Неоновый мертвец

      Специальный агент Уилл Грэм смотрел на створку туалетной кабинки, засунув ладони в карманы. Очки без диоптрий он уже снял – и убрал в нагрудный карман рубашки, – серо-голубые глаза-хамелеоны словно пытались просверлить в дверце дыру, через которую будет видно происходящее внутри.       На этот раз ему нужно было видеть, чтобы понять. Он пока не понимал.       – Ингер, я могу вызвать врача, – сказал он, обращаясь к мужчине по ту сторону створки.       Ног не было видно через щель внизу, тот забрался на унитаз и сел на корточки, обхватив голову руками… Он сопел – испуганно, растерянно, зациклившись в собственных мыслях, потеряв ощущение места и времени.       Очевидно, у него бэд-трип… Уилл никогда не понимал, зачем люди мешают алкоголь, траву, кокаин и волшебные таблетки, зажевывают грибами – если не хотят лишиться себя, потерявшись в собственном сознании навсегда.       Уиллу не обязательно было принимать психоделики – с его силой воображения он мог погрузиться в любую обстановку, ощутить любые чувства, увидеть что угодно. Поистине грандиозная способность – но и великая опасность.       Сейчас Уилл пытался понять, что происходит с Валле – и как его вытащить из кабинки, чтобы тот в психозе не оторвал себе уши, не размозжил в припадке голову об унитаз, не вытворил ничего из того, что люди обычно делают, оказавшись в плену жутких видений.       Валле сопел, как от неуправляемых кошмаров.       – Не надо врача, – отозвался мужчина за створкой. – Не надо.       – Тогда выпей воды, – предложил Уилл.       Надо отвлечь его – и вывести на свежий воздух… Пока Ганнибал отвлекает Штерн.       – Не надо воды.       Вот осел! Если оставить его здесь, он все равно позже выползет наружу – но рискует попасться Штерн на глаза… Она шла на вечеринку, чтобы избить его, чтобы, как она считала, ему тоже – хотя бы таким образом – было больно.       Уилл ходил с ней иногда на обед в столовую академии, она была чрезвычайно умна, он бы сказал, феноменально – однако интеллект ее не уберег, и она попалась в ловушку чар нарцисса. Уилл наблюдал за развитием отношений странной парочки – женатого высокомерного Валле, преподающего историю оружия, и главы группы оперативного отдела киберпреступлений, Алекс Штерн, – и прекрасно понимал, что такие истории хорошо не заканчиваются. Она будто сама решила влезть туда, где больнее всего ударят… Лучше бы она продолжала пытаться достучаться до сердца психиатра Уилла, доктора Аланы Блум.       В уборную, тем временем, зашли и вышли уже несколько человек, несколько человек успели вымыть и высушить руки у умывальников… Уилл терпеливо ждал, когда Валле соизволит выйти наружу.       – Я могу тут стоять до самого утра, – спокойно произнес Уилл, – но лучше, чтобы ты сам вышел. Тебе нужно выйти на улицу и проветриться.       Человек за створкой молчал.       Уилл вздохнул.       – Ингер, вылезай оттуда. Тебя отпустит, я обещаю, только открой дверь.       Валле пошевелился, но не сдвинулся с места – и Уилл коснулся створки, чтобы проверить, насколько крепка щеколда, если придется ломиться силой. Когда он толкнул дверь, она отворилась, легко поддавшись, откидываясь вперед.       – Боже правый, вот это тебя накрыло! – невольно воскликнул Уилл, лицезрея некогда напыщенного, всегда в идеально отутюженном костюме Валле, сидящего с ногами на унитазе, взъерошенного, с выпученными глазами.       Он даже не заперся!       Валле убрал ладони от лица, одна щека – с алеющими царапинами от ногтей Штерн – кровоточила, лицо было бледным, растерянным, будто не его.       – Кто ты?       Дожили! Еще и память у него отшибло… Надо было сразу звать Ганнибала, а самому заняться утешением Штерн.       – Я Уилл. Уилл Грэм, – терпеливо ответил Уилл. – Я, как и ты, преподаю в академии, на поведенческой кафедре.       Физиономия Валле не озарилась лучами припоминания, Уилл загнал его в еще большую дезориентацию.       – Ладно, – вновь вздохнул Уилл, – сиди тут, никуда не уходи. Я позову Ганнибала, – и добавил: – Он врач. Доктор Лектер.       Уилл уже развернулся на пятках, мысленно проклиная и Валле, и Штерн, и проклятую вечеринку бюро расследований, сделал пару шагов – но мужчина внутри кабинки встрепенулся.       – Уилл! – окликнул он удаляющуюся спину незнакомца, понимая, что одному ему из этого неонового ада не выбраться.       У незнакомца были каштановые волосы, лежащие на голове хаотичным вихрем взлохмаченных локонов, недельная щетина на фактурном лице, зеленая рубашка и сочувствующий голос.       Уилл остановился и обернулся.       – Я не понимаю, что происходит, но прошу тебя, Уилл, помоги мне выбраться отсюда.