Умен, храбр, совершенно бессовестен и жаждет власти

Прочитав записку, Жданов поднял глаза и тут же встретился взглядом с Кирой. Он не мог выдать своего замешательства. Значит, минус один голос. Донесли доброхоты, трепачи столичные, побитые молью светские львицы! И теперь уже он не сможет ее уговорить, теперь его власть на нее не распространяется. А ведь с недавних пор он освоил новые способы… для уговора. - Так. Семейный бизнес… Да… - протянул Андрей, пытаясь продумать следующее предложение. – Я предлагаю свою кандидатуру, это вполне объяснимо. Я знаком со спецификой работы, я присутствовал при всех реформах, проведенных Екатериной Валерьевной, пусть и косвенно, но они меня касались. Она сама была моей преемницей… - перечислял он логичные причины. – Ну и в конце концов, я… я… - Член… - подсказал Малиновский. - …семьи, - быстро добавил Жданов, но смешки все равно прокатились по залу. Только Пушкарева не улыбнулась. Не поняла. Куда ей! Хотя между прочим Жданов их знакомил. Два раза. - Я сразу готова проголосовать, и приступить к разбору полетов пореальней, - высказалась Кира. – Я против. Прошло всего полгода с тех пор, как Катя… Екатерина Валерьевна назначена президентом. Коней на переправе не меняют. Дайте ей еще поработать. Эта оговорка… и как только Кира не ляпнула «Катенька»… неприятно поразила Жданова. Они конечно неизбежно должны были сблизиться, но не до такой же степени. Что у них было общего? Они расстались с Кирой по инициативе Андрея, а вот Пушкарева… - Согласен и я, - немедленно басом в унисон отозвался Воропаев, прервав рассуждения Андрея, вообще стараясь не глядеть на того. Один вечер в клубе, в угаре пьяного уважения, еще ни о чем не говорит. Пусть даже одолжил ему тогда Жданов денег, это еще ни к чему его, Воропаева, не обязывает. – Времени мало, показалась только верхушка айсберга, только-только первые положительные результаты. Андрей… - он хотел извиниться, но раздумал, и твердо добавил: - Я против рокировки. Крах инженера Жданова, не иначе. Кто ему остался – верный Санчо Панса? Но что стоит Малиновский против сборища идиотов? И Андрей молча посмотрел на отца, ожидая его вердикта. - У меня есть предложение, не решение, ничего навязывать я не буду. Но оно может тебе не понравиться, Андрей, - обратился к нему Павел Олегович. – Ты хочешь его выслушать, или мы все оставляем по-старому? Жданов кивнул с уверенной полуулыбкой: - Я хочу вернуть дело в семью, это раз. А во-вторых, я пытаюсь продумать будущее, - твердо сказал он. – Не ровен час, госпожа Пушкарева соберется выскочить замуж. Ведь в популярности ей теперь не откажешь. У нее начнут появляться другие интересы, к примеру, дети заведутся, - он нал, как погано это звучит и все равно произносил, - и она просто оставит компанию без управления. - Хорошо-хорошо, - прервал его рассуждения Павел Олегович. – На самом деле, Катя, вы должны согласиться, что такой вариант возможен. Жданов внимательно следил за ее реакцией. Пушкарева отчего-то нахмурилась, посмотрела на него, потом опустила глаза и кивнула. Андрей, довольный своим предположением прицыкнул и, подняв брови, взглянул на отца «ну разве я не прав?» - Да, - начал Павел Олегович. – В таком случае я предлагаю… На ближайшие полгода… достаточный срок, чтобы закрепить достигнутое... назначить тебя, Андрей, в помощники Екатерине Валерьевне. Ты сможешь еще более глубоко проникнуть в суть перемен, планируемых ею, освоить методы управления и принять дела. Высшая мера социальной защиты. Попросту расстрел. - Помощник? Это ч-ч-что за должность? – заикаясь, проговорил Жданов, восстановив дыхание, поправляя галстук. - Помощник. Помощник президента компании. Ну не секретарь же! – Павел Олегович увидел, как лицо сына потемнело - краснеть тот не умел, слишком пренебрегая загаром. Жданов-старший подошел к нему и уже тише, не для всех проговорил. - Андрей, пойми, я наслышан о твоем поведении. Возможно, для кого-то это типичное поведение золотого мальчика, но это не мое воспитание. Я вообще не могу понять, отчего ты вдруг сорвался с катушек. То, что про тебя говорят в Городе, это же уму не постижимо. Этот странный разрыв с Кирой, вечные пьянки, девицы какие-то сомнительные… И не совсем сомнительные… Пойми, я выслушиваю потом упреки от их родителей. Жданову хотелось отмахнуться от слов, как от назойливых мух. Ведь время нравоучений прошло лет десять назад. Но это был его отец, и это было его предложение. И это была единственная возможность проникнуть в те сферы деятельности компании, где сейчас полновластно хозяйничали Пушкарева и Зорькин. - Предложение дельное, - по-колхозному отозвался Воропаев. Малиновский только плечами пожимал и не произносил ни слова. Кира усмехнулась и ответила: - Соглашайся, Андрей, - и заставила его поморщиться, добавив, - Походишь в подмастерьях. Жданов посмотрел на Катю. К сожалению, ему необходимо было и ее согласие. Она встала и сказала, не отрывая взгляда от Жданова: - Если того требует совет директоров, и если Андрей Палыч согласен принять на себя полномочия помощника, я перечить не могу. К тому же мне необходима свободная пара рук… «Что, мебель в кабинете двигать, что ли?» - злился Жданов. - … и мозги с экономическим образованием. - Отлично. Андрей, соглашайся, - Малиновский потянул его за рукав. - Единогласно… - выдохнул тот.