Ресторан "Карасуно"

Они неслись по темной улице, уставшие и запыхавшиеся. Ямагучи постоянно спотыкался и падал, но Цукки подхватывал его и все ускорял и ускорял бег. Как назло, начался мелкий моросящий дождь, капли которого заливали линзы его очков. Адреналин разгонял кровь, заставлял ее шуметь в ушах, а сердце билось, как ненормальное. Волна ужаса, накатившая на Цукишиму, все не планировала отступать. Он ничего не слышал, почти ничего не видел, только чувствовал теплую руку в своей руке, и этого было достаточно, чтобы вырваться из состояния шока и парализованности, этого было достаточно, чтобы не позволять себе останавливаться. Наконец они добежали до квартиры. Ямагучи прислонился к стенке, тяжело дыша, пока Цукки доставал дрожащими руками ключи, распахивал дверь и вваливался в прихожую. – Н-нам надо бежать, – пробормотал он, затаскивая Ямагучи за собой. Ему понадобилось около двух секунд, чтобы запереть дверь и задернуть все шторы. Хотелось выключить свет, чтобы светящиеся окна квартиры не привлекли кого-то с улицы, но сначала надо было собраться с мыслями и придумать какой-нибудь план. План. План. Все верно, им нужен план. Если Цукки остановится хоть на секунду, если просто присядет, то уже не сможет встать. Ямагучи в такой критической ситуации скорее всего не поможет, так что Цукки надо продумать все шаги заранее. – Ц-цукки… – просипел Ямагучи, от усталости осевший на пол. – Нет, никакой полиции. Возможно… Черт, – он начал нарезать круги по прихожей, нервно перебирая пальцами. – Возможно, нас не тронут, если мы никому ничего не расскажем. Но как убедить их, что мы никому ничего не расскажем?! Они не поверят на слово! – Ц… – снова попытался начать Ямагучи, но закашлялся. Цукки все равно не слушал. – Нет, к семье не поедем, это слишком опасно, – он зажмурился и обхватил голову руками. – Думай, думай, думай, думай!.. Нам надо… – приоткрыв глаза, он кивнул своим мыслям. – Да. Нам надо куда-то достаточно далеко, чтобы… Мы м-можем покинуть префектуру. Собрать вещи и сбежать. Потом свяжемся с родными, сейчас н-нас ничего не держит. Схватившись за дверцу шкафа, Ямагучи помог себе подняться. – Я возьму документы, а ты возьми лекарства, – продолжал Цукки. Только сейчас он понял, что они оба все еще в рабочей форме, и со злостью сорвал с себя фартук. – И возьми два комплекта чего угодно, в чем мы не замерзнем. Что-то теплое, но компактное. Выходим через пять минут. – Цукки, ты должен успокоиться… – наконец смог выговорить Ямагучи. Цукки понимал, что Ямагучи на нервах. Хотел проигнорировать, но недооценил, насколько трясутся его собственные руки. – У… Успокоиться?! – резко обернулся на него Цукки. – Как я могу успокоиться?! Ты что, не видел, что там произошло?! На секунду перед глазами промелькнула картинка, которую Цукки наблюдал меньше часа назад. Тело в черном пакете. Еще не тело, еще живой человек. И много крови. Он никогда не видел так много крови. Он почувствовал, как дыхание вновь перехватывает от страха. Он видел такое через экран телефона и компьютера. В фильмах, иногда кадры из реальных записей. И через экран это, конечно, было совсем не страшно. Если бы режиссеры попробовали напугать его извивающимся пакетом, Цукки бы решил, что у них проблемы с бюджетом, а может даже со сценарием. Стоять напротив реального человека в реальном пакете – не то же самое. Цукки был искренне поражен тем, что сразу смог сдвинуться с места, сбежать, да еще и утащить с собой Ямагучи, но это все будет бессмысленным, если их настигнут здесь, в их доме. Он не может понять, с чего ему начать. Сознание поделилось надвое – одной частью он пытался проанализировать то, что увидел, а второй – решал, что им делать. Если бы он мог, он бы выключил первую часть нахер, потому что он и так понял достаточно, и сейчас ему некогда рыться в подробностях, а уж тем более вспоминать их, твою мать, почему он не может перестать вспоминать их?! – Там… Там внутри кто-то был, ты понимаешь?.. – выдохнул Цукки. Ямагучи мелко кивнул. – Да, но- – «Но»?! Он был жив, он к-кричал, его хотели сжечь заживо! Ты видел, сколько крови было на шеф-поваре?! А этот второй п-просто стоял там, будто ничего страшного не происходит! Блять… – сорвавшись с места, Цукки пролетел в комнату и, найдя папки с документами, начал трясущимися руками перебирать бумаги. – Ес-сли бы шеф-повар просто был маньяком, это было бы не так страшно, но второй тоже в курсе, и он-ни обращались к нам, словно мы должны быть на одной стороне… Ты понимаешь, что это значит?! Вздохнув, Ямагучи подошел ближе. – Что?.. – Ч-что это организация. Не просто один псих, а толпа психов. Ладно, может, часть его мозга не зря анализировала происходящее. Потому что порядок действий против одного психа и против толпы разные. Более того – последствия для них с Ямагучи тоже разные. От одного психа можно спастись, забаррикадировав дверь и вызвав полицию. От толпы же… Найдя нужные документы, Цукки выпрямился и, стараясь сдержать панику, сказал: – Я не знаю, что они с нами сделают. Возможно что-то хуже, чем сжигание заживо. – Нет, – покачал головой Ямагучи. – Нас не тронут. – Как ты можешь быть уверенным?! – поняв, что Ямагучи ведет себя намного спокойнее, чем он, Цукишима смутился и, схватив портфель, быстро сложил туда бумаги. – Н-неважно. Давай, неси лекарства. Сядем на какой-нибудь транспорт и сбежим. – Цукки, мы стараемся не трогать первогодок, – попытался успокоить его Ямагучи. – Потрясающе. Я не понимаю, что это значит. Видимо, Ямагучи не сходит за лекарствами и одеждой. Ну и ладно. Цукишима разберется. Он вообще со стрессом справлялся лучше, так что сейчас вся ответственность на нем. Вся ответственность на нем. Вся ответственность на нем. Вручив Ямагучи портфель с документами, Цукки развернулся и, вытянувшись, начал доставать с верхней полки аптечку. Что им нужно? Смотря куда они едут… Ладно, в любом случае надо положить перекись, бинты, вату, обезболивающее, что-то против ожогов, что-то от боли в голове и в животе, жаропонижающее… Нашатырь? Почему нет, пусть тоже будет. Не забыть йод, не забыть противогрибковые, не забыть антибиотики, нет, их забывать совсем нельзя… Открыв аптечку, Цукки начал рыться в ней, ища самое необходимое. Куда же им ехать… Какую одежду брать? Да, он слышал, что сказал Ямагучи. И сколько комплектов? Нет, он не позволит себе думать об этом сейчас. Нужно не забыть белье, обязательно переобуться в удобную обувь, еще не помешают дождевики, потому что зонты слишком громоздкие, но где их искать?.. А ведь еще нужны средства гигиены… Нет, он думает не о том – это все можно купить, надо просто иметь при себе деньги. Но ни в коем случае нельзя забыть телефоны и зарядки для них, было бы славно, если бы прямо под рукой у Цукки сейчас материализовался набор первостепенных по важности вещей вроде фонарика, мультитула… Господи, о чем он думает?! Какой нахер мультитул?! Они не будут выживать на улице, они снимут номер в мотеле, им не нужен чертов фонарик, им не нужен- Он не может не думать об этом. Не может сдерживать мысли так долго. Не может не проанализировать то, что услышал. Кажется, судорожные сборы, как бы абсурдно это ни было, помогли ему взять себя в руки на несколько секунд, но эти секунды кончились. На спине выступил холодный пот. Руки замерли в воздухе. Баночка с антибиотиками покатилась по столешнице. Медленно обернувшись, Цукишима встретился взглядом с черными глазами Ямагучи. Он выглядел спокойным. Точнее, безусловно, он нервничал, но совсем не так сильно, как должен был. Может, ничего не спрашивать? Давай просто уедем, он не сможет отказать нам. Не спрашивай. Не спрашивай. – Ты сказал «мы»?.. – сипло спросил Цукки. Ямагучи смотрел в пол, неловко перебирая пальцами. Вот сейчас он выглядел уже более напуганным. Первым рефлексом Цукки было попытаться его успокоить, но сейчас он просто стоял на месте, пытаясь переварить всего одно предложение. – Ты… Ты сказал «мы»?.. – повторил он. – Ну… Т-типа того, да, – мелко кивнул Ямагучи. – Прости, я должен был рассказать заранее, но я просто подумал- – Хватит, – слабо улыбнулся Цукки. – Я правда х-хотел рассказать! Прямо сегодня, после работы! Я н-не подумал, что Дайчи-сан- – Прекрати, – Цукки подошел ближе и наклонился, заглядывая ему в лицо. – Ты так формулируешь, будто ты убиваешь с ними. Это забавная шутка, конечно, но не сейчас. Сейчас нам надо собрать вещи. – Я… – Ямагучи поднял на него глаза, в уголках которых, как часто бывало при стрессе, начала скапливаться влага. – Я т-так формулирую, потому что это правда. Ты должен меня выслушать. Нервно рассмеявшись, Цукишима взял его руки в свои. – Я же сказал, еще рано об этом шутить. Давай, пойдем. Пожалуйста. Он продолжал криво улыбаться, пытаясь заставить мозг заткнуться, все еще надеясь, что сейчас Ямагучи прыснет и засмеется. У него было странное чувство юмора, он любил всякую чернуху, но и Цукки тоже, так что он поймет. Он поймет, что Ямагучи просто перенервничал и попытался такими неподходящими словами разрядить обстановку. Хоть он этого и не хотел, но часть сознания прекрасно слышала Ямагучи и без проблем смогла вынести короткий и холодный вердикт. Его друг детства, а затем и партнер, видимо… Неважно. В этом нет ничего необычного. Ничего странного. Ничего пугающего. Да, когда-то они делились друг с другом всем на свете, но в последнее время отношения шли туго, так что логично, что Ямагучи опустил эту маленькую, совсем неважную деталь. Все в порядке. Ничего страшного. – Ям-магучи, пожалуйста. Нам надо уходить, – совсем безжизненно, но с натянутой улыбкой на лице, сказал он. – Просто замолчи. Замолчи и посмотри, когда будет ближайший автобус. – Ты должен в-выслушать, – настойчиво продолжил Ямагучи, сжимая его руки в своих. – Я знаю, это страшно, тем более, когда твое знакомство было… Таким, но- – Заткнись. – Прости, но выслушай меня, – Ямагучи шмыгнул носом и, почувствовав, как Цукки пытается освободить кисти, сжал их крепче. – Все не так страшно, к-как кажется. Мне в начале тоже было плохо, но это вопрос времени, понимаешь?.. – Не понимаю, – пробормотал Цукки. – Я н-ничего не понимаю. – Ну… Ладно, это потом, но есть много плюсов! – Ямагучи попытался улыбнуться. – Например, знаешь, сколько теперь я зарабатываю в месяц? Очень м-много!.. И ты будешь так же!.. Это была не шутка. Он с самого начала понял, что это была не шутка. Но губы размыкаются сами собой, желая проговорить что-то вроде «ха-ха, очень смешно» или уже надоевшее «нам надо собрать вещи и бежать». Просто скажи что-нибудь, хоть что-нибудь нормальное, хоть что-то искреннее. Давай, это же просто еще один этап отношений. Любовь – такая штука. Сложная, непонятная, с взлетами и падениями. Иногда нужно больше разговаривать, иногда – давать друг другу больше пространства. Все эти видео, статьи и целые книги про отношения были написаны полнейшими идиотами, но все они говорят о том, что сложных моментов не избежать. Никто не говорил, что будет легко. А еще никто не говорил, что твой парень может начать работать с убийцами. Цукки приложил титанические усилия, чтобы резко отшатнуться, выдергивая кисти из чужой хватки. Ямагучи напуганно вздрогнул и тут же спрятал руки за спину. – Хорошо, д-давай так… Я, эм… Я думаю, скоро придет Дайчи-сан и объяснит тебе лучше, чем я, так что… Казалось, Ямагучи скажет еще одно слово, и Цукки вырвет. Мозг начал закипать, а тело совсем перестало слушаться. Он даже не был уверен, какую именно эмоцию сейчас испытывает, его словно окатили ледяной водой. Плана больше не было. Он понятия не имел, что делать или что говорить, поэтому он просто решил, что надо сесть и выслушать Ямагучи еще раз. Сесть здесь, с ним. В их квартире. Пока к ним бежит Дайчи. Тот самый, который держал тело. Словно не осознавая этого, Цукки быстрым шагом прошел вперед, снося плечом Ямагучи, который все еще пытался как-то оправдаться. – Цукки, с-стой!.. Он не взял ни документы, ни лекарства, ни даже зонт. Возможно, он просто долго шел. Возможно, он бежал. Цукки не мог вспомнить. Но вот он здесь. Стоит один на автобусной остановке, в промокшей от дождя рабочей форме. В голове крутится этот недо-диалог с Ямагучи, и сознание каждый раз вспоминает его слова по-разному, то обвиняя его во всем, то делая из него жертву сложившихся обстоятельств. В итоге Цукки сдался, поняв, что не может выделить ни одного конкретного тезиса из шума в голове. Он бы отдал все на свете, чтобы это была шутка. Однако время идет, и с каждой минутой он осознает ситуацию все четче. Он думал, что шок отпустил его, но это не так, кажется, он начал отпускать только сейчас. Не заметив, как он сел в автобус, Цукки быстро взглянул на небо за окном. Тучи, но где-то просматриваются звезды, а вот луны он, как ни старался, найти не смог. *** Новичок сидел за одним из столиков ресторана и громко плакал, пряча лицо в ладони. От него все еще пахло рвотой, он глотал крупные слезы, которые все не заканчивались и не заканчивались, его плечи безудержно тряслись. Те части лица, которые можно было увидеть, были такими красными, что почти сливались с его волосами. Суга неловко присел рядом и очень осторожно коснулся его плеча. Новичок не отстранился, но и головы не поднял, продолжая горько рыдать. – Хошиуми, дорогой, не плачь… Хочешь водички?.. Дождавшись чего-то похожего на кивок, Суга взял из рук Кагеямы стакан и протянул его новичку. Тот, не выжидая, запрокинул его. Зубы стучали по стеклу так громко, что казалось, стакан сейчас треснет. Ох, Суга знал этого парня всего несколько часов, но не мог не испытывать сочувствия. В конце концов, пока он не привык, его реакция на такое количество крови была похожей. Суга не понимал, что происходит, но ночь обещала быть долгой и полной стресса. Свет в зале был включен, снаружи шумел усиливающийся дождь. Печь так и не затопили – было не до этого, даже мешки с мусором остались лежать на кухне. В ресторане постоянно происходило что-то спонтанное, но Суга еще не помнил, чтобы несколько игроков одновременно приходили в истерику без особой причины. – Я не понимаю, – не сдержался Кагеяма, поворачиваясь к Суге. – У атакующего не должно быть такой реакции на обычное тело. Возможно, тренер переоценил его квалифицированность. Суга покачал головой, продолжая мягко гладить новичка по плечу. – Не говори так, милый. Может, Хошиуми растерялся или- – Д-да о чем вы говорите?! – взвизгнул новичок, перебивая их обоих. Он убрал руки от лица, так что сейчас можно было хорошо увидеть, как же оно опухло от долгого плача. – И к-кто такой Хошиуми?! Ненадолго повисла неловкая пауза. Суга и Кагеяма растерянно переглянулись. Какие бы аргументы по защите Хошиуми ни формировались у Суги в голове, они исчезли за одну секунду. – Это… Разве это не твое имя? – кашлянув, спросил он. – Нет! М-меня зовут Хината! Х-хината Шое! – он кричал так громко, что Суге пришлось немного отодвинуться, чтобы не оглохнуть. – То есть, тебя не посылал тренер? – уточнил Кагеяма. – Ты уверен? – Я д-даже не знаю, кто это! – Хината вытер рукавом лицо, зло глядя на Кагеяму. – М-мне просто нужна была работа! Я н-не хотел… Я не хотел видеть эт-то! – Но Хо- ам, Хината… – предпринял еще одну попытку Суга. – Помнишь, ты сказал, что ты атакующий? Ты знаешь, что это значит? – З-знаю! Это позиция в волейболе! – кажется, он начал икать. – Я думал, ч-что вам интересно!.. Еще одна пауза, чуть длиннее предыдущей. Суга быстро моргал, пытаясь понять, что происходит и что ему теперь делать. Сидеть рядом с растерявшимся первогодкой – это одно, но удерживать в ресторане плачущего и напуганного гражданского – это совсем другое. В этот раз тишину прервал Кагеяма: – То есть, когда ты говорил про «аса», ты имел в виду… – Я был асом! – просипел Хината, стараясь не разрыдаться еще раз. – В старшей шк-коле! А где еще, если не в спорте?! Зазвенел колокольчик – это в ресторан вернулся Дайчи, мокрый от дождя. Увидев, как следом за ним в помещение заходит Ямагучи, Суга выдохнул, но заметив, что Ямагучи идет один, он почувствовал, как комок нервов где-то в животе затягивается туже. Оставив Хинату Кагеяме, он вскочил и подлетел к Дайчи. – Что случилось?.. Где Цукишима?.. – Да тут такая ситуация неприятная… – Дайчи кивнул на Ямагучи, который весь сжался, стараясь занимать меньше пространства. – Ямагучи соврал, Цукишима гражданский, он понятия не имел, о чем мы говорим. А теперь он сбежал, так что нам надо его ловить. – О боже мой… – Суга нервно сжал кулаки. – Т-так, ладно… Всего двое незнающих – не так уж и много… Дайчи приподнял брови, а Ямагучи даже перестал выглядеть таким напуганным, оборачиваясь на семпая. – «Двое»?.. После долгого часа телефонного разговора, Дайчи, совсем обессиленный, вернулся в зал. Суга все еще крутился вокруг Хинаты, а Кагеяма с Ямагучи пытались отследить местоположение Цукишимы. Хината видел, что Ямагучи не поднимал головы от монитора, как будто боясь встретиться глазами с прожигающе-злым взглядом Дайчи. Хината тоже не хотел встречаться с ним глазами. Хинату никто не держал насильно, но он так и не рискнул попробовать просто встать и уйти. Он не испытывал ничего, кроме страха, до конца не понимая, кого конкретно боится. Суга напоил его каким-то неимоверным количеством воды, видимо, не зная, как еще его успокоить, а потом, склонив его голову рукой, долго шептал ему что-то на ухо, и Хината сквозь панику пытался все запомнить, но получалось с трудом. Он просто хотел вернуться домой. – Я поговорил с Укай-саном и Такедой-саном, – не очень радостно начал Дайчи, все еще не сводя глаз с нервно потеющего Ямагучи. – Настоящий Хошиуми до нас просто не дошел. Видимо, пошел через чужую территорию, где его и убили. Если кратко – ситуацию лучше решить за ночь, думаю, дольше ждать Укай-сан не намерен. – Я даже не знаю, что делать с Цукишимой, если он не захочет сотрудничать, – покачал головой Суга. – Он з-захочет. Клянусь, захочет, – прошептал Ямагучи. – Я его знаю, просто… Просто дайте ему немного времени. П-пожалуйста. – Это не в моей власти, Ямагучи, – отрезал Дайчи, складывая руки на широкой груди. – Я должен услышать, как он сам говорит, что хочет вступить в команду. Если считаешь, что можешь переубедить его – делай все возможное. У нас есть одна ночь. Кажется, это был подходящий момент. Хината поднял дрожащую руку в воздух. – А… Из-звините, а можно мне вступить?.. На него мгновенно удивленно обернулись Дайчи, Ямагучи и Кагеяма. Дайчи пару раз моргнул, видимо, пытаясь понять, как он так быстро успел переметнуться на их сторону. – Мне очень приятен твой энтузиазм, но… Даже не знаю. Ты выглядишь таким… Маленьким? Медленно опустив руку, Хината мелко кивнул. – Я всему научусь. Р-рост не будет проблемой, честное слово. Пожалуйста, пустите м-меня в команду. Пожалуйста. Дайчи посмотрел на Сугу, который только пожал плечами. – Ну, можем сделать его атакующим, у нас как раз их мало, верно? А если еще и Цукишима вернется – вообще четверо будет, вдвое больше, чем у нас на данный момент. – Да ты же понятия не имеешь про игру, – нахмурился Кагеяма. – И чего это ты так резко захотел вступить? – Я… П-просто… – Хината сглотнул и бросил взгляд на Сугу, который едва заметно ему кивнул. – Постоянно чувствую себя в опасности, так что… Ну, вы знаете, преступность в префектуре, я… Х-хочу чувствовать себя защищенным. Пожалуйста, пустите меня в команду. Кагеяма недоверчиво прищурился, а вот Дайчи наоборот – чуть расслабился. Кажется, что-то из этих слов его тронуло. – М-м… Я все еще не уверен насчет позиции атакующего, но, думаю, ты можешь вступить, – все еще растерянно улыбнулся он. – А там уже решим. – Спасибо, – прошептал Хината, чувствуя, как по щекам снова текут слезы. Он старался не дышать. Старался не двигаться и не говорить слишком много. Как сказал Суга, когда они остались наедине: «Просто запомни эти слова. Этого должно быть достаточно». Хината сделал бы что угодно, чтобы не вступать в команду, но Суга объяснил ему, что из команды можно уходить добровольно, но только если ты побудешь в ней какое-то время. Хината даже не мог до конца понять, что это значит, но слова «Просто вступи, подожди чуть-чуть, и я помогу тебе выйти. Тогда ничего страшного не произойдет, хорошо?» немного, но успокаивали. Хината не застревал ни на стадии отрицания, ни на стадии гнева – он сразу перешел к торгу. Он чувствовал взгляд Суги на себе и не понимал, насколько рационально доверяться кому-то из этой группировки, каков шанс, что кто-то вообще будет на его стороне, но старался об этом не думать. Он просто хотел домой. А еще он совсем не знал этого Цукишиму, они провели всего полсмены вместе, но сейчас Хината искренне ему завидовал. Потому что Цукишима был где-то далеко, возможно, даже знал, что ему делать, пока Хината был здесь, с Сугой слева и Кагеямой справа, не решаясь сделать ни одного лишнего движения. Он пробудет тут, пока его не отпустят, если это вообще случится, а вот Цукишима- – Нашел! – выдохнул Ямагучи, поворачивая ноутбук к остальным. – Цукки д-довольно далеко, но на машине вы успеете прежде, чем он сорвется и побежит в новую точку. – Зови Энношиту, – кивнул Дайчи Кагеяме. – Пока что поедем только мы с Сугой. Посмотрим, открыт ли он к диалогу.