Часть 5
15 сентября 2022 г., 21:02
Найти дом Артёма в Глебово не составило труда — он оказался крайним со стороны леса и самым дальним от центра села. До него и ещё двух соседних домов, стоявших чуть на отшибе, даже не доходила узкая полоска порядком раздолбанного асфальта. Пришлось гробить машину по ямам вязкой от постоянных дождей грунтовке.
«Слава богу, хоть не застряла!» — оптимистично решила Диана, у покосившегося забора обнаружив Светкин внедорожник, и даже обрадовалась — значит, Сурганова действительно где-то здесь, а сотовый мог просто разрядиться.
— Света! — прокричала она, с трудом открывая перекосившуюся калитку. — Светик, ты здесь?
Тишина стала ей ответом.
— Артём! Артём Павлович! Ау? Вы дома? — продолжала надрываться Диана, обходя дом. — Это Диана. Мама Артёма Арбенина, помните нас?
И снова одна только тишина, нарушаемая лишь уханьем филина где-то далеко в лесу. Арбенина чертыхнулась сквозь зубы. И куда они оба запропастились на ночь глядя?! Солнце уже спряталось за лесом, село погрузилось в полумрак подступающей ночи.
— Света! Артём! — кричала Диана, заглядывая в окна. Признаков жизни внутри дома не наблюдалось, зато калитка с задней стороны участка, ведущая прямо в лес, оказалась распахнута. Диана нахмурилась. Вот только ещё не хватало по лесу ночью бегать!
— Светка! — гаркнула она со всей мощи. Ну, а что? Может, она недалеко где-то и услышит, но услышала, увы, не Светка, а какая-то бабенция, выскочившая с кочергой из дома, стоявшего наискосок.
— Ты чаво орёшь тут, как психованная, на ночь глядючи, а? — увидев перед собой худенькую, явно городскую фифу, бабка немного успокоилась и упёрла руки в бока. — Спять ужо все нормальные люди, а ты голосишь!
— Да ладно вам, ещё и девяти нет, — фыркнула Арбенина. — Прям так и спят!
— Вот прям так! — подбоченилась та. — Тута рано встають-то, не то что у вас в городе. Вот и ложатся рано.
— Ну, простите, не знала, — примирительно развела руками Арбенина.
— Не знала она… Ишь… — проворчала бабка, заметно сбавляя обороты. — А хотела-то чево? Нету Артёмки дома. Чего орёшь? И женсчины энтой тоже нету, что с утра приехала. Куды девалась, не знаю, не видела. Тоже кричала туточки утром, Артёма звала, а потом, как будто сгинула.
— Эээ… Как это «сгинула»? Куда? — растерялась Диана. — А Артём где? — поинтересовалась она, здраво рассудив, что и Света могла быть там же.
— А я знаю куда? — всплеснула руками бабка. — А Артём… Дык до Артёма мужик какой-то пришёл намедни, вечером ужо, — сообщила она. — Вот с ним и пошёл.
— Что за мужик? Куда пошёл?!
— Во! Да откедова ж я знаю?! Чай, мне не сообщили! — с явной обидой в голосе сказала бабка. Ей явно хотелось, чтобы сообщили. — Пришёл, о чём-то посудачили они, и ушёл Артёмка с им.
— Блин… — нахмурилась Диана. Час от часу не легче. И где их теперь искать?
— А женсчина утрешняя туточки вот прям, как ты, всё ходила, звала да высматривала, а потом, вроде как, вон туда потопала, — соседка махнула рукой в сторону калитки. — А как она возвращалася, я не видала ужо. Делов у меня, знаешь ли, полно. Ещё за суседскими гостями караулить буду!
Женщина развернулась в сторону своего дома, но остановилась и снова обернулась.
— Атртёмка с тем мужиком тоже тудыть пошли с вечору ещё…
— Блять! Так чего ж вы молчали?! — Диана подорвалась с места, добежала до своей машины, отрыла в бардачке невесть как оказавшийся там фонарик и приспустила к калитке, краем уха услышав бурчание соседки.
— Ходють тут, бродють всякие, а чиво хотят, не скажуть нормально. Да ругаются ищо потом! Шо за люди таки!
Бабка бубнила, кажется, что-то ещё, но Диана уже не слышала, помчавшись по едва заметной тропинке в лес.
А ещё спустя примерно час в селе Глебово совершенно точно не спал уже никто, потому что приехавшие практически одновременно скорая, спасатели, полиция и хрен пойми зачем пожарная службы поставили на уши всех без исключения. И всё это благодаря звонку Дианы одному своему хорошему (высокопоставленному) приятелю. Первыми отбыли пожарные, обнаружив, что тушить, собственно, в селе пока что нечего. Ну, кроме разозлённых жителей, но это была уже скорее работа спасателей, вернее, их психологов. Представители скорой помощи тоже собирались свинтить, но следаки, категорически не желая оставаться в одиночестве наедине с разгневанной толпой, их не отпустили. Спасатели поддержали, типа, а вдруг кого найдут и неизвестно в каком состоянии, так что машина скорой, отключив мигалку, так и осталась стоять неподалёку. И самое обидное во всей этой кутерьме было то, что никто из селян ничего не видел и не слышал, разве что кроме той бабки-соседки, чьи показания уже были запротоколированы и выслушаны не единожды. Спасатели и следователи прошлись, так же как и Диана, по тропинке в лесу и точно так же никого не обнаружили, кроме уже порядком затоптанных следов шин. Вызвали даже кинологов, но и милый ушастый пёс по кличке Ром, также привёл к тем самым отпечаткам шин и жалобно залаял, потеряв след.
Арбенина беззастенчиво выкурила пачку чьих-то сигарет, за неимением забытого впопыхах дома айкоса, выпила несметное количество пластиковых стаканчиков отвратного кофе, организованного вообще непонятно кем, и окончательно впала в уныние. Где и как искать Артёма и Свету не знал никто. Из мрачных мыслей её вывел звонок мобильника.
— Ало, — не глядя на дисплей, машинально ответила певица.
— Диана! Срочно приезжай! — заверещала трубка старческим голосом.
— Куда? Вы кто вообще? — ошалело выдохнула Арбенина.
— Это Василий Петрович. Мне позвонил какой-то человек и сказал, что мои дочь и внук у него!
Диана почесала затылок, не сразу сообразив, причём тут какие-то там родственники старика. И только секунд пять спустя до неё наконец дошло: Светка и Артём — его дочь и внук! Дальше Диану накрыла с головой паника — они что, реально похищены?! От ужаса не получалось сказать ни слова, Арбенина лишь бестолково открывала и закрывала рот.
— Диана, ты слышишь меня? Этот человек категорически запретил обращаться в полицию, сказал, сразу убьёт их!
Диана рвано выдохнула и покосилась на суетящиеся спецслужбы. Это ведь по её звонку заварилась каша. И как теперь слинять отсюда по-тихому? Не долго думая, женщина решительно отшвырнула стаканчик и бодро направилась к своей машине.
— Диана Сергеевна, вы куда это? — тут же заметил её манёвр следовать.
— Домой, — не моргнув глазом, соврала та. — У меня несовершеннолетняя дочь, между прочим, дома одна и престарелый пожилой человек! Вы всё равно никого и ничего не нашли. Чего мне здесь торчать?! А где меня искать, вы знаете, — и сделав непробиваемое выражение лица, запрыгнула на водительское сиденье мерса.
***
Остаток ночи прошёл в нервотрёпке и ругани с администрацией дома престарелых. Мало того, что ночью, кроме дежурной медсестры, в здании никого больше не оказалось, так ещё и разбуженные ни свет ни заря начальники никак не хотели никуда отпускать дышащего на ладан пациента, да ещё и не с родственником даже, а вообще непонятно с кем. Помог только снова грозный тон Арбениной и напоминание о том факте, что старик вообще-то дееспособен и не лишён никаких прав, а значит, сам вправе решать остаться ему или уйти. В итоге, директор дома престарелых взяла с них обоих расписки, что в случае чего, претензий они иметь не будут, и махнула рукой. — И что дальше? В смысле, куда? — устало спросила Диана, покосившись на старика в соседнем кресле. — Не знаю, он сказал, позвонит и скажет, — пожал плечом Василий Петрович. — У вас есть сотовый? С собой? Заряжен? — Да, вот, — дед извлёк из кармана громоздкую Нокиа ещё, кажется, прошлого века выпуска. — И работает? — хмыкнула певица. — А то. Получше всех ваших айфонов и самсунгов будет! — гордо заявил Василий Петрович. Диана некоторое время молча разглядывала на удивление бодрого для своих лет старика и размышляла. Неужели всё-таки психологи правы, и пока человек чувствует свою нужность, он будет жить, и наоборот — как только решает, что его век пройден, умирает через какое-то непродолжительное время?!. — Тогда едем пока что домой, — кивнула она наконец-то своим мыслям. — Когда этот козёл позвонит, не известно. Не стоять же посреди дороги. Василий Петрович молча кивнул. — Что ему вообще от вас нужно, а? — спустя минут десять давящей тишины не выдержала Диана. — Зачем он их похитил? Старик только пожал плечами. — Сам теряюсь в догадках. Если кто-то хочет отомстить мне из-за бывшей службы в органах, не пойму, чего было ждать так долго? Я ведь уже почти тридцать лет на пенсии. — Да, странно. Разве что… — Что? — насторожился Василий Петрович. — Сидел? — Да ну! Вряд ли. С пожизненного у нас не выпускают, а остальные уж давно откинуться должны были, да и… Не тот контингент там, поверь. Достать ствол и пустить пулю в лоб или ножичком чикнуть, это да, а вот так похищать людей… Не их уровень. Да и… Ты говорила кому-то о том, что я рассказал тебе? — Диана мотнула головой. — Вот. А ни одна душа больше и не знала ни о Свете, ни об Артёме. О внуке и я, кстати, от тебя только узнал. — М-да… Тогда, что это за урод, и откуда он в курсе?! — Не знаю, деточка, ей богу, не знаю. — Но вы собираетесь поехать, куда он скажет, так? — уточнила Диана. — Так. — Вы понимаете, что это опасно может быть? — Конечно. Думаю, не чай пить он зовёт, — хмыкнул дед. — И всё равно поедете? Почему? — пришурилась певица. — Вы ведь столько лет прекрасно жили без дочери и внука, почему теперь хотите рискнуть жизнью? — Потому что могу, — сухо отозвался старик. — И потому что, возможно, это единственный шанс спасти их, разве не так? Следствие и поиски ведь зашли в тупик, а в таком деле каждый час на счету. — Откуда вы знаете про поиски? — нахмурилась Диана. — Ооо… Не ищи проблему там, где её нет! — рассмеялся Василий Петрович. — Когда мы разговаривали с тобой, у тебя в трубке слишком характерные звуки следственных мероприятий были. Я их ни с чем не спутаю. А раз ты примчалась ко мне, старику, значит, не нашли ничего. Диана хмыкнула. Да уж, всё действительно просто, если уметь наблюдать, слышать и видеть, что творится вокруг. А ветеран МВД и правда ничуть не растратил своих навыков, отказывается!***
Звонок похитителя застал их за обедом. Марта вяло ковырялась в тарелке и бросала любопытные взгляды на гостя, но объяснять ей хоть что-то, походу, никто не собирался. Мать только отмахивалась, обнимала её и украдкой вытирала слёзы, при этом умоляя потерпеть и строго-настрого запрещая хоть кому-то что-то говорить. Можно подумать, ей было что говорить! Добрейшая обычно бабушка Лия была мрачнее грозовой тучи и всё время недобро зыркала на гостя, то и дело поджимая губы. В итоге, Марта сдалась и ушла к себе, так толком и не пообедав. — Ты зачем явился? — как только наверху хлопнула дверь Мартишиной комнаты, рявкнула Лия Давыдовна. — Я тебе ещё тогда ясно сказала: Света — моя дочь! Моя! Арбенина ахнула. Это что же получается, эти двое знакомы?! Лия Давыдовна была в курсе того, что у Светы есть отец?! — Диана привезла меня, потому что мы ждём звонка, — вздохнул старик. — Но не переживай, потом я сразу уеду. — Какого ещё звонка? Диана, что вообще происходит?! Где моя дочь? — пришурилась Лия Давыдовна. — Что ты пытаешься скрыть от меня? Арбенина сжалась. А старушка, оказывается, совсем не так плоха, как рассказывала Светка! По словам любимой, её мать порой своё имя не помнила, не говоря уж про то, что она ела на обед, а тут… Или это вот так проявляется старческий склероз? Говорят, старички отлично помнят свою молодость, но ни за что не скажут, что делали пять минут назад. — Я не знаю, где Света, — выдавила из себя признание Диана. Лия Давыдовна открыла было рот, чтобы спросить что-то ещё, но дребезжащая трель Нокии прервала её. — Да. Понял. Буду… — коротко отвечал в трубку Василий Петрович, а как только он сбросил вызов, они оба подорвались из-за стола. — Что происходит? Куда?.. — заволновалась Сурганова старшая. — Марта! — рявкнула Арбенина, пробегая мимо лестницы на второй этаж. — За бабушкой присмотри! И… — Диана замялась. — Я люблю тебя, моя хорошая… Очень-очень люблю! — певица сгребла ошалевшую дочь в охапку и выскочила за дверь. На объяснения и долгие прощания времени у них не было…***
Спустя примерно часа полтора навигатор привёл их в очередную деревню, кажется, уже даже не в Ленинградской области. Только на этот раз Диану встретило не милое, процветающее село, а десятка два покосившихся, полуразвалившихся изб. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять — деревня давно заброшена. И это было понятно даже не по виду кривых, потемневших от времени домов, в таких местах, как правило, в воздухе витает специфический запах забвения и тлена, запах покинутости и скорби. Что-то сродни тяжёлой атмосферы кладбища, но не так ярко… И где-то здесь, походу, держали Свету и Артёма… — Ну и, куда дальше? У навигатора «конец маршрута», — сообщила Диана, осматриваясь и вылезая наружу. — Выходите, мерс всё равно не проедет по этой грязище, придётся пешком. Василий Петрович тоже выбрался из машины и замер, оглядываясь по сторонам. В деревне царила пугающая тишина, в небе висели свинцовые тучи, но дождя пока не было. Дома располагались на поляне, прямо посреди леса. Скорее всего, раньше лес отделяли поля, но сейчас молодые деревья и кустарники уже подобрались вплотную к крайним домам, а кое-где росли прямо на развалинах. Диана передёрнулась — только фильм-катастрофу снимать на тему постапокалиптического мира… Василий Петрович, в отличие от неё, не проявлял особой заинтересованности окружающим, а окрестные виды природы его, походу, вообще не интересовали. Мужчина переходил цепким взглядом от одного дома к другому, видимо, пытаясь определить, где именно держат пленников. — И чего он не звонит? — переминаясь с ноги на ногу, спросила Арбенина, зябко запахнув куртку. — Наверняка ведь уже давно засёк нас! — Не знаю. Возможно, проверяет одни ли мы, — не поворачивая головы, ответил старик. — Пойдём, нам туда. Дед довольно бодро направился к самому дальнему от них дому. Диана вприпрыжку припустила следом. — Почему туда? — для неё этот дом ничем не отличался от остальных. Разве что выглядел чуть лучше сохранившимся. — Трава примята, видишь? Вокруг остальных домов заросло всё, не пролезть даже, а туда тропинка ведёт, — показал старик. Диана посмотрела вниз и ахнула — надо было, оказывается, не небом и деревьями любоваться, а под ноги смотреть! Ну да, бывший следак прав, едва заметная тропинка вела именно к этому дому, а за несколько метров до того места, где они остановились, был чёткий след от колёс ещё одной машины. — Эй! Есть кто живой? — проорала Арбенина, когда дверь в дом, на удивление, оказалась заперта. Василий Петрович цокнул языком на такое глупое поведение, но сказать ничего не успел. — Пока есть, — долетел до них приглушённый голос откуда-то… из-под земли… — Обходите дом справа, там лестница в подвал, спускайтесь. И без глупостей чтоб мне! Они обошли дом по хорошо примятой траве — складывалось впечатление, что здесь недавно тащили что-то тяжёлое. Или кого-то… За углом обнаружился зияющий темнотой лаз вниз с довольно крутой лестницей. Возможно, когда-то была дверь, но сейчас перед ними красовалась лишь хлипкая лесенка в кривом проёме. Диана отважилась спуститься первой. Было конечно безумно страшно, но не заставлять же почти столетнего деда ломать впотьмах ноги! Однако, как только старик тоже оказался внизу, под потолком вспыхнула жёлтая лампочка. Света она давала немного, скорее, лишь разгоняя мрак, но и этого освещения вполне хватило, чтобы заметить две фигуры, привязанные к стульям прямо посередине подвала. Рты пленников были заклеены скотчем. Арбенина рванула к ним. Даже в кромешной темноте Диана узнала бы свою Светку! — Стой! — рявкнул вдруг Василий Петрович, заставив Диану сбиться с шагу и едва не упасть. Женщина замерла и непонимающе обернулась. — Они заминированы, смотри! — взволнованно сообщил старик. Арбенина проследила за его взглядом и только сейчас заметила, что вместе с верёвками тела Светы и Артёма оказались опутаны проводами, а позже, внимательно рассмотрев, куда они ведут, увидела и само взрывное устройство с яркими красными нулями на дисплее. Диану прошиб холодный пот. — Эй! Ты кто? Что тебе нужно? — заозирался по сторонам Василий Петрович. — Я пришёл. Вот он я. Отпусти пленников! — Это хорошо, что пришёл, — донеслось из тёмного угла. Мрак скрывал говорившего, понятно было только, что это мужчина. — А отпускать я никого и не собирался, уж извини. Кстати, я велел тебе придти одному, зачем ты притащил сюда эту бабу? — Мне девяносто пять, придурок! — фыркнул Василий Петрович. — Она привезла меня. Как бы я иначе добрался? — Сам ты придурок! — совсем по-детски обиделся незнакомец. — В любом случае, её смерть мне не нужна, она будет на твоей совести. — Так отпусти её тогда… — Ещё чего! Чтобы она привела сюда спецназ? А хотя… — голос помолчал. — Пусть валит. Я в любом случае успею нажать на кнопку, и всё здесь взлетит на воздух, так что ладно, пусть валит. — Уходи, Диана! — с мольбой в голосе попросил старик. — Прошу. Нам ты всё равно не поможешь ничем, а у тебя дети… — Да, что вы мне все тычите детьми?! — в секунды разъярилась Арбенина. — Ты, урод! Никуда я не пойду без неё, слышишь?! — Как хочешь, это твой выбор. Она останется здесь, потому что кровь за кровь. — Ты кто такой, а? — не унималась Диана. — Если у тебя какие-то счёты с этим старикашкой, — она специально говорила максимально пренебрежительно, — ему и мсти. Причём тут моя Светка?! — Твоя Светка?! У вас что, типа, любовь? — хмыкнул злодей. — С ума сойти, у нас тут ещё и «голубая луна»… — заржал мужик. — Ой, то есть, розовая, простите… — Хватит ржать! — вспылила Арбенина. — Ты, козлина! Живо говори, чего тебе она сделала плохого?! — Заткнись! Ещё раз обзовёшь, я сразу же нажму кнопку! Поняла, идиотка?! — Диана икнула и испуганно кивнула, захлопнув рот. — Вот и славно! А теперь так и быть, отвечу на твой вопрос. Лично она мне ничего не сделала, в отличие от её папаши. — Но дети за родителей не отвечают! — не утерпела и снова заговорила Диана. — Отпустите Свету и Артёма, привяжите этого, — она кивнула на мрачного Василия Петровича, — и взрывайте бога ради! — Не отвечают, говоришь? Возможно, но этот урод убил моего старшего брата. Да не просто так убил, а организовал всё, будто он самоубийца. И письмо предсмертное от него на машинке напечатал, где подробно изложил из-за чего именно он, мой брат в смысле, больше не может жить… — О, ну, значит, ваш брат совершил что-то нехорошее, так ведь? И, скорее всего, ушёл от ответственности, — уточнила Диана, догадываясь, что брат злодея наверняка был одним из насильников. — Не невиновного же убил! — Так, так… Только после, так называемого, признания брата отца сняли с должности и исключили из партии. Видимо решив, что, раз он не умеет детей воспитывать, нечего ему там делать… Арбенина собрала всю свою волю в кулак, чтобы не закивать в знак согласия, мол, правильно сделали! Ибо, нефиг! — Мама угодила в психушку от того, что в нас все тыкали пальцами, а отец, в итоге, застрелился… — Мне жаль, — выдавила Диана, она и сама хорошо представляла, насколько жестокой может быть осуждающая толпа. Но не взрывать же теперь невиновных людей! — Мать очень быстро от препаратов в овощ превратилась, её лишили родительских прав, а меня отдали в интернат. Старшая сестра не выдержала издевательств, тупо струсила и сбежала от позора, сменив фамилию. Про меня, грёбанная иуда, даже не вспомнила потом! — мужчина вздохнул. — А ты знаешь, дорогая, что такое жить в интернате? Диана подавленно молчала. Походу, у этого урода накопилось столько обид, что спорить сейчас совершенно бесполезно. Непонятным оставалось только одно, но спросить Диана не успела — её мысли озвучил Василий Петрович: — Ну, допустим, тебе было плохо от моих действий, — так завуалированно назвал убийство бывший следователь. — Но почему ты мстишь не мне, а дочери и внуку? Почему именно сейчас? Почему ждал столько лет? — Ооо… Отомстить я хотел, как только впервые откинулся из колонии. Вот только немало времени ушло на то, чтобы всё выяснить. Я успел снова сесть, а когда вышел, ты был уже дряхлый и одинокий старик, — хмыкнул похититель. — Нашёл я тебя, посмотрел, посмотрел, да и передумал руки марать. Всё-таки я честный вор, а не мокрушник! Ну и плюнул на это дело. Решил, что тебя и так судьба наказала… А недавно сеструха вдруг объявилась, прикинь? Василий Петрович и Диана переглянулись. Оказывается, в похищении замешан кто-то ещё. Женщина! «Шерше ля фам» — как говорится. — И что? — нахмурившись, спросила Диана. — Она бросила вас, сами сказали. Неужто простили? — Ты права, сперва хотел с лестницы спустить курву, но она ничего не хотела от меня, просила только выслушать. И бутылочку подогнала с закуской щедрой. Я как увидал, так повёлся. С детства икры не жрал! — горько вздрохнул мужик. — Ну, пригласил я её на кухню. Выпили, посидели. Она-то мне и поведала, что у врага моего лютого есть дочка, оказывается. А недавно ещё и внук выискался, прикинь? Я-то думал, один он, как перст, ан нет! Тут-то меня и накрыло снова. Что толку мстить человеку, которому нечего терять? А когда дочь и внук… Диана замерла. Об их разговоре она не успела рассказать никому. Даже Светке! Тогда откуда этот мужик знает его содержание?! Откуда он в курсе, что Света и Артём — по крови родные Василию Петровичу?! Не понимал этого, кажется, и выглядевший обескураженным старик. — Болен я, — продолжал тем временем похититель. — Жить недолго осталось, так что с радостью заберу с собой этого вот урода! А заодно и всю его поганую семейку. Он разрушил мою жизнь, а я уничтожу, всё, что дорого ему… Хватит болтать, пора нам отправляться. Заждались на небесах! — Эй, стойте! Дайте хоть попращаться! — воскликнула Диана. — Прощайся, кто ж не даёт, — фыркнул мужик, — только быстро! — Как? У неё рот заклеен! — Оторви скотч, в чём проблема? Но я слежу за тобой, имей в виду. Одно лишнее движение — и жму кнопку! Сурганова поморщилась и зашипела, когда Диана резко дёрнула полосу скотча, закрывавшего рот, а потом тут же заговорила быстро-быстро: — Динка, родная, уходи отсюда! Прошу тебя! Он же отпускает! — Свет… Света… — промямлила Диана, но любимая не слушала. — Динечка, подумай о детях! Как же Мартиша и Тёмка тоже? Они ведь одни останутся или, что ещё хуже, с матерью твоей… Прошу тебя, родная, поцелуй меня крепко и уходи! — Во! А она дело говорит, — поддержал вдруг похититель. — Мне лишний грех на душу не нужен. Давайте, целуйтесь уже, и вали отсюда! Диана вообще перестала что-либо соображать от ужаса. В голове шумело, левую часть грудной клетки кололо, стало трудно дышать. Она прижалась губами к Светкиным и именно в этот момент чётко поняла — несмотря на все доводы разума, она не сможет уйти. Никак! Они со Светой ведь одно целое! Неделимые. Как то самое небо, которое, увы, нельзя разобрать по кусочкам… Ноги стали ватными и больше не держали. Она тяжело вздохнула, разорвав поцелуй, и без сил сползла на пол, прислонившись лбом к Светиным бёдрам. — Не могу я уйти… Прости… — прошептала Арбенина еле слышно. — Что ж, ты сама выбрала… — цокнул языком мужик. — Ну чего? До встречи в ином мире… — Стой! — гаркнул вдруг сверху женский голос. — Стой, Стёпка! По ступеням лестницы застучали чьи-то шаги, а вскоре появилась и сама женщина. — Не смей, погоди, я сейчас заберу Диану! А потом… делай, как знаешь… — Господи, а тебя-то какая нелёгкая принесла сюда?! — растерялся мужик. — Как ты её заберёшь, если она, вон, не хочет! Волоком что ли потащишь? — А хоть бы и волоком! Погоди немного, я щас… — суетилась вокруг Дианы пожилая женщина. — Да накой сдалась она тебе? — глядя на бесплодные попытки оторвать будто закостеневшие пальцы странно безвольной певицы от Светы, пробухтел похититель. — Хочет, пускай сдохнет с этой вместе… — Дочь она моя, идиот несчастный! — рявкнула женщина. — И твоя племянница, между прочим! — Ёб та… О как!.. — ахнул мужик. — Пиздец! Арбенина тем временем пришла в себя и подняла голову. — Мама?.. А… Ты… как тут оказалась?..
