Заунское сердце преисполнено любви

— Здравствуй, Виктор. Ты закончил мой заказ? — мужчина оборачивается к собеседнику и в комнате повисает тишина. Виктору кажется, что он может отчетливо расслышать каждое сокращение своих предсердий и желудочков в сердце, что эхом раздается в ушах, а холодный пот мелким горошком уже проступил на лбу. В горле ком, а на языке ничего кроме глупого «Да, Господин Силко, извините грешного за нежданный визит». Вдобавок к тяжелому зрительному контакту, обстановка самого кабинета заставляла юношу почувствовать себя не столь же важным, как чужая пепельница: рабочий стол из массивного дерева, высокое обитое кожей на спинке кресло, зеленое окно с витражами, вытянутый местами потертый диванчик у стены, шкаф, что сливается со стеной, пара столов с чашками и бумагами, переходящий в трубы «открытый» потолок. Если рабочее место — это отражение хозяина, то Силко явно был не из тех, кто мог похвастаться порядком в доме и голове. Отчего страх неожиданного понемногу просыпался бабочками внутри Виктора. — Д-да… В смысле, да, Господин Силко, вот, — изобретатель робко достал из сумки устройство. В тот же миг Джинкс ловко его выхватила и стала с интересом вертеть, оглядывая тубус со всех сторон. — Джинкс, осторожней! — попытался предупредить ее юноша. — Ого, прямо точь-в-точь! — воскликнула малышка, трогая иглу, и в два прыжка уже показывала устройство Силко. — Силли, смотри, даже перекладины четыре, вообще не отличить! Виктор в замешательстве наблюдал за происходящим, не решаясь поинтересоваться с чем, собственно, сходство. Тело инстинктивно напряглось, ожидая худшего, но вот натура ученого чувствовала себя оскорбленной и не собиралась уходить без объяснений. Барон принял из рук девочки изобретение, окинул то небрежным взглядом (ведь зачем напрягаться и сравнивать, когда за тебя это уже сделала дочь), и удовлетворительно положил тубус на стол. — Наверняка у тебя возникли вопросы, Виктор, — медленно начал Силко, обращаясь к гостю. Но озвучивать дословно мысли юноши не стал. Вместо этого мужчина открыл верхний выдвижной шкафчик слева от себя и достал… точно такой же тубус? — Мои поздравления, ты успешно справился. Виктор в упор глядел на два идентичных прибора, осознавая, как все его переживания были весьма, весьма напрасны. Силко его проверял. На полезность. Для себя в первую очередь. Ведь такой гениальный помощник на вес золота, тем более в Зауне. Создание последней Пилтоверской разработки поначалу казалось чересчур сложным, однако юноша смог превзойти любые ожидания. — Вы… Теперь я буду работать на Вас? — несмело предположил Виктор? — Я бы сказал: теперь твои умения не пропадут даром, — бархатно поправил его Силко. — Виктор, ты способен изменить этот мир. Однако, ты еще слишком юн, чтобы действовать в одиночку, — мужчина положил руку на синюю макушку девочки, начав методично ее поглаживать, на что Джинкс расплылась в улыбке. — Твой разум еще неопытен и слишком доверчив, отчего распознавать фальшь в чужих словах становится невозможным. Представь, что если кто-то захочет воспользоваться твоими знаниями, обратив истину в жалкое подобие желаемого? — мужчина освободил пальцы от лазурного плена, тем самым завершив свою реплику. Последнее слово решила вставить девочка. — Вик, оставайся, давай вместе изобретать разные штуковины? Обещаю, я ничего не испорчу! — чуть тише, прикрывая шепот со стороны мужчины, Джинкс добавила, — Силли тебя похвалил, а это очень редко случается, так что лучше соглашайся, чтобы его не расстроить. Виктор, кажется, впал в раздумья на долгое время. Все эти слова давили на него словно пресс. До недавнего времени никто кроме Синджеда не обращал внимания на успехи мальчишки, но теперь его могло признать еще больше людей. Он мог бы стать полезным для людей, благодаря своим изобретениям. Он действительно смог бы изменить этот мир. Подняв на Барона решительный взгляд, Виктор протянул руку. — Я согласен на сотрудничество. Силко в лукавой улыбке и с особым благоговением пожал ее. — Рад это слышать. — Ура, Вик! Не успело рукопожатие завершиться, как парень уже оказался в крепких объятиях малышки. — Теперь мы еще больше времени будем проводить вместе! Можешь даже переехать к нам! — Нет, Джинкс, он не может. — Ну, или не можешь. Тогда хочешь я покажу тебе мою комнату? Она, конечно, не такая интересная, как твоя лаборатория, но в ней много разных классных инструментов, и железок, и приборов, и… — Думаю, я мог бы заглянуть завтра или как-нибудь на днях, — перебил ее поток мыслей Виктор, тайком глядя на мужчину. Тот, вроде, не был против. Подозрительно, но кто его знает. У серьезных взрослых свои секреты. — Отлично! Тогда я забегу к тебе завтра утром, — Джинкс подняла голову и юноша встретился с ее полными восторга глазами. — А сейчас хочешь проведу тебя из бара? Вдруг Севика снова решит позабавиться. Джинкс залилась звонким смехом. — Спасибо, но, думаю, я и сам справлюсь, — не хватало еще, чтобы его ребенок охранял от грозных головорезов. Так и от стыда помереть можно. — Тогда до завтра! Девочка отпустила Виктора и помахала на прощанье, после чего дверь кабинета с грохотом закрылась.