. Но мне любопытно, как этим пользуетесь вы. Просто звоните, просите об услуге — и на этом все? Или здесь предполагается ответная любезность? - Просто берешь трубку, звонишь, пару раз лживенько улыбаешься и, конечно, льешь елей в уши про то, как ценна ваша дружба и как высоки ваши отношения, - раздраженно бросила Блэк, делая несколько глотков кофе. Гримаса на лице женщины буквально дышала омерзением. — А потом повторяешь то же самое, но уже с благодарностями. Да и на вашем, - здесь явно подразумевалось «низком», - уровне это работает ровно так же. Рудо это делал регулярно, если в очередной раз заигрался. Как видишь, этот ублюдок довольно долго протянул, от него живого толку больше, чем от мертвого. Так можно стрясти с этой паршивой овцы клок шерсти, хотя последний раз, когда я… Ее лицо вдруг исказилось вспышкой такой чистейшей ненависти, что Гермиона замерла, поняв, что случайно затронула крайне болезненную тему, обсуждать которую сейчас явно не к месту и не ко времени. Грудь Беллатрикс неровно вздымалась, уже не прикрываемая практически ничем, кроме белья, корсет сполз чуть ниже талии, явно мешая дышать, и нужно было срочно сменить направление разговора, пока он не перешел опасной черты. - Мисс Блэк, давайте мы… Та мгновенно вскочила на ноги, почти дрожа от внезапно накатившего бешенства, и полоснула Грейнджер таким взглядом, который убил бы на месте, будь такая магия возможна. - Разговор окончен, - злобно выплюнула женщина, и громкий удар едва не слетевшей с петель двери прокатился по коридорам клиники. Еще через несколько секунд — аналогичный грохот, но в другом конце крыла, когда Беллатрикс вернулась в свою палату. Растерянная Майра прибежала на звук, сжимая в руках тревожную кнопку; судя по бледному лицу, секретарь ожидала увидеть в перевязочной истекающий кровью труп. - Доктор Грейнджер! Доктор Грейнд… ох, слава богу, с вами все в порядке! Стоит ли… - Не надо, ничего не надо, все нормально. Мисс Блэк просто очень чувствительна к некоторым темам, - быстро проговорила Гермиона, краем глаза отметив испачканную капучино кушетку и лужу коричневатой кофейной жижи на полу. — Завтра ей станет лучше, поверь мне. Позови, пожалуйста, санитарок — здесь теперь точно нужна уборка. «А мне нужно придумать, как объяснить все это Гарри, когда я буду сдавать смену».

***

Гермиона только заканчивала описание наблюдаемых ею симптомов в карточке Беллатрикс, когда заявился Поттер. На нём не было лица, а тот факт, что он плотно закрыл дверь, войдя в кабинет, красноречиво намекал: о ночных происшествиях забыть не удастся. - Герми, ответь мне - что произошло? Та устало откинулась в кресле, потирая глаза. - Ничего криминального. Сначала пришел Рон - его избили около дома и попросили никуда не писать про убийство Родольфуса. Потом мисс Блэк чуть не вытрясла из него душу, пытаясь узнать, не врет ли он. А потом мы разговаривали, но в какой-то момент она вспылила и ушла. Все. Гарри потянулся за телефоном, быстро выискивая в нем что-то. - Ты вообще читала рабочий чат? - Честно? Нет, было не до него. А что? - Секретарь и два санитара видели, как полураздетая пациентка вылетела из перевязочной. Теперь весь персонал делает ставки, кто кого соблазнил! Как это понимать?! Брови Грейнджер поползли вверх. Сон как рукой сняло. - Что?.. - То, - хмуро ответил Поттер. — Герм, у клиники есть правила, которые нельзя нарушать. Я тысячу раз говорил! Я ждал этого от кого угодно, кроме тебя! - Ты с ума сошел?! — прошипела девушка, упираясь ладонями в столешницу. — Мы ничего подобного не делали! Она трясла Рона так, что у него сместилась челюсть! Я только нашла способ быстро все уладить. - Как? Раздеть ее?! - Да нет же! Она обычный истероид с нарциссическими чертами. Их слабое место - внешность, на которой они так зациклены. Я просто испортила корсетную ленту, потому что обнажиться перед Роном, которого она считает грязью, Блэк претит больше, чем слушать меня. И заметь — мой способ сработал! - Допустим, - смягчился Гарри. — Но почему она не привела себя в порядок, когда он ушел? - Увы, - Грейнджер вздохнула. — Я просила об этом, но она пропустила мимо ушей. Серьезно, Гарри — мы просто беседовали! Потом ее переклинило на ненависти к мужу, и она сбежала. В их браке было много проблем, и именно в этом — причина ее эмоциональной нестабильности. Если, конечно... Одну немаловажную мысль, витавшую в воздухе вот уже целую ночь, все-таки следовало озвучить. - Если, конечно, сама Блэк не причастна к убийству, - добавила девушка чуть тише, все еще колеблясь относительно последнего вывода. — Иначе у нас могут быть серьезные неприятности. - Думаешь, она могла? Я переписывался с Роном утром, я знаю, что Лестрейнджа застрелили, но... это действительно могла быть она? - Стрелять — нет, - Гермиона покачала головой. — А вот заказать его… Она могла. Она действительно могла, пусть в состоянии аффекта, пусть в ярости, злости или наоборот — во время депрессивного эпизода, но все же могла. Не просто так сегодня упоминались пресловутые связи, которыми Беллатрикс способна воспользоваться для решения главной проблемы в своей сломанной жизни. Любые вольные или невольные свидетели развернувшейся в прошлом и настоящем драмы могут окончить свои дни среди пропавших без вести; случившееся с Роном - лишь первая ласточка, почти дружеское предупреждение о том, что не нужно копать слишком далеко. Вот только как выяснить правильную дистанцию для этого самого «далеко», чтобы не переступить черту, за которой маячит быстрый и трагичный финал? Гарри прислонился спиной к двери кабинета и задумчиво взглянул в окно. - Надеюсь, полиция разберется с этим, а Блэк все же невиновна. Свидетельство по такому делу — штука отвратительная и для клиники, и чисто по-человечески. Лучше еще раз пройти стажировку с больными синдромом Амока, - невесело усмехнулся он. — Не хочу, чтобы в ходе расследования мы ушли на повышение в безымянные могилы... В этом их с Гермионой мнения полностью совпадали.