The Heart Wants What It Wants

На часах уже было пол пятого утра, но Булаткин никак не мог сомкнуть глаз. Через пару часов ему на работу, но он не переставал думать о Ксюше и ее «радостной» новости. Есть типы мужчин, которые любят детей и мечтают о них в будущем, но Егор точно не относился к ним. Он не планировал жениться и заводить детей. Не планировал становиться тем самым подкаблучником и вестись на поводке у будущей жены. Не планировал покупать памперсы и возить в школу. Это было не его. Он любил работу и себя. Только себя. И новость от Ржевской его подкосила, это его бесило. Всё пошло не так, как он этого хотел. Что будет, если об этом узнают его близкие друзья и хуже того родители? Мол, восемнадцатилетняя девчонка забеременела от него? Чем ты думал, мужик? Чем ты думал, когда касался её? Чем ты думал, когда позволял этой недоделанной наркоманке так вести себя? Как ты вообще допустил такое? В голове было огромное количество вопросов и он не знал на них ответа. Булаткин также прокручивал слова девушки, которые она оставила напоследок. Он впервые увидел её такой. Такой ранимой. Брошенной. Но не мог ничего сделать, заставляя свою блядскую натуру подняться ещё выше. Поднявшись с кровати, блондин не стал тратить время и прошел в ванную комнату, вставая под холодный душ, который уже не выявлял мурашки на татуированном теле. Хотелось хотя бы на несколько минут забыть об этом, но ничего не выходило. Он станет отцом. У него скоро появится ребёнок. Егор ведь правильно понял Ксюшу. Девушка не собирается делать аборт. В этом плане она была точно смелее Булаткина. Восемнадцать лет и ребенок. Каждую секунду в голове возникал вопрос: что делать? Но ответа так и не было. Что делать? Ну как минимум надо проверять презервативы, чтобы потом не задавать себе такие вопросы. — Сука. В пустоту выругался мужчина, когда случайно порезался бритвой. Мысли давили на него и Егор никак не мог собраться. На работе всё происходило точно также. Он был рассеянным, постоянно что-то ронял. — У тебя все в порядке? — спросил Дима, наблюдая, как его друг уже десятый раз роняет ручку под стол. — У меня всё отлично! — сказал Егор таким голосом, что стало понятно, что на самом деле всё не так. — У меня всё просто заебись! — Рассказывай, — сказал Масленников. — Если ты не забыл, мы с тобой друзья. И не раз вылазили из огромных задниц. — Из этой уже не вылезешь. Ксюша беременна, — сказал Булаткин, откидываясь на спинку кресла, а после прикрывая глаза. — Кто? — Диме понадобилось ещё несколько секунд, чтобы понять, о ком говорит его друг. — Ксюша? Твоя Ксюша? — Она не моя, — возразил Егор. — Ой, да не пизди, к тебе столько тёлок клеится, а ты всегда, когда набухаешься, говоришь только о ней. — Сейчас это вообще не важно. Она беременна, понимаешь? — Это она тебе сказала? — Нет, блять, приснилось! Масленников, ну не тупи. — Ну значит будет маленькая или маленький Булаткин, с таким же невыносимым характером. — усмехнулся Дима, возвращаясь к заполнению документов. Булаткин поднял на него грозный взгляд: — Ты ебанулся? — прорычал тот, — Мне это нахуй не надо. — Надо было следить за своим членом. — ответил Маслеников. Если Булаткин сейчас горел от злости и от непонимания всей ситуации, то Масленников, по своему характеру сидел спокойно, обрабатывая всю информацию у себя в голове. — Да ну нахуй! — развел руками блондин, поднимаясь из-за стола. — Сука, я вот уверен, что это не мой ребенок. Залетела и решила ко мне его пристроить. А, хули? Работаю в полиции, зарплата хорошая, квартира своя. Она сама говорила, что ей понравилась. Машина. Все при мне… — метался он из стороны в сторону, глупо размышляя. — Да ты прям золото, а не мужик. — усмехнулся Дима. — Хочу напомнить, что ДНК просто существует. — И что во мне не так? — Тебе списком или так сказать? — спросил Масленников. — Знаешь, что я тебе скажу. Ксюша далеко не дура. И характер у неё не самый простой. В этом вы с ней похожи. И поверь мне на слово, она бы к тебе ни за что в жизни не пришла бы, если бы это был не твой ребёнок. Странно, что она вообще тебе рассказала о ребёнке. Это не в её стиле. Наверное, предки заставили. — А ты же её так ахуенно знаешь, — с сарказмом сказал Егор. — Точно не меньше, чем ты. Ксюха неплохая, да, со своими закидонами, но ты и сам говорил, что у неё родители не подарок. Неудивительно, что она с нами так общалась. А ты, между прочим, вместо того, чтобы узнать её, просто трахал или орал на неё. — Блять, как я с тобой вообще общаюсь? Мать Тереза, ещё скажи, что она прям идеальная. — А что ты хочешь от меня услышать? Егор, пошли её на хуй, тебе этот ребенок не нужен? Так? Нет, я никогда тебе так не скажу, потому что я не понимаю, как можно бросить своего ребёнка. Если уж проебался с защитой, неси за это ответственность и не выёбывайся. Девчонке в миллион раз сложнее, ей только восемнадцать. Егор ничего не ответил на слова друга. Он и сам не знал, что хотел услышать от Димы. Такое ощущение, что это ему сейчас восемнадцать, впереди вся жизнь, а теперь он связан ребёнком. Блять, ну какой ему ребёнок? — Может поговоришь с родителями? — через несколько минут предложил Масленников. — Думаю, они найдут правильные слова для тебя. — Но перед этим выебут мозг. — фыркнул блондин, нащупывая пачку сигарет по карманам формы. — Тогда у меня больше нет вариантов. — вздохнул Дима, уже не желая слушать бред от друга. — Ведёшь себя как трус. Булаткин промолчал и направился на выход из кабинета, чтобы покурить. Как бы Егор не злился сейчас на своего друга, тот был прав. Он ведёт себя как трус. Пытается сбежать от возникших проблем и ответственности, которую должен нести за свои поступки. Выйдя на улицу, он отошёл к курилке, доставая сигареты. Надо что-то решать. Может, и вправду съездить к родителям? Конечно, он сначала послушает миллион возмущений и нотаций, но потом же родители дадут какой-то совет. Хотя, какой они могут дать совет. Он и так знал, что все вокруг готовы к этому ребёнку, кроме него самого. Вздохнув, он взял телефон и отправил сообщение маме, написав, что вечером к ним заедет. Нотации нотациями, а у него скоро родится ребёнок. И в самое ближайшее время Егору надо решить, он будет папой или скинет все обязанности на Ксюшу. Кажется, ей не в первой сталкиваться с трудностями. Докурив сигарету, Булаткин потушил окурок и выкинул в мусорку, направляясь обратно в здание. Вернувшись в кабинет к Масленникову, блондин молчал и на протяжении остальных часов работы всё проходило в тишине. Закончив смену, Егор направился к начальству, дабы выпросить пару дней выходных, чтобы решить проблемы. — И какова причина? Кошка умерла? — с усмешкой спросил мужчина, смотря на Булаткина. Пропустив мимо ушей плоскую шутку, Егор сжал кулаки за спиной. — Мне нужно решить личные проблемы. — просто ответил Егора. — Дайте мне три дня и я их потом отработаю. — Не поделишься, что за личные проблемы? — Не могу. — начиная беситься ответил голубоглазый. Начальник закатил глаза: — Напишешь заявление и можешь идти, Булаткин. Кивнув, Егор сел за стол и за пару минут написал документ, отдавая на подпись. — Я надеюсь, там всё легально? Не будет сюрпризов с твоими проблемами? — Нет, не будет. — Хорошо, можешь тогда идти, — парень кивнул, а после вышел из кабинета. Через несколько минут он уже ехал к себе домой. Решил, что сначала переоденется, а потом уже поедет к родителям, которые ждали его на ужин. Сидя в машине, ходя по квартире, он всё думал, как же начать этот разговор. Что сказать? Нельзя же просто в лоб сказать, что одна малолетка залетела от него, а он вообще не хочет детей. После такой речи мать придётся вести в больницу на скорой. — Сынок, привет, — Егор был не частым гостем в квартире родителей, поэтому таким визитам мама очень радовалась. — Привет, мам, — обняв женщину, он снял обувь, а после прошёл в гостиную, где на диване сидел отец. — Привет, пап. — О, Егор, привет. Как жизнь? — спросил мужчина, встав с дивана и подходя к сыну, чтобы пожать руку. — Да нормально всё, — ничего не было нормально, но парень решил выдержать хотя бы пару минут, а уже потом огорошить новостями. — Всё, пойдёмте тогда за стол. Уже всё готово. Ужин начался вполне неплохо. Родители спрашивали, как проходит служба, далеко ли следующее звание. О личной жизни никто не интересовался. Потому что Егор никогда об этом не говорил, даже если ему задавали вопрос прямо. Он вообще был не любителем долгих разговоров и всегда старался их избежать. — У тебя что-то случилось? — спросила мама. — С чего ты взяла? — Ты не подумай, сынок, но обычно это мы зовём тебя в гости. А тут ты сам решил приехать, — мама на то и мама, чтобы раскусить своего ребёнка за несколько минут. По затянувшейся паузе родители поняли, что их догадки оказались верными. — Ну рассказывай, — сказал отец. Булаткин младший откинулся на спинку стула, перебирая между пальцем салфетку. — Кажется, я стану отцом. — произнес он спустя несколько секунд молчания, внимательно смотря на родителей. — Кажется? — переспросил отец. — Как может такое казаться? — Я стану отцом, — кажется, Егор только что наконец-то признал, что он действительно станет отцом без всех этих «кажется», «я не уверен» и так далее. — Кто мать? — уже спросила женщина немного нервным голосом. Сын не каждый день такие новости сообщает. Хотелось радоваться, но по поведению сына было понятно, что всё не так просто. — Девушка — её зовут Ксения. Она… — почему-то Егор не захотел рассказывать о всех ошибках девушки, которые она успела совершить за свою жизнь. — В общем, ей только 18. Родители блондина насторожились, внимательно смотря на сына. — Восемнадцать? — переспросил Николай Борисович, бегая глазами по лицу сына. — Да. Ей восемнадцать и она беременна от меня. — вновь повторил Егор, тяжело вздыхая. — Как…? — Вот так. — не успела договорить женщина, как Егор ее перебил. — По… Понравилась она мне и переспали. — признался тот. — Это произошло, когда ей было восемнадцать? Или… — В ее день рождения. Ей исполнилось восемнадцать месяц назад. За столом на какой-то момент образовалась полная тишина. Егор не знал, что ещё сказать, а родители в принципе не знали, что говорить. — И что вы решили? — спросила женщина, смотря на своего сына. — Она сказала, что будет рожать. — Она? Значит, это не вы решили? — Я…я не знаю готов ли. — Не знаешь? А когда в кровать её укладывал, о чём думал! — сказал отец. — Если уж сделал дело, то будь добр, отвечать за сделанное. Девчонке только восемнадцать. А тебе сколько лет? Ты не знаешь, что надо делать, чтобы детей не было? Или тебе рассказать в твои 28? — Пап, не начинай. — Что не начинать. Значит, твоей, как её, Ксюше? Значит, ей в её восемнадцать хватило мозгов принять решение, а тебе нет? Как она на тебя тогда повелась? Булаткин усмехнулся, опуская взгляд вниз. — Ты чего улыбаешься, Егор? — изогнула бровь Марина Петровна, — Ты ведь прекрасно понимаешь, как это серьезно. А что ее родители говорят? — Ничего они не говорят. Им все равно. Ксюша переехала к бабушке. — пояснил тот. — Так у нее помимо тебя ещё и проблемы с родителями? — грозно спросил мужчина. — Коль, не надо. — женщина остановила пыл мужа. — Она не виновата. — Мне важно знать, что ты собираешься делать? — по слогам произнес Николай, смотря на сына. — Ты должен поступить как мужчина, а не как трус. Мы тебя не так воспитывали. Егор молчал, обдумывая все свои мысли, все слова Димы и слова родителей. При каждом разговоре всегда совпадало одно: Ксюша одна. И тем не менее, без поддержки родителей решилась на то, чтобы рожать ребёнка. Это его вина, что всё так вышло, а ответственность несёт она. Когда сам Егор просто послал её, отказываясь и от неё, и от ребёнка. От их ребёнка. Да, у них будет общий ребёнок. Почему-то до Егора это дошло только сейчас. И если поступать как мужчина, то он должен прийти к Ксюше и сказать, что он будет участвовать в жизни их ребёнка. И если девушке понадобится помощь, он поможет. — Она…в прошлый наш разговор, когда она сказала о ребёнке, я наговорил ей кучу всего неприятного. Вряд ли они обрадуется, когда увидит меня. — И правильно сделает, — сказала мама. — Значит, ты сделаешь всё, чтобы она тебя простила. Не важно, любите вы друг друга или нет. Никто не заставляет вас жениться. Но теперь у вас есть общий ребёнок, который навсегда свяжет ваши жизни. Будьте добры показать ему хороших родителей, который любят своего ребёнка и заботятся о нём. — Завтра же поедешь к ней, — строго сказал отец. Его тон показывал на то, что отказ не принимается. — А как только у вас все наладиться… На что я очень надеюсь. — посмотрела на сына, — Познакомишь нас с Ксюшей. — с надеждой улыбнулась Марина Петровна. — Конечно. И мы обязательно будем ей помогать. Всё-таки это мать нашего внука или внучки. — смягчился мужчина, соглашаясь с женой. — Ты будешь папой, Егор. За эти несколько месяцев до рождения вашего ребёнка постарайся сделать всё возможное, чтобы стать лучшим родителем, — сказала Марина Петровна, смотря на сына. Кажется, родители успокоились и уже смирились с мыслью о том, что скоро станут бабушкой и дедушкой. — Я не знаю, что такое быть родителем, — сказал Егор. — Если я что-то сделаю не так… — Ты хороший человек, Егор, — сказал Николай Борисович. — Ты служишь в полиции и помогаешь людям. А ещё я знаю, что мой сын сделает всё возможное, если захочет чего-то достигнуть. Стоит только захотеть, Егор. — Спасибо, — сказал парень. — Спасибо, что поговорили со мной. — Родители для этого и нужны. Постарайся всё решить как можно скорее. Думаю, Ксении сейчас тоже нелегко. По возможности, будь с ней рядом. Ей сейчас нужна поддержка. Твоя поддержка, — Марина Петровна взяла сына за руку, улыбнувшись. — Я поеду домой. — Хорошо. Сообщи нам, когда всё решишь. — Конечно. Но блондин соврал. Как только он вышел из дома родителей и сел в машину, Булаткин поехал по адресу, где сейчас живёт Ксюша. Кажется, мозги встали на место и он решил решить все проблемы сразу. А получится ли? Через двадцать минут, по небольшим пензенским пробкам в выходной день, Егор наконец-то доехал до дома брюнетки. Припарковавшись во дворе, он поднял айфон с панели и сразу начал открывать контакты, чтобы позвонить Ксюше. Как на зло она несколько раз не брала и вот, совершая уже десятый вызов — кареглазая ответила. — Ну что тебе нужно? — охрипшим голосом возмутилась она, как только приняла вызов. — Я хочу поговорить, — сказал парень. — Ты ещё не всё мне сказал? Прости, но я сейчас не настроена выслушивать, какая я плохая. — Я был не прав. — Да неужели? — вздохнув, сказала Ксюша. — Что поменялось за эти сутки? — Давай мы просто поговорим об этом в живую. Я сейчас у твоего подъезда. — Твою мать, — практически простонала девушка. — Я понимаю, что ты не хочешь меня видеть. Это, наверное, правильно. Я столько тебе наговорил в прошлый раз. Алло? Ксюша, ты меня слышишь? — вместо голоса девушки парень слышал какие-то непонятные звуки. — Ксюша? Что у тебя там происходит? — Что происходит? Меня сутками напролет тошнит. Потому что я беременна, Булаткин. Вот, что со мной происходит! Блондин шумно вздохнул, переводя взгляд на темную улицу. — Я могу подняться? — спросил он спустя пару секунд. — Егор… — тихо выдала она, — Оставь меня в покое, мне сейчас действительно не до тебя. Я больше не хочу выслушивать говно про себя. Я и так знаю, что хуевая. Что ещё нужно то? — уже плача спросила она. — Я не собираюсь говорить о том, какая ты плохая. Потому что это не так. Пусть и прошёл всего день, но я многое понял и осознал. Позволь мне подняться к тебе, и мы всё обсудим. — Я не знаю, что ещё можно обсуждать, но ладно, хорошо. Только дома бабушка, с ней тебе тоже предстоит разговор. — Хорошо, я не против, — сказал парень. — Какой этаж и квартира? — Седьмой этаж. Квартира с правой стороны. — Я иду, — скинув вызов, парень вышел из машины. Конечно, парень не думал о том, что придётся ещё говорить и с бабушкой, но ничего. Справится. Наверное. Поднявшись на нужный этаж, Егор нажал на дверной звонок. Дверь ему открыла женщина в возрасте, видимо, бабушка Ксюши. — Здравствуйте. — Добрый вечер, молодой человек. Вы к кому? — Я к Ксении, — сказал Егор. — Разрешите? — А, вы тот самый мужчина, — внимательно осмотрев Егора, сказала женщина. — Я впущу вас только в том случае, если вы пообещаете не доводить мою внучку до слёз. — Обещаю. — Тогда проходи. В этот момент из ванной комнаты вышла брюнетка. Ее лицо было бледным, а по худощавому телу свисала огромная футболка. Заметив блондина, она прикрыла дверь и прошла к бабушке. — Бабуль… — не сразу начала она, — Это Егор. — указала рукой на Булаткина, — Моя бабушка — Валентина Григорьевна. — указала уже на женщину, обращаясь к мужчине. — Приятно познакомиться, — сказал Егор. — Я пока не могу сказать того же. Вы можете поговорить в комнате Ксении, а я пока сделаю чай, — сказала женщина, а после ушла на кухню. — Пойдём, — сказала девушка Егору, а после пошла в свою комнату. Пройдя по коридору, Ксюша открыла дверь и прошла в комнату. — О чем ты хочешь поговорить с малолетней шлюхой и наркоманкой? — изогнула бровь, ложась на кровать. — Ксюш… — блондин закрыл дверь, смотря на девушку. — Что? — Прости меня за эти слова, я был не прав, — сказал Егор. Может, девушке и хотелось сказать какую-то колкость в ответ, но она не смогла ничего придумать. Парень говорил искренне, что ещё больше удивило Ксюшу. — И что дальше? — спросила девушка. — Зачем ты здесь? — В прошлый раз я слишком бурно отреагировал на новость о твоей беременности. Это было очень неожиданно. — Также, как и для меня. — Да. И мне очень жаль, что я не смог взять себя в руки. Но у меня было время всё обдумать и решить. — И что ты решил? — Я хочу участвовать в жизни нашего ребёнка. Я не отказываюсь от него. — У тебя всё так легко, оказывается… — истерически усмехнулась брюнетка, прикусывая губу. — Я уверена на все сто, что тогда ты сказал правду про меня. Ты говоришь это не впервые. И тот момент, был для тебя удачным, чтобы выплеснуть всю злость на меня… — Ксюш, послушай… — блондин подсел к ней. — Нет, не надо. — брюнетка выставила перед собой руки. — Я не знаю, кто и что тебе там наговорил, что ты решил приехать и начать извиняться… Но тогда ты был настоящим. Не нужно ломаться тут. — отвела взгляд. — Я, может и не идеальная, но я тоже человек. Я девочка. Хоть и не показываю этого порой. Я не заслужила таких слов и обвинений в свою сторону. Я доверилась тебе, а потом ты говоришь, что использовал меня? Как ты мог? Ты же старше меня. Умнее. Как ты это доказывал. Говорить такое, когда я раскрыла тебе свой секрет? Рассказала про день, когда меня изнасиловали? Как ты можешь?.. Ты думаешь, что я настолько бездушна? Что я ничего не чувствую? Как я могу простить тебя за такие слова? Ладно, ты отказался от меня, но от ребенка… Хотя, нет. Он же не твой, как ты сказал. Он мой. — Что мне сделать, чтобы ты меня простила? Я действительно хочу быть рядом с тобой и рядом с нашим ребёнком. — Что за бред ты несёшь, Булаткин? Ты не создан для семейной жизни, для жизни с ребёнком. Тебе это не нужно. Интересно, кто на тебя так повлиял? Кому ты уже успел рассказать обо мне? — спросила Ксюша, облокачиваясь на свой стол. — Я рассказал своим родителям, но, поверь мне, чтобы они мне не сказали, это я принимаю решение. — Ха, значит, они уже в курсе. И что ты им сказал обо мне? Рассказал, что я принимала наркотики? Рассказал, как мы познакомились? — Нет, я не говорил об этом. — И почему же? — Потому что я не захотел, чтобы они судили тебя, даже не зная тебя лично. — А ты знаешь меня лично? — смотрела на него с усмешкой на лице, но блондин молчал. — Вот именно. Нет. — Я хочу узнать тебя. Я хочу, чтобы мы были вместе. — произнес блондин. — Ради малыша. — Не смей так говорить. Хоть раз бы поставил себя на мое место. Я не верю тебе. Не верю никому. — Хорошо. Дай мне шанс, чтобы я мог доказать, что мне можно доверять, — сказал Егор. — Я не понимаю, зачем тебе это? Просто забудь обо мне и всё. Я не стану преследовать тебя и требовать чего-то. Я справлюсь и без тебя. — Нет, я не оставлю тебя одну. Хочешь ты этого или нет, но я буду рядом с тобой и с нашим ребёнком. И я понимаю, что сейчас тебе намного сложнее, чем мне, поэтому, пожалуйста, не отталкивай меня. Я хочу помогать тебе и поддерживать. — Поверить не могу, что ты говоришь это. — Пожалуйста… — прошептал он, беря ее аккуратно за руки. — Прости меня. Ксюша растерялась от подобных действий и быстрее попыталась отстраниться от блондина. Она не привыкла к такому. — Давай сходим куда-нибудь вместе? Что ты хочешь? — спросил тот, выжидающе смотря на брюнетку. — Я не знаю… — тихо ответила она, испуганно бегая глазами по его лицу. Мало того, что Ксюша не привыкла к такому, так ещё она никак не ожидала такого отношения от Егора. Он всегда был к ней груб и жесток. Девушка вряд ли вспомнит случай, когда парень был к ней добр. Разве только в тот момент, когда её избила мать. — Давай завтра сходим в кино? — предложил Егор. — У меня ещё два дня выходных. Мы можем провести эти дни вместе. — Я правда не знаю, — ответила Ксюша. — Меня днями тошнит, не думаю, что смогу пережить целый сеанс в кинотеатре. — Хорошо. Мы можем просто прогуляться. Я приеду завтра и мы тогда решим, куда пойдём. — Ладно, я не против. Буквально через несколько минут в комнату зашла бабушка. — Пойдёмте на кухню, чай уже готов. Честно, присутствие Егора и бабушки в одной комнате жёстко давили на Ксюшу. Держа в руках чашку с чаем, брюнетка смотрела в одну точку. Глаза блондина то и дело, следили за ней. — Что вы планируете делать? — спросила неожиданно бабушка, подавая девушке печенье. — Спасибо. — шепнула она, принимая угощение. — Так что? — бабушка внимательно смотрела на Егора, ожидая ответа. Ведь решение своей внучки женщина уже знала. — Вы будете рядом с Ксюшей или пришли к нам просто так? — Я не собираюсь отказываться ни от Ксюши, ни от ребёнка, — начал Егор. — Я готов нести ответственность за них двоих. В будущем, я надеюсь, что Ксюша будет жить вместе со мной, — от слов парня девушка поперхнулась печеньем, начиная кашлять. Такого она точно не ожидала услышать от Булаткина. За последний час слишком много потрясений для неё одной. — Я не собираюсь с тобой жить, — сразу начала возмущаться Ксюша. — У нас будет ещё время решить этот вопрос, — сказал Егор, а после обратился к Валентине Григорьевне. — Вы можете не переживать за будущее Ксюши и нашего ребёнка. — Мне хочется вам верить, Егор. — Мне тоже, но я знаю, что этa ложь будет бесконечной. — усмехнулась брюнетка, ставя кружку на стол. — Допивай чай и уходи. — перевела взгляд на блондина. — Ксюш… — вздохнула женщина. — Нечего тут засиживаться, можешь и у себя попить. Девушка не стала ждать, пока парень уйдёт, поэтому ушла сама в свою комнату, оставив бабушку и Егора на кухне. Несмотря на то, что парень был довольно-таки убедителен, ей слабо верилось, что он исполнит все свои обещания. — Ей надо время, — сказала Валентина Григорьевна. — Я понимаю, — кивнул парень, допив свой чай. — Вы не будете против, если завтра я к вам зайду? — Нет конечно, я буду рада, если ты будешь рядом с Ксюшей. Ей будет приятно твоя поддержка, пусть она сейчас этого и не показывает. — Мне уже пора. — Я провожу. Парень вышел в коридор. Быстро обувшись, он кинул взгляд на закрытую дверь, за которой была Ксения, вздохнув. — У вас всё наладится. Просто нужно время. — Спасибо вам. — Да пока не за что. Всё в любом случае будет зависеть только от тебя. Думаю, ты в курсе, что характер у Ксюши не из простых. — Это уж точно. Спасибо за чай. Приятно было с вами познакомиться. — И мне. До встречи. — До завтра, — сказал Егор, а после вышел из квартиры. Уже находясь дома, он твёрдо решил, что не откажется от своего ребёнка, а также сделает всё, чтобы Ксюша поверила ему. Возможно, ему в скором времени придётся поменять мнение о своём будущем и о семье. За то время, что они знакомы с Ксенией, они успели много ошибок совершить. Возможно, если бы он вёл себя по-другому, этих ошибок не было. Но уже ничего нельзя исправить в прошлом, но можно изменить будущее.