Приди-приди, гомо-рай!

      Джирайя стоял в душе, позволяя горячим струям воды литься по своему крепкому и подтянутому телу. Смывая с себя пот, он задумчиво проводил по груди и животу руками, и постепенно перед закрытыми глазами начали появляться неясные образы. Брюнетка с длинными волосами, с которой он в последний раз был в борделе…       Он почувствовал, как начал возбуждаться, и его руки скользнули ниже. Оглаживая себя, мужчина вспоминал ту ночь с горячей черноволосой девушкой. Вверх-вниз, прямо по мокрой коже, вздох, стон… Вот красавица, сверкнув белоснежными плечами со сползающим по ним кимоно, поворачивает голову и призывно смотрит своими змеиными глазами, подведёнными фиолетовым цветом…       – Чёрт! – Джирайя со злостью стукнул кулаком по кафелю. – Какого хрена?       Всё шло так хорошо, и почему в голову вдруг влез Орочимару, заменив собой образ девушки? «Нет-нет-нет, так дело не пойдёт, – подумал Джирайя. – Мне уже так секса не хватает, что только и остаётся довольствоваться своей рукой, да ещё и этот придурок в башку лезет! Что за ебучее змеиное дзюцу?»       К своему ужасу, мужчина заметил, что возбуждение никуда не пропало, а наоборот, только усилилось. Но завершать начатое он не стал. Похоже, скоро предстоит отправиться на поиски нового материала, поскольку вдохновения не было даже на самоудовлетворение, так что уже говорить о написании новой книги.       Джирайя последние несколько недель провёл в Конохе, надеясь начать работу над своим новым произведением. Однако дело шло плохо: заведений с весёлыми девочками тут не было (приличная скрытая деревня же, как-никак), а местные куноичи уже были наслышаны о саннине-извращенце и избегали его. Для писателя оставался один, старый добрый и проверенный вариант – конохская баня. В молодости он часто использовал её для своих исследований, подглядывая в женское отделение. «Пришло время вспомнить былые деньки», – ухмыльнувшись своим коварным мыслям, подумал Джирайя и выключил воду.