Тёмная сторона Господина Хокаге

— Даже не думай этого делать.       Саске подавился собственными словами. Возмущение опалило его лицо. Протиснуться в другого парня само по себе оказалось не лёгкой задачей, но он был готов потерпеть неудобства. По крайней мере, так было пока Наруто не захихикал. Неожиданно и без видимых причин, почти сразу после того, как ему удалось войти. — Хватит смеяться, ты выталкиваешь меня обратно.       Что бы там ни рассмешило Наруто, отступать Саске не собирался. Теснота вокруг его члена конвульсивно нарастала, становясь пугающей и чрезмерной. Но он был упрям и твёрдо намеревался удержать с трудом завоеванные позиции. —Извини, — Наруто издал шипящий измученный вздох и оторвал затылок от кровати, — Ай! Ты что?! — Я ничего не делаю, — честно ответил Саске, смахнув несколько капель пота со лба. Он был напряжён немного больше, чем следовало, — просто кровь пульсирует. —Ну ничего себе, — Наруто обмяк и расслабленно откинулся назад, — извини, что засмеялся, просто немного нервничаю. Не знаю, что на меня нашло.       Саске видел, как опустилась его грудная клетка. Наруто запрокинул голову и устремил глаза куда-то в потолок, по его лицу скользнула блуждающая, немного болезненная улыбка. Каждая нотка боли в его взгляде отдавала приятным теплом в области паха. Саске не знал, плохо ли это, и чувствовал ли Наруто на его месте что-то подобное, но он решил заочно простить себе эту слабость.       Наруто сказал, что нервничает, но в это было сложно поверить. За исключением того идиотского смеха, весь язык его тела буквально кричал об обратном. Саске сидел на пятках между его разведенных ног, и со своего ракурса хорошо всё видел. Ни малейшей попытки закрыться или спрятаться, ни намёка на смущение, только абсолютно открытое расслабленное тело. При том, что на нём не было ничего кроме лёгкого румянца.       Саске продвинулся вперёд до упора и непроизвольно задержал дыхание. Он видел, как легонько дрогнули зрачки, на мгновение сузившись до крохотной чёрной точки. Чужая горячая рука скользнула в его собственную ладонь, переплетая их пальцы вместе. Наруто — естественность во плоти, по-другому не скажешь.       Саске осторожно начал двигаться. Светлые ресницы сделали взмах, и Наруто вжался затылком в матрас. На его лице по-прежнему был виден слабый отпечаток боли. Впрочем, остановиться он не просил. Его свободная рука тут же нырнула между их телами и беззастенчиво обхватила напряженный член. Это был первый раз, когда кто-то вот так демонстративно себя трогал в присутствии Саске.       Он соврал бы, если б сказал, что ему не нравилось то, что он видит. Наруто был раскрепощенным до высшей степени непосредственности, и это умножало на ноль способность логически мыслить. Само собой, в хорошем смысле. Только вот помимо всего хорошего, эта рескрепощенность невольно наводила Саске на кое-какие подозрения. Даже в этой бочке самого сладкого мёда он упрямо искал ложку дёгтя.       Саске помнил, что уже испытывал похожее чувство два дня назад, когда они попробовали оральный секс. — Ну не знаю, Саске. У тебя размер что надо, даже больше моего, — сказал ему тогда Наруто, задумчиво сжав его в кулаке — не уверен, что у меня сразу хорошо получится.       Но у него сразу хорошо получилось. Наруто улыбнулся, а после прикоснулся губами, и Саске опомниться не успел, как его член целиком скрылся во рту. Це-ли-ком. У Саске тогда перехватило дыхание, и аналитические способности махнули ему на прощание. Он убедился на практике, что этот болтливый рот отлично справляется не только с пустыми разговорами. Одним словом, Саске был неслабо удивлён. А вот сам Наруто, кажется, не был. И вкупе с тем, что он вытворял во время их самого первого раза, это вызывало недоверие.       Саске бросил ещё один оценивающий взгляд на растянувшееся под ним тело: Наруто лежал, безмятежно раскинув руки вокруг головы. Абсолютно расслабленный, только веки вздрагивали с каждым новым движением. — Наруто? — Саске уставился в его лицо, нависнув над его телом, как дамоклов меч. — Мммм? — Это ведь у тебя первый раз? — Неееет, — протянул Наруто, приоткрыв один глаз и осторожно покосившись на Саске, — эй, полегче!        Саске прижал его запястья к кровати прежде, чем потрудился вникнуть в детали. Пусть лучше Наруто потрудится объяснить, что он хотел этим сказать. Саске склонился так низко, что его рваная чёлка коснулась вздернутых светлых бровей. — Саске, у тебя вообще вся кровь от головы отлила что ли?! — Наруто не стал тушеваться и проорал ему это в самое ухо, — мой первый раз был с тобой, неделю назад. Или это был твой брат-близнец?!       Они в недоумении уставились друг на друга. Наруто сердито нахмурил брови. Саске на всякий случай покрепче вцепился его запястья. Мало ли что. — Ааа…или ты имеешь в виду, вот такой первый раз? — удивлёный голос Наруто стих к концу предложения, — если ты про это, то да. Это первый.       Саске понял, что зря он позволил себе потерять контроль над эмоциями, но было поздно. Словно в замедленной съёмке он увидел, как в голубых глазах напротив зарождается искорка понимания. По ехидному полосатому лицу растеклась широченная лукавая улыбка, и спина Саске покрылась холодным потом. Наруто, без сомнения, будет это ему припоминать до конца жизни. — Саске, ты что, ревнуешь? Меня? Ты?!       Наруто был чрезвычайно доволен собой. Он без конца повторял эти «меня» и «ты», словно в ревности Саске было что-то сверхъестественное. Словно сама идея, что его можно было приревновать, была глупой и неправдоподобной. — Я оказался настолько хорош, что ты не можешь поверить, ха? — Наруто буквально светился от счастья, — не веришь, что ты у меня первый, я прав? — Мечтай.       Саске ответил машинально, по привычке. Он сделал это прежде чем успел подобрать слова. Ему казалось досадным, что Наруто так удивляет его отношение. Как будто он не мог поверить, что кто-то вроде Саске мог ревновать кого-то вроде него. И пусть он на каждом шагу кричал о своей неотразимости, он, очевидно, считал, что в плане внешности ему до Саске далеко.       Сам Саске не разделял его мнения. В этом придурке всё было прекрасно, и всего было в меру, в то время как он сам полностью состоял из контрастов и острых углов. У Наруто было красивое, но не слишком смазливое лицо и самая прекрасная в мире улыбка. Плечи были немного шире, чем у него самого, но все же не слишком широкими — идеальный компромисс между мужественностью и мальчишеской лёгкостью. Его пальцы были чуткими и немного грубыми, в них было что-то способное убеждать без слов: когда они касались кожи, Саске безоговорочно верил. Во что именно — сложно было сказать, во что-то честное и хорошее. Во что он не верил никогда до этого.       Саске хотел бы сказать это вслух, но ядовитый язык отказывался поддаваться. Они встретились глазами, и слова оказались больше не нужны. У Саске снова возникло чувство, словно Наруто знает о нем больше чем он сам. — Эй, Саске, — голос вдруг стал тихим и хриплым. Никто больше не произносил его имя вот так, — тебе идёт, когда ты такой. Поцелуешь меня?       Саске позволил себе ещё секунду задержать взгляд на его лице, а после прижался к нему губами. Он все ещё сжимал запястья Наруто, потому что попросту забыл их отпустить; он двигался в новом, неизвестном ему ритме, и это было похоже на свободное падение. Никаких сомнений, никакого контроля. Он знал, что Наруто, в случае чего, его поймает. А ещё Саске знал, что когда-нибудь настанет тот день, и он всё ему скажет. О том, какой он необыкновенный и замечательный, о своих чувствах. Когда-нибудь он обязательно победит всех своих демонов и найдёт правильные слова, пусть это и будет непросто. Саске не был человеком слова, он был человеком дела. И прямо сейчас ему нужно было сделать многое, чтоб выразить то, что он хотел бы сказать.