Ресторан "Карасуно"

– О б-боже… – Ямагучи подбежал к Цукки и Хинате, оглядывая их с ног до головы. – Ч-что с вами случилось?! Хината не ответил. Покрытый кровью, с нечитаемым выражением лица, он выглядел странно. Старше своего возраста. Ну, или не старше, а как раз на свой возраст, что для Хинаты было редкостью. Его кулаки были сжаты, на его лице не было ничего, похожего на улыбку, пока он молча отмахивался от Ямагучи, проходя к карте на стене. Даже его глаза больше не светились. – Чт… – Ямагучи качнул головой. – Цукки, ч-что случилось?.. Кагеяма подошел к ним, нервно складывая руки на груди. – Вы же… Вы н-нашли его? – Г-господи… – Ямагучи прикрыл рот руками. – Т-только не говори, что- – Он был жив, – тихо сказал Цукки. Цукки тоже был пропитан кровью. Его руки, его форма. Свет от фонарика бликовал от его одежды, настолько влажной она была. – Был?.. – переспросил Кагеяма. – Я не понимаю. Вы нашли его живым? Вы передали его медикам? – Да и да, – так же негромко сказал Цукки. – Значит, он будет жить? – …Я не знаю. Не говоря больше ни слова, Цукки прошел к Хинате и тоже уставился на карту. Смотреть там было не на что, и Ямагучи понял, что они смотрят на нее не чтобы что-то увидеть, а чтобы… Успокоиться. Как будто карта стала иконой на стене. – В-вы… – Ямагучи, сглотнув, подошел к ним. – Вы м-можете сказать, что с ним случилось?.. Почему вы в-все в крови?.. – Не можем, – коротко отозвался Хината. – Это теперь н-наша тайна. – Не слушай его… – Цукки потер веки. – Просто… М-можем не сейчас?.. Эт-то правда не хочется вспоминать. Что случилось?.. Ямагучи перебирал варианты всего, что могло бы вызвать у Суги-сана такое сильное кровотечение, и в какой-то момент дошел до таких ужасающих картинок, что его чуть не стошнило. Впрочем, кажется, не он один задумался сильнее необходимого. Обернувшись, он увидел, что Кагеяма медленно опускается на колени. Ноги перестали держать его, и он присел на пол, устало и шумно выдыхая. – Кагеяма… – Ямагучи быстро подошел к нему. – Н-не переживай… Они доставили Сугу-сана медикам, все хорошо… – Я з-знаю. – Мы могли не успеть, н-но мы успели!.. Выйди мы позже, могло бы случиться что угодно, но мы- – Я знаю. Ямагучи замолчал. Кагеяма опустил нож на пол и сложил руки на колени, тяжело дыша. Цукки и Хината больше ничего не говорили. Вот что не давало Ямагучи покоя. Вот почему он чувствовал, что они не могут уехать. Он еще никогда не видел Хинату таким мрачным. Он еще никогда не видел Кагеяму таким уставшим. У них за этот час мир успел перевернуться раз десять, Ямагучи успел испытать все – от ужаса до очень сильного ужаса, они впервые увидели третьегодок такими слабыми, такими нуждающимися в защите, а еще третьегодки, возможно, сами впервые так себя почувствовали, и их последние минуты в сознании, наверное, были настолько пугающими- – Это да… Долго нам до конца матча осталось? – Да нет, конечно. Скоро разойдемся, можно будет отоспаться. Чертовы куски металла в человеческом обличии. Ямагучи трясется от злости и знает, что со стороны это выглядит, будто он очень расстроен, но он нихера не расстроен. Ему не хватает сил, ему никогда их не хватит, чтобы хотя бы пнуть кого-то из Шираторизавы перед смертью, и именно поэтому это чувство копится в его груди, разрастается, и это происходило всегда, всю его жизнь, оно взорвалось лишь один раз – на посвящении, и с тех пор держалось в узде, но сейчас оно возвращается новой волной, и Ямагучи не понимает, мыслит он от этого лучше или наоборот. Скорее наоборот, раз предложил продолжить матч. – Где их капитан в итоге? – Никуда не денется. Какая забавная шутка. Забавно же, да? Ха-ха? Шутка в том, что Дайчи-сан был парализован! Поэтому это так уморительно! Он никуда бы не ушел, когда Ушивака решил бы нажать рычаг! Ох, Ямагучи сейчас задохнется от смеха! Плевать на то, что Ямагучи сам чуть не сделал это. Он не виноват. Он не знал, и… – Поправь меня, если я не прав, но мне кажется, что у тебя просто происходит… Хм… Как называется штука, когда звонишь на один телефон, но звонит в итоге другой? – …П-переадресация вызова? – Точно. Условно говоря, ты так боишься почувствовать вину, что тут же переключаешься дальше, в сторону злости, просто пропуская этот этап. – Н-ну… Разве хоть кому-то нравится чувствовать с-себя виноватым?.. – Это чувство не должно нравиться, но это необходимый этап. Боже мой, за-ткнись, закрой свой рот! Ошибкой ли было нажать на рычаг?! Конечно, но он избежал трагедии! Если Ямагучи и совершил хоть какую-то ошибку за сегодня, так это когда он решил вернуться за глупыми, непрофессиональными и гордыми старшими вместо того, чтобы спасать себя и Цукки, и- Ямагучи закрыл глаза. Сделал глубокий вдох. Глубокий выдох. «Переадресация вызова». Странная метафора от Дайчи-сана. Но, видимо, справедливая. На кого он сейчас злится?.. На старших? За что?.. За то, что они оказались в опасности?.. За то, что Ямагучи доверился им, а они это доверие не оправдали?.. Оказались слабее, чем он думал?.. И сейчас он чувствует, что больше никто на белом свете не может защитить его?.. – Всегда на соперников… – пробормотал себе под нос Ямагучи, снова делая вдох. – Никогда не н-на сокомандников… Выдох. Он открыл глаза. Шираторизава не вспомнит про этот матч на следующее утро. Что бы они ни сделали с Сугой-саном, видимо, они всегда поступали так с вице-капитанами. Что бы ни случилось с Дайчи-саном, видимо, эта участь была припасена для капитанов. Шираторизава действовала автоматически, и даже если симулировала эмоции, эмоциональной не была. Машина. Одна большая машина. И все же ее игроки были людьми. Просто они забрались так высоко, что не смотрели под ноги. Слава богу. Пусть продолжают не смотреть. Ямагучи повернулся к остальным. Итак, что случится, если они уедут прямо сейчас? Скорее всего, ничего. Старшие очнутся, и они, вероятно, будут разбиты какое-то время. Затем все вернется в норму, но только если человек, похитивший Киндаичи, не нанесет следующий удар. Если он нанесет, они окажутся взаперти. Их единственной зацепкой все еще будет Шираторизава, но на второй матч никто не решится. Аобаджосай и Карасуно долго будут залечивать раны. Легкая добыча для человека, изначально решившего их стравить. Да не только их – команд десять. Что случится, если они победят? Они получат имя. Это очень мало. Возможно, имя даже не настоящее. Будут ли рады Карасуно, Аобаджосай? Наверное. Это все еще лучше, чем ничего. Но это не главное. Главное – насколько офигеет Шираторизава, если это случится? Может, даже, вспомнят об этом разок за завтраком. Ничего себе. Они должны успеть хоть немного испортить им жизнь. Просто за то, что они такие. Даже если они «выполняли свою работу». Даже если они «предупреждали». – Хината? – позвал Ямагучи. Хината обернулся через плечо. Его глаза все еще были пустыми. Почему-то Ямагучи вспомнил ночь до второго матча с Аобаджосай. Хината и Кагеяма тогда очень растерялись. Хината – потому что переживал за Сугу-сана, Кагеяма – потому что не мог выбрать между двумя командами. Тогда они разобрались сами. Ямагучи же постоянно был лишь свидетелем этого странного явления. Хината физически не был способен испытывать сложные эмоции. Если их было две, он просто выбирал одну из них. Если их было больше, если общая атмосфера была сложной, он все еще выбирал одну, и поэтому казался странным по сравнению с другими. Поэтому на матчах, даже на опасных и страшных матчах, он вел себя так… Необычно. – Подойди, п-пожалуйста, – тихо попросил Ямагучи. Хината подошел. – Что? Мы планировали сейчас идти побеждать, разве нет? Это-то да, вот только в таком состоянии Хината никого не победит. Его мысли не здесь. – М-мы… – Ямагучи неуверенно почесал шею. – Мы н-на заводе Шираторизавы, ты знаешь?.. Хината склонил голову. – Знаю. – А ты знаешь, сколько мы тут?.. – Мы… – Час, – Ямагучи шмыгнул носом. – Н-не знаю, часто ли люди могут так долго тут продержаться… Не думаю, что много кто заходит настолько далеко. Хината неопределенно повел плечами. – Ну типа… Да, но мы не играли. Мы искали старших. – Наконец-то это закончилось, – попытался улыбнуться Ямагучи. – Теперь настоящий матч, да?.. Хината моргнул. – Настоящий матч… – М-гм, – Ямагучи огляделся. – Кто бы нам сказал, что мы будем драться с Шираторизавой… Они самые сильные. Во всей префектуре, может, даже во всей Республике. – Самые сильные… Да, даже Тенма про это говорил! – Значит, уже много-много лет, – кивнул Ямагучи. – Это прямо… Самая верхушка, и м-мы тут. Такой шанс раз в жизни выпадает, скажи? – Еще как! – улыбнулся Хината. Ямагучи успел поймать тот момент, когда в его глазах что-то переключилось. Он увидел, как брови Хинаты приподнимаются, как мимические морщины разглаживаются. Поразительно, это как рычажок с двумя состояниями… Надо задержать его в нужном состоянии на подольше. – П-представляешь, как отреагируют старшие, когда узнают, ч-что мы получили имя? Я думаю, даже они в это сначала не поверят. А этот… Человек, похитивший Киндаичи, наверное, даже не предполагал, что мы рискнем. – Ну так! – засмеялся Хината. – Поэтому он и выбрал Шираторизаву! Думал, что никто не сунется, а мы тут как тут! – Ага… Я п-прямо, ам… Взволнован, – Ямагучи слегка подпрыгнул, и Хината подпрыгнул вместе с ним. – С-сложно устоять на месте!.. – Д-да, да, мне тоже! – закивал он, продолжая прыгать. – Мы должны получить имя! Сможем потом всем говорить, что Шираторизава нам проиграла! – Угу… – Ямагучи неловко почесал нос. – Может, т-тебе пока размяться?.. Вдруг д-драться придется… – Еще как разомнусь! – снова засмеялся Хината, опускаясь на пол. – Они обалдеют с того, какие мы на самом деле сильные! Слабо улыбнувшись, Ямагучи посмотрел на Кагеяму. Тут ситуация была другой. Хината переключался между эмоциями – если он воспринимал происходящее, как веселый матч, как усложненную детскую игру, он просто физически не мог думать про Сугу-сана в этот момент. Не потому что не переживал о нем, а потому что в его голове не хватало места на две вещи сразу. Кагеяма же… Ямагучи видел, как это происходит, но все равно до конца не понимал, что именно видит. Кагеяма тоже переключался, просто иначе. У него было два состояния: Кагеяма со всеми своими эмоциями и… Не совсем Кагеяма. Не в мрачном смысле, просто не совсем Кагеяма. Игрок. Без конкретного имени, без конкретных привязанностей. Когда-то Ямагучи предположил, что именно когда Кагеяма находится во втором состоянии, он становится таким злым, и что именно в этот момент он больше всего похож на «Короля». Эта теория быстро отпала. Когда Кагеяма переключался, он становился спокойнее. В этом состоянии он поднял руку, решив, что сможет убить Ойкаву-сана. В этом состоянии он чуть это не сделал. Кличка «Король» не была привязана к какому-то из состояний, это просто было… Оскорбление. Вот и все. Ямагучи неуверенно подошел к Кагеяме и опустился на корточки. – Кагеяма?.. Он поднял на него расфокусированный взгляд. – Д-дай мне минуту. Я в порядке. Кагеяма был опытным игроком, но он был эмоциональным. Он переживал за остальных, он переживал за себя. Может, поэтому он и научился «переключаться». Чтобы продолжать выполнять свою работу. Но теперь это значило, что порой без этого «переключения» он не справляется, когда все остальные еще держатся. Ямагучи решил быть честным. – Т-та штука… Та штука, которую ты делаешь, чтобы собраться… Кагеяма моргнул. – …Я не уверен, ч-что хочу прибегать к этому сейчас. – Почему?.. – М-мне сложно переключаться обратно. Особенно несколько раз подряд. – Хм… – Ямагучи задумчиво посмотрел в пол. Логично. Если Кагеяма фокусируется, полностью сосредотачивается на цели, скажем, «победить», то после этого ему сложно будет услышать, например, «о нет, нам слишком страшно, так что туда мы не пойдем». – На сколько… – господи, как странно это звучит. – На сколько п-переключений тебя обычно хватает? Кагеяма чуть нахмурился. – Я н-не знаю. П-просто с каждым разом сложнее. – Понятно… Но он может, верно? Самое страшное, что может представить Ямагучи, это что Кагеяма так сфокусируется на победе, что не побежит, когда надо будет бежать. Что не поможет раненому, когда надо будет вынести его. С другой стороны, может, он зря предполагает, что это так работает… – С-сделай эту штуку, – тихо сказал Ямагучи. – Я с-скажу, когда надо будет переключаться в другую сторону. Кагеяма, поморщившись, посмотрел ему в глаза. – По-твоему, я н-настолько не справляюсь?.. – Это неважно, – покачал головой Ямагучи. – Просто… П-пожалуйста. Ты вообще, ам… Умеешь делать это п-по чужой команде? – …Умею, – выдохнул Кагеяма, прикрывая лицо руками. – Дай мне время. – Х-хорошо. Ямагучи встал и обернулся на Цукки. Цукки продолжал стоять, сложив руки замком, рассматривая карту перед собой. Ямагучи, неловко заломив пальцы, прошел к нему. – Тебе не нужно ничего говорить мне, – тихо сказал Цукки еще до того, как Ямагучи открыл рот. – …Да? Цукки посмотрел на него. Его глаза все еще были влажными, наверное, после того, как они вытащили Сугу-сана. Он был бледным, но он не дрожал. – У м-меня уже достаточно причин следовать за тобой. Ямагучи моргнул. – Н-ну… Не за мной лично, п-просто я думаю, что- – За тобой, – слабо улыбнулся Цукки. – Очевидно, сейчас мы следуем за тобой. – Я- – Для меня это не так страшно, как следовать за кем-то еще, – Цукки снова посмотрел на карту. – В конце концов, ты всегда был на шаг впереди. Я рад идти за тобой. Ямагучи тихо выдохнул через нос. – …Ты т-точно в порядке? После- – Честно? – Цукки медленно моргнул. – К-кажется, я уже не могу вспомнить, что видел. – Оу… – Разберемся с этим позже. Сейчас это скорее хорошо. Ямагучи кивнул. – Д-да, пожалуй. Сейчас сфокусируемся на другом. Услышав шорох за своей спиной, Ямагучи обернулся. Кагеяма медленно поднялся с пола и, отряхнув одежду, сложил нож в карман. Когда они с Ямагучи пересеклись взглядами, Ямагучи стало не по себе. Взгляд Кагеямы очень резко стал холодным, его лицо не выражало никаких эмоций, а от прежней усталости не осталось и следа. Цукки тоже обернулся и, тихо фыркнув, шепнул Ямагучи. – Пожалуйста, не повторяй эту херню с Ями. Это не его вторая личность. Он просто сфокусировался. – Д-да… – слабо улыбнулся Ямагучи. – М-мне надо это себе напоминать… Пока Ямагучи не говорил Кагеяме подойти, он не подходил. Стоял там же, чуть склонив голову, не моргая наблюдая за ним. Хината выглядел не менее пугающим: сейчас он вскочил, широко улыбаясь, задирая водолазку и вытирая кровь Суги-сана с лица. Он не вытер ее, размазал только сильнее, но, кажется, не обратил на это внимания. – …Ушивака был совсем близко, – едва слышно шепнул Ямагучи. – И он все еще был не таким страшным, как эти двое. – Как говорят Аобаджосай: они не люди, – пожал плечами Цукки. – Но они с нами. Бери, что дают. – Да уж… Они на секунду взялись за руки. Сейчас, конечно, было не до романтики, но это Ямагучи успокоило. Кагеяма и Хината были его людьми, но порой они были очень странными. Цукки же оставался собой. …«Его людьми»? Как странно Ямагучи начал выражаться в мыслях. – Мы должны п-получить имя любыми способами, – повторил Ямагучи, отпуская руку Цукки. – Шираторизава п-привыкла к красивым матчам, но так у нас нет шансов. Никаких сражений с Ушивакой. – Уверен? – улыбнулся Хината. – Я ведь так и не попробовал его атаковать! – И это чудесно… Иваизуми-сан все еще в игре?.. Кагеяма кивнул. – Ушивака не следует за нами. У нас есть время сделать все, что мы считаем нужным. – Хорошо. До этого мы только убегали, так что сейчас, что бы мы ни сделали, это собьет их с толку, – Ямагучи обернулся на карту. – Как вынудить их… Кагеяма, что в крайних случаях делают ради победы? – Выбивают связующего, конечно, – отозвался Кагеяма. – Как мы знаем, именно это и пытались сделать старшие. Они тоже понимали, что они не могут просто выбить всех атакующих один за другим. Значит, надо целиться в мозг. – Я… Н-не могу перестать думать об этом… – Ямагучи подпер подбородок рукой. – Тут столько всего… Мы не можем просто… Типа, почему Ноя-сан и Танака-сан просто не подорвали тут все? – А, – кивнул Цукки. – От игрока до террориста один шаг, и ты только что сделал его. – Нет, ну правда!.. – Несколько причин, – ответил Кагеяма. – Во-первых, игроки так не поступают. Ямагучи качнул головой. – Другие причины?.. – Во-вторых, так мы имя точно не узнаем. Взрыв пройдет по всей территории. Все умрут, мы в том числе. В-третьих, так умрут двое первогодок – мы нарушим свои же правила. – Черт, это правило… – Ямагучи потер виски. – Их связующий – первогодка. З-значит, мы даже убить его не можем… – И что? – склонил голову Хината. – Гошики же не убили! Куроо-сан его просто… Запрятал! – Куроо-сан… Ямагучи закусил губу. Вот в чем забава – если Куроо-сан еще не знает, что Сугу-сана вынесли, то все хорошо. Если знает, то он уже несется в здание, чтобы достать первогодок. Он не даст им доиграть. Им что, нужно скрываться от своего же?.. – Так. Хорошо, – Ямагучи отмахнулся от собственных мыслей. – Мы знаем, где первогодка находится? – Да, – кивнул Кагеяма, подходя к карте и указывая на обведенную зону. – Старшие подошли очень близко. Это не третий этаж, следовательно, второй. – Нет, – тут же покачал головой Цукки. – Мы не зайдем в те двери. Говорю вам, старшие поступили так же, и их парализовало. Мы не можем идти таким же путем. – А почему? – не понял Хината. – Ямагучи, ты же смог разобраться с панелью! Значит, ты можешь сделать так, чтобы двери не закрылись! А потом еще взломать дверь к связующему! Ямагучи почесал затылок. Комната на третьем этаже была идентичной комнате на втором этаже, но по архитектуре, а не по содержанию. Дайчи-сана окатило чем-то парализующим. Асахи-сана ничем не окатывало, он просто продолжал долго находиться в месте, в котором не стоит находиться без противогаза. Отходы производства. Даже если Ямагучи разберется с дверьми, и они не закроются за их спинами, их все еще может окатить парализующей штукой, и они понятия не имеют, как она работает. Может, от соприкосновения с кожей или слизистыми – тогда сквозняк им не поможет, они рухнут на пол, как мухи. А еще Ямагучи был на третьем этаже. Когда Кагеяма пытался вынести Асахи-сана, Ямагучи пробежал вглубь помещения и увидел еще одну дверь – тоже автоматическую. Никакой панели там не было. Если комната на втором этаже такая же, то, даже зайдя, они ничего не смогут сделать. – Нет… – покачал головой он. – Нет, там не будет панели. Я уверен. Она открывается иначе… Думаю… Думаю, т-только изнутри. – Изнутри?.. – приподнял брови Хината. – Да. И если какой-то газ и включается, то тоже изнутри. У него там наверняка целый центр управления. К нему просто так не пройдешь. Кагеяма посмотрел на карту. – …Судя по всему, его комната крошечная. И, конечно, там нет окон. Ямагучи растерялся. – Ты… Ведешь к чему-то? – …А, – Цукки на секунду прикрыл глаза. – Ну конечно. Ширабу, может, такая же машина, как остальные, но ведь ему нужно дышать. Ямагучи встрепенулся. – Т-точно! И вентиляция должна вести в противоположную сторону, не в комнату, в которую вошел Дайчи-сан! – Иначе Ширабу тоже вдохнул бы эту дрянь, – кивнул Цукки. – Я не… Хм, – Ямагучи снова задумался. – Она не может быть такой же просторной, как остальные. Чисто архитектурно – у такой будки может быть только очень маленькая вентиляция. Они синхронно повернулись на Хинату. Хината посмотрел на каждого, а потом тяжело вздохнул. – …Снова? Ямагучи слабо улыбнулся. У них дома вентиляция была маленькая. Разумеется, там не мог бы поместиться человек, но вот насекомые – вполне. Ямагучи помнит, как часто он сидел в ванной и, подняв голову, наблюдал за тем, как через вентиляционную сетку просачивается таракан. Если Ямагучи сидел тихо, не двигаясь, то за одним просачивались и остальные. Ямагучи не боялся тараканов. Цукки тоже. Они им даже нравились. Приходилось травить, конечно. Ну так, периодически, просто чтобы они в один прекрасный день не выселили Цукки и Ямагучи из их квартиры. Но здесь вентиляции были шире, просторнее, без сеток. Шираторизаве было необходимо, чтобы кто-то мог протиснуться внутрь, ведь это было рабочее помещение – где-то что-то может сломаться, забиться. Вот и славно. Не будут они заходить через подозрительные «главные» двери. Просочатся внутрь, как тараканы. Ну, для начала просочится самый компактный и самый рыжий из всех. Хината не победит Ширабу в честном бою, Ямагучи это понимает. Им честный бой и не нужен. Мало того, что вентиляция была крошечной, она еще и располагалась прямо у потолка. Хината смотрел на нее очень недовольно, надеясь, что когда он окажется внутри, она покажется ему просторнее. Увы, нет. Кагеяма присел, Хината залез ему на плечи и вцепился в крепления вентиляции. Через несколько секунд страданий и случайных пинков Кагеяме по голове, Хината оказался внутри. Ужасно! Когда он уползал от Ушиваки, ему было очень страшно, но в той вентиляции он хотя бы мог стоять на четвереньках, мог развернуться на сто восемьдесят градусов! Эта вентиляция была не квадратной, скорее прямоугольной, и Хината чувствовал ее стены и грудью, и спиной. Руки были впереди, и он не мог свести их по швам – стены давили даже на его бока. Хината сразу часто задышал и, подавив волну страха, впился зубами в ворот своей водолазки. Ткань уже была мокрой от пота. Он начал ползти вперед. Хотел бы быстрее – прямо пулей, насквозь, но не мог. Не видя перед собой ничего, ориентируясь только на ощущения, Хината пытался думать о том, как будет чудесно вылезти. Думать об этом было сложно, потому что вход в вентиляцию все еще был ближе, чем выход, и ему приходилось убеждать себя ползти вперед, а не назад. То ли из-за пота на форме, то ли из-за чужой крови, но Хината чуть-чуть скользил животом по вентиляции. Это здорово, так он двигался быстрее. Интересно, как часто какой-нибудь Кенма, мастер скрытности, лазает по таким штукам?.. Хината помнит, как на их единственном матче он скрывался в мусоре, и этот мусор давил на него явно сильнее, чем на Хинату сейчас давила вентиляция. И если он часто так лазает, то как он с этим справляется?! Надо будет у него спросить, потому что Хината даже обернуться не может, чтобы проверить, как далеко он пролез! Хината шумно дышал через нос, зачем-то жмурясь, пытаясь давить панику. Ему казалось, что вентиляция становится уже. Что совсем скоро он доползет до какого-то уровня, его сожмет, и он не сможет пролезть вперед. А потом поймет, что и назад двинуться не может. И так и останется здесь, в полной темноте. А-А-А, НАДО ДУМАТЬ О ЧЕМ-ТО ДРУГОМ! КАКОЙ КОШМАР! Ямагучи прав, надо думать про Шираторизаву! Про то, как никто никогда не поверил бы, что у Карасуно может быть матч с ними! Про то, что вот они, здесь, наконец-то начали играть, а не искать старших, их они уже нашли, и… Играть! Да, играть! Ох, как только Хината вылезет отсюда, он не испугается, даже увидев Ушиваку… Если там будет хоть немного просторнее, чем здесь, это место уже покажется настоящим раем! Почувствовав руками решетку вентиляции, Хината чуть не заорал от радости и толкнул ее вперед, наконец-то вываливаясь в комнату. Тихим он точно не был, да еще и сейчас упал с такой высоты прямо на стол, группируясь, чувствуя, как под ним рассыпаются бумаги. Со стола он упал на пол. Подняв взгляд, он увидел Ширабу. Ширабу точно знал о его прибытии заранее. Ну да, он наверняка слышал… В любом случае, комнату он решил не покидать. Сейчас стоял с ножом в руке, выпрямленной спиной, глядя на Хинату сверху вниз. Он был высокий, крепкий, и много чем походил на Кагеяму, это почти могло бы быть страшно, ведь комната была совсем тесной: тут был только стол, стул и мониторы, но Хината захохотал от радости и облегчения. На его тело больше ничего не давило. Он мог дышать. Уворачиваясь от удара, Хината перекатился в сторону и вскочил на ноги. Здесь был включен свет – даже фонариком можно не пользоваться! Теперь их с Ширабу разделяло несколько метров, и Хината почти метнулся вперед, чтобы атаковать первым, но… – Твои соперники наверняка будут выше тебя. – Как всегда… – Это не страшно. Страшно то, что руки у них – длиннее. Им до тебя дотянуться – проще простого, а если ты будешь постоянно хотеть до них дотянуться – рано или поздно подойдешь слишком близко. Хината моргнул. Он пропустил момент, и теперь Ширабу двинулся к нему. Хината, скрипя зубами, решил попробовать не атаковать его в лоб и, развернувшись, запрыгнул на стол. Нога тут же помяла оставшиеся бумаги, и Хината побежал по столу, скидывая с него один из мониторов. Ширабу оказался совсем близко, и Хината, теперь уже сверху, напрыгнул на него, целясь ножом в правую руку. Не вышло – Ширабу схватил его за воротник и со всей силы бросил на пол. Как будто не хочет, чтобы Хината был так близко к столу… Логично, Кагеяма и Суга-сан бы тоже разозлились, если бы Хината все им там ломал! Связующие очень забавные! Снова увернувшись, Хината вскочил. Атаковать надо было не Ширабу. Нож пролетел в сантиметре от его лица, и Хината, выдохнув, бросился обратно к столу, скидывая еще два монитора, хватая клавиатуру, отбрасывая ее в сторону. Он даже побил по каким-то кнопкам кулаками, порезал провода ножом. – Что ты делаешь?! – прошипел Ширабу, и так Хината впервые услышал его голос. Ха, он и правда злится из-за таких пустяков! – Где у тебя тут- АУ! – Хинату схватили за волосы, но перед этим он успел взять со стола что-то квадратное, похожее на пульт. Секунда – и он лежал у противоположной стены. Блин, даже связующие у Шираторизавы очень сильные, даже первогодки, да что же такое… Потерев ушибленную голову, Хината понял, что находится в очень плохой позиции. Сейчас он лежал на полу, со странным пультом под грудью, тело болело от столкновения, а нож выпал из руки – Хината не мог найти его взглядом. Ширабу выглядел раздраженным. Шумно дыша через нос, он перехватил нож обеими руками и стремительно пошел к Хинате. Хината быстро положил руку на пульт. Кнопок там не было – всего один рычажок, и Хината переключил его. Ширабу не успел среагировать. Дверца за ним распахнулась, и уже через мгновение Цукишима и Кагеяма атаковали его со спины. Кагеяма выпрямил ногу и ударил его по позвоночнику, а Цукишима на удивление ловко пролетел между ними, выдергивая наушник из чужого уха. Началась схватка. Хината быстро поднялся и, найдя свой нож, бросился к ним. Ширабу отбивался хорошо, даже отлично, но все-таки против трех игроков долго выстоять он не мог, тем более что одним из них был Кагеяма, который сейчас двигался с какой-то невообразимой скоростью, при этом не задевая ни Цукишиму, ни Хинату. Краем глаза Хината увидел, что Ямагучи бесшумно проникает в комнату вслед за ними. Пока они сражались, он остановился перед оставшимися мониторами, задумчиво их рассматривая. Вот блин, Хината отвлекся! Ширабу схватил Кагеяму за одежду и метнул его в сторону, да с такой силой, что еще и Хинату снес. Теперь они оба лежали на полу, и Ширабу, тяжело дыша, наклонился над ними с ножом в руках. Он выглядел раненым, сильно раненным, но готовым сражаться до победного. Сипя от боли, Хината видел, что Цукишима не бросился им помогать – повернулся к мониторам, поднес наушник Ширабу к уху, и Хината увидел, как его лицо меняется, как его глаза распахиваются от шока. – Ойкава-сан вернулся в игру?! – Что?! – одновременно спросили Хината, Ямагучи и Ширабу. В этот момент Ширабу обернулся, и Цукишима, размахнувшись, ударил его монитором по голове. Ширабу тяжело рухнул на пол. Нож выпал из его рук. Кагеяма наконец-то встал с Хинаты, и Хината быстро провел руками по груди, пытаясь понять, не сломал ли этот конь ему ребра. – Ойк-кава-сан… – пробормотал Хината. – Р-реально или это был б-блок?.. – Блок, ясное дело… – Цукишима посмотрел на рану на своем плече и поморщился. – Н-никто к нам больше не придет. Пора с этим смириться. Ширабу не двигался. Хината смотрел на него несколько секунд, а потом повернулся к Ямагучи. Ямагучи продолжал смотреть на мониторы, подперев подбородок рукой. – …Тут нет камер, но отсюда контролируется много дверей... М-мы в одном из центров управления, отсюда мы можем… Отсюда мы м-можем почти все! Это джекпот! А потом мониторы выключились. Ямагучи вздрогнул и обернулся, Хината тоже. Ширабу, отхаркивая кровь, держал в руке нож. Он все еще лежал на полу – явно не мог подняться, но лезвие его ножа было воткнуто в провод, и Хината понял – он мгновенно лишил их только что появившейся возможности. – Оу… – поморщился Хината. – М-да, – Цукишима закатил глаза. – Кажется, для кого-то это дело принцип- – СУКИН СЫН! – не своим голосом прошипел Ямагучи. Прикрыв лицо руками, он отвернулся, тяжело дыша. – Б-БЛЯТЬ!.. Кагеяма быстро сел на Ширабу сверху, забирая нож, выворачивая его руки за спину. Ширабу смотрел на них снизу вверх, по его губам текла кровь. Челка, мокрая от пота, прилипла к его лбу, и он пытался отбиться, но очень слабо. Силы явно покидали его. Несмотря на это, он оскалился окровавленными зубами, и Хината искренне удивился. До этого никто из игроков Шираторизавы, кроме Тендо, не улыбался. – Д-думали, все кончится п-после того, как вы меня выбьете?.. – просипел Ширабу. – Мы можем согласиться, что слушать связующего соперников – себе дороже? – вздохнул Цукишима. – Н-ничего не кончится. Он м-может двигаться и без м-меня, – Ширабу сплюнул кровь. – Мы н-не одна из жалких команд, з-завязанных на связующих. Ему н-не нужен связующий. Хината приподнял брови. – Эм… Ты понимаешь, что сейчас говоришь про свою позицию?.. Это как-то грустно… Ширабу только усмехнулся и запрокинул голову, глядя на Кагеяму. – П-поэтому ты и не подошел. К-как тебе в Карасуно? Кагеяма ничего не ответил. Хината видел, что даже его лицо никак не поменялось. Он не был уверен, хорошо ли это. Возможно, эти слова задели бы его, будь он в другом состоянии. – З-заткни его… – сквозь ладони пробормотал Ямагучи. – Хорошо, – кивнул Кагеяма, приподнимаясь и переворачивая Ширабу спиной вниз. – Я лишу его возможности говорить на некоторое время. Сегодня он точно не сможет продолжать вести. Когда Ширабу предпринял еще одну попытку освободиться, Кагеяма вогнал нож в его ногу. Глубоко, очень глубоко, и Ширабу закричал, выгибаясь. – В-вы… – он сжал зубы, сглатывая слезы. – Х-хотя бы… З-знаете, где с-сейчас ас Аобаджосай?.. – Король, давай быстрее, – нервно попросил Цукишима. Кагеяма кивнул. Хината не был уверен, что происходило дальше, потому что он отвернулся. Только увидел, что Кагеяма перехватил нож как-то по-особенному, что он поднес его то ли к горлу, то ли ко рту Ширабу, а после того, как Хината отвернулся, он услышал крик, но потом он резко прервался. Повисла тишина. Кагеяма встал. Ширабу продолжал лежать на полу, тяжело дыша, морщась от боли, вокруг его губ теперь было еще больше крови, но, кажется, он не мог произнести ни слова. – К-класс… – пробормотал Ямагучи. – П-пойдем отсюда… Хината передал пульт Ямагучи и, когда они вышли из маленькой комнатки, они закрыли за собой дверь. Сейчас они были в помещении, в котором, видимо, парализовало Дайчи-сана, и, хоть Хината и разнес кабину связующего, они поспешили выйти в коридор. На всякий случай. – Так… – вздохнул Цукишима, снимая очки и протирая их водолазкой. – Мы верим его словам? Про то, что Ушивака сможет действовать и без связующего? – Он так странно разговаривал… – протянул Хината. – Как будто он в него влюблен! Ямагучи поморщился. – Фу… У них разница в возрасте-то- – Ну нет, я просто говорю! Типа, капитаны почти всегда встречаются со связующими, разве нет? Должен же и Ушивака с кем-то быть! А, ну у них еще есть Семи, он старше… – Он не влюблен, – покачал головой Кагеяма, проводя ножом плашмя по своему запястью, убирая с него лишнюю кровь. – Он одержим, и это понятно. Вести кого-то вроде Ушиваки – мечта любого связующего. Ну, почти любого. Ойкава-сан не в счет. – Что ж, поздравляю с тем, что тебя сюда не приняли, – закатил глаза Цукишима. – У тебя остались только мы. – Приходится работать с тем, что есть. Они пошли по коридору, и Ямагучи помотал головой. – Эт-то все еще не ответ… Как н-нам понять, сработало это или нет?.. Если «выбить связующего» не работает с Шираторизавой, то… То ч-что вообще работает? – Я бы не верил его словам. Связующий, загнанный в угол, и не такое нести будет, – фыркнул Цукишима. Когда они зашли за угол, он остановился, присматриваясь и светя фонариком. – Вот – живое доказательство. Иваизуми-сан. Все с ним в порядке. Хината прищурился и, разглядев Иваизуми, широко улыбнулся. Он стоял далеко, в самом конце коридора. Не совсем стоял, скорее сидел на полу, как будто очень устал бегать. Оно и логично – столько гонять Ушиваку по заводу, да еще и в таком раненом состоянии… Первогодки быстро побежали к нему. Чем ближе Хината подбегал, тем туже затягивался неприятный узел в животе. Ямагучи не добежал – остановился за пару метров, прикрывая рот рукой. Голова Иваизуми была опущена вниз. На стене над ним было кровавое пятно. Он не сидел – его точно впечатли в стену, и он проскользил по ней вниз. Кагеяма проверил его пульс, потом начал звать, хлопать по щекам, но Иваизуми в себя не приходил. От одной из пощечин его голова наклонилась в сторону, и его тело начало скатываться вниз. Теперь он лежал на полу на боку. Хината едва видел, как двигается его грудь от слабого дыхания. – …Выбит, – заключил Кагеяма. Хината посмотрел на Цукишиму, на Ямагучи. Ямагучи снова дрожал. – …Эт-то не Аобаджосай. Он-ни могут без связующего. О г-господи, они могут без связующего… – Сколько… – Цукишима сглотнул. – Сколько времени у нас есть?.. – Х-Хината снова первый в очереди… Т-теперь он идет только за нами, и- Ямагучи прервался на полуслове. Голова Иваизуми на секунду оторвалась от земли и вновь упала. Второй раз. Третий. Вибрация пола становилась все сильнее. Ушивака шел за ними. Теперь – только за ними. Никто больше не мог эту очередь прервать. Плана не было.