Бегство от судьбы

1.

ㅤㅤВаранаси. Город вечных костров. Столица смерти. ㅤㅤОб этом месте ходит невероятное количество легенд. Для индусов оно сакрально, в то время как у иностранцев Варанаси вызывает неподдельный ужас вперемешку с отвращением. Беззаботные туристы, приезжающие в Индию ради культурного наследия, ароматных специй и бескрайнего океана, даже не думают заносить это место в свой маршрут. Но достаточно и тех, кто жаждет увидеть страну изнутри со всеми ее мрачными и невообразимыми для остального мира реалиями. Поэтому город перенаселен до крайности. ㅤㅤИ именно туда должна была попасть Амала. ㅤㅤВнутренний голос буквально кричал ей об этом, и, как бы она ни старалась, сопротивляться ему было бесполезно. Они ехали без особой спешки и лишних происшествий, не считая пробитого колеса, которое мужчины сменили в два счета. Пейзаж за окном не отличался разнообразием; вдоль широкой полосы асфальта, испещренного тусклой дорожной разметкой, сплошь тянулись поля с редкими островками низкорослых деревьев и единичными покосившимися постройками. Алеющий горизонт поддернула серая вечерняя дымка. ㅤㅤ— Далеко еще до Варанаси? – спросила Амала. ㅤㅤ— Думаю, около часа. А что? – отозвался Киллиан, переводя взгляд в зеркало заднего вида. ㅤㅤ— Нам нужно заехать в город. ㅤㅤМашина резко свернула на обочину, под колесами захрустел гравий. Мужчины одновременно повернулись к Амале. В их взгляде удивление мешалось с нарастающим напряжением. Лима растерянно потирала затекшие плечи. ㅤㅤ— Повтори-ка еще раз, – медленно, пробуя слова на вкус, произнес Грант. – Нам нужно…что? ㅤㅤАмала поджала губы и потупила взгляд. Предчувствие, чертовски сильное, толкало ее вперед, но она не находила ему ни одного разумного оправдания. Друзья доверяли ей прежде, прислушивались к ее интуиции, но сейчас, когда все ее существо отчаянно стремилось сойти с маршрута вопреки голосу разума, их слепого доверия могло быть недостаточно. ㅤㅤ— Нужно заехать в Варанаси, – девушка нервно заламывала пальцы, – не спрашивайте почему, я все равно не смогу вам это объяснить. ㅤㅤ— Так, – Габриэль устало потер нахмуренный лоб, – я все понимаю, Амала. Ты умеешь вступать в контакт с умершими, у тебя тонкая душевная организация, острое чутье и все такое. Но лезть в пасть ко льву на основании одних только твоих предчувствий – абсурд. ㅤㅤ— Я тоже считаю это плохой идеей, – немного помолчав, добавил Лайтвуд. – Слишком большой город, слишком большой риск. ㅤㅤ— Наоборот, – вступилась Лима, – чем больше город, тем легче в нем затеряться. ㅤㅤ— Или заблудиться и попасть в ловушку, – парировал Грант. – Нет, я категорически против. ㅤㅤ— А что ты хочешь там найти? – осторожно поинтересовался Киллиан. ㅤㅤАмала кусала губы, лихорадочно подбирая слова. Казалось невозможным выразить то, что она чувствовала. ㅤㅤ— Какой-то…знак, – ее голос звучал нерешительно, – подсказку. ㅤㅤ— К чему? – Грант все так же недоуменно всматривался в лицо девушки, но теперь в его голосе читалось раздражение. – Все загадки остались в Калькутте. Перед нами теперь одна задача – как можно скорее добраться до дома. ㅤㅤВ пыльном салоне Стандарта повисло напряженное молчание. ㅤㅤ— Амала, – Лима легонько коснулась ее плеча, – ты чего-то не договариваешь? Габриэль ведь прав, мы разобрались со всеми делами в Калькутте. Выяснили, что это были за убийства, ты нашла ответы на вопросы о своей семье… Что еще ты с собой оттуда прихватила? ㅤㅤАмала задумчиво уставилась в обеспокоенные глаза подруги. Они были правы - тайны, связавшие их всех, но касающиеся только ее, были раскрыты. Но ощущение незаконченного дела не покидало ее. Она вспомнила слова Джона, британского врача, сказанные ей на берегу реки: «Там, в Калькутте, вы поняли, что не хотите продолжать быть частью кошмаров, которые творились Дубеями, пусть и имели к ним опосредованное отношение. Но сейчас вы задаетесь вопросом: имеете ли право бежать от своего предназначения?». Выходит, что не все вопросы были решены. Остался еще один. Тот, что будет мучить ее до конца жизни, если она не разберется с ним сейчас, в Варанаси, городе призраков. ㅤㅤ«Но ведь это только мое дело, – думала Амала, – оно касается меня одной. Ну еще, может быть, Киллиана, ведь мы приняли решение быть вместе, и ему придется смириться с моими причудами. Но подвергать его и остальных очевидной опасности из-за моих экзистенциальных противоречий – бред, в этом Габриэль абсолютно прав. Однако, разрешить эти противоречия я смогу только здесь, потом такой возможности уже не представится». ㅤㅤНа нее смотрели три пары глаз: встревоженные, полные невыразимой нежности серые, подозрительные янтарные и преданные, но такие усталые зеленые. И все ждали ее ответа. На душе скребли кошки – слишком велик был риск, слишком тяжела ноша ответственности. Но они были готовы принять ее решение. А она уже давно все решила. ㅤㅤ— Едем через город.

2.

ㅤㅤКак и любой другой город, Варанаси начинался с трущоб. Раскинувшиеся вдоль пыльной автомагистрали соломенные и фанерные хижины постепенно сменялись кирпичными постройками, предвещая близость цивилизации. ㅤㅤСтандарт петлял по узким мощенным улочкам. Растянувшиеся по обе стороны обшарпанные фасады были завешаны веревками с разноцветным тряпьем, повсюду мелькали аляповатые рекламные баннеры. В воздухе витал запах гари. Машины, велосипеды, мотороллеры, люди, лежащие прямо на проезжей части вездесущие исхудалые коровы – все это очень нервировало Киллиана, который старался осторожно лавировать в живом потоке. Из-за плотного движения пришлось сбросить скорость, и он переживал о том, как бы кто не стал вглядываться в их лица с особым вниманием. Если уж их выследили и сели на хвост в сравнительно небольшом городке, где они задержались из-за ранения Лимы, то в огромном Варанаси соглядатаев должно было быть еще больше, а, значит, и риск быть обнаруженными – выше. ㅤㅤЧем глубже в город они заезжали, тем хуже чувствовала себя Амала. Несмотря на раскаленный воздух и духоту в салоне, ее тонкие пальцы похолодели. Амала поежилась, ее начинал бить озноб. Все посторонние звуки потонули в пелене белого шума. Девушка тяжело дышала, напряженно вглядываясь в темноту за окном. Киллиан видел ее совершенно черные от расширившихся зрачков глаза в зеркале заднего вида, и эта нервозность передавалась ему самому. Никто из них не знал города, сверяться с картой не было времени, но чутье Амалы безошибочно прокладывало им путь. Она говорила, где нужно свернуть, сколько кварталов проехать. Ее непреодолимо тянуло вперед, к неизвестной даже для нее самой цели. ㅤㅤКогда в потоке других автомобилей их Стандарт въехал на мост через Ганг, к горлу Амалы подступил омерзительный желчный ком. Резкая боль от стучащей в висках крови заставила девушку зажмуриться. Она прижала к покрытому испариной лбу прохладные пальцы, с губ сорвался приглушенный стон. В глазах потемнело, реальность норовила ускользнуть от нее. ㅤㅤСидящая рядом Лима видела, что подруге становится хуже. Она бережно притянула Амалу, положив ее голову себе на плечо, и стала обмахивать ее руками. ㅤㅤ— Что случилось? – обеспокоенно спросил Киллиан, оглядываясь на девушек. Автомобиль вильнул на встречную полосу. Раздался истеричный визг клаксона, заскрипели покрышки, машина дернулась. ㅤㅤ— Смотри на дорогу, – сквозь зубы процедил Грант, хватаясь за руль и возвращая машину на полосу, – а то всех нас угробишь. ㅤㅤ— Все нормально, – сдавленно ответила Амала, – сейчас пройдет. ㅤㅤОни свернули на обочину сразу, как только съехали с моста. Девушка выскочила из машины. Она жадно хватала ртом воздух, стараясь совладать с рвотными позывами. Потребовалось некоторое время, чтобы унять сердцебиение и вернуть ясность мыслям. ㅤㅤ— Ты в порядке? – спросил Киллиан, кладя руку ей на плечо. – Что там произошло? ㅤㅤ— Не знаю, – Амала тряхнула головой, – резко стало плохо, но сейчас отпускает. ㅤㅤ— Когда ты почувствовала себя плохо? ㅤㅤ— Когда въехали на мост. ㅤㅤ— Может, ты испугалась высоты. Опоры у моста довольно высокие. ㅤㅤ— Нет, думаю, все дело в самой реке. Это же Ганг. Да еще и в Варанаси. Тут столько душ. Мертвых больше, чем живых. ㅤㅤ— Не из-за этого ли ты хотела приехать сюда? ㅤㅤ— Да, именно из-за этого! – огрызнулась Амала. Ей показалось, что Киллиан насмехается над ней. – Потому что мне «повезло» общаться с духами и выполнять их просьбы. И это, к твоему сведению, ни хрена не просто! Это выматывает, от этого раскалывается голова, мутит и бросает в дрожь. Но всем, тем более мертвым, на это плевать! ㅤㅤКиллиан растерялся. Он никогда не видел Амалу такой взвинченной и раздраженной. На мгновение эта непонятно чем вызванная вспышка гнева выбила его из колеи. Но он понимал, что в резком перепаде настроения нет ее вины, она вовсе не хотела его задеть. Когда ты измотан и плохо себя чувствуешь, легко поддаться эмоциям. ㅤㅤКапитан осторожно, боясь причинить ей лишний дискомфорт, привлек к себе девушку, прижал ее голову к своей груди и, скользнув губами у ее виска, тихо зашептал: ㅤㅤ— Мне не плевать, Амала. Мне не плевать на все, что связано с тобой. Ты для меня важнее всего. И когда я вижу, чего тебе стоят все эти контакты с духами, то начинаю ненавидеть собственное бессилие. Если бы я мог, то отдал бы все, чтобы разделить с тобой хотя бы часть тех тягот и испытаний, с которыми ты вновь вынуждена сталкиваться в одиночку. ㅤㅤ— Ты же знаешь, что это невозможно, – глухо, не поднимая на него лица, отозвалась Амала. ㅤㅤ— Знаю. Но я могу защитить тебя от всего остального мира. И будь уверена, сотру в порошок любого, кто попытается причинить тебе вред, – Амала услышала, что он улыбается, – и кого смогу потрогать руками. ㅤㅤГубы Амалы тоже дрогнули в улыбке. Она подняла на Киллиана покрасневшие глаза. ㅤㅤ— Прости меня, – сказала она шепотом, – я не хотела срываться. И больше постараюсь такого не допускать. ㅤㅤ— Договорились, – он мягко улыбнулся и поцеловал ее в макушку. – Ох, мисс Кхан, покой нам с тобой только снится. ㅤㅤ— Отдохнем на старости лет, мистер Лайтвуд. ㅤㅤ— Если мы до этой старости доживем. ㅤㅤОна шутливо ткнула его кулачком в плечо. Мужчина положил ладонь на ее талию, подгоняя к машине, где их ждали Лима и Габриэль.

3.

ㅤㅤК тому моменту, как они оставили Стандарт в нескольких кварталах от набережной, солнце уже давно скрылось за горизонтом. Улицы становились все уже и запутаннее, не позволяя чужакам подъехать ближе к священной реке. Было принято решение пройтись пешком. В случае погони было бы проще вернуться к машине на своих двоих, чем петлять на ней по этому лабиринту. ㅤㅤВоздух был наполнен свойственными Индии запахами благовоний, раскаленного масла и мусорных куч, но среди прочего в нос ударял удушливый смрад погребальных костров. Он был далек от привычного запаха горящей древесины; к аромату потрескивающих угольков сандала, цветочных масел и эссенции примешивалась едкая вонь тлеющей синтетики и обугленной мертвой плоти. ㅤㅤМинуя переулки, запруженные торговцами, паломниками и семьями, несущими завернутых в белые, алые и оранжевые ткани покойников, британцы вышли на Маникарника гхат. Открывшаяся взгляду картина заставила их застыть в изумлении. ㅤㅤВеличественный Ганг лениво катил свои воды, покуда на мрачной бездонной глади повсеместно отражались яркие алые всполохи. Повсюду темнели огромные кучи дров. По меньшей мере тридцать погребальных костров горели одновременно. Искристое пламя вздымалось на несколько метров ввысь, освещая творившееся вокруг безумие. Набережная буквально кишела людьми. Кто-то сидел на ступенях гхата и наблюдал за тем или иным костром, кто-то стоял по пояс в воде, время от времени зачерпывая ее ладонями и жадно приникая к ним губами. Тут же сновали дети и калеки, выпрашивая подаяние, бродили коровы, что-то вынюхивали собаки. ㅤㅤЛима тихонько ахнула, прикрывая ладонью рот. Амала, Киллиан и Габриэль проследили за ее взглядом. У самой кромки воды тощая плешивая собака копошилась возле большого бесформенного мешка, стараясь оторвать нечто, похожее на палку. Но, присмотревшись, они увидели, что это была вовсе не палка, а рука, а мешок был завернутым в саван человеческим телом. Габриэль положил руку ей на плечо и спросил: ㅤㅤ— Что с тобой? Это ведь далеко не первый труп, который ты видишь. ㅤㅤ— Такого мне раньше не доводилось видеть, – сдавлено ответила она. – Дело не в самом трупе, а в том, что все они смотрят на это, как на что-то нормальное. ㅤㅤ— В сущности, так и есть, – откликнулась Амала, – у индусов отношение к смерти сильно отличается от нашего. Для них быть сожженными на берегу Ганга – едва ли не величайшее счастье. Многие готовятся к этому годами, копят деньги, покидают свои дома и устремляются сюда через всю страну, будучи уже при смерти. Считается, что тот, чье тело сожгут именно здесь и чей прах развеют над Гангом, сможет выйти из колеса сансары и больше не подвергаться бесконечным перерождениям. ㅤㅤ— Смотрите, – Грант кивнул в сторону группы людей, только что вышедших на гхат; их было не больше дюжины, – почему у них тело не в белом саванне, а в красном? ㅤㅤ— В красном хоронят молодых замужних женщин, – объяснила Амала. ㅤㅤВсе четверо ждали, что сейчас начнут складывать погребальный костер, но вместо этого тело понесли вниз по ступеням, к самой воде, где уже ждала лодка. Трое мужчин уложили его на дно, туда же закинули несколько больших камней, сели сами и отплыли. Амала, наблюдавшая за происходящим широко распахнув глаза, вдруг прикрыла себе рот дрожащей рукой. Киллиан с тревогой взглянул на нее. ㅤㅤ— Тебе снова плохо? ㅤㅤ— Она была беременна, – едва слышно проговорила девушка, игнорируя вопрос. – Беременных, детей и больных проказой нельзя сжигать, их топят. ㅤㅤБританцы проводили взглядами удаляющуюся лодку. ㅤㅤ— Как ты чувствуешь себя здесь? – полушепотом спросил Киллиан. ㅤㅤ— Я… в порядке. Здесь почти нет бхутов, ведь сюда привозят уже умерших. Как бы странно это ни звучало, но здесь…спокойно. ㅤㅤ— Мне было бы спокойнее подальше отсюда, – Грант вклинился в разговор. – Если все уже насмотрелись, давайте вернемся к машине. Чем быстрее уедем отсюда, тем лучше. Уже стемнело, а нам еще нужно заправиться. ㅤㅤНе дожидаясь ответа, он развернулся, увлекая за собой Лиму. Амала и Киллиан немного помедлили. ㅤㅤ— Судя по выражению твоего лица, ты не нашла здесь того, что искала. ㅤㅤАмала лишь отрицательно покачала головой. ㅤㅤ— Значит, мы напрасно сюда заезжали? ㅤㅤ— Нет. В этом городе точно есть что-то важное. Я здесь…нужна. Но я не знаю, куда идти дальше и что искать. Возможно, оно само найдет меня. Давай возвращаться. ㅤㅤОни еще раз взглянули на вздымающиеся к небу языки пламени, на стенающих возле каждого костра женщин и суровых мужчин, хранящих гнетущее молчание, на вальяжный Ганг, и поспешили оставить это удручающее зрелище позади.