Так велела жвачка

День 6: «Позвонить ему, чтобы пожелать доброго утра и спокойной ночи» Стив, в который раз обвязывая телефонный провод вокруг пальца, придумал даже какой-то глупый повод, чтобы этот утренний звонок звучал менее подозрительно. Он толком не успел накрутить и провод вокруг пальца, и себя до состояния балеринки в детской музыкальной шкатулке, как гудки оборвались, почти мгновенно уступая место знакомому голосу. Вновь бодрому, энергичному, со звенящими нотками игривости: — Здорово, чувак! Звонишь получить свою заслуженную благодарность? Стив готов был поставить всё свое имущество на то, что Эдди, по обыкновению, от уха до уха растянулся в своей излюбленной улыбке. — Нет, просто пожелать доброго утра. — на этот раз Стив быстро усмирил кольнувшее грудную клетку волнение, так как подобные телефонные разговоры с Эдди за последнюю неделю сделали основательный шаг вперед, верно входя в расписание его дня. — Да ла-а-адно, не скромничайте, Ваше величество, выдающийся мастер японской техники головного массажа. Я исключительно благодаря этому методу только к вечеру проснулся, попил, понял, что делать больше нечего, опять лег и сном крохи-младенца проспал до самого утра. Это похвально, отныне буду пользоваться твоими услугами мастеров японских деревушек на заказ, когда припрет. Стиву почему-то непреодолимо сильно захотелось улыбнуться дурацкой улыбкой. И он позволил себе сделать это, чувствуя, как по черепной коробке розовой жижей растекаются остатки мозгов. Ну и ладно, он подумает об этом позже. (Если, конечно, там останется чем думать) — Правда, спасибо... За это всë. — Стив даже сквозь километры мог услышать, как Эдди неоднозначно прочертил ладонью в воздухе. Он уже успел в некоторой степени изучить язык его телодвижений. — Особенно за то, что огромные мешки под глазами не закрыли мне путь к нормальному зрению. Стив выдохнул: — Пожалуйста. Можешь действительно обращаться ко мне в случае столкновения с мигренями. — о господи, воспоминание о том, каким тоном было произнесено это заботливое обещание, он в будущем постарается запихнуть в самый дальний угол своей памяти. Эдди усмехнулся. Кажется, нервно. Стив очень верил в силу этого «кажется». — Перестань быть таким душещипательным, Харрингтон. Лучше скажи, зачем ты реально позвонил мне в такую рань? Как это, зачем? Стив же сказал. И то обстоятельство, что придется повторить дважды, радужными перспективами не обнадеживало. Вот только, блять, радугу сюда приплетать снова не нужно, а то она у него, как всегда, крайняя и удивительным образом никогда не бывает лишней. — Так и быть, повторюсь: чтобы пожелать доброго утра. Доброе утро, Мансон. Стив тут же прекратил звонок, не дождавшись предсказуемого комментария от Эдди, что он, очевидней некуда, врет как сивый мерин, и вообще по натуре своей тот еще лгун, брехун, пиздун и провокатор, так что он ему не верит. Именно поэтому его пальцы быстрее скорости зарождения мысли в голове повесили трубку. По правде говоря, Стив никогда раньше не входил в ряды людей, с грохотом бросающих трубки первыми, но, когда в его жизнь каким-то раком-боком затесался Эдди, большинство прежних «никогда раньше», резко становились «я уже неоднократно сделал это и сделаю еще раз, если потребуется». С этими мыслями он продолжил свои скучные сборы на работу.

➹➷ ➹➷ ➹➷

После обеда в магазин нагрянули Дастин с Майком. Изначально они держали путь на партию в 𝘋&𝘋, но Дастин решил перестроить маршрут, дополняя его недолгой остановкой в 𝘍𝘢𝘮𝘪𝘭𝘺 𝘷𝘪𝘥𝘦𝘰. Если верить цитатам из «Алисы в стране чудес», у людей якобы существует способность думать хором. Поэтому в таком же не менее странном, как Зазеркалье, Хоукинсе, двое работников небольшого магазинчика фильмов напрокат хором подумали: «блять, боже, пиздец». Причем кое-кто даже вслух. Как ни странно, кое-кем была тяжело вздохнувшая Робин, которая сию секунду сбежала в отдел с жанром хоррор фильмов, оставляя этих спиногрызов отыгрываться на Стиве. И в первую очередь Стив спрятал подальше книгу жалоб. Потому что в прошлый раз Дастин устроил там отвратительного вида художества, а Майк — длинный паршивец — целый час потратил на то, чтобы расписать все минусы некого работника с именем Ст. Харрингтон, с просьбой побыстрее вышвырнуть его из этого заведения. В конце концов его и вышвырнули из магазина. Не Стива. Ибо Стив сам заправлял этим делом по «вышвыриванию» двух пакостников с территории магазина, после чего со спокойной душой, но расшатанными нервами, аккуратно, чтобы после не было замечено, вырвал из тонкого переплета книги жалоб те два уродства, оставленные всякими мимо проходящими вредителями. Узнав, куда они потом собирались отправиться, Стив подозвал Дастина поближе, а Майка оставил наедине с «Грязными танцами» — пусть и дальше пускает слюни на Патрика Суэйзи. Стив даже не собирался осуждать. — Передай вот это «Мастеру». — он взял чужие ладони в свои руки и одним движением всунул туда кубик жвачки. Конечно же, этот мелкий засранец моментально принялся сыпать ненужными вопросами. Фильтруя их через главный фильтр наименьшей степени абсурдности, Стив постарался выбрать один, не похожий по своему содержанию ни на «зачем это Эдди? Там что, яд, и ты собираешься убить его?», ни на «это какое-то ваше кодовое слово, значит, вы всë-таки подружились?» и даже ни на «ты что, собираешься оставить моего друга без зубов в девятнадцать? Я понимаю, что у вас, вроде как, напряженные отношения, но это жестоко, Стив! Зачем?» и в итоге выслушал. — А почему в ней нет бумажки? Не похоже, чтобы это был брак... — Я их специально вытаскиваю. — Зачем? — его забавно округленные глаза еще раз осмотрели кубик таким взглядом, точно бумажка по воле Божьей должна была там вдруг и сразу появиться. — Чтобы практиковать на объектах своего воздыхания, конечно же. — изумительно, что тон голоса Стива не подвел, продолжая быть привычно саркастичным и ровным. Дастин уже готовился открыть рот для какого-нибудь в край припизднутого вопроса касательно его последней реплики, поэтому Стив быстро спохватился: — Это шутка, Хендерсон. Прикол, вранье, розыгрыш, смекаешь? На самом деле, я их... Отдаю Робин. Ей они больше нужны. И пока Дастин продолжал стоять с лицом «лица» и заторможено хлопать глазами, Стив стукнул его по плечу, подталкивая в сторону дверей. Наверняка довольно скоро эта их задротская партия начнется, а на нее опаздывать, по мнению Эдди, грех похуже сквернословия и чревоугодия вместе взятых, так что пусть они вместе поскорей выметаются. — Фу, как негостеприимно с твоей стороны! — обронил напоследок то ли Майк, то ли Дастин, — Стив не смог разобрать из-за бренчания колокольчиков над дверью. Не то чтобы он многое потерял из-за этого. В знак примирения он разрешил всей ораве «наггетсов» собраться на выходных у него и посмотреть не слишком страшный ужастик. Таким образом, вся его якобы существующая вина была полностью заглажена.

➹➷ ➹➷ ➹➷

— Харрингтон? Опять ты? Что-то зачастил, не находишь? — голос Эдди звучал неподдельно удивленно. Будь Стив на его месте, он бы вообще внес свой номер в черный список или отрезал провод от телефона после первого же звонка, потому как его беспричинные для Эдди, но весьма причинные для него самого звонки и впрямь были тем еще странным явлением. (И это если говорить без мата). — Если ты поинтересоваться насчет жвачки, можешь не париться, Дастин-почтовый-голубь-Хендерсон доставил передачку в целости и сохранности. — Эдди быстро заполнил тишину по ту сторону трубки, как сделал это и в первый, утренний звонок. В этот раз Стив решил не мучить провод телефона, так как рядом лежал не менее привлекательный карандаш, которым он с энтузиазмом принялся вычерчивать всякие каракули на столе. — Здорово, я очень рад, ибо мне стоило это одолжения в виде небольшой четырнадцать плюс киновечеринки в собственном доме на выходных. — он обратил внимание на рисунок под ладонью. Какое говнище. Кажется, оценки в художественном классе ему всë-таки никто не занижал, как он раньше слепо думал. Та жирная хрюшка с одной гипертрофированной ногой и третьим поплывшим глазом изначально должна была быть щенком с пятнышком на спине, но в конечном итоге что-то пошло не так. Впрочем, ему не привыкать, что что-то в его делах движется по наклонной. Эдди глухим звуком угукнул, и Стив понял, что ему нужно продолжить развивать свободную мысль, чтобы эта уже озвученная, но незаконченная жалоба не звучала слишком уж оборванно или крайне глупо. — Ты тоже заваливайся, если захочешь, я приглашаю. — грифель карандаша надломился от напряжения. Еще бы он не надломился, когда его так яростно вдавили в деревянную поверхность стола в ожидании ответа. — Да, конечно. Я просто не могу пропустить это бомбезное шоу — целая орава подростков разносит твою шикарную обитель по камушкам. Разговаривать с Эдди по телефону было приятно. И как будто бы даже волнительно, а слышать, именно слышать, а не чувствовать или видеть, его улыбку на таком огромном расстоянии, особенно... По - о с о б е н н о м у. — Значит, договорились. — Договорились... И в этот прекрасный, чудесный и замечательный момент, пока пылинки романтики зависли в воздухе и вообще между ними; когда финальное «спокойной ночи» — без особых притязаний и поводов готово было слететь с губ Стива, Эдди нагло разогнал всю эту конфетно-шоколадную идиллию одним вопросом: — Ты ради этого позвонил так поздно? Нормальные люди уже шестнадцатый сон видят и слюни по подушке размазывают. Удивительно, но вместо того, чтобы тоже делать всë то же самое, ты звонишь мне. Мог бы со спокойной душой отоспаться после рабочего дня и позвонить завтра. Ах! А вдруг у тебя просто есть домашний хомячок, который посреди ночи прогрыз клетку, сбежал, и пока бежал, не оглядываясь, врезался в ножку шикарного дубового стула и умер? А ты теперь скорбишь и не можешь уснуть? Я как-то даже не подумал... — Эдди. Единственный и неповторимый в своем репертуаре. И всё тут. Стив откровенно захохотал, потому что дома, несмотря на начало второго ночи, никого не было. Как и в любое другое время. Тем временем голос в трубке продолжил: — Это еще по-божески! У меня однажды хомяк чуть не умер, подавившись водой в поилке, а потом я просто случайно уронил на него... Кхм, Библию... И он умер. Пережив одно, ради того, чтобы уйти в мир иной так... — Нет, пожалуйста, остановись! — Стив облокотился на стенку и принялся угорать в локоть. Отдуваясь, он, до сих пор похихикивая, сказал: — Нет, в случае чего-то подобного я бы позвал тебя на отпевание, — Стив ещё раз прыснул, так как отпевание и история с Библией устроили довольно оригинальное попурри в его голове. — и на похороны позвал бы. А так я звонил, чтобы пожелать тебе спокойной ночи. И всë. Спокойной ночи тебе, убийца хомячков. Стив вновь первым повесил трубку. Он ведь уже говорил, что вскоре это бывшее «никогда не» превратится в обыденность. Потому что с Эдди иначе и быть не могло. (Главное, чтобы Стив вдруг не вспомнил, что никогда раньше не влюблялся в парней. Ему всё же нужно спокойно спать по ночам)