Ресторан "Карасуно"

Джозенджи… Ни одна команда префектуры не могла сравниться с Джозенджи. У Карасуно была репутация команды сомнительной, это точно, но Дайчи не знал, есть ли в префектуре хоть кто-то, кто вообще считает Джозенджи командой. Когда-то они были великими. Это все, что Дайчи знал. Он знал, что Джозенджи можно было описать как рассудительную, довольно миролюбивую, а главное – надежную команду. Почти патриотичные, они приглядывали за префектурой, в первую очередь следя не за соперниками вблизи, а за соперниками из других городов. Капитан их, судя по всему, был известным мужиком – хорошим, чуть ли не святым, и не как Ойкава, не вылизанно идеальным, а святым именно приземленно. Добрым, честным. Верным, конечно же. Наверное, оставайся он до сих пор капитаном, Дайчи нашел бы с ним общий язык, может быть, они бы даже подружились. Но сейчас капитаном был Терушима. Самый проблемный второгодка во всей префектуре. Став капитаном, он просто забыл, что такое игра. Забыл, что изначально смысл был в матчах, в разных позициях, в какой-то иерархии. Больше ста игроков в команде, которых он и по именам-то наверняка не знал. Дохнут как мухи, их тут же сменяют следующие, порой и на матч выйти за свою «карьеру игрока» не успевают – умирают где-то в подворотне от передоза. Терушиме было плевать, и это не могло не злить Дайчи. Их личные отношения были отдельным разговором, тот факт, что Терушима продолжал поддерживать контакт с Сугой и Асахи, был отдельным разговором. Дайчи злило то, что Терушима был единственным капитаном на свете, которому было настолько все равно на своих людей. В его голове не было самого концепта «своих людей». Он нанимал полнейших идиотов толпами, заваливал их золотом, наркотой и бухлом, и если они все же доходили до матчей, они гибли там десятками, зато Терушима мог не играть. Мог не оказываться в опасности. Деньги-то после их смерти возвращались обратно ему. Вроде у него были друзья. Штук пять близких сокомандников, кто-то даже, вероятно, считался вице-капитаном. Дайчи понятия не имел, что это за люди. Про Карасуно в префектуре мало кто знал, но если знал, то конечно же помнил, что вице-капитан Карасуно – это Суга. Такие вещи не забываются, это всегда откладывается в памяти. Кто нахер такой вице-капитан Джозенджи? Полная загадка. Все эти годы Дайчи не понимал, как бы ему так извернуться, чтобы избавить префектуру от Терушимы раз и навсегда. Он не рассуждал, как связующий, не смотрел на это с точки зрения логистики, не думал, кому после этого достанутся территории. Плевать он хотел на Джозенджи. Он хотел убить лично Терушиму, просто чтобы он перестал мозолить ему глаза. Терушима же тоже быстро обратил на Дайчи внимание и начал нарываться специально, и каждый, сука, раз каким-то образом выкручивался. Иногда Дайчи не мог убить его чисто физически. Иногда почему-то передумывал, и Терушиму приходилось отпускать. Иногда ему просто было не до этого. Дайчи не думал, что Терушима и «Осаму» один человек. Очевидно, что нет. Если бы он и начал громить всю префектуру, то делал бы это чуть более осознанно. Ему не пришлось бы спрашивать похищенных первогодок, кого бы ему похитить следующим. Хотя похитить своего же похоже на Терушиму. Но что-то он знал. И Дайчи думал, что Терушима, в отличие от Некомы, возможно, не брезгует торговать информацией. И откуда-то у него эта информация есть. Сначала поговорить, потом убить. Давно пора. Не захочет говорить – придется его вынудить. Машина рядом с зданием, и для Дайчи не будет большего счастья, чем забросить Терушиму в багажник, привезти куда-нибудь, а потом довести его до состояния самой болезненной ломки, которое тот когда-либо переживал. Заговорит как миленький. Когда Дайчи распахнул дверь загородного коттеджа, на него тут же вывалился какой-то парень, и, едва сделав два шага, рухнул в траву. Дайчи глубоко вздохнул и вошел внутрь. Солнце все еще было в зените, и Дайчи бы сказал, что это не лучшее время для тусовки. Валяющиеся тут и там люди только подтверждали это. Если веселилась эта толпа придурков ночью, то, вообще-то, им бы уже пора начать просыпаться. Неужели настолько наширялись? Коттедж заливал солнечный свет. Мебель была перевернута и выглядела так, словно ее пережевало и выплюнуло большое животное. Прищурившись, Дайчи мельком присмотрелся к людям, лежащим на полу, на перевернутом столе, и пришел к выводу, что никого не узнает. Удивительным было то, что Терушима «веселился» не только внутри своей команды, рядом с ним часто были и гражданские и, возможно, кто-то из соперников. Дайчи не был уверен, что бы он делал, увидь он тут, скажем… Кьетани из Аобаджосай. Конечно, не оставил бы. Закинул бы на плечо, отвез домой. И все же ситуация была бы странной, поэтому Дайчи и продолжал проверять, не знает ли здесь кого-то. Девушек тоже было много. Одна из них лежала на спине, грудь нараспашку, лицо умиротворенное, как в глубоком сне. На внутренней стороне локтя следы от иглы. Поморщившись, Дайчи наклонился, из приличия отвернулся и перевернул ее на живот, чтобы в случае чего она хотя бы не захлебнулась рвотой. Терушимы здесь не было, и он начал подниматься на второй этаж. В коттедже стояла тишина. Музыка, кажется, была, но где-то далеко, может, на заднем дворе. В самом же здании не звучало ничего. На втором этаже Дайчи обнаружил еще больше лежащих людей, и никто из них не был достаточно в сознании, чтобы разговаривать друг с другом. Переступив через какую-то парочку, валяющуюся на полу в полном отрубе, Дайчи осмотрелся и выделил взглядом дверь в самом конце коридора. Терушима любил толпы, любил шумные компании. И всегда каким-то чудом оказывался отдельно. Дверь была открыта. Комнатка была небольшой, и Терушима был в ней один. Шторы были задернуты, солнце сюда не проникало, и все, что Дайчи мог видеть, это разваленный диван, уже треснутое зеркало на стене, один кроссовок рядом с дверью, один закинут на лампу у самого потолка. Терушима лежал на полу на спине, его босые ноги тянулись вверх вдоль стены, и он, видимо, единственный во всем коттедже проснулся. Он сидел в телефоне, щурясь от света экрана, и жевал жвачку. Дайчи продолжал стоять в дверях молча. Прошло секунд двадцать, прежде чем Терушима, чье лицо Дайчи сейчас видел вверх ногами, запрокинул голову и посмотрел на него. – Ого, – только сказал Терушима после недолгой паузы. – Ты пришел калечить меня или прямо убивать? – Пока склоняюсь ко второму. – Фига. Стоило Дайчи сделать один шаг в его сторону, Терушима ловко перекатился, выпрыгнул вверх и метнулся в сторону окна. Несмотря на всю его верткость, Дайчи сейчас был не в том настроении, чтобы это хоть как-то сработало: он успел перехватить Терушиму за запястье, повалил его обратно на пол на живот и уперся коленом в его спину. Рука Терушимы продолжала быть заломана ему за спину, и он морщился от боли, поворачивая голову на бок и смотря Дайчи в глаза. – М-да… С тобой н-не побегаешь… – он сплюнул жвачку на пол. – Поговорим перед твоей смертью? – спокойно спросил Дайчи. – Очень хотелось бы прояснить пару моментов. – Ну… – Терушима тяжело вздохнул. – Видимо, я в-весь твой… Ч-чем могу помочь? – Я тут вспомнил, как ты пришел к нам в ресторан… – Дайчи надавил коленом на чужой позвоночник, и Терушима зашипел сквозь зубы. – Припоминаешь? Когда ты дал Асахи- – Т-ты все еще в обиде?.. Слушай, да ладно тебе… – он снова посмотрел Дайчи в глаза и попытался усмехнуться. – Р-разве я мог дать Асахи что-то реально опасное?.. Типа, это же Асахи… – М-м. Значит, если его лекарства стали «реально» опасными, тебя винить ну никак нельзя? – Чего? – фыркнул Терушима. – Я, кажется, не слежу за нитью… Как разговор перешел в сторону лекарств, еще раз? Дайчи склонил голову на бок. – От чего Асахи пьет лекарства? Терушима засмеялся. – Так себе из тебя парень, раз не помнишь! Ай, да перестань ты меня топтать, успокойся х-хоть на минуту… – Говори. Терушима громко цокнул языком, чуть ерзая под его коленом. – Ладно, если это тест… Твой Асахи п-пьет лекарства от тревожности, потому что без них рядом с тобой он бы и дня не прожил. Похоже на правду? Одной рукой Дайчи держал Терушиму за запястье, а второй схватил его за волосы и с силой ударил лицом об пол. Терушима вскрикнул, но как только Дайчи ослабил хватку, снова повернулся на него. – Н… Н-неправильно или что? – Правильно. Знаешь, я смог вспомнить не так много людей, которые знают, что конкретно он пьет, – Дайчи наклонился так, чтобы его лицо было максимально близко к лицу Терушимы. – Может, подскажешь мне, как так вышло, что его лекарства превратились в оружие массового поражения? Терушима смотрел на Дайчи с прищуром. Долго, не моргая, почти с вызовом, и Дайчи уже начал мысленно придумывать, что конкретно с ним делать, пора ли вытаскивать его из коттеджа или пока что можно остаться внутри. – …Эт-то не было каким-то планом, – негромко сказал Терушима. Дайчи хмыкнул. – Вот как. А чем это было? – Еще не знаю. Если отпустишь, может, смогу разобраться. – Ты мне сделку предлагаешь? – Дайчи перехватил его волосы покрепче. – Не будешь говорить прямо сейчас – я места от тебя живого не оставлю. Терушима снова поморщился от боли. На удивление, он перестал улыбаться, и Дайчи оставалось только гадать, что происходит в его голове. Он работал с «Осаму»? Может, был использован им, как Шираторизава? Может, поделился информацией за деньги, а может, сам не понял, что поделился ею? В любом случае, его лицо изменилось, а значит, он понимает, о чем говорит Дайчи. – Эт-то не так просто, как тебе, блять, кажется, – прошипел Терушима. – Я не могу п-просто вспомнить это без телефона. Отпусти, и есть хоть какой-то шанс, ч-что я смогу что-то с этим сделать. – С чем же это тебе надо разбираться? – Дайчи пока не бил его об пол второй раз, но волосы не отпускал. – «Осаму» на быстром наборе? Терушима усмехнулся. – Какой нахуй «Осаму»?.. Если ш-шутишь локальные шутки сам с собой, мог бы хотя бы посвятить меня в них… Дайчи тихо выдохнул. Терушима был вертким заразой, и Дайчи все не мог понять, говорит он вещи наобум, чтобы сбить его, или они и правда говорят о разном. – …Так, – сказал Дайчи. – Давай зайдем издалека. Откуда ты вообще знаешь про лекарства Асахи? Только не говори, что он тебе рассказал. Я знаю, что это неправда. Терушима пару раз моргнул, а потом сочувственно приподнял брови. – Откуда знаю?.. А откуда ты знаешь, какие вкусы у всех твоих друзей, которые з-заваливаются в вашу харчевню? Дайчи ударил его об пол еще раз, чтобы Терушима хотя бы на пять минут вспомнил, как отвечать на вопросы прямо, без ухищрений. В этот раз он разбил ему губу, и когда Терушима снова посмотрел ему в глаза, Дайчи увидел, что он нервничает. По-настоящему нервничает, не как тогда, в ресторане. Он облизал свои окровавленные губы. Пирсинг всего на секунду блеснул на его языке, а потом снова скрылся за рядом зубов. – Тебе в-всегда так лень складывать два и два, – пробормотал Терушима. – Разве непонятно, что я говорю про прикрытие? – …Окей, – Дайчи качнул головой. – С каких пор у Джозенджи есть прикрытие? – Правильнее спросить, с каких пор его нет, – прыснул Терушима. – Но что-то, к-конечно, осталось. Дайчи на секунду задумался. Видимо, Терушима просто не умел разговаривать нормально, так что Дайчи дал ему небольшую передышку, и решил разобраться с тем, что успел услышать. Сейчас у Джозенджи прикрытия не было, это было известно всем. Ну не были они командой, не нужно им было прикрываться каким-то бизнесом или предприятием. Другой вопрос, что Джозенджи сильно изменилась, когда капитаном стал Терушима. – Чем Джозенджи занималась до того, как ты решил все сломать? – спросил Дайчи. Терушима не сдержал смешок. – Если т-ты не знаешь, то о чем мы вообще сейчас разговариваем? Дайчи нахмурился. – Джозенджи… Погоди, Джозенджи была связана с лекарствами? Терушима неприятно улыбнулся, и Дайчи снова увидел кончик его языка, пробегающийся между губ. – «Потому что все заслуживают получить помощь»… Сеть п-поставок еще активна. Тебе что-то нужно? Успокоительное, н-например? Не веря своим ушам, Дайчи помотал головой. – Еще раз. Твоя команда распространяла медицинскую помощь? Даже для соперников? – Прости, а мне долго надо так лежать, рассказывая тебе старые истории? С-спина болит. – Лежи пока, – задумчиво пробормотал Дайчи. – Так… И ты, скотина, став капитаном, решил все это похерить. – Вот это ты отчитал меня, мне очень жаль… Слезай давай. А, или убийство меня все еще в силе? – Сейчас разберемся, – Дайчи упер колено между его лопаток. – Но Джозенджи больше не занимается всеми этими делами. Откуда тогда ты знаешь про лекарства Асахи? – …Что значит «не занимается»? – приподнял брови Терушима. – Я занимаюсь. Не занимался бы, этого всего бы вообще не было, соберись уже. – Ты… Ты продолжаешь заниматься поставкой лекарств? – моргнул Дайчи. – Несмотря на то, что сделал с командой? – Ну, деньги все еще было бы славно иметь, так что… – Терушима слабо, насколько позволяла поза, пожал плечами. – Ага… Но у тебя же нет команды, – Дайчи качнул головой. – В смысле, постоянного набора. Ты что, занимаешься всем этим в одиночку? – Мне кажется, мы все дальше уходим от вопроса, с которым ты ко мне пришел. Дайчи не понимал ничего. Терушима, лежащий сейчас под его коленом, был отвратительным, глубочайше неприятным в общении человеком. Он был… Он был ненадежным. В их первую встречу Дайчи еще хоть как-то его вытерпел, но потом началась вся эта муть с тем, как Терушима продавал Асахи и Суге всякую дрянь, и Дайчи говорил с ним, говорил не раз, и Терушима просто не хотел его слушать. Дайчи знал, что дай Терушиме волю, и он с радостью доведет всю Карасуно до смертельного передоза, лишь бы Дайчи насолить. Вот настолько странным он был. И с его отношением к команде, с его отношением к своим людям… Опять же, «Осаму», вообще-то, похитил одного из его игроков. Когда Суга сообщил ему, Терушима не понял, о ком речь. Плевать он хотел. Став капитаном, он разрушил все, чего его команда добивалась, месяца за два. Одним махом зарыл их репутацию так глубоко, да еще и песком сверху присыпал. Когда-то известнейшая своей честностью и надежностью, Джозенджи стала… Но как давно это было? И почему Терушима вообще стал капитаном? Он же даже сейчас кажется слишком юным для этого. Не как проблемный игрок и соперник, а как проблемный… Как проблемный подросток. – …Звучит сложно, – негромко сказал Дайчи. – Ты начал разбираться с этим всем сразу после смерти Сейджи? Вроде бы Терушима не сильно двигался под его ногой, а вроде бы коленом Дайчи почувствовал, как его позвоночник как будто становится острее. – Ого. Ты даже имя его знаешь, – Терушима облизал губы, и Дайчи видел, что чем дольше Терушима смотрит ему в глаза, тем уже становятся его зрачки. – В ж-жизни ни с кем так траурно не разговаривал. Мы перейдем к твоему вопросу? Дайчи почему-то никогда раньше не задумывался об этом. Может, его так растрясло после завода Шираторизавы, после того, как он вспомнил, как было страшно так резко терять капитана. И он тогда, вообще-то, уже был взрослым, и встал на место Хироки-сана уверенным шагом. Но это же не значит, что у всех так. Черт… Он как-то автоматически относился к Терушиме, как к равному себе. В общем-то, как к себе, только хуже и безответственнее. Видимо, зря. – Сколько лет тебе вообще было, когда ты стал капитаном? Терушима прищурился. Дайчи снова дал ему поблажку и посчитал самостоятельно. – Получается… Погоди, где-то в двадцать один? Обалдеть. Двадцать один – это возраст Ямагучи. Ямагучи казался Дайчи самым стойким из первогодок, и все же Дайчи не пожелал бы ему стать капитаном прямо сейчас. Если бы с Дайчи что-то случилось, на том же заводе, и после этого на Ямагучи резко свалилось вся эта ответственность… Конечно, он бы справился. Но это было бы слишком жестоко – оставлять его со всем этим в его двадцать один год. Одно дело быть юным капитаном, как, возможно, был Ойкава – строя стены и потолок постепенно, с нуля. Другое дело быть раздавленным этажами, настроенными до тебя за все десятилетия существования команды. Не легче ли все это похоронить и начать с начала? И, несмотря на все, Терушима продолжал что-то делать. Только теперь не командой, а в одиночку. Черт его знает, делал он это из-за денег или из-за каких-то сентиментальных чувств к старой Джозенджи, в которой он успел поиграть. В любом случае здорово. – Поразительно, – Дайчи впечатленно покачал головой. – Из того, что я знаю про Сейджи, по крайней мере в плане продолжения его дела он мог бы тобой только горди- Бедро Дайчи резко пронзила острая боль. Терушима продолжал лежать под его коленом, одна его рука была прижата к его спине, а вторая… Дайчи медленно повернул голову. Левая рука Терушимы держала в руках шприц, и его игла была вогнана в бедро Дайчи полностью, максимально глубоко. Большой палец лежал на поршне, и Дайчи едва сдержался, чтобы не схватить его за руку и не попытаться выдрать это из себя. Терушима держал палец на курке, и Дайчи понятия не имел, что конкретно в этом патроне находится. А вот это уже страшно. Нормально же разговаривали. Он снова посмотрел на Терушиму. Терушима молчал. – …Скорпион ебаный, – только сказал Дайчи. – Что это? – Ты когда-нибудь принимал? – Нет. Терушима кивнул. – Прикольный опыт будет. Тебе еще повезло, что игла чистая. Дайчи продолжал прижимать его голову к полу. Понимал, что Терушима угрожает, чтобы он его отпустил, но при этом не мог доверять настолько, чтобы реально это сделать. – Тебя накроет часов на семь, – окровавленными губами сказал Терушима. – Ты останешься здесь, а я уйду. Ты позволишь мне уйти. Ты не умрешь, но ты вернешься ко мне, и это будет самое позорное, что с тобой когда-либо случалось. Я сломаю твою жизнь за пять секунд. – Угу, – Дайчи снова посмотрел на иглу в своей ноге. – Я не успею убить тебя до того, как ты введешь это? – А ты рискни. Язык на секунду показался между его губ. Да не просто нервничает, реально паникует… Дайчи и сам испугался неслабо. С такими угрозами он еще не сталкивался и даже примерно не понимал, что ему делать. Конечно страшно. И все же… И все же Терушима мог сделать это с самого начала. Терпел, пока Дайчи бил его лицом об пол, и использовал только сейчас. Странный парень. Неужели кому-то может быть настолько неприятно слышать такие вещи? Это даже… Трогательно, что ли? – Хорошо, – сказал Дайчи. – Что мне сделать, чтобы ты этого не делал? – Уб-бери обе руки, – почти прошипел Терушима. Дайчи поднял обе руки в воздух. Выдохнув, Терушима приподнял голову и осмотрел свою правую, наконец-то освобожденную руку. Потом обернулся на Дайчи через плечо. – С твоими поставками лекарств беда, – Дайчи очень старался звучать спокойно. – И если мы не разберемся, денег ты больше не увидишь. – Какой ты сразу умиротворенный… – елейно улыбнулся Терушима. – Убери. – Может, мне нравится держать тебя на прицеле. – Это славно. Перенесем это на потом. Ты знаешь, откуда лекарства попадают в больницы? Терушима долго смотрел на него. Потом, вздохнув, выдернул шприц из бедра Дайчи, и Дайчи не сдержался, зашипев от боли. Схватка официально закончилась, и Терушима ловко выбрался из-под него, сразу вставая на ноги и потягиваясь, как будто ничего не случилось. Дайчи вроде бы не отводил взгляд, но уже не мог сказать, куда Терушима дел шприц. – Тебе весь процесс описать или что? – с усмешкой спросил он, садясь на разваленный диван. Дайчи провел рукой по своему бедру, проверяя, все ли нормально. Игла была такой тонкой, что на штанах не осталось ничего похожего на дырку. – Эм… Ситуация. Некоторым игрокам вещества в лекарствах меняли на цианид. Лекарства были рецептурными, именными и получались конкретно в больницах префектуры. Терушима приподнял брови, улыбаясь. – Нихрена себе! У нас завелся террорист? – Ага. Если ты забыл, он похитил одного из твоих сокомандников, – мрачно сказал Дайчи, вставая. – Круто, настоящий злодей… Значит, сейчас префектура типа «сплочается против общего врага»? – Еще раз. Ты не знаешь ничего про тему с цианидом? Терушима только засмеялся. – Я че, поехавший что ли, столько людей против себя настраивать… – Да ты уже неплохо с этим справляешься, – Дайчи вздохнул. – Мы не смогли найти информацию, откуда эти лекарства приходят. Ты знаешь? – Ща узнаю, – пожал плечами Терушима, вытягиваясь к телефону и беря его в руки. Дайчи ожидал, что он попросит об услуге взамен, может, выждет многозначительную паузу, но Терушима, пролистывая что-то в телефоне, только спросил. – Асахи, да? – К примеру, – кивнул Дайчи. – М-м… Столица. Оно и логично. Префектура только благодаря близости к ней и существует. – Кагеяма? – То же самое. Столица. – Столица… – выдохнул Дайчи, подпирая подбородок рукой. Черт, там команд еще больше, чем в префектуре. С другой стороны, даже такая конкретика – это просто чудесно, а еще в столице у них есть друзья. Так себе, конечно, но друзья. Это лучше, чем если бы Дайчи сейчас услышал название незнакомого себе города. – Спасибо, что узнал. – …Это все, зачем ты пришел? – спросил Терушима, слизывая кровь с губ. – Мы все, расходимся? Дайчи пожал плечами. – Твоя смерть откладывается, так что, видимо, да. – Твою мать… – Терушима встал и подошел к надтреснутому зеркалу, изучая рану на губе. – Только не говори, что пощадил меня или типа того. Мне что, придется заново давать тебе поводы позлиться? Дайчи ненадолго задумался. – …Возможно, да. Я этого не планировал, но случайно узнал тебя с новой стороны. – Ага, – Терушима посмотрел на отражение Дайчи. – Ты всегда этим занимаешься? Хуяришь людей до тех пор, пока они не начинают тебе нравиться? Дайчи не думал, что окажется в такой ситуации, но ему хотелось поговорить с Терушимой еще. Ему хотелось спросить, например, как именно умер его капитан. С учетом всего происходящего в префектуре… Каков шанс, что он умер не из-за Шираторизавы? Еще ему хотелось узнать, выбрал ли Терушима в качестве нового капитана себя сам, или же его выбрал Сейджи, еще при жизни. Да вообще много чего хотелось узнать. Не ожидал, что диалог зайдет в эту сторону. «Но, разумеется, будет еще лучше, если ты попытаешься быть честным». «…П-пожалуйста, простите, но я сейчас не очень хочу г-говорить». Терушима продолжал смотреть на него через зеркало без какого-то конкретного выражения лица, и Дайчи решил оставить его в покое. – Я пойду. – В следующий раз стучись хотя бы… Терушима был ребенком. И оставался им несмотря на то, что уже считался второгодкой. Дайчи не может злиться на детей так же, как на взрослых. Дел было невпроворот. Утро было спокойным, день Дайчи потратил на поездку до какого-то притона и обратно, а сейчас, когда солнце постепенно начинало садиться, его руки наконец дошли до дела, с которым надо было разобраться все это время. Дайчи уже был у двери нужной квартиры, когда его телефон зазвонил. Приняв вызов, он прижал телефон к уху и прошел на лестницу. – Сколько тебя можно ждать? Я звонил часа два назад. – Ты, возможно, не поверишь мне… – промурчал Куроо. – Но я, в отличие от тебя, иногда занимаюсь такой штукой, как «работа»... – Все, заткнись, – вздохнул Дайчи, потирая веки. – Короче, судя по всему, «Осаму» где-то в столице, поэтому рано или поздно мы приезжаем к вам. – …Серьезно? – Куроо явно оживился. – Ты говоришь про двойной матч? – Почему сразу двойной матч?.. – устало спросил Дайчи. – Так и быть, мы поможем вам против этого вашего «Осаму»… Ты не переживай, не нервничай, разве можем мы проигнорировать ваш клич о помощи?.. – Ты меня слышишь, нет? Я не приглашал Некому выходить вместе с нами. – Все, Савамура, можешь перестать меня умолять! Конечно, мы согласны! С Некомой всегда так. Дайчи что ни скажет, уже через секунду задумывается, не зря ли это сделал. С другой стороны, а как могло быть иначе? Если бы Некома приехала в префектуру, чтобы с кем-то сразиться, очевидно, что Карасуно встали бы к ним парой. Неудивительно, что Куроо сразу забронировал местечко рядом – еще и матчи любит до ужаса. – …Ладно, – Дайчи качнул головой. – Предположим. Когда мы в последний раз играли парой-то? – Слишком давно… – проныл Куроо. – Первогодок еще не было! Дайчи прислушался. Это было едва слышно, и все же он смог различить, что Куроо по ту сторону провода печатает на клавиатуре, и что-то Дайчи подсказывало, что с его работой это никак не связано. – Что ты там печатаешь так активно? – М-м? – в голосе Куроо слышалась улыбка. – Ничего такого… Просто, коль мы вместе выходим против «Осаму», боюсь, нам надо будет порыться в некоторой информации, чтобы найти его быстрее… – Так, стоять!  – нахмурился Дайчи. – Куда лезете?! – Спорим, мы найдем его до захода солнца? И Куроо, конечно же не забыв по-злодейски рассмеяться напоследок, бросил трубку. Дайчи раздраженно выдохнул. Все, Некома зашевелилась. Это хорошо и плохо одновременно. До этого они не рыпались, и Дайчи понимал, почему. Не потому что для них это было сложно, не потому что им было все равно, а потому что всегда был шанс того, что Карасуно обратятся за помощью. Они не обратились. А сейчас они получили другую причину двигаться. Раз они выходят против «Осаму», очевидно, сначала они должны его найти. Поди попробуй обыграть Некому в этой игре. Мало того, что речь идет про столицу, их родной город, да еще и ищейки из них просто отличные. И, разумеется, не так важно, кто именно найдет «Осаму», главное – найти, но… Но, сука, его должен найти кто угодно, но не Некома! Немного постояв на месте, Дайчи сложил телефон в карман и, вернувшись к двери, громко постучался. Ладно. Ладно, бог с ним. То, что Некома с ними – это отлично. Не только потому, что с ними будет проще, но и потому что у Дайчи появилась очень неплохая встряска для кого-то, кто уже задрал избегать его последние недели. Дверь открылась. Перед ним, недовольно сложив руки на груди, стоял Ойкава. Выглядел он забавно, почти как в больнице после мачта с Шираторизавой, только в этот раз все кости у него были на месте. В белой домашней кофте с длинным рукавом, в каких-то пушистых штанах, он снял очки и прицепил их на ворот, и только сейчас Дайчи заметил иголку, зажатую между его губ. – Привет, – поздоровался Дайчи. – Могу зайти? Перехватив иголку пальцами, Ойкава только вздохнул и, развернувшись, прошел в квартиру. – Будто я смогу тебя выгнать. Заходи. – Чем занят? – Замеряю, насколько надо подшить новые шторы. – Хрена себе… В квартире Ойкавы Дайчи был впервые. Светлая, безумно светлая, почти однотонная, и вещи отличались друг от друга лишь легким оттенком. Дайчи испытал легкий ужас, представив, что будет, если потерять в этой квартире обычный белый лист бумаги. Сольется с окружением – не найдешь же. С другой стороны, вряд ли хоть что-то в этой квартире когда-либо лежало не на своем месте. Ни в одну из комнат без разрешения Дайчи не заходил, молча прошел за Ойкавой в просторную гостиную и встал, наблюдая за тем, как Ойкава наклоняется и подкалывает ткань штор, чуть приподнимая их над полом. – …А что-то изменилось? – спросил Дайчи, склоняя голову. – Конечно, – слегка улыбнулся Ойкава, вставая и отряхивая колени. Непонятно, от чего. С этого пола можно было есть. – Пять миллиметров вверх, чтобы не собирали пыль. Неужели не заметно? Дайчи неловко потер шею. – Ну… Я тебе в этом не советчик, извини. – Да уж… Гостиная перетекала в кухню, и Ойкава присел за высокий стол. Дайчи барные стулья очень не любил, но деваться было некуда, и он лишь понадеялся, что не навернется сразу. – А где Иваизуми? – В зале, – Ойкава снял очки с ворота и начал задумчиво крутить их в руке. – Но я сомневаюсь, что ты пришел к нему. – Это верно, я пришел к тебе. Не хочешь вернуться к реально важным делам? Ойкава поморщился, поднимая на него взгляд. – Ты еще скажи «внатуре важным». Может, так сможешь убедить. Дайчи улыбнулся. – Ойкава. Да ладно тебе. Шираторизава нехило нас придавила, но мы снова здесь. Почему бы не продолжить? – У нас уже был этот разговор, – улыбнулся в ответ Ойкава. – Сколько еще ресурсов я должен вложить в то, чтобы убить одного человека? Это просто безумие. И, насколько я знаю, поиски движутся и без меня. – Ага. Вот только узнал, что он походу из столицы. Ойкава удивленно приподнял брови, а потом скривился, цокая языком. – Откуда еще ему быть… Как ты это узнал? – Я… Блин, долгая история, – Дайчи неловко почесал бровь. – Но у меня, возможно, ВИЧ теперь или типа того. Надо будет проверить. Ойкава встревоженно склонил голову. – Ам… Сочувствую?.. Не ответило на мой вопрос, но… – В общем, – Дайчи снова улыбнулся. – «Осаму» где-то в столице, а значит, скоро мы едем за ним. Матч в столице, представляешь? У меня такого еще не было, а у тебя? – Было, но… – Ойкава развел руками. – Послушай. Мне правда очень жаль, но Аобаджосай не присоединится к вам. Я знаю, что ты не держишь некоторые вещи в голове, ты и не должен, но я держу, – он отложил очки в сторону и сцепил руки замком. – Матч с Шираторизавой правда испортил нам жизнь, Дайчи. Я говорю не только про физическое здоровье, а про все то, чем мне теперь приходится заниматься, чтобы вода снова стала спокойной. Нам правда, правда не до еще одного матча в столице. Мы не можем еще и участвовать в показательной казни. Дайчи не перебивал его. Только когда Ойкава закончил, он кивнул и сказал. – Это все очень здорово, потому что, если честно, я Аобаджосай и не приглашаю. Два места уже заняты. Ойкава моргнул. – …Прошу прощения? – Ну да. Это же столица – Некома прицепилась к нам просто автоматически. – Некома? – с усмешкой переспросил Ойкава. – Вау… Две самые животные команды в одном флаконе. Уже пора начинать жалеть «Осаму»? – Пока рано, – отмахнулся Дайчи. – Но это я к чему – вы же приедете отпраздновать? Ойкава, улыбаясь, едва заметно прищурился. – Отпраздновать? – Ну так. Ойкава, без тебя разобраться с «Осаму» вполне реально, – Дайчи тут же обдало таким холодом, что он поежился, но продолжил. – Аобаджосай уже не могут участвовать в захвате, это да, но разве просто приехать отпраздновать вы не сможете? Мы подадим вам «Осаму» на блюдечке. Вам и пальцем о палец ударять не придется. Просто порадуетесь за нашу победу. Ойкава долго смотрел на него уже без намека на улыбку на лице. Чуть вытянувшись в сторону Дайчи, он понизил голос. – Есть какая-то конкретная причина, почему ты выбрал такой тон для разговора со мной? Дайчи тоже вытянулся в его сторону. – Есть, позлить тебя хочу. Работает? – Работает. Не могу решить, через какое окно тебя выгнать. – Да погоди ты, – фыркнул Дайчи. – Разве все не удачно складывается? На Аобаджосай места нет, это правда, но ведь не все еще потеряно. Двери не закрыты. Ойкава прищурился, отстраняясь и складывая руки на груди. – Игольное ушко. Ты предлагаешь мне выступить, как плюс-один к вам? – Это последнее место, – кивнул Дайчи. – Твоя команда будет в безопасности, им не грозит повтор матча с Шираторизавой. Только ты, в одиночку. Если вдруг «Осаму» в сильнейшей команде столицы – умрешь только ты. Идет? Ойкава поднял взгляд, задумываясь. Через несколько секунд он качнул головой. – ...Возможно. Но нам надо будет обсудить несколько условий. – Условий? – не понял Дайчи. – О чем ты? – Кратко говоря, я не хочу, чтобы кто-либо знал про то, что я участвовал в этом матче. Это можно будет устроить? Дайчи улыбнулся. – Ты стыдишься нас? Ойкава не улыбался. – Это можно будет устроить? – Ну… Да, наверное. С Куроо еще надо будет разобраться, но я думаю, это вполне реально. Некома в этом плане не болтливая. – М-м, – Ойкава встал из-за стола и, подойдя к окну, приоткрыл еще не замеренную штору. Вроде бы. Дайчи и правда не видел никакой разницы. – Предположим, ты смог меня убедить. Как нам продолжать поиски? Если речь про столицу, я могу проверить все- – Некома начала работу и, я уверен, нароет что-то очень быстро. «Осаму» проебался, сделав следующий шаг. Ойкава обернулся и неуверенно улыбнулся. – А ты чего такой… Недовольный? – Как тебе сказать… – Дайчи вздохнул. – С Некомой сложно. Их-то это не касается – у них никого не похищали, таблетки не портили… А значит, это почти одолжение. Остановить их нельзя. Обогнать не сможем. – А, – Ойкава задумчиво кивнул. – Вошли в гонку у самого финиша. – М-да… Это не серьезная проблема, просто… – Дайчи прервался, потому что его телефон завибрировал. Достав его и прочитав сообщение, он обомлел на несколько секунд, а потом поднял взгляд на Ойкаву. Ойкава склонил голову. – Что такое? – …По-моему, мы только что обогнали Некому. Ойкава неверяще заморгал. – Ты же… Ты же не хочешь сказать, что ваши методы поиска лучше, чем у Некомы?.. – Да нет, совсем нет… – Дайчи помотал головой. – И не «ваши» методы, а «наши». Чистая удача и долбоебизм. Догадайся, что к какой команде относится. – О чем ты вообще говоришь?.. – пробормотал Ойкава и вздрогнул. Ему тоже пришло сообщение, только на несколько секунд позже. Он достал телефон, сильно прищурился, присматриваясь к тексту, а потом поднял на Дайчи пустой от напряжения взгляд. – Ага, – только кивнул Дайчи. – Удачно я за тобой зашел. Пойдем.