Ресторан "Карасуно"

На Суге и Кагеямы не было ни царапинки. Из прически Суги даже не выбилось ни одной пряди. Связующие на то и связующие: почти все были хоть сколько-то ранены, но Кагеяма и Суга выглядели так, будто только покинули квартиру. Единственное, что выдавало Сугу – его форма была влажной от пота. Он нехило перенервничал. Когда Ямагучи и Цукишима, идущие впереди, чуть оборачивались, Суга мог хорошо увидеть, в каком они состоянии. Им оказали первую медицинскую помощь, напоили обезболивающим, а с остальным они могут разобраться позже – игроки, не умрут. И все же это выглядело болезненно. На светлых волосах Цукишимы запекалась кровь. Один из зубов Ямагучи был сколот. Кости игроков были другими, Суга это знал, пусть и не мог объяснить. Они были крепче. Они быстрее срастались. Это как будто могло быть поводом толкать своих атакующих в самое пекло, но Суга никогда не считал себя таким связующим. Он и не был таким связующим. Если было надо, конечно, он мог направить атакующих в опасное место, это их работа, это его работа… Сейчас это было необязательно. Оно сработало, и это успокаивало Сугу. Потому что никогда больше он не вынудит Ямагучи оказаться в такой ситуации. Суга был бы полностью спокоен, если бы под боком у него не было Кагеямы. Он боялся, что Кагеяма выучит что-то не то. Что предположит, что это классический для Карасуно подход. Пропустив громкую толпу вперед и дождавшись, когда они с Кагеямой окажутся в конце, Суга спросил: – Как тебе матч, милый? Кагеяма посмотрел на него и повел плечами. – Мы победили. Это хорошо. – Что-то смущает тебя? – Несколько вещей, – Кагеяма снова смотрел перед собой. – Например, сила наших соперников. – А… – Суга выдохнул и улыбнулся. – Тебе стоит привыкнуть к нашему положению: много слабаков вокруг. Это тоже тяжело. – Это была самая простая победа, которую я видел. – Да, но представь, что такие матчи проходят каждый день, – заметил Суга. – Юг кишит слабыми командами, у нас тут тесновато… Зато без матчей не останемся. Кагеяма кивнул. – Да, это хорошая новость. С начала их процессии доносились какие-то песнопения. Прислушавшись, Суга без труда смог различить слова. – …У длинного и рыжего была первая игра! – орал Танака, высоко подняв руки в воздух. – Каждый разъебал и разорвал, ура! – подвывал ему Нишиноя. – Эй! – Суга сложил руки рупором. – Атакующие! Между прочим, у Кагеямы и Ямагучи тоже была первая игра! Кагеяма хотел что-то сказать, но Суга прервал его коротким жестом. – В смысле, в Карасуно. – Аэ… – Нишиноя щелкнул пальцами. – Злой и хакер тоже молодцы! – Умные и наглые! Настоящие борцы! – закивал Танака. Суга хотел напомнить им и про Ячи, но Ячи обернулась и посмотрела на него с такой мольбой в глазах, что Суга рассмеялся и решил ее пощадить. – Что-то ритм у вас слетает, – фыркнул Дайчи. Он открыл дверь и, пройдя в зал, устало потянулся. – Да уж, давно я столько не бегал… Где их шестой номер? Энношита включил свет и повесил пальто на крючок у входа. – Я закинул его по пути, Дайчи-сан. – Да? – Удивился Дайчи. – Вот черт, я даже не заметил, что мы останавливались. Энношита кивнул и повернулся к Нишиное. – Нальешь воды? – Да-да, ща… – задумчиво пробормотал он, обходя барную стойку и доставая стаканы. – А че рифмуется с «Асахи»? Нихера в голову не идет… – Черепахи? – предложил Хината, запрыгивая на барный стул. При всех теплых чувствах, Суга не спешил обнимать его и поздравлять с победой, поскольку форма, руки и лицо Хинаты были слишком обильно покрыты кровью. – Какие в жопу «черепахи»? – нахмурился Нишиноя. Асахи распустил волосы и присел за стойку, сонно улыбаясь. – Я люблю черепах… Они такие милые… – Черепахи так черепахи, – тут же согласился Нишиноя. Кагеяма снова обратился к Суге. – Мы можем продолжить обсуждение матча? Во-первых, я бы хотел обсудить его окончание, а во-вторых, я записал некоторые моменты, которые стоит поменять, потому что- Суга был вынужден его прервать. – Милый, не беги вперед паровоза. Первая игра, все устали… Кагеяма нахмурился. – В смысле… Мы сейчас просто расходимся? – Нет-нет! – Суга повернулся к команде. – Мальчишки, посидим, поболтаем? Может, перекусим? – Он с улыбкой посмотрел на Цукишиму и Ямагучи. Ямагучи слабо улыбнулся ему в ответ. Хорошо, значит, не сильно злится, не сильно напуган. Ячи смыла кровь с его лица, и все равно Суга мог видеть ее, оставшуюся у корней волос, в порах у носа. – Нет, – сказал Цукишима, доставая телефон. – Простите. Мне придется ненадолго отлучиться. Суга подумал, что ослышался. Ямагучи, повернувшийся к Цукишиме, выглядел не менее удивленным. Цукишима сложил телефон в карман и, встретившись с Сугой взглядом, вопросительно приподнял брови. – Что? – Ам… – Суга кашлянул. – Разве ты не хотел есть, Цукишима? Цукишима снял очки и протер от крови оставшуюся линзу. – Я все еще хочу, но у меня встреча. Это не должно занять много времени. У Цукишимы могла быть встреча только с одним человеком. Суга прикрыл глаза и глубоко вдохнул, стараясь справиться с раздражением. Он-то думал, что смог наконец-то переключить Цукишиму в нужный режим, но, видимо, план не сработал. В какую сторону его еще погнуть, чтобы он перестал быть таким проблемным?.. Его голос звучал холоднее и спокойнее. Увереннее. Он стал хуже. М-да. Суга открыл глаза. Все очевидно напряглись. Нишиноя и Танака были здесь, почти у Суги под рукой, Энношита же стоял ближе к Цукишиме, но, пожалуй, резких выпадов делать не будет. Кагеяма бесшумно и почти незаметно потянулся к карману, и Суга остановил его, положив руку на локоть. Метаться ножами тоже рано. Ямагучи, Ячи и Хината просто выглядели растерянными.  Вздохнув, Суга повернулся к Дайчи и Асахи. Им нужно провести телепатический разговор за несколько миллисекунд, чтобы быстро решить, что делать. Цукишима закатил глаза. – …Какой мрак сразу. Если хотите отпраздновать, просто начинайте без меня. Энношита посмотрел в сторону улицы и быстро сказал. – Дайчи-сан. Дайчи проследил за его взглядом, Суга тоже. Это было предсказуемо, и все равно неприятно. Звякнул колокольчик. Войдя в зал, Сакуса поправил медицинскую маску на своем лице и окинул их взглядом. Кто-то не успел убрать оружие, кто-то был с ног до головы в крови, и абсолютно каждый был одет в форму. Суга знал, что сейчас Сакуса не узнал для себя ничего нового. – Ты готов? – спокойно спросил Сакуса у Цукишимы. – Секунду, – сказал Цукишима и прошел в раздевалку. Суга не поворачивал голову, следя за ним взглядом. Он ранен сильнее, чем Суге показалось? Или он делал вид, что ему не так больно, пока не пришел Сакуса? Сейчас он хромал сильнее, чем минуту назад. Цукишима вернулся с курткой на плечах и сумкой в руке. Нишиноя и Танака зарычали и сделали шаг вперед, но Дайчи быстро схватил их за плечи. – Не надо. Нишиноя зло посмотрел на него. – Дайчи-сан! Мы че, просто позволим ему уйти?! – Придется, – склонил голову Сакуса. – Если не хотите оказаться за решеткой этой же ночью. Суга закусил губу. Ситуация была странной: Сакуса стоял прямо перед ними, безоружный, скорее всего, даже не умеющий сражаться. Почти любой из присутствующих мог бы избавиться от него сотней разных способов, но они не могли сдвинуться с места. Пока Нишинои не было, они были неосторожны. Этот диктофон и правда был очень, очень опасной вещью. Сакуса хранил его в отдаленном месте. Сделают ему что-то – сдадутся властям. – Не переживайте, – выдохнув, Суга улыбнулся и посмотрел на Цукишиму. – Милая сумочка, кстати. Ты правда думал, что мы не найдем второе дно? Губы Цукишимы растянулись в неприятной ухмылке. – Я побаивался, что вы найдете третье. Но, видимо, Сакуса-сан прав – вы недостаточно умный для этого. Улыбка Суги дрогнула. – …Что, прости? – До встречи, Карасуно, – кивнул Сакуса и раскрыл дверь ресторана, придерживая ее для Цукишимы. Цукишима лишь на секунду пересекся взглядами с Ямагучи и вышел вслед за Сакусой. Они ушли. Несколько секунд все стояли молча, пытаясь понять, что только что произошло. Цукишима вел себя, как… Как раньше. Как в первые дни, когда, как оказалось, он не знал про игру. Он был уверенным и ядовитым. Видимо, Суга неосторожным движением сделал что-то ужасное. Вернул его в изначальное состояние. Создал идеального бойца не для Карасуно, но для Сакусы. – …Выродки, – одними губами прошептал Суга. – Вот же выродки. Ямагучи, приобняв себя руками, смотрел в сторону двери, будто прямо сейчас Цукишима вернется обратно. Хината растерянно вытер лицо рукавом и посмотрел на Сугу. – Вы же не думаете, что он правда… – У нас мало времени, – коротко сказал Кагеяма. Дайчи тяжело вздохнул и хлопнул в ладоши. – Так. У нас снова проблемы. Энношита, агентов сюда. Нишиноя, тащи все схемы офиса и предыдущих квартир Сакусы. Кагеяма, подними все записи о нем. Работаем быстро. Поднялась суета. Во время такой суеты, когда все говорили одновременно, когда все так быстро перемещались по залу, что то и дело задевали стулья и столы, Дайчи чувствовал себя более спокойным и сфокусированным, чем обычно. Шум – это нормально. Тишина страшнее. Все хотя бы примерно понимали, что им делать. Да уж, наверное, ни для какой другой команды мелкий детектив не был бы проблемой, только для Карасуно. Ну, что ж, раз он проблема, то и разбираться с ним нужно, как с проблемой. – Чего?.. – услышав краем уха чей-то разговор, Дайчи обернулся и прикрикнул. – Никакой Некомы! Не настолько нас еще зажали! Ямагучи сидел за столом. Перед ним был раскрытый ноутбук, но его руки лежали не на клавиатуре, а на коленях. Он не смотрел в глаза никому. – Эй, – Дайчи подошел и хлопнул его по плечу. Руку он оставил на спине Ямагучи и почувствовал, как сильно тот напрягся. – Переставай трястись, мы тебя не ругаем. Сфокусируйся и ищи своего парня. Ямагучи слегка обернулся через плечо и с небольшой задержкой положил руки на клавиатуру. Кагеяма расстелил одну из карт за этим же столом, склоняясь над ней и присматриваясь. – У Ямагучи, возможно, будет меньше проблем, чем у остальных, – сказал он. Ямагучи поднял на него напряженный взгляд. – В… В с-смысле?.. Кагеяма приподнял бровь. – В смысле, что ты можешь быть заодно с Цукишимой. Спина под ладонью Дайчи напряглась еще сильнее. Проходящий мимо Танака влепил Кагеяме сильный подзатыльник. – Слышь, чувырла! Вы в одной команде уже полгода, пора бы научиться доверять друг другу! Кагеяма поморщился и потер затылок. – Извините. Ямагучи не помогает выстраивать доверительные отношения. Танака хохотнул. – Ха! Сам-то! Кагеяма нахмурился. Дайчи наклонился ближе к Ямагучи и, понизив голос, сказал. – Он прав, но не позволяй себя провоцировать, Кагеяма сам на нервах. Ты должен работать. Ямагучи слабо дернул плечом, будто попытавшись скинуть руку Дайчи. И все же подтянул ноутбук ближе и наконец-то приступил к работе. Кагеяма выглядел не менее пристыженным и хмурым, когда Дайчи силой усадил его рядом с Ямагучи. Два умнейших первогодки. Когда к ним пришел Ямагучи, Дайчи поразился, что теперь у них аж два первогодки, разбирающихся в каких-то поразительно сложных вещах. За все полгода их совместного пребывания здесь объединить их труды было непосильной задачей. Не то чтобы до появления Цукишимы Кагеяма и Ямагучи враждовали – совсем нет. Скорее они оба были закрытыми и «шипастыми», оба не умели работать в команде, и пока Кагеяма хотя бы цеплялся за Сугу, Ямагучи не цеплялся ни за кого. Дайчи не считал, что это их последний день на свободе. Еще чего. А значит, отличная практика для Ямагучи и Кагеямы – еще когда-нибудь пригодится. Эх, Ячи и Хината… Сейчас они не могли помочь ничем. Могли бы – Дайчи бы сразу их запряг, и они перестали бы выглядеть такими встревоженными. Они стояли чуть поодаль, и Ячи тряслась, громадными глазами наблюдая за разворачивающимся вокруг нее хаосом. Хината помотал головой. – Я не очень понимаю… А что будет, если Цукишима отдаст тому мужчине сумку? Там что-то важное? – В-видимо, улики… – шепнула Ячи. – Если он отдаст ее, нас… С-скорее всего, нас всех п-повесят. – Что?! – Хината положил руку себе на горло. – Уже?! Но мы сыграли всего один матч! – Сколько мы знаем мест, где они могут находиться? – спросил Асахи, наклоняясь и оценивая количество схем разных зданий. Он стоял рядом с Сугой и Нишиноей. Они сдвинули несколько столов, чтобы расположить на них больше карт. – Восемь, – вздохнул Дайчи, подходя к ним. – Офис и его бывшие квартиры. Сакуса менял их, как чокнутый, когда мы за ним следили. Вот его паранойя и помогла – мы понятия не имеем, в какой из них он прячется. – Но вероятнее всего, что они в офисе, – сказал Суга. – Туда они ездили в последний раз, верно? И он знает, что мы знаем о квартирах, так зачем ему туда ехать? – Про офис мы тоже знаем, – покачал головой Дайчи. – Ну… Да, но там хотя бы всякие вещи. В квартирах просто голые стены, они пустышки. – Или мы так думаем, – недовольно пробурчал Нишиноя, грызя кончик карандаша. – Помните, он один месяц ходил по каким-то челам, которые с прослушкой связаны? Танака чуть нахмурился. – А мы разве не решили, что это он просто нас путал? – Я ебу, че вы тут решили? Я нихера не решал, я загремел по самое не балуй! – Нишиноя мотнул головой. – Разделимся. Кто по квартирам, кто в офис. Поймаем – ебнем. – Не ебнем, – Суга пробежался взглядом по схемам. – Не забывай про диктофон. Мы только знаем, что он находится в ячейке хранения, но понятия не имеем, в какой. – Тогда, может, потратим усилия на поиск ячейки? – негромко спросил Асахи. – Если мы успеем перехватить диктофон, Сакуса останется безоружным… Нас ничего не будет сдерживать. – Я… Я не знаю, – Суга вздохнул, потирая веки. – На этом этапе у меня такое чувство, что мы просто должны спасаться. Я боюсь тратить все время на поиски ячейки. Что, если нам уже пора уносить ноги?.. Дайчи прервал Сугу раньше, чем тот начал паниковать. – Давайте так. Ямагучи и Кагеяма ищут хранилище. Я, Нишиноя, Асахи и Танака смотрим по квартирам и офису, выезжаем через несколько минут. Агенты нам помогут. – А я? – спросил Суга. – А ты делай то, что умеешь – готовься уносить ноги, – сказал Дайчи. – Нам нужны планы отступления. Лучше включающий второгодок, но отдельный для первогодок тоже. – Понял, – кивнул Суга и быстро побежал в кабинет Дайчи. Дайчи снова двинулся к Кагеяме и Ямагучи. Хината и Ячи уже сидели рядом с ними, видимо, стараясь держаться ближе к ровесникам. – А что такое план отступления? – спросил Хината у Дайчи. Дайчи не ответил – заметил движение у входа ресторана, услышал колокольчик и поднял руку, здороваясь. – Парни, поживее! Мало времени! Взгляд Кагеямы бегал между бумагами перед ним и ноутбуком Ямагучи. Он был занят, поэтому звучал несколько рассеяно. – Это план по подделыванию улик так, чтобы первогодки остались непричастными. Вещи, которые мы должны будем говорить в суде, чтобы избежать обвинений. В общем, полное перекладывание ответственности на старших. – Что? – Хината нахмурился. – Это что, делать вид, что нас заставили?! Я не хочу! – Я тоже. Лучше меня повесят игроком, чем я буду жив гражданским. – Громкое заявление, – заметил Дайчи, опуская на них взгляд. – Если это тот план, к которому мы придем, то мы заставим вас говорить нужные слова. Сможете вернуться к игре в другой команде. Лишние повешенные юнцы нам не нужны. Хината замотал головой. – Но я не хочу в другой команде! – А умереть хочешь? – Карасуно не умирают! – уверенно сказал Хината. Дайчи приподнял брови. Ого, почти их девиз, что удивительно с учетом того, что Хината не сильно разбирался в истории и сказал это от чистого сердца. Фыркнув, Дайчи потрепал его по голове. – Не умирают. Значит, при этом плане и с нами ничего не случится. Хината чувствовал себя странно. Все вокруг бегали, что-то делали, что-то обсуждали… А он сидел и все не мог понять, зачем они это делают. Нет, он понял, что им нужен диктофон, что им нужен сам Сакуса… Но разве Цукишима уже туда не пошел? Разве он не должен разобраться? Почему все ведут себя так, будто он не из Карасуно? Хината видел его глаза, все видели! Может, остальные знают что-то еще… Хотя, судя по лицам, нет. Суга ушел в кабинет Дайчи и пока не возвращался. Кагеяма быстро выписывал что-то на самом краю листа бумаги. Ямагучи периодически хрустел пальцами, разминая их, и продолжал печатать. Хината помнил, что в последние разы, когда Цукишима сбегал, Ямагучи просто находил его с помощью его телефона. Сейчас же, если верить Ямагучи, телефон Цукишимы был выключен. Хината задумался, как, наверное, сложно скрывать что-то, если твой парень – хакер. Поразительно, что Цукишима выключил телефон впервые. Может, до этого он не задумывался о необходимости? Из задумчивости Хинату выбило то, что он увидел незнакомые лица. Во всей этой суете он даже не заметил, что к ним кто-то присоединился. Рядом с Энношитой стояли двое парней примерно его возраста. У одного была очень короткая стрижка и спокойное, не соответствующее обстановке лицо. Он был одет в обычную домашнюю одежду, так что привлекал намного меньше внимания, чем парень со светлыми волосами, стоящий чуть правее, который был одет в самую настоящую полицейскую форму. – Воу! – Хината подскочил. – Это кто?! – Нарита-сан и Киношита-сан, – сказала Ячи. – Это наш химик и… Ну… «Свой человек» в полиции?.. – У нас есть еще два игрока?! – Они не в основном составе, – коротко сказал Кагеяма. – У Энношиты-сана шестой номер, – тихо заметила Ячи. – А у Кагеямы уже девятый. – И правда… – выдохнул Хината. Он сорвался с места и побежал к Энношите, чтобы лучше слышать его разговор с Киношитой и Наритой. Танака стоял рядом с ними, сложив руки на груди. – А ты сможешь как-то понять, был ли кто-нить недавно в квартире? – Смогу, – кивнул Нарита. – Только если Сакуса не убирал за собой все кусочки кожи или волосы. – Он параноик… Может, и убирал, – покачал головой Энношита. Дайчи подошел к ним, и Хинате пришлось отойти в сторону, чтобы не стоять у него на пути. – Он параноик, поэтому боялся оставаться надолго в одной точке. Он не тратил бы на это время. Киношита, сможешь следить, не начнется ли у вас шумиха насчет диктофона? Если кто-то хоть пикнет – мы должны узнать мгновенно. Возможно, ты успеешь его перехватить. – Конечно, – Киношита тут же присел за свободный столик и открыл свой ноутбук. – Хранилище в нашем районе? Дайчи повернулся к остальным первогодкам. – Ямагучи, Кагеяма? Ямагучи поморщился. – П-простите, мы ищем… – Вот эти два можно откинуть, – ткнул в монитор Кагеяма. – Я точно помню, что они уже около месяца закрыты. Увидев, что Суга возвращается с кухни, Хината подбежал к нему. Суга на него даже не посмотрел – был слишком сосредоточен на бумагах в своих руках. Асахи обернулся на него и удивленно приподнял брови. – Ты уже все сделал?.. – Я… Набросал это какое-то время назад. На всякий случай, уж простите меня за мой пессимизм, – пробормотал Суга, перебирая листы. – Кагеяма и Ямагучи нам пока нужны, Хината и Ячи уже могут бежать. Хината и Ячи переглянулись. Нет, они познакомились только сегодня, и, конечно, Хината не мог предполагать, что Ячи захочет остаться, но… Но пусть ее форма и была белой, крест на ее груди был черным. – Э-э… – проблеяла Ячи. Хината посмотрел на Сугу и упер руки в боки. – Я никуда не побегу! Мы же команда! Кажется, Суга заметил его только сейчас. Вздохнув, он наклонился к Хинате. – Солнце, прости, но ты здесь меньше месяца. Нет никакого повода жертвовать собой. Я дам вам конкретные инструкции, а вы просто будете им следовать, хорошо? Как Ямагучи и Кагеяма закончат, они тоже пойдут. – Нет, – коротко ответил Кагеяма, не поднимая взгляд от ноутбука. – Я смогу помочь и потом. Ямагучи мелко качнул головой, как и Кагеяма, не отрывая взгляда от экрана. – Я т-тоже осталась бы… – пробормотала Ячи. – Если… Если м-можно… Суга выпрямился. – Нельзя, в этом и смысл! Ребята… – он постучал себя по запястью. – У нас нет на это времени. Вы уходите, потом, если у нас останется какое-то время, уходят второгодки. Это план, которому мы должны следовать. Нишиноя расхохотался. – Сплю и вижу, как мы съебываем из Карасуно! Ну че, Рю, заживем спокойно после этого? Танака заржал, запрокидывая голову. – Откроем цветочный магазинчик! И будем ложиться спать в девять вечера! – И вы туда же! – нахмурился Суга, оборачиваясь. – Укай-сан еще в самом начале дал понять, что- – Да похуй на Укай-сана! – отмахнулся Нишиноя. Заметив прожигающий взгляд Дайчи, он мгновенно шлепнул себя по губам. – Прощения просим, не это имел ввиду… Я про то, что вы реально думаете, что мы будем просто сидеть и смотреть, как вас троих вешают? Я же правильно понимаю, что нет плана, где вы кидаете тренера с сенсеем и валите вместе с нами? Дайчи сложил руки на груди. – Есть и такая ступень, но я никогда ее не выберу. Укай-сан и Такеда-сан не должны пострадать. – Ну так и мы вас не бросим! – всплеснул руками Танака. Краем глаза Хината заметил какое-то движение: Ямагучи опустил голову и достал из кармана телефон. Он смотрел в экран несколько секунд и сначала выглядел удивленным, а потом, и Хината мог в этом поклясться, его губы дрогнули, как будто от растерянной улыбки. Мгновение, и от этой улыбки не осталось и следа. И все же Хината видел, что Ямагучи не возвращается к работе. Его ноутбук все еще был открытым, но он опустил руки на колени, а не на клавиатуру. – Нам пора ехать… – мягко напомнил Суге Асахи. – У нас все меньше времени... С каких квартир начать? Или начать с офиса? – С офиса, – ответил Суга. – Он ближе всех. Не нападайте раньше, чем мы сообщим, что диктофон у нас. – Осталось двадцать три варианта хранилищ, – сказал Кагеяма. – Дайте нам еще немного времени. Ямагучи, вопрос. – А?.. – Ямагучи вздрогнул и повернулся на него. – Ты будешь препятствовать, если нам придется избавиться от Цукишимы? Суга вздохнул. – Кагеяма, никто не будет этого делать… Это поразительно… Это поразительно! Хинате не показалось! Ямагучи быстро отвернулся, скрывая лицо за волосами, чтобы никто не увидел, что он чуть не прыснул! Что он увидел в телефоне? Почему резко стал таким, каким был… Хм. Он никогда не выглядел так, если был один. Он выглядел так, только когда рядом был- Хината повернулся ко входу раньше остальных. Он единственный увидел почти незаметный на фоне темной улицы силуэт, подходящий к ресторану. Раздался звон колокольчика, и Ямагучи поднял голову. Все замолчали и повернулись ко входной двери. Цукки, все еще в крови после матча, с разбитыми очками и все той же сумкой, зашел в ресторан и огляделся. – …Вас стало больше? Ямагучи вскочил и бросился к нему, но Дайчи резко схватил его за плечо, останавливая. На этот раз Ямагучи и правда чуть не вырвался силой, и ему пришлось напомнить себе, что Дайчи не знает. И Кагеяма не знает, и Суга не знает. Не время для злости. Это самое смешное, что с ним когда-либо происходило. Так что он замер, позволяя руке Дайчи остаться на своем плече. Когда Цукки посмотрел ему в глаза, Ямагучи почувствовал, что тает. Губы Цукки дрогнули, сдерживая улыбку. Суга моргал, явно не веря своим глазам. Справившись с нервами, он прошел вперед и неприятно улыбнулся. – …Как славно, что ты вернулся. А где же Сак- – О, Суга-сан, – повернувшись к нему, Цукки кивнул и поставил сумку на стол. Она выглядела объемнее, чем раньше. – Нас прервали. Что в итоге будем делать с теми уликами, которые я протащил под вашим носом? – Чего?.. – Суга прищурился. – Цукишима… Ты возвращаешься и гово- – Мне самому ее открыть? – Цукки упер руку в бедро. – Вы боитесь? Возможно, кто-то как-то реагировал. Возможно, кто-то что-то говорил. Как это бывало в лучшие за жизнь Ямагучи моменты, он мог видеть только Цукки. Цукки вздохнул и, сняв очки, протер краем водолазки оставшуюся линзу. – Суга-сан… Пожалуйста, откройте. Вам должно понравиться. Ямагучи показалось, что Суга посмотрел на него. Только через секунду он понял, что Суга посмотрел на Дайчи за его спиной, чтобы узнать, дает ли он согласие. – …Ладно, – Суга неуверенно прошел вперед и коснулся молнии. – Тут же нет бомбы или яда какого-нибудь? Цукки приподнял брови. – Вы уже ее коснулись. Лизните еще, чтобы наверняка, – Суга зло посмотрел на него, и Цукки поднял руки, как будто защищаясь. – Ничего такого, нет. Медленно приоткрыв сумку, Суга нырнул внутрь руками и достал из нее небольшую салфетку и стопку документов. – Что это?.. О боже! – он вновь повернулся к Дайчи. – Тут договоры с Некомой! Дайчи наконец-то отпустил плечо Ямагучи и прошел вперед. – Чего?.. Важные? – Ну… Достаточно… – Суга пробежался взглядом по страницам. – Цукишима, ты… Как ты вообще смог их стащить?! Хорошо, они начали понимать. Суга перестал звучать таким злым. Очевидно, если Цукки вернулся, если он вернул все улики, он не предавал их и даже не планировал это делать. Получив от него сообщение, Ямагучи испытал волну облегчения. Поняв, что получил это сообщение лично он, Ямагучи понял, что Цукки вернулся, и вернулся по-настоящему. Он очевидно наслаждался тем, какими растерянными все выглядели. Какими растерянными выглядели Дайчи и Суга – самая верхушка. Он не мог не ткнуть им в нос, один последний раз, перед своим полным присоединением к Карасуно. Ямагучи с трудом мог стоять на месте, в нескольких метрах от Цукки. Ему хотелось быть ближе, но он не хотел мешать. – Вы помните, как открывается второе дно? – спросил Цукки. Суга приподнял бровь. – Хочешь сказать, ты успел взять что-то еще?.. Серьезно, каким образом? Цукки развел руками. – Если мы так на каждом дне тянуть время будем… – Какой же ты стал… – цокнув языком, Суга сдался и повернулся к сумке. Когда Суга открыл дно и погрузил руку в сумку, Ямагучи услышал шорох. Кажется, пакет. Суга растерянно нахмурился и открыл сумку шире, распахнул ее, присматриваясь. Они с Ямагучи смогли рассмотреть содержимое одновременно. Суга взвизгнул, резко отстраняясь от сумки, врезаясь спиной в Асахи. Его лицо стало бледным, и он быстро зажал рот рукой. Цукки выглядел удивленным. – Суга-сан, а что такое?.. Это слишком для вас? В этот момент Ямагучи не сдержался и засмеялся, сгибаясь пополам. Цукки посмотрел на него, уже не пытаясь скрыть улыбки. Суге, очевидно, стало нехорошо, и Асахи мягко прикрыл его собой. Ямагучи не испытывал к Суге никаких плохих чувств, и все равно это было уморительно. Каждый раз, когда Цукки подшучивал над кем-то, это было уморительно. Просто он давно этого не делал. Ямагучи успел отвыкнуть. Пока Дайчи подходил к столу, чтобы понять, на что там наткнулся Суга, Ямагучи быстро обогнул его и подбежал к Цукки, все еще смеясь. Цукки улыбался ему. Пытался держаться серьезным, а еще пытался показать старшим, что не нервничает. Но Ямагучи он улыбался. – Оу, – удивился Дайчи. – Че там? – подпрыгнул Нишиноя. – Чето плохое? – Не особо, – все еще удивленно пробормотал Дайчи. Ухватившись за черные волнистые пряди, он достал голову Сакусы из пакета и чуть приподнял над столом. Кровь с неровного сруба тут же закапала на древесину, начала собираться некрупной лужей и перетекать на пол. – О боже!.. – выдохнул Асахи. Заорав от волнения, Нишиноя и Танака ринулись вперед, чтобы осмотреть голову со всех сторон. Даже Кагеяма был в таком шоке, что подошел ближе, приглядываясь. Отрубленная голова Сакусы выглядела правильно, так Ямагучи казалось. Слегка прикрытые глаза, невнятное выражение лица, бледная кожа. Как точка, как окончание этого всего. Как жертва для Карасуно, как устранение главного на данный момент врага. А еще Сакуса просто слишком много думал и рылся там, где ему рыться не стоило. Что еще делать с такими людьми, если не отрубать им голову? – Суга-сан, вам там полегче не стало? – спросил Цукки. Ямагучи снова не сдержал смех, прикрывая рот рукой. Суга посмотрел на них всего на мгновение, прежде чем снова отвернуться, морщась. – Г-господи… Насколько б-более проблемными вы вдвоем можете быть?.. И уберите уже эту чертову голову! – Не хотите посмотреть поближе? – Ну сколько можно на меня обижаться?! Цукки фыркнул. – Теперь мы квиты. – Цукишима… – Дайчи впечатленно посмотрел на него. – Это просто здорово. Но ты- – Третье дно, – напомнил Цукки. Асахи перехватил голову Сакусы и осторожно прижал к своей груди, пока Дайчи осматривал сумку, разбираясь, как достать до третьего дна. Поддев нужный шов, он приподнял отдел и не сдержал вскрика. – Ты шутишь?! Хината забрался на стол, чтобы видеть лучше. – Дайчи-сан, что там?! – Как вам сказать… Решение всех наших проблем, – расплылся в улыбке он, доставая старый диктофон. – Цукишима, я… Даже не знаю, что сказать. Цукки кашлянул и, вытерев руки о штаны, выпрямился. Он привычно коснулся Ямагучи, и тот отошел в сторону, чтобы не мешать. – Я прощу вас разрешить мне вступить в Карасуно. Я знаю, что технически я уже в команде, но… – он неуверенно посмотрел Дайчи в глаза. – Вы понимаете. Сейчас я, типа… Типа с вами. Если разрешите. – «Типа», – усмехнулся Дайчи. Нишиноя захохотал. – После такой херни должны взять! Асахи-сан, дай башку подержать! – Прости, но нет… – Асахи мягко приподнял голову Сакусы, чтобы Нишиноя не смог до нее дотянуться. Суга, не глядя в их сторону, махнул рукой. – Подлый трюк, Цукишима, н-но не могу не согласиться с Ноей… Ясное д-дело возьмем… Цукки нервно перебирал пальцами. Дайчи, тепло улыбаясь, кивнул ему. – Конечно, ты принят. Еще раз. Но в этот раз по-серьезному, да? – По-серьезному. – Никаких больше подшучиваний над семпаями. – …По возможности, – Цукки мелко кивнул. – Извините за все доставленные неудобства. Подрагивая, Ямагучи наблюдал за тем, как постепенно все полностью расслабляются, как начинают радоваться, как хлопают Цукки по плечу и треплют его волосы. Ямагучи никогда раньше не видел Цукки в окружении такого большого количества человек с таким выражением лица при этом. Он не улыбался, но не морщился от отвращения. Он слегка поклонился Суге, и Суга отмахнулся, однако не успел ему ответить – Танака поднял Цукки в воздух, и Цукки напряженно замер. Ямагучи весело фыркнул. Голову Сакусы куда-то дели, Ямагучи даже не успел сориентироваться, кто это сделал. Ресторан зашумел, загудел, Танака, наконец отпустив Цукки, понесся сдвигать оставшиеся столы, Энношита помог убрать с них карты и схемы зданий. Ямагучи слышал, как Хината активно расспрашивал про голову Сакусы, слышал, как Нишиноя уверенно заявил, что это, очевидно, тридцать один удар резаком для бумаги, а потом чуть сходу марку резака не сказал. Безумные способности. Суга обессиленно опустился на диванчик, и Нарита принес ему воды. Суга со слабой улыбкой поблагодарил его и осушил стакан за секунду. Ячи спросила у Кагеямы что-то про диктофон, тот с разрешения взял его у Дайчи, и они с Ячи отошли подальше, видимо, чтобы прослушать какие-то записи. Хината почти сразу присоединился к ним. Киношита обратился к Дайчи, и только сейчас Ямагучи понял, что все, в общем-то, начали перетекать в противоположный конец ресторана, ближе к бару, дальше от двери. Дайчи показал Киношите, мол, сейчас, и повернулся к Цукки с Ямагучи. – У вас минута, – сказал он, улыбнувшись, и пошел к остальным сокомандникам. Минута?.. Во-первых, мало. Во-вторых, на что? Приглядевшись, Ямагучи с удивлением понял, что то ли случайно, то ли специально, но на них с Цукки теперь никто не смотрел. Ого… Спасибо. Ямагучи бы не смог чувствовать себя спокойно, если бы на них пялились. Цукки наверняка тоже. Так что, пользуясь редкой возможностью, Ямагучи закинул Цукки руки на шею, и Цукки, не выжидая, наклонился и поцеловал его. Они никогда не целовались вне своей квартиры. И уж тем более находясь с кем-то в одной комнате. Ямагучи чуть не задохнулся от счастья, чувствуя, как Цукки по обычаю своему складывает ладони друг на друга на его спине. Так, как раньше он делал только дома. Кажется, ресторан в каком-то смысле приблизился к их дому по уровню комфорта. У Цукки во рту тоже был вкус крови. Вспомнив, что у него, возможно, сломаны ребра, Ямагучи попытался не сжимать его так крепко. У него не получилось. – Т-ты в порядке?.. – прошептал он, когда смог заставить себя отстраниться. – Я… Не знаю, – прошептал в ответ Цукки. – Но лучше, чем было. – Я т-так… Счастлив, – Ямагучи слабо улыбнулся, чувствуя, что у него выступают слезы. – Н-не могу до конца поверить… – Прости, что пришлось так долго меня ждать. – Хах!.. – Ямагучи вытер слезы рукавом. – Я мог бы дольше!.. – Да за тобой вообще попробуй успей, – Цукки убрал волосы с его лица. – Кхм… Как думаешь, перебор? Вся эта театральщина? Ямагучи аж хрюкнул от смеха. – Очень выпендриться хотел, да? – Неимоверно… – У тебя получилось!.. Блять, лицо Суги-сана… По мне было сильно видно, что мне смешно?.. Цукки засмеялся. – Ты про тот момент, когда ты заржал на весь ресторан? – Пиздец… Ямагучи не заслужил этого счастья. Он и Цукки не заслужил, но такого размаха… Он ошибся, и ошибся сильно. Он затащил его сюда, надеясь, что все уляжется само собой. Чем больше времени проходило, тем больше он боялся, что это необратимо. Цукки почти полностью стерся, исчез. А сейчас он был здесь. И Ямагучи не ощущал, что Цукки сильно изменился. Что-то в нем поменялось, да, но это все еще был он. И теперь они работали вместе. И теперь у них не было тайн друг от друга. Цукки взял его за лицо и поцеловал в переносицу, потом в лоб. Ямагучи счастливо зажмурился, кладя свои руки на его. Но потом Цукки пошатнулся, морщась, и Ямагучи быстро подхватил его под локоть. – Цукки!.. Ребра?.. Сотрясение?.. – Г-голод… – просипел Цукки, кладя одну руку на живот. – Блять, сейчас умру… Какая тупая будет смерть… Ямагучи встрепенулся и обернулся на команду. В этот момент невидимый пузырь как будто лопнул, и люди начали смотреть в их сторону. Например, почти сразу они пересеклись взглядами с Сугой, и Суга вопросительно кивнул. – Чего такое? – Ам… – Ямагучи неловко посмотрел на Цукки. – У нас нет чего-нибудь… Съедобного?.. – В ресторане-то? – улыбнулся Суга. – Найдем! Танака победно поднял руки в воздух. – Ну так! Мы как раз хотели обмыть первый матч первогодок! Цукишиму с его этим приколом туда же припишем! – И возвращение наше! – добавил Нишиноя. Дайчи осмотрел команду. – Отличная возможность, еще и почти все тут… Позвоните Киеко, пусть приходит. Цукишима, за мной. Сейчас по мелочи что-нибудь настряпаем, через час нормальный пир. На скорую руку Дайчи «состряпал» Цукишиме такое количество еды, которое обычно могло бы быть растянуто на неделю, если не больше. Цукишима съел все за один присест. Он не наелся. Все были в зале. На кухне остались только Дайчи и Цукишима. Дайчи, потому что не позволил Кагеяме себе помогать и сейчас готовил какое-то необъятное количество блюд для всех своих сокомандников. Цукишима, потому что не хотел есть при всех, особенно когда приготовили перекусить только ему. Тарелка перед ним была пустая. Голод продолжал давить. Он не мог не вспомнить Ямагучи. Те странные дни, когда он уже работал в ресторане, когда, видимо, прошел посвящение, а Цукки об этом ничего не знал. Ямагучи выглядел уставшим, вымотанным. Он кусал губы до крови, плохо спал и мало ел. А потом посреди ночи Цукки обнаружил его на кухне, в прекрасном расположении духа. Холодильник был пуст. Ямагучи никогда не отличался повышенным аппетитом. Никогда, кроме той ночи. Сейчас Цукки отлично его понимал. Несмотря на голод, он чувствовал себя хорошо. Вещи не могли улечься в его голове, и все же он не ощущал, что вместо мозгов у него в черепе жидкое мыло. Наконец-то. Он не терял связь с реальностью. Скорее в реальности произошло так много вещей, что было сложно сфокусироваться на них всех одновременно. Цукки не мог дождаться возвращения домой. Он хотел лечь спать, проснуться и почувствовать, что все улеглось. Неловко покрутив тарелку в руках, Цукки прошел к раковинам, туда, где обычно работал Ямагучи. Сполоснув ее, он вернул ее Дайчи и растерянно огляделся. Пришлось ткнуть пальцем в небо. Он открыл холодильную комнату и прошел внутрь. Угадал. Голова Сакусы была здесь. Цукки прикрыл за собой дверь. Не внутри пакета, но на пакете, она лежала на боку. Кровь застыла на срубе, на темных волосах. Цукки сложил руки замком, неуверенно глядя на Сакусу. Это точно было последним забитым гвоздем. В первый раз Цукишима убил, не поняв этого. У него не было выбора, он был не в себе. Во второй раз он лучше осознавал, что делал. Он убил соперника на матче, чтобы спасти Ямагучи. В третий раз… Это, наверное, и есть настоящее посвящение. Это было необязательно. Это было жестоко, это было подло. Не незнакомый человек. Не враг, не неприятель. Кто-то, кто доверял Цукишиме. Кто-то, кто занимался по-настоящему благим делом. И кто-то, кто даже не угрожал Ямагучи. – …Извините, – едва слышно прошептал Цукки. Пар поднялся от его губ. – Мне жаль. И спасибо, что… – он обернулся на дверь. Если бы кто-то его подслушивал, ему стало бы очень неловко. – …Спасибо, что привносили хоть какой-то смысл в происходящее. Вы дали мне надежду. Цукишима все понял, когда вспомнил Акитеру. Когда почувствовал лунный свет на своей коже. Варианта было два. Он мог помочь Сакусе. В самом «идеальном» варианте они с Ямагучи спасались, остальные шли на дно. Цукки явно недооценил возможности Карасуно. Возможно, они бы выжили, но дело даже не в этом. Они с Ямагучи не были бы счастливы. Ямагучи не мог быть счастлив в мире гражданских, и в этом не было его вины. Никогда не было. Он нашел другой мир, страшный и жестокий, но почему-то относящийся к нему иначе, с большей нежностью. Цукки не имел права выдернуть его отсюда. А еще этот мир отзывался самому Цукки. Долго, неторопливо, он пробирался к нему во снах, в полудреме, и Цукки неосознанно делал все, чтобы завершить дело до конца. Чтобы Сакуса поверил ему. Чтобы резак был снят со стопора. Второй вариант подразумевал, что они с Ямагучи остаются здесь, и Цукки выбрал его. Потому что сокомандники были страшными, но не более того. Скалили зубы и не кусали. Цукки проанализировал услышанное не сразу. Карасуно не трогали первогодок, не убивали их. Остальные команды убивали. Это было прихотью Карасуно, их личным правилом, правилом, которое они могли отменить. Но Цукки был здесь после всех причиненных неудобств. Он не любил людей. Ему нравилась его семья, семья Ямагучи. Это все. Все остальные казались ему глупыми, беспричинно жестокими, злыми и несправедливыми. Каждый игрок Карасуно мог собрать до трех этих недостатков, но никогда не четыре сразу. Он сможет хотя бы попробовать с ними ужиться. А там будь что будет. Сакуса не заслужил этого. Но их с Ямагучи счастье того стоило. Жаль только, что Сакуса успел понять. Нишиноя был прав – одного удара не хватило. Цукки подошел к полкам и осторожным движением прикрыл Сакусе глаза и рот. Голова все еще выглядела как-то неправильно. Ну, хотя бы хорошо, что ее не повесили у входа или типа того. Цукки научился поднимать руку и проливать кровь. Это не значило, что он изменился полностью. Дверь холодильника скрипнула, и Цукишима обернулся. Дайчи кивнул ему. – Чего ты тут? Не замерзнешь? – Эм… – Цукки повел плечами. – Я знаю, это тупо, но… И, типа, Сакуса-сан, в смысле, Сакуса вроде наш враг, но- – Мы похороним его, – спокойно сказал Дайчи. – Никакой печи. Он заслужил нормальное захоронение. Тело вместе с головой. – Спасибо, – выдохнул Цукки. – А… У вас нет- – Обратись к Асахи. Он думал о том же самом, даже раздобыл их где-то. Цукишима кивнул. Дайчи отошел в сторону, и он смог покинуть холодильник. Асахи был в зале и сейчас разговаривал с Наритой и Ячи, параллельно заваривая чай за барной стойкой. Когда Цукки подошел ближе и поймал его взгляд, Асахи мягко и улыбнулся и наклонился к нему, заправляя волосы за ухо. – Я могу чем-то помочь? Цукки и так чувствовал себя неловко, но решил, что сегодня может себе это позволить. Потом придется как-то восстанавливать имидж. – Дайчи-сан сказал, что вы думали про… Про Сакусу. – Ах, верно… – Асахи кивнул и похлопал себя по карманам. Он все еще был в форме, поэтому Цукки искренне удивился, когда Асахи нашел то, что искал. Он достал из кармана небольшую упаковку и протянул ее Цукишиме. Цукки вернулся в холодильную комнату. Достав из упаковки медицинскую маску, стараясь касаться только резинок, он осторожно надел ее на лицо Сакусы. Выправил, чтобы на ней было меньше складок. – Еще раз извините. Дверь снова скрипнула. На этот раз за ним пришел Ямагучи. Лицо Ямагучи не выражало ничего, когда он смотрел на Сакусу, но когда они с Цукки пересеклись взглядами, Ямагучи тепло улыбнулся. – Пойдем есть? – Ага. Они вышли, и дверь в холодильник за ними захлопнулась. Дайчи на кухне не было, но на плитах что-то готовилось, так что Цукки предположил, что он отошел ненадолго. – …Скажу честно, я сомневался, – Цукишима потянулся. – Когда мы ехали в офис, я все пытался понять, стоит ли оно того. – Оу, – Ямагучи кивнул. – Решил, что стоит?.. – Все еще не уверен. С одной стороны – мы будем работать вместе и, надеюсь, между нами больше не будет тайн, – он многозначительно посмотрел на Ямагучи. – Я серьезно. Завтра же говорим обо всем. Ямагучи поморщился, но зрительный контакт выдержал. – …Х-хорошо. Но что с другой стороны?.. – О, я покажу тебе. Они вышли в зал. Почти сразу они столкнулись с Кагеямой и Хинатой – те стояли близко к двери на кухню, обсуждая что-то на довольно повышенных тонах. Поймав взгляд Цукишимы, Кагеяма резко крутанулся к нему, строго складывая руки на бедрах. – Отлично, вы наконец-то оба здесь. Вы планируете что-то делать со своими навыками боя, или в следующем матче хотите быть забитыми насмерть? – Е-мое… – Хината покачал головой. – Чего ты на людей бросаешься?! Дай им отдохнуть! Цукишима, вон, даже Сакусу нам убил! – Безоружного гражданского? Слабая заслуга, – ответил Кагеяма. Хината отмахнулся от него и повернулся к Цукишиме и Ямагучи всем телом. – Главное не это! Я только сегодня узнал, что вы оба умеете бегать! Хотите наперегонки? Кто выиграет- – Отложи это до тренировки, – нахмурился Кагеяма. – Твое желание соревноваться не должно стать причиной их смерти от тахикардии. Хината попытался пнуть его, но Кагеяма резко схватил его за ногу, впиваясь ногтями в лодыжку. Началась небольшая перепалка. – Вот, – подытожил Цукки, наклоняясь к уху Ямагучи. – Мы застряли в этом на годы. Видимо, на всю жизнь. – О боже… – с наигранным ужасом прошептал Ямагучи. – Ты нас в это втянул. Мы будем видеть этих полудурков каждый день до конца своих дней. А они еще и разговаривать умеют. Ямагучи прыснул и так же тихо продолжил. – Ну… Может, они умрут на каком-нибудь матче?.. Типа, на ближайшем? Двумя проблемами меньше. – Боже, было бы славно… – с надеждой протянул Цукки.