The feeling of being chosen| Ощущение избранности

В тот же понедельник утром Эмма проснулась, вчерашние чувства волнения и решимости всё ещё присутствовали, но к ним присоединилась и тревога. Она ненавидела начинать учёбу в новых школах, и хотя с годами она привыкла к этому, легче не становилось, а зная, как начался её прошлый год, кто мог винить её в том, что она волновалась в этот раз? Но благодаря прошедшей неделе и вчерашнему вечеру у Руби она чувствовала себя гораздо лучше. Она зашла в душ и пустила горячую воду по коже, смывая воспоминания и последние остатки тревоги. Закончив, она вышла из душа, высушила полотенцем волосы и немного поборолась с ними, чтобы придать им хоть какую-то презентабельность, оставив их слегка влажными, чтобы они высохли на воздухе. Нанеся легкий макияж, она вышла из ванной и надела свои любимые джинсовые шорты, которые демонстрировали её ноги (надеясь, что если здесь и был дресс-код, то не слишком строгий). Они также демонстрировали её великолепную татуировку феникса, которая покрывала всё её левое бедро. Она сделала её всего несколько месяцев назад и рассматривала её как олицетворение себя, своих трудностей и того, как ей удалось взять себя в руки. “Восстание из пепла”. Затем она надела обтягивающую черную майку и красно-черную фланелевую рубашку с закатанными рукавами. Она прошла на кухню, где Мэри жарила яичницу с беконом на сковороде, а тосты уже лежали на тарелке. Когда Эмма вошла, Мэри подняла голову с яркой улыбкой на лице. - Доброе утро, Эмма, - поприветствовала она, выкладывая яичницу с беконом на тарелку и протягивая ей. - Ты хорошо спала? - спросила она, прежде чем взглянуть на ногу Эммы. - О, это великолепная татуировка! Удобно было спать? Эмма засмеялась и кивнула, - Конечно! Эта кровать, наверное, самая удобная из всех, на которых я когда-либо спала, - сказала она и взяла протянутую ей тарелку: - Спасибо. - Нет проблем, милая, - Эмма слегка поёжилась, но надеялась, что этого не видно. Если Мэри и заметила, то ничего не сказала и продолжила болтать, пока они садились есть. - Я могу только представить, как же больно было набивать татуировку, я бы никогда так не смогла, я уверена. Кстати, Дэвид уже уехал на станцию сегодня утром, но сегодня к ужину он будет дома, - Эмма кивнула, услышав, как заурчал её живот, она наклонила голову, пряча румянец, и принялась за свой завтрак. Через полчаса Эмма была готова к выходу, она надела свои новые конверсы, которые купила вместе с Мэри в прошлые выходные (её старые едва держались по швам). Мэри отвезла её в школу, хотя Эмме потребовалось бы всего 10 минут, чтобы дойти пешком, не то чтобы она действительно жаловалась, поскольку предпочитала машину с кондиционером, а не потеть пешком. Они ехали уже несколько минут, когда её телефон завибрировал в заднем кармане, и она почувствовала, как на её лице появилась улыбка, когда она увидела сообщение от Руби. “Эй, мой прекрасный лебедь, готова к своему первому дню в аду?” “Лол, настолько, насколько я когда-либо была готова, я думаю.” “Не волнуйся об этом, мы прикроем. Так что ты собираешься делать?” “Спасибо, я ценю это. Я в машине с Мэри, она предложила подвести меня. Мы должны быть там с минуты на минуту.” “Хорошо, мы с Белль только что приехали. Мы будем ждать тебя у входа” “Отлично, скоро увидимся!” Эмма положила телефон обратно в карман и тихо вздохнула, почувствовав некоторое облегчение от осознания того, что они ждут её. - Ты в порядке? Эмма заметила слегка обеспокоенный взгляд, который бросила на неё Мэри, припарковав машину у школы. - Да, я в порядке, - заверила её Эмма. - Меня там ждут Руби и Белль, - указала она, увидев, что эти двое стоят возле входа и разговаривают друг с другом. - Хорошо, Эмма, я желаю тебе удачи сегодня, я знаю, что у тебя всё получится, и у тебя есть хорошие друзья, которые поддержат тебя, - она помахала рукой через окно рядом с Эммой, которая обернулась и увидела Руби и Белль, машущих ей из машины, - О, и если тебе что-нибудь понадобится, что угодно, не стесняйтесь, звони, хорошо? Эмма улыбнулась ей: - Спасибо, Мэри, я буду помнить об этом. И спасибо, что подвезла, - сказала она, выходя из машины и закрывая дверь. Наблюдая за тем, как задние фары машины исчезают за углом, она глубоко вздохнула, прежде чем повернуться и направиться к зданию, где её ждали две подруги. Она размышляла о том, что, хотя они только что познакомились, ей кажется естественным называть их своими друзьями. “Это впервые”тихо хихикнула она про себя, пока шла остаток пути до школы. - Срань господня, Свон, эта татуировка великолепна! Ты только что стала на 110% сексуальнее, просто чтобы ты знала, - воскликнула Руби, как только увидела её, заставив нескольких студентов повернуть головы в их сторону. Эмма поняла, что не надевала шорты с тех пор, как приехала сюда, погода была довольно дерьмовой, а сегодня был первый по-настоящему жаркий день. Белль хлопнула Руби по плечу, чтобы та замолчала, но Эмма только рассмеялась. - Спасибо, Руби. Руби и Белль провели её по школе, показывая классы, кафетерий, кабинет директора, школьный медпункт и школьную библиотеку, которая, как Эмма была приятно удивлена, оказалась огромной и светлой, с огромным выбором книг всех жанров. Насколько она могла судить, там были даже менее известные авторы, что несказанно её порадовало. Эмма всегда любила библиотеки, это была тихая гавань, которая всегда существовала независимо от того, в какой стране она жила. Атмосфера оказывала на неё успокаивающее воздействие, и она всегда чувствовала себя в безопасности, когда находилась в библиотеке. Она могла часами сидеть за чтением и погружаться в другой мир. Туда, где не существовало боли и печали, туда, где она не была нежеланной сиротой, а была частью чего-то волшебного, окруженного счастьем и любовью. С возрастом её вкус к книгам явно изменился, и сегодня она предпочитала книги, которые были более политически окрашены, относились либо к ней, либо к обществу в целом, и находила книги, в которых рассказывались истории жизни других людей, увлекательными. Она потеряла счёт количеству книг, прочитанных ею за эти годы, но знала, что список будет длинным. Школа в Сторибруке оказалась красивее, чем ожидала Эмма. Здание было чистым и свежим, интерьер - светлым и просторным, а большие окна в классах обеспечивали естественное освещение. Их экскурсия закончилась возле раздевалок, где они встретились с остальными членами группы, прежде чем отправиться на первые занятия. Пока они шли к своим классам, они с Руби обсуждали татуировки, как вдруг Эмма столкнулась с кем-то, что вызвало у неё тихое ругательство, и она уронила сумку. Не успела она дотянуться до неё, как кто-то поднял её сумку, и она подняла голову, но столкнулась лицом к лицу с парнем, который ухмылялся, как ей показалось, очаровательно. - Будь осторожна, милая, не хочу, чтобы ты повредила свое милое личико, - сказал он, медленно осматривая её тело с хищным взглядом в глазах. Эмма заставила себя проглотить желчь, поднявшуюся в её горле от его слов и того, как он смотрел на неё. Она закатила глаза. “Прекрасно” - Не беспокойся об этом, - ответила она и протянула руку, ожидая, что он отдаст ей сумку, но вместо того, чтобы отдать её, он взял её руку и поцеловал тыльную сторону. Эмма, честно говоря, была слишком шокирована, чтобы вовремя отдернуть руку, что привело к нежелательному слюнотечению на её костяшках. - Меня зовут Киллиан Джонс, миледи, а вы кто, любовь моя? - Эмма наконец-то пришла в себя и грубо вырвала свою руку из его хватки. - Эмма. Могу я теперь забрать свою сумку? - прошипела она, и он немного испугался ледяного тона в её голосе и силы, с которой она отдернула руку. - Пожалуйста, - сказала она тоном, который был скорее требованием, чем просьбой, и не оставлял места для спора. Однако он быстро пришёл в себя, и эта чертова ухмылка в мгновение ока вернулась на его лицо. - Конечно, любимая, прошу прощения. Может быть, я смогу загладить свою вину, угостив тебя кофе, возможно, после школы? Эмма вздохнула. Она не хотела начинать свой первый день в новой школе со скандала, но этот парень бесил её до предела, поэтому вместо того, чтобы наброситься на него, она кокетливо ухмыльнулась и поманила его ближе, понизив голос и сказав соблазнительным тоном: - Вот что, Киллиан... - она сделала паузу и увидела удовлетворение и надежду в его глазах, прежде чем продолжить, - Как насчёт того, чтобы я оставила себе свою сумку, а ты - свои деньги и купил этот кофе для того, кто действительно заинтересуется, а? Звучит неплохо? - Она одарила его сладкой улыбкой, когда его лицо приуныло. Позади себя она услышала, как Руби пытается подавить смех, выхватила свою сумку из его рук и перекинула её через плечо, прежде чем протиснуться мимо него. Она сделала всего несколько шагов, прежде чем повернуться к нему лицом, злясь и отталкивая, желая дать ему понять еще одну вещь: - И Киллиан? Никогда больше не называй меня "любимая", усёк? - Она не стала дожидаться его реакции, прежде чем развернуться и уйти. Тишина вокруг неё нарушилась, когда остальные члены группы разразились смехом. Руби была первой, кто догнал её, и она рассмеялась, обняв Эмму за плечи. - Мой дорогой лебедь - это лучшее, что я видела за долгое время. А выражение его лица! Я думаю, ты разбила его хрупкую мужественность на кусочки, - Эмма только ухмыльнулась, чувствуя себя хорошо и гордясь тем, как она справилась с ситуацией, не позволив своим чувствам взять верх. - Он ничего не заслужил, он чертовски отвратителен, - сказала она с отвращением в голосе. - Хэй, Свон, - крикнул Август позади неё, - у тебя есть бесстрашие. Ты мне нравишься! - Эмма бросила ему взгляд через плечо и подмигнула: - Спасибо, чувак, - и с этим прозвенел первый предупредительный звонок, и они разбежались, чтобы успеть в класс.

~~~

Оставшиеся утро прошло без прошествий, и наконец настало время обеда, который для Эммы стал ещё одним приятным сюрпризом. Остальные члены группы не всегда соглашались с ней, но после обедов в школах, где вы рисковали получить пищевое отравление, просто понюхав еду, этот обед был похож на ресторан с рейтингом Мишлен. Её первым уроком с Руби была история, и теперь Эмма поняла, что имели в виду её друзья, описывая мистера Гласса. Его монотонный голос пересказывал информацию о великом голоде с таким же энтузиазмом, как человек, направляющийся к электрическому стулу в камере смертников. Всё, что он рассказывал, было, по сути, удлиненной версией того, что уже было написано в их учебниках, поэтому она не видела причин обращать на это внимание. Она получила от Руби взгляд, который кричал “Мы же тебе говорили", и ей едва удалось подавить фырканье по поводу своего выражения. Вместо этого она переключилась на последний урок в этот день, английскую литературу, и на то, что (или, скорее, кого) ей предстояло пережить. После истории у них была химия с Мисс Уэст, которая, вероятно, была полной противоположностью мистеру Глассу, от чего Эмма просто охренела. Эксцентричность даже не описывала её, но Эмма должна была согласиться, что, несмотря на это, она была довольно приличным учителем. Мисс Вест знала свой предмет и была довольно педагогична в своем преподавании. Если не считать всего остального, было интересно просто наблюдать за рыжеволосой учительницей. Время пролетело незаметно, и пришло время следующего урока - биологии с мистером Германом. И снова Эмма пришла к выводу, что описание учителя, данное её подругой, попало в точку. Он казался достаточно милым и, вероятно, обладал обширными знаниями по своему предмету, но хаос в классе делал это неважным, поскольку никто его не слушал. Большинству было наплевать, и они использовали возможность поговорить со своими друзьями. У Эммы и так были проблемы с концентрацией внимания, а на этом уроке это было практически невозможно. Поэтому её мысли, без её разрешения, уносились к тому, что должно произойти через 20 минут, когда наступит время последнего урока в этот день, и когда прозвенел звонок, они с Руби направились в класс Мисс Миллс. Эмма старалась не обращать внимания на бабочек в животе и не могла понять, какого черта она так бурно реагирует. Когда они вошли в класс, глаза Эммы сразу же привлекли внимание самой потрясающе и красивой женщины, которую она когда-либо видела, прислонившейся к парте и приветствующей своих учеников, когда они вошли. Эмма резко остановилась на месте, Руби почти врезалась в неё, но в последнюю секунду обошла её стороной и бросила через плечо отвратительно знакомую ухмылку и подмигивание. Эмма одарила её долгим взглядом и уже собиралась последовать за ней, когда ей преградили путь. - Вы, должно быть, Мисс Свон, - произнес низкий знойный голос, привлекая внимание Эммы к его обладательнице. Мисс Миллс стояла всего в нескольких футах от неё, наблюдая за ней с небольшой улыбкой на губах и аурой власти, излучаемой её телом. Кстати, о её теле. Эмма сглотнула, рассматривая свою новую учительницу: её темные волосы длиной до плеч были идеально уложены, на её красивом лице было немного косметики, большие, красные, пухлые губы с небольшим шрамом на верхней губе, который только делал её ещё более привлекательной. Красная блузка брюнетки подходила к её помаде, две верхние пуговицы были расстегнуты, а третья напряглась, почти умоляя освободить её. Блузка была заправлена в черную юбку-карандаш с высокой талией, которая идеально облегала её изогнутую фигуру, и 4-дюймовые туфли на шпильках. “Как такая женщина вообще существует?” Она выглядела так, словно её изваяли боги, и просто получить возможность взглянуть на неё было большой честью. Эмма вдруг осознала, что смотрит на неё, и быстро отвела глаза, почувствовав, что краснеет. Она снова посмотрела на лицо Мисс Миллс, чтобы подтвердить свои слова, но заметила, что улыбка превратилась в небольшую ухмылку, одна бровь слегка приподнята, а в темно-карих глазах, которые, казалось, пронзали её душу, плескалось веселье. “Ну, блядь”